Сборник работ молодых ученых-филологов института гуманитарных наук МГПУ

Департамент образования города Москвы Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования города Москвы «Московский городской педагогический университет» (ГОУ ВПО МГПУ)

СБОРНИК РАБОТ МОЛОДЫХ УЧЁНЫХ-ФИЛОЛОГОВ

Института гуманитарных наук МГПУ

Москва

2011

Содержание

А.В. Беляева. Тип русской эмигрантки в творчестве г.Н. Кузнецовой. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 4

Л.С. Войта, н.А. Пантелеева, а.С. Полтавская. Средства художественной выразительности в стихотворении к.Д. Бальмонта «меж подводных стеблей». . . . . . . . . 8 А.А. Евдокимова. Мотив сбывшегося — несбывшегося

внесказочной прозе (по современным полевым записям). . . 13 А.В. Евстратикова. «Отчина» л.Ф. Зурова: жанровая поэтика. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 18

А.С. Карпова. Сюжет о пигмалионе и его отражение

вповести а.В. Дружинина «полинька сакс». . . . . . . . 24 М.В. Кузавова. Сравнительный анализ повестей И.С. Тургенева «фауст» и «ася». . . . . . . . . . . . . 29

В.В. Прокопенкова. Традиции восточной тематики и готического романа в «восточных поэмах» дж. Г. Байрона. . 37

Ю.В. Пяткина. Образы пироманьяков в произведениях о семейном деспотизме: «гроза» а.Н. Островского и «джен эйр» ш. Бронте. . . . . . . . . . . . . . . . 42

а.А. Рюкина. Традиции русской классической литературы

втворчестве с.И. Шаршуна. . . . . . . . . . . . . . . 47 К.С. Телешова. Оппозиция «отец – сын» в романе д.С. Мережковского «антихрист (пётр и алексей)». . . . . 53 Е.С. Терехова. Концепция любви в ранней прозе

к.Г. Паустовского. . . . . . . . . . . . . . . . . . . 60

г.А. Товмасян. Пространство и время в миниатюре и.А. Бунина «ущелье». . . . . . . . . . . . . . . . . 68

Е.В. Урядникова. Эстетическая функция мотивационно связанных слов в поэтическом тексте. . . . . . . . . . . 73 н.С. Филиппова. «Капитанская дочка» а.С. пушкина и «кадет» л.Ф. Зурова: сопоставительный анализ. . . . . . 81

С.С. Шилин.Организация самостоятельной работы учащихся при изучении драматического произведения в старших классах на профильном уровне. . . . . . . . . . . . . . 86

3

А.В. Беляева

ТИП РУССКОЙ ЭМИГРАНТКИ В ТВОРЧЕСТВЕ Г.Н. КУЗНЕЦОВОЙ

Галина Николаевна Кузнецова известна, главным образом, благодаря своему «Грасскому дневнику» (1967), где описывается её жизнь с семьей И.А. Бунина в эмиграции. Её перу принадлежат такжестихи(сб.«Оливковыйсад»,1937)ихудожественнаяпроза: рассказы, включённые в сборник «Утро» (1930), роман «Пролог» (1933). В произведениях Г.Н. Кузнецовой воссоздан социальнопсихологический тип русской женщины в изгнании.

Кто же такие русские эмигрантки? В основном это были женщины дворянского сословия, покинувшие Россию во время революции. Эмигрировали они обычно во Францию. В Париже даже образовался центр русского зарубежья: открывались русские кафе, издавались русские газеты и журналы, представители творческой интеллигенции из России продолжали вести активную культурную жизнь. О.Р. Демидова, подготовившая к изданию произведения Г.Н. Кузнецовой [1: с. 3–24], в своём докладе «Русские парижанки: женские образы в мемуарной и художественной прозе парижской ветви диаспоры» отметила, что для русской эмигрантки единственным возможным способом добывания денег на жизнь была работа в сфере услуг — официантки, массажистки, учительницы, аккомпаниаторши. Изменилось отношение к любви и браку: брак нередко становился способом выживания в чужой стране.

Современница Г.Н. Кузнецовой Л.Д. Червинская упрекала её в неудачной попытке создания типа «эмигрантской женщины» [2: c. 253]. Однако спустя десятилетия мы можем сказать, что писательнице всё же удалось создать такой тип и донести до нас реалии жизни русских женщин в изгнании. Тем более что эту жизнь Г.Н. Кузнецова знала не понаслышке и сумела достаточно точно отобразить в своей прозе, которая является в какой-то степени автобиографичной.

4

Г.Н. Кузнецова родилась в интеллигентной дворянской семье в 1900 г. Она получила классическое образование для девушек своего времени: закончила в Киеве первую женскую гимназию Плетнёвой в 1918 г. Вскоре вышла замуж за белогвардейского офицера, юриста Дмитрия Петрова, а в 1920 г. вместе с мужем уехала в Константинополь. Оттуда они отправились

вПрагу, где жили в общежитии «Свободарня» для молодых эмигрантов, но из-за слабости здоровья Галины Николаевны

в1924 г. перебрались в Париж. В 1924 г. Г.Н. Кузнецова познакомилась с И.А. Буниным и с 1927 по 1934 г. проживала с ним

иего домочадцами на вилле «Бельведер» в Грассе. Именно тогда она сформировалась как писательница, опубликовала свои стихи, рассказы и роман.

Впроизведениях Г.Н. Кузнецовой можно проследить судьбу русской беженки от детства в России до жизни в эмиграции. В романе «Пролог» описывается детство и юность молодой девушки, которая впоследствии уезжает за границу со штабом мужа, белогвардейского офицера. Жизнь героини романа Ксаны типична для русских эмигранток. Она родилась и воспитывалась в достаточно обеспеченной дворянской семье, училась на подготовительных курсах и в женской гимназии. У неё были обычные развлечения для девушек её возраста и положения — гуляния в саду с подругой, посещение театров, катков, знакомства с молодыми людьми, загородные поездки. Революция, её идеи не очень затрагивают героиню романа: это лишь внешний фон, на котором происходят значимые для Ксаны события её личной жизни, она не думает, что революция способна резко изменить её судьбу. Ксана лишь смутно понимает, что что-то не так: «Мне вдруг вспомнилось сегодняшнее утро, чёрная от народа Думская площадь и сумрачно возвышающаяся над ней оливковая статуя Столыпина с завязанными красным платком глазами и с висящей на груди белой картонкой с какой-то надписью…» [1: c. 262]. Но в то же время её не покидает какое-то радостное возбуждение, она не понимает, как отец мог всё это назвать «балаганом»: ведь она видела столько воодушевлённых людей, верящих в свою идею.

5

Ксана знакомится с молодым человеком, поручиком КонстантиномКедровым,ивыходитзанегозамуж.Онипоженилисьнакануне революции и сразу после свадьбы были вынуждены уехать из России вместе со штабом Константина. Так начинается путь русской эмигрантки.

Врассказе Г.Н. Кузнецовой «В пути» описывается краткий эпизод из жизни молодой женщины с мужем-военным в то смутное время. Героиня мучается из-за постоянных разъездов, неопределённости, ожидания переселения. На новом месте стоянки штаба в маленьком польском городке военным дают комнаты, но они не отличаются удобством и уютом: «…Неуютно ужасно, холодно…» [1: c. 44]. По вечерам военные с женами собираются

вресторане, но эти посещения мало напоминают праздничную атмосферу ресторана в мирное время: в «дымном зале» царит «невеселый хмель», музыка не развлекает и не доставляет наслаждения: «Притворно-беспечны увещевания скрипок — всё одна и та же надрывающая душу мелодия» [1: c. 44]. Молодая женщина постоянно тоскует по дому, родному Киеву, с которым у неё связано всё самое дорогое её сердцу.

Врассказах «Кунак», «Синие горы» показан путь эмигранток на пароходе. Описываются набитые до отказа людьми пароходы, толкучка, резкий холод, чад, темнота, грязь и ужасная теснота; люди измучены страхом перед неизвестностью, между ними постоянно происходят ссоры.

Героиня рассказа «Синие горы» Таня приезжает на таком пароходе вместе с капитаном Снесаревым в болгарский городок и поселяется в крохотном домике у двух стариков-болгар. Она впадает в уныние, тоскует, целыми днями сидит дома. Сначала Таня не понимает окружающей её красоты природы, не принимает Востока, но потом проникается желанием понять новую страну и устроиться в ней: «Восток, Восток! Она смотрит на плавящийся над мангалом воздух, думает о турецких городках, где-то там,

втаинственной глубине страны, в синеющих горах, обещающих то самое счастье, тайная жажда которого с каждым днем всё слаще и настойчивее мучит, томит её сердце…» [1: c. 262]. У Тани

6

заканчиваются деньги, умирает её покровитель капитан Снесарев, и она идёт работать кельнершей в ресторан — на эту работу охотно брали эмигранток. В ресторане её всё пугает, кажется враждебным. Тане тяжело привыкать к новой жизни: ведь раньше ей были незнакомы ранний подъём, страх перед увольнением

иштрафами, физическая усталость. Но вот у Тани появился шанс врываться из этой тяжёлой жизни — её замечает болгарин НиколайРайнов.Постепеннопопадаяподегообаяние,подобаяниеего страны, Таня соглашается выйти за него замуж. Для эмигрантки это был один из путей благополучного устройства в новой жизни. Но счастья это замужество Тане скорее всего не принесёт. Она уже сама испугалась своего поступка, и те синие горы, которые так её пленяли, уже кажутся «таинственными и суровыми».

Врассказе «Золотой рог» также описывается сюжет ухаживания иностранца за русской эмигранткой. Героиня Вера работает официанткой в ресторане. К ней постоянно приходит обедать молодой,обаятельный,всегдатщательноодетыйгрекАртур,страстно в неё влюблённый. Но Вера несвободна, её муж нищенствует

вСербии и пытается добиться места. Постепенно Вере начинают нравиться красивые ухаживания Артура, его дорогие подарки

иуверенность в себе. И в конце концов Вера остаётся с ним, потому что не в силах больше выносить бесприютную, нищую, неустроенную жизнь изгнанницы. Она так рассуждает о возможном переезде к мужу: «Тогда придётся бросать здесь выгодное место, ехать туда, служить в какой-нибудь грязной русской столовой, жить в трущобе…» [1: c. 124].

Авот героиня рассказа «Последняя повесть» разделила с му- жем-военным лишения и тяготы жизни вдали от родины. В рассказе описывается их жизнь в казарме. Соседи относятся к ним равнодушно, предпочитая вообще их не замечать. Муж уходит на службу, которая состоит в хождении из одного учреждения в другое и ожидании назначения на фронт, а его молодая жена целыми днями сидит одна, мучаясь от бездеятельности и скуки жизни,

вкоторой не происходит никаких событий. Она подолгу гуляет одна, изредка переговариваясь с добродушной, но всегда очень

7

занятой соседкой. И вот так же, как они внезапно приехали в этот город, они внезапно уезжают на фронт, который, как замечает героиня, через два месяца расформируют.

По прозе Г.Н. Кузнецовой можно составить вполне определённый портрет женщины в эмиграции. До революции такие девушки жили в дворянских семьях, учились в гимназии; после революции уезжали за границу, кто с мужьями-военными, кто самостоятельно. Практически все они бедствовали на чужбине, привыкали к тяжёлому физическому труду, работая, например, официантками. Жёны военных постоянно ожидали переезда, жили в неблагоустроенных казённых квартирах. Женщины, оказавшиеся в одиночестве в эмиграции, могли наладить свою жизнь, выйдя замуж за иностранца.

Литература

1.Кузнецова Г.Н. Пролог / Г.Н. Кузнецова / Сост., вступ. статья, примеч. О.Р. Демидовой. – СПб.: ИД «Мiръ», 2007. – 321 с.

2.Червинская Л. Г. Кузнецова. Утро [Рец.] / Л. Червинская. – Числа. – Париж, 1930. – № 2–3. – С. 253–254.

Л.С. Войта, Н.А. Пантелеева, А.С. Полтавская

СРЕДСТВА ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ В СТИХОТВОРЕНИИ К.Д. БАЛЬМОНТА

«МЕЖ ПОДВОДНЫХ СТЕБЛЕЙ»

Лирика К.Д. Бальмонта всегда привлекала внимание исследователей — и современников, прежде всего поэтов (например, И.Ф. Анненского [1], А. Белого [2] и др.), и потомков (см. работы В.Н. Орлова [5], Д.Г. Макогоненко [3], [4] и др.). Однако до анализа каждого конкретного произведения ещё далеко. Стихотворение «Меж подводных стеблей» на первый взгляд стоит несколько особняком в лирике поэта. Но более пристальное изучение текста показывает иллюзорность поверхностного взгляда.

8

Вкомпозиционно-речевой структуре стихотворения перекликаются два «хорошо», которые стоят в начале первой («Хорошо меж подводных стеблей») и последней («Хорошо, что я в море погиб») строк стихотворения. Одинаково ли значение этого слова

вданных случаях? На этот вопрос мы постараемся ответить в нашей статье.

Спокойствие — лейтмотив всего стихотворения, оно важно как один из аспектов раскрытия темы и позднее перерастает в нечто большее, нежели просто покой: Хорошо меж подводных сте-

блей. / Бледный свет. Тишина. Глубина. / Мы заметим лишь тень кораблей. / И до нас не доходит волна.

Автор использует своеобразное актуальное членение предложения [1: с.119] на протяжении всего стихотворения для усиления впечатления безмятежности и покоя: ставя точки там, где можно продолжить фразу, он как будто пресекает любое развитие действия, любое волнение, подчёркивает постоянство окружающей обстановки.

Внешние, чувственно воспринимаемые признаки окружающего в первой строфе нечётки: свет — «бледный», звуки отсутствуют; «они» видят лишь тени от кораблей; движения нет. Отсутствие движения подчёркивает и отрицание не.

Вначале стихотворения автор преподносит загадку, используя номинативные предложения и повествование от первого лица множественного числа — даётся лишь описание обстановки, по которому читатель пытается догадаться, о ком же идёт речь. Мы не соотносится в данной ситуации с конкретным референтом, то есть выполняет исключительно дейктическую функцию, указывая на говорящего, но не раскрывая его сути. Хорошо определяет положительную коннотацию в восприятии окружающего.

Во втором четверостишии автор использует синтаксическую и лексическую анафору: Неподвижные стебли глядят, / Неподвижные стебли растут. / Как спокоен зелёный их взгляд, / Как они бестревожно цветут. При этом параллельно располагаются строки, в которых говорится о некоем действии и его характеристике (1-3, 2-4). Лексическая анафора позволяет осознать

9

монотонность подводного бытия, а синтаксический параллелизм создает обманчивое впечатление динамики, вызванное глаголами глядят и растут. Глядеть — в обычных условиях подразумевает живой интерес к кому-то / чему-то и не употребляется без распространителя, то есть обязательно должно быть либо куда глядеть (вдаль, в окно), либо на что. Отсутствие обстоятельства / дополнения нарушает системные связи языка, и выражение приобретает дополнительные оттенки значения — создает ощущение бессмысленности ни на что не направленного действия.

Глагол расти в русском языке может употребляться с существительными, обозначающими растение, в значении бытийном

(ср. вдоль забора растет крапива — она там находится). Но ана-

форичное строение двух первых строк этой строфы заставляет воспринимать растут иначе — по аналогии с глядят. Появляется иллюзия деятельности (будто перечисление «занятий» стеблей), которая развеивается двумя следующими строками: взгляд оказывается «спокойным» и «зелёным», нечеловеческим, бесстрастным, а рост и цветение — «бестревожными», исключающими развитие.

Повторяющаяся частица как усиливает впечатление, привлекая внимание к фантастической картине, в которой олицетворение позволяет стеблям «глядеть» (отметим, что глядят в поэзии обычно цветы, а не стебли). В русском языке предложения с начальным как — восклицательные или вопросительные. У К.Д. Бальмонта — повествовательные. Таким образом опять нарушаются системные связи языка и реализуется приём нарушения ожидания, как в случае с глядят.

Можно предположить, что если загадочные мы воспринимают взгляд водорослей, то сами им подобны. Частица как передаёт «их» отношение к безмятежности существования «неподвижных стеблей» — одобрительное, как будто с оттенком зависти.

Так постепенно К.Д. Бальмонт подводит к ощущению безжизненности — следующей ступени спокойствия, вследствие чего покой окончательно теряет всякую привлекательность. Ощущение это усиливается из-за отсутствия глаголов действия и человеческих движений вообще.

10