XX век российского образования

изучали жизнь растений, животных, а также минералы; пробова

ли ставить первые самостоятельные опыты. Затем им давались

сведения из сферы сельского хозяйства. Главный акцент делался на «взаимное общение человека и природы». На старших курсах происходило последовательное ознакомление воспитанников со способами обработки продуктов сельского хозяйства и различны

ми природными материалами.

Четвертый курс был посвящен художественному творчеству:

наглядному знакомству с основами архитектуры, скульптуры,

живописи, а также приемами художественной обработки железа, бумаги, шерсти, стекла и пр.

Особое место занимал пятый год — он носил педагогический характер. На данном курсе много внимания отводилось лекциям

по основам педагогики и дидактики.

Как же строилась работа в Мраморном дворце? Занятия про

исходили по воскресеньям. Вначале читались лекции отдельно по

курсам. Затем ученики собирались вместе и пели русские народ

ные песни, читали стихи, в которых присутствовали мотивы при

роды и сельского хозяйства. Затем курсы отряды отправлялись на

экскурсии в музеи, на фабрики, в передовые имения или же зани

мались ручным трудом: изготовлением коллекций, гербариев,

моделей орудий.

Заслуживает внимания и сама организация работы с детьми, которых во дворце насчитывалось более 6 тысяч. С ними взаимо действовали 500 добровольных помощников — студентов, педаго гов, частных лиц, любящих возиться с детьми. Благодаря четкой

организации удавалось, например, в течение двух минут посадить в поезд несколько сотен детей, отправляющихся на очередную эк скурсию. Причем все строилось на ласковом и сердечном отноше

нии к питомцам, не допускалось никаких наказаний.

Подчеркнем и ту ответственность, серьезность, с какой лекто ры готовились к выступлениям. Сначала они представляли рефе рат, который всесторонне обсуждался коллегами. Затем проводил

ся открытый конкурс, и только лучшее среди представленных выступлений предлагалось детям.

Такая же основательность была присуща всему укладу этого за мечательного внешкольного образовательного комплекса, что и обес печило ему плодотворную деятельность на протяжении ряда лет.

21

1905

«Если бы мы стали спрашивать талантливых людей, — а, конечно, такие именно люди прежде всего нужны школе, — каковы те минимальные условия, при которых они могут с любовью работать над дорогим для них делом, то, вероятно, выяснилось бы, что люди эти готовы от многого отказаться, — ибо чего только не приносится в жертву тому, что действительно дорого душе. Но вместе с тем выяснилось бы и то, что даже при великой любви, подвигающей на великие жертвы, нет сил и права поднять руку на свой собственный дух, поработить его,

отказаться от свободы, т.е. отказаться от того, чтобы творить дело так, как велят мои убеждения, моя совесть, мой символ веры и моя любовь».

Е. Синицкий

В.И. Чарнолуский

Бывает так, что деятель образования не оставил после себя

серьезных теоретических трудов или же образовательно

го учреждения, но тем не менее навсегда вписал свое имя

в историю педагогики. Это положение целиком относит

ся к Владимиру Ивановичу Чарнолускому(1865 1941), ко

торый, по сути, сформировал общественно педагогическое дви

жение.

Поражают та кипучая энергия, подвижничество и устремлен ность Владимира Ивановича, с какой он организовывал работу общества «Знание», проводил десятки совещаний педагогов, ос новывал курсы. Все это увенчалось созданием в 1905 году массо вого Всероссийского учительского союза, в котором Чарнолуский стал признанным лидером.

Через всю извилистую историю межреволюционного времени проходит его неустанная деятельность по консолидации педаго гических сил, а главное, тщательному синтезу высказанных дея телями народного образования предложений по реформированию российской школы. До поры до времени этот арсенал не был вос

требован, но постоянно обновлялся и совершенствовался.

Обстановка кардинально изменилась в лучшую сторону после Февральской революции, когда по инициативе и трудами Чарно

луского был создан Государственный комитет по народному об разованию, представлявший собой своего рода общественный мозговой центр при Министерстве просвещения. За пять месяцев

работы комитет подготовил и рассмотрел свыше 40 законопроек

22

тов, предложенных в основном Чарнолуским. Несомненно, это

время было его звездным часом.

Но октябрьские события похоронили все надежды Чарнолуско го на развертывание массового общественно педагогического дви жения, которое веско и аргументированно оппонировало бы госу дарству в вопросах, касающихся судеб школы. В итоге все законо

проекты так и остались на бумаге, а Госкомитет был распущен.

Конечно, Чарнолуский пытался сохранить свое детище, порой

совершая самоотверженные, хотя и наивные поступки. Так, в ок

тябре 1917 гo он не пустил наркома просвещения Луначарского в здание министерства, попросту выгнал его. Разумеется, Чарно лускому этого никогда не простили.

Кстати, есть какая то мистика в этой перекличке фамилий:

Чарнолуский — Луначарский. В педагогической среде существу

ет устойчивая версия, что Луначарский — незаконнорожденный

брат Чарнолуского (в таких случаях байстрюкам нередко давали

подобные перевернутые фамилии).

В 20 30 е года Чарнолуский отчаянно пытался вписаться в но

вые реалии. Он искренне не мог взять в толк, почему советская

власть не нуждается в свободном общественно педагогическом

движении. Главным его детищем стало создание Научно педаго

гической библиотеки им. К.Д. Ушинского. И этому его делу, как и

всему, чему так страстно, подвижнически отдавался Владимир Иванович, была суждена долгая жизнь.

Товарищество «майских жуков»

ÂРоссии надо жить долго. Это золотое правило еще раз

подтверждает история частной гимназии К.Мая, которая

в 1905 году отметила свое пятидесятилетие. У этой гимна зии долгая и славная судьба. По сути, здесь впервые уда лось успешно разрешить многие практические проблемы

педагогики.

Созданная вначале как небольшая частная школа для детей за

житочных петербургских немцев, она вскоре заслуженно приоб рела славу лучшего учебного заведения в городе.

И эта репутация была связана прежде всего с именем Карла Ивановича Мая (1824 1895) — основателя и директора (до 1890) этой школы.

Свое кредо он сформулировал следующим образом: «В арсена

ле учебного заведения есть орудия для достижения прилежания, повиновения и любви к порядку. Такими орудиями являются: стро

гость, твердость и взыскательность, — но в груди человека суще

23

ствует еще глубоко скрытая струна, которая отзывается только при

нежном соприкосновении, — это стремление ко всему честному,

доброму, истинному и прекрасному. Пробудить и поддержать это стремление и составляло задачу нашего учебного заведения».

Неудивительно, что в гимназии добивались прекрасных зна ний учащихся. Результаты выпускных экзаменов засчитывались

как государственные (напомним, что это была частная школа), а

выпускников без вступительного экзамена — лишь на основании

аттестата — принимали в высшие учебные заведения Германии.

Но дело не только в крепких знаниях. Гимназия славилась уни кальной атмосферой и традициями, которые старательно поддер живались и воспроизводились. Складывалось положение, когда ученики не могли нарушать дисциплину или плохо учиться толь

ко из за нежелания расстроить любимого Карла Ивановича. Ко

нечно, детские шалости случались, но если в них не было злого

умысла, они прощались. Зато не было прощения лжи, непорядоч

ности. В гимназии надолго запомнился случай, когда из школы

был изгнан близкий родственник всесильного министра просве

щения, совершивший неблаговидный поступок.

И еще. Гимназия К. Мая дала удивительный опыт совместного

обучения и дружбы юношей не только разных национальностей,

но и различных религий.

Идеализм Мая заражал и объединял. В день рождения он при глашал всех учащихся и преподавателей к себе домой. Скорее объе диняющее, сплачивающее, чем научное значение имели и экскур сии за город — туда, где простор и тишина, небо и солнце, лес,

поля и реки...

24

1906

«В то время, когда кругом происходила всеобщая ломка и общее разрушение, когда шла ожесточенная борьба между молодой и отжившей Россией, когда стояли на очереди вопросы жизни и смерти всего государства, — в это время положение школы и ее судьба отступили на задний план, и исчезло всякое представление о том будущем,

вкотором они займут подобающее им внимание».

Г.Роков

С.Т. Шацкий

Îтечественную педагогику XX века невозможно предста

вить без деятельности Станислава Теофиловича Шацко

го (1878 1934). Он по праву является одним из самых при

знанных деятелей народного образования, более того —

самых любимых. По большому счету можно сказать, что

С. Т. Шацкий — это совесть российского учительства, хранитель

и продолжатель его лучших традиций. Характерно, что в 20 е годы,

когда Станислав Теофилович по рекомендации Крупской вступил в партию, этот факт был ему «прощен» русской педагогической эмиграцией. Они посчитали, что Шацкий был вынужден пойти на такой шаг, чтобы спасти российскую школу от полного разру шения.

Впервые идеи Шацкого получили свою реализацию в «Сетле менте» — культурном поселке, созданном им вместе с группой единомышленников в Москве в 1906 году. После того как его дея тельность была прервана, Шацкий с друзьями создал в 1908 году новое общество «Детский труд и отдых», а в 1911 году в рамках общества открылась детская летняя колония «Бодрая жизнь».

Здесь С. Т. Шацкий вместе со своими сотрудниками в опытной

работе проверял идеи связи трудовой, эстетической и умственной деятельности, взаимоотношения воспитателей и воспитанников,

динамики развития детского сообщества.

Как известно, сам Шацкий крайне негативно воспринял Ок тябрьскую революцию. Однако, убедившись, что большевики при

шли надолго, Станислав Теофилович в 1919 году принял предло

25

жение Наркомпроса о сотрудничестве. Он создал знаменитую

Первую опытную станцию по народному образованию, которой

руководил вплоть до ее закрытия в 1932 году. Это уникальное уч реждение занимало целый район в Калужской губернии. В его состав входили все типы воспитательных заведений: ясли и детс кие сады, четырнадцать начальных школ, две средние, школа ко

лония «Бодрая жизнь», клуб читальня. Действовала структура,

обеспечивающая научно педагогические исследования. Работали

педтехникум, летние курсы для учителей.

Деятельность станции получила большой резонанс как в оте чественной, так и в мировой педагогике. Известна высокая оцен ка, которую дал Д. Дьюи, посетивший Шацкого в конце 20 х го дов: «Я не знаю ничего подобного в мире, что могло бы сравнить

ся с этой колонией».

Однако в 1932 году во исполнение партийных постановлений

о школе опытная станция была расформирована. Шацкого, по его

выражению, «с кровью оторвали от любимого дела».

Станислав Теофилович был назначен ректором Московской

консерватории. Но Шацкому было неуютно там: не имея закон

ченного высшего музыкального образования, он не был искушен в

вопросах теории музыки, между тем в его подчинении находились

выдающиеся музыканты. Неудовлетворенность работой, система

тическая травля в печати, потеря смысла жизни привели к катаст рофе. 30 октября 1934 года во время подготовки консерватории к революционному празднику Шацкий скоропостижно скончался.

Главная заслуга Шацкого состоит в том, что он впервые в Рос

сии целостно рассмотрел влияние условий среды на социализа цию ребенка. Ему также принадлежит первенство в разработке таких вопросов, как самоуправление школьников, лидерство в

детском сообществе и, конечно, главное — функционирование

школы как комплекса учреждений, реализующих преемственность и целостность в воспитании.

Культурный поселок в Марьиной роще

Ñ1906 года непривычное слово «Сетлемент» входит в при вычный оборот для российской педагогики. Так на аме риканский манер был назван своеобразный центр (по селок) культурных людей, селившихся среди бедного на селения для организации просветительской работы. Об

щество «Сетлемент», созданное С.Т. Шацким и А.У. Зеленко в районе Марьиной Рощи, объединило уже действовавшие там клу

бы кружки.

26

В основе воспитательной системы «Сетлемента» лежала идея «дет

ского царства», где каждый воспитанник получал возможность для

всестороннего развития сил. Мальчики и девочки объединялись по интересам и принципу товарищества. Дети ходили в различные клу бы: столярный, сапожный, пения, астрономический, театральный, биологический и др. Каждый клуб имел свое название и разработан

ные детьми правила регулирования взаимоотношений, которым

строго следовали и взрослые, руководители клубов.

Решения, принятые на собраниях клубов и на общем собрании,

считались обязательными.

Все структурные элементы в воспитательной системе «Сетле мента» подчинялись поставленной цели — создать максимально благоприятные условия для самовыражения личности и ее са

мореализации.

Среди работников «Сетлемента» было мало педагогов, но не

достаток опыта и средств возмещался колоссальной энергией и

огромным интересом к делу. Главное внимание было обращено

на общественное детское воспитание.

Несмотря на то что «Сетлемент» вызвал огромный интерес ра

дикальной интеллигенции и детворы и получил серебряную ме

даль за детские поделки на Промышленной выставке в Петербурге,

он уже 1 мая 1908 года был закрыт за «попытку проведения социа

лизма среди детей».

27

1907

«В новой школе не будет места никакому принуждению, никакому насилию над детской душой, во имя чего бы оно ни производилось. Там в основу всего будет положена любовь и такое же глубокое уважение к личности ребенка, как и к личности каждого взрослого человека. Там учителя будут не педагогическими поварами, начиняющими ученические мозги фаршем учебников, но сотрудниками их в деле искания истины и знания, с любовью помогающими им своим опытом и познанием».

И. Горбунов Посадов

К.Н. Вентцель

Ðусскому национальному духу всегда были присущи стрем

ление к развитию до возможного предела, потребность по

ступиться имеющимся хорошим ради абстрактного лучше

го, что часто приводило к результатам, противоположным

ожидаемым. Пожалуй, как никто, эту исходную черту рос

сийского характера в педагогике воплотил оригинальный фило

соф и убежденный гуманист, яростный полемист и неутомимый

общественный деятель, «педагог милостью Божией», как называ ли его современники, Константин Николаевич Вентцель (1857 1947). Его долгая жизнь как бы символизировала необычайную глубину и протяженность разрабатываемых им идей.

1907 год стал знаковым и поворотным в жизни Вентцеля — на конец то начали сбываться на практике его самые заветные меч ты. Активно работало детище Вентцеля — «Дом свободного ребен ка». Начал выходить журнал «Свободное воспитание», где в пер вых же номерах он опубликовал сразу шесть своих статей.

Судьба Константина Николаевича — это настоящее противо речие между бытовой и духовной сферами. В миру он — скром

ный статистик Московской городской управы, зарабатывающий

на существование ненавистным и тяжелым трудом, затем — бед ный постылый старик, обуза близким, живущий, по их мнению,

чужой век. В творчестве же — гордый и независимый исполин, обращающийся к вечности и человечеству, соотносящий с ним процесс становления свободной творческой личности. В своих

многочисленных книгах и статьях он легко переносится во вре

28

мени и пространстве, беседует на равных с Л. Толстым, Ф. Ниц

ше, Р. Штейнером, осуществляет по сути одним из первых разра

ботку педагогических проблем ноосферы, экологии духа. Квинтэссенцией теории свободного воспитания стала знаме

нитая «Декларация прав ребенка», опубликованная Вентцелем в сентябре 1917 года и являющаяся своеобразным гуманистическим

манифестом. Здесь Константин Николаевич рельефно проявил

свой максимализм, сформулировав право ребенка «выбирать себе

ближайших воспитателей и уходить от своих родителей, если они

оказываются плохими воспитателями».

В своих трудах Вентцель стремился создать новое философс кое направление в науке о воспитании — космическую педагоги ку, основанную на идеях свободного воспитания, взаимосвязи их

с религией, понимаемой в широком смысле — как живого твор

ческого развивающегося Бога, единой целостной жизни и Вселен

ной. Формируя психолого педагогические основы своей концеп

ции, он утверждал, что в культе творческой личности важнейшую

роль будет играть Культ Ребенка, так как именно он способствует

сохранению духовной свежести человечества. Ребенок, в понима

нии Константина Николаевича, являлся «нежным ростком», из

которого при заботливом уходе и воспитании должна вырасти

творческая личность.

Вентцель всегда шел навстречу холодным ветрам эпохи. Его травили и монархисты, и демократы, и коммунисты. Не попадая в такт ни с каким временем, он как бы был неподвластен Хроно су. Отчаявшись что то втолковать своим современникам, Кон

стантин Николаевич творил для вечности, являясь подлинным «гостем из будущего».

Дом свободного ребенка

Óникальным явлением в отечественной педагогике стал

«Дом свободного ребенка», созданный по замыслу К.Н. Вентцеля. Хотя официально он открылся 1 октября

1906 года, подготовка к его созданию велась с начала века,

анаиболее плодотворным временем стал 1907 год. «Дом свободного ребенка» явился качественно новым воспи

тательно образовательным учреждением, основными принципа ми которого были развитие воли и сознательной творческой дея тельности ребенка: создание условий, в которых дети могли бы

жить полной жизнью, а учеба являлась бы одной из составных ча стей активно творческой работы по созданию личности; свобод

ный производительный труд, приведенный в органическую связь

29

с системой образования; недопустимость всякого насилия и при

нуждения. В основу учебного процесса были положены потреб

ности и запросы самого ребенка, которые всемерно стимулиро вались и развивались педагогами.

В «Дом свободного ребенка» приходили дети от 5 до 10 лет, мальчики и девочки. В этой «школе» отсутствовали не только

классно урочная система, парты, учебный план, программы, учеб

ники, оценки, но и постоянные педагоги, которых заменяли ро

дители и приходящие специалисты. «Дом» должен был стать тем

местом, где дети живут полной свободной жизнью, где все при способлено для них, где они счастливы, свободно общаются меж ду собой и со взрослыми и при этом приобретают нужные им сей час знания и навыки.

Проработав три года, «Дом свободного ребенка» прекратил свое

существование, так как слишком трудны были условия для суще

ствования такой опытной свободной школы в те времена. Слиш

ком мало было у него тогда верных друзей и недостаточно сил для

ведения школы.

И все же следует прислушаться к той оценке, которую дала одна

из создательниц «Дома» Е.Е. Горбунова Посадова: «Он предоста

вил много радости, здоровое, бодрое настроение, веру в свои силы,

любовь к труду умственному и физическому, многим из детей при

вил большую любовь к знаниям, развил во всех общественность, и, что любопытно, он дал много и в смысле усвоения формальных знаний».

30