Международное инвестиционное право, международное энергетическое право и международное право окружающей среды в системе общего международного права. У

4.1. Понятие международного энергетического права

или под его юрисдикцией, устанавливая стандарты для национального права38.

На этом фоне обсуждается вопрос о том, существует ли международное энергетическое право как самостоятельный раздел международного права и какие положения следует в него включать. До недавнего времени считалось, что энергетика в первую очередь относится к сфере, регулируемой внутренним правом, и это отражено в таком принципе, как постоянный суверенитет над природными ресурсами, который оставляет за территориальным сувереном право распоряжаться своими энергетическими ресурсами, находящимися выше по течению международного водотока. Тем не менее обусловленный действиями по борьбе с изменением климата переход к низкоуглеродной экономике позволил по-новому взглянуть на динамично развивающееся международное право в отношении регулирования энергии во всех ее формах. Необходимо внести концептуальную и семантическую ясность в то, что имеется в виду, когда используется термин «международное энергетическое право». С этой целью предлагается предварительно провести различие между фрагментарной, или узкой, и комплексной, или широкой, концепциями международного права, относящимися к энергетике.

Фрагментарная концепция исходит из наличия набора норм, в действительности относящихся к другим предметным сферам международно-правового регулирования, но в той или иной степени затрагивающих энергетическую деятельность39. На этом и основывается позиция, согласно которой в текущей ситуации следует воздерживаться от придания международному энергетическому праву самостоятельной роли в системе современного международного права, преобладающая в отечественной доктрине40. Или принять во внимание, что соответствующего свода международноправовых норм не существует, а вместо этого действуют общие положения и давно сложившиеся режимы международного права в

38Schill S. Op. cit. P. 48.

39Azaria D. Treaties on transit of energy via pipelines and countermeasures. Oxford: Oxford University Press, 2015. P. 4.

40Гликман О. В. Международное энергетическое право в системе международного права // Международный правовой курьер. 2020. № 1–2. С. 75.

71

Глава 4. Международное энергетическое право

отношении экономических связей, охраны окружающей среды и др., которые применяются к энергетическому сектору. Или, учитывая практическую востребованность знаний о международных энергетических отношениях, необходимо сделать вывод о том, что автономный режим для энергетических отношений в рамках международного права существует как условность, поскольку в силу отсутствия полноценной кодификации не может обладать самостоятельным регулятивным значением. Данная концепция находится на консервативных позициях и может быть определена как «международное право в области энергетики».

Напротив, комплексная концепция, ориентированная на актуальные тенденции, рассматривая доводы относительно того, существует ли отдельный свод международного права, посвященный энергетическому сектору, дает утвердительный ответ. Одним из примеров данного подхода является позиция некоторых иностранных авторов, утверждающих, что положение о доступе к устойчивой и доступной по цене энергии для всех лежит в основе международного энергетического права как «метанорма»; что эта «метанорма» определяет характеристики международноправового подхода к регулированию цепочки создания стоимости в энергетике; и что это побуждает несколько других устоявшихся режимов международного права, прежде всего основанных на ДЭХ, перестроиться в соответствии с ней. Устанавливаются границы соответствующего свода, который вскоре будет принят и станет юридическим средством, с помощью которого, в свою очередь, международное сообщество государств осуществит переход к другой глобальной энергетической системе универсально обязательным, эффективным и формально рациональным образом41. Данная аргументация позволяет в рамках комплексного подхода делать предварительный вывод о международном энергетическом праве как о сформировавшемся разделе международного права, отражающем настоящее и будущее международно-правового регулирования данной отрасли.

Место международного энергетического права не является очевидным, но наиболее соответствующим критериям выделения

41 Roeben V., Mete G. Op. cit. P. 15.

72

4.1. Понятие международного энергетического права

отраслей международного права и специальных автономных режимов в его системе будет следующий вывод. В данный момент энергетика действительно регулируется относительно небольшой совокупностью специальных норм, которые для полноценного регулирования, помимо общего международного права, должны быть дополнены положениями, в основном относящимися к международному экономическому праву и в меньшей степени – к международному морскому праву, праву окружающей среды и праву прав человека. Не разработана международная конвенция, содержащая целостное регулирование энергетики, и не учреждена международная организация, членами которой было бы большинство государств и под эгидой которой формировались и применялись бы соответствующие средства управления. Вместе с тем имеются перспективы обособления международного энергетического права по мере его кодификации и дальнейшего прогрессивного развития.

Энергетика в международном праве регулируется на основе функционального подхода, предполагающего применение норм, регулирующих различные сферы международных отношений. Поэтому в международное энергетическое право предлагается включать совокупность международно-правовых норм, регулирующих доступ к энергетическим ресурсам, раздел суверенитета и прав на энергетические ресурсы, такие как углеводороды, уголь, водотоки, а также производство, транспортировку, распределение и маркетинг энергии. С. Шилл отмечает, что может отсутствовать консенсус относительно того, следует ли рассматривать некоторые юридические предписания как международное энергетическое право. В частности, регулирование морских перевозок сырой нефти осуществляется в рамках международного морского права, даже если некоторые виды морского судоходства относятся к энергетике. Правила, направленные на экономию энергии, например стандарты изоляции домов или электрооборудования, обычно не включаются в международное энергетическое право, даже если они являются частью национальных энергетических стратегий42.

42 Schill S. Op. cit. P. 49.

73

Глава 4. Международное энергетическое право

Несмотря на то, что международно-правовое регулирование некоторых сегментов энергетики в целом сформировано, глобальный энергетический рынок или энергетическую отрасль в целом идентифицировать затруднительно, как и определить их в качестве совокупности отношений между субъектами международного энергетического права. Фрагментированное состояние международного энергетического права обусловлено самим ходом развития отношений, входящих в его предмет регулирования, и применяемыми способами регулирования. Как отмечает А. Ваврик, внешние границы и внутренняя структура международного энергетического права, подразумевая академический контекст, понимаются юристами-международниками субъективно на основе опыта и накопленных знаний, востребованных на практике, а не как совокупность норм, закрепленных в международном договорном или обычном праве на текущий момент. Данная область юридической науки исследует аспекты, связанные с эксплуатацией всех первичных и вторичных источников энергии на любой стадии процесса, включающего поиск ресурса и доведение его до коммерческого использования. Анализируется распределение прав и обязанностей, касающихся эксплуатации энергетических ресурсов, между частными лицами, находящимися под юрисдикцией разных государств, между ними и государствами и между государствами43.

4.2. Источники международного энергетического права

Источниками международного энергетического права являются средства закрепления норм, предусматривающих права и обязанности для участников соответствующих межгосударственных отношений. Наибольшее значение имеют международные договоры, заключаемые на различных уровнях межгосударственного сотрудничества, как нормативные, так и предусматривающие права и обязанности государств в связи с конкретными энергетическими

43 Wawryk A. Op. cit. P. 229.

74

4.2. Источники международного энергетического права

проектами ввиду длительности сроков, на которые таковые заключены. Роль норм международного обычного права в силу их правовой природы в сфере энергетики относительно невелика. Влияние на развитие международно-правовых отношений в рассматриваемой сфере оказывают решения международных организаций и конференций, декларирующие политические принципы-цели. Обзор международных договоров и иных международно-правовых актов, на основании которых учреждаются международные организации, специализирующиеся на энергетических вопросах сотрудничества, будет дан в соответствующем параграфе.

Б. Вильямс полагает, что практика государств, решения международных судов и арбитражей, международные договоры и решения международных организаций и конференций подтверждают существование в общем международном праве по крайней мере трех обязанностей государств, потенциально применимых в области энергетики44. Во-первых, обязанность предотвращать экологический ущерб и контролировать его требует от государств принятия адекватных мер по контролю и регулированию источников серьезного глобального загрязнения или трансграничного вреда в пределах их территории или под их юрисдикцией. Во-вторых, существует обязанность по трансграничному сотрудничеству в области контроля трансграничных экологических рисков, что требует предварительных консультаций на основе адекватной информации в случае значительности риска трансграничного причинения вреда. В-третьих, существует обязанность государств по своевременному уведомлению и сотрудничеству в чрезвычайной ситуации, чтобы другие государства могли принять меры по самозащите и минимизации ущерба.

Имеются трудности с точным определением содержания этих норм в общем, поскольку обязанности государств должны рассматриваться индивидуально, и степень их соблюдения будет зависеть от обстоятельств каждого конкретного случая. Например, обязанность проводить консультации и переговоры добросовестно применяется только к атомным электростанциям в пределах

44 Williams B. Customary international law. URL: https://www.briangwilliams. us/energy-law/customary-international-law.html.

75

Глава 4. Международное энергетическое право

30 км от государственной границы, но запрета на строительство данных объектов не существует. Другие принципы, имеющие отношение к международному контролю за энергетической деятельностью, такие как принципы предосторожности, устойчивого развития и передачи технологий, находятся в процессе разработки. Хотя эти нормы применимы в энергетическом контексте в отношении загрязнения атмосферы, они пока недостаточно разработаны и определены для адекватного решения проблем, связанных с изменением климата. У государств отсутствует консенсус относительно необходимости сокращения выбросов парниковых газов и масштабов требуемых сокращений, что указывает на отсутствие единообразия практики, необходимой для формирования нормы международного обычного права.

Генеральная Ассамблея ООН не уполномочена принимать обязательные решения, но ее резолюции оказывают влияние на развитие международного энергетического права. Большое значение придается Резолюции 70/1 от 25 сентября 2015 г., предусматривающей 17 целей устойчивого развития и вступившей в силу 11 января 2016 г. после одобрения всеми 193 членами ООН. В этом контексте приоритетного внимания заслуживает цель 7: «Обеспечение всеобщего доступа к недорогим, надежным, устойчивым и современным источникам энергии для всех», которая предусматривает реализацию пяти направлений, включая «7.b. К 2030 году расширить инфраструктуру и модернизировать технологии для современного и устойчивого энергоснабжения всех в развивающихся странах, в частности в наименее развитых странах, малых островных развивающихся государствах и развивающихся странах, не имеющих выхода к морю, с учетом их соответствующих программ поддержки»45. Резолюция предусматривает, чтобы государства систематически отслеживали и проверяли выполнение, включая цель 7, с использованием показателей, одобренных Экономическим и Социальным Советом ООН.

45 Резолюция, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 25 сентября 2015 г. 70/1 «Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года». URL: https://unctad.org/system/files/official-document/ ares70d1_ru.pdf.

76

4.2.Источники международного энергетического права

ВЗаявлении Совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) по обеспечению международной энергетической безопасности от 16 сентября 2022 г. подчеркивается, что обеспечение каждого человека доступными, надежными, устойчивыми и современными источниками энергии является целью 7 Повестки дня ООН в области устойчивого развития на период до 2030 г.; что достижение энергетической безопасности рассматривается как важная основа обеспечения экономического развития, социальной стабильности, национальной безопасности и повышения благосостояния всех стран мира; что необходимо уважать и гарантировать право всех государств на энергобезопасность и право их народов на использование услуг энергетической отрасли. В целях стимулирования рынка чистой энергии и привнесения вклада в глобальные усилия по достижению углеродной нейтральности в рамках ШОС предлагается формировать систему чистой, низкоуглеродной, безопасной и эффективной энергетики, диверсифицировать виды энергоносителей и источников энергии, использовать взаимодополняющие преимущества ископаемого топлива и источников чистой энергии46.

Европейская Энергетическая Хартия от 17 декабря 1991 г., подписанная 69 сторонами, провозглашает цели сотрудничества (развитие торговли в области энергетики, производство и генерация энергии, энергетическая эффективность и охрана окружающей среды), предусматривает порядок их осуществления (доступ к природным энергетическим ресурсам и их разработке, доступ к рынкам и пр.) и заключение основного международного соглашения

ипротоколов47. Международная Энергетическая Хартия от 21 мая 2015 г.48, имея аналогичное содержание, предусматривает достижение сбалансированности между энергетической безопасностью,

46Заявление Совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества по обеспечению международной энергетической безопасности от 16 сентября 2022 г. URL: http://www.kremlin.ru/supplement/5845.

47European Energy Charter (Hague, 17 December 1991). URL: https://www. energychartertreaty.org/treaty/other-documents/european-energy-charter-1991/.

48International Energy Charter (Hague, 20 May 2015). URL: https:// www.energychartertreaty.org/treaty/other-documents/international-energy- charter-2015/.

77

Глава 4. Международное энергетическое право

экономическим развитием и охраной окружающей среды и подписана 90 государствами и интеграционными объединениями.

Договор к Энергетической Хартии от 17 декабря 1994 г., вступивший в силу 16 апреля 1998 г.49 и действующий с учетом Поправки к связанным с торговлей положениям от 24 апреля 1998 г., обязателен для 51 государства, ЕС и Евратома, но имеется тенденция к выходу из него государств – членов ЕС. В настоящее время обсуждается проект модернизации большинства положений ДЭХ, отражающий тенденции международно-правового регулирования энергетики. ДЭХ содержит определения основных используемых в нем понятий в области энергетики (часть I), предусматривает права и обязанности в области торговли (часть II), инвестиций (часть III), разрешения споров (часть V) и содержит положения, связанные с исполнением ДЭХ (части IV, VI–VIII). Частью ДЭХ является Протокол по вопросам энергетической эффективности и соответствующим экологическим аспектам. Подписавшая сторона соглашается временно применять ДЭХ в той степени, в которой это не противоречит ее законодательству, и вправе прекратить такое применение, но части III и V ДЭХ будут применяться к инвестициям, осуществленным в период временного применения инвесторами других сторон, в течение 20 лет с даты вступления в силу уведомления (ст. 45). Россия 18 октября 2009 г. прекратила временное применение ДЭХ, особенность которого достаточно изучена50, но государства, на территории которых российские компании реализуют проекты, являются участниками данного договора и высказывают предложения по его модернизации.

Договор о Евразийском Экономическом Союзе (далее – Договор о ЕАЭС) от 29 мая 2014 г.51, вступивший в силу 1 января 2015 г. после ратификации государствами-членами, включая РФ, имеет часть третью, посвященную единому экономическому простран-

49The Energy Charter Treaty (Lisbon, 17 December 1994). URL: https://www. energychartertreaty.org/fileadmin/DocumentsMedia/Founding_Docs/ECT-ru.pdf.

50Гликман О. В. Временное применение Российской Федерацией международных договоров в сфере энергетики // Lex Russica (Русский закон). 2021. Т. 74, № 2.

С.80–92.

51Договор о Евразийском экономическом союзе (Астана, 29 мая 2014 г.). URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_163855/.

78

4.2. Источники международного энергетического права

ству, включающую раздел XX (ст. 79–85), регулирующий энергетику и применяющийся с учетом ст. 104. На основании раздела

ХХДоговора о ЕАЭС развивается долгосрочное взаимовыгодное сотрудничество, проводится скоординированная политика, осуществляется формирование общих рынков энергоресурсов. В целях оптимизации межгосударственных поставок разрабатываются индикативные балансы энергоресурсов ЕАЭС. Формирование, функционирование и развитие общих энергетических рынков ЕАЭС, а также беспрепятственный доступ к услугам субъектов естественных монополий осуществляются согласно Протоколу об общем электроэнергетическом рынке ЕАЭС с последующими изменениями (приложение № 21), Протоколу о правилах доступа к услугам субъектов естественных монополий в сфере транспортировки газа по газотранспортным системам, включая основы ценообразования и тарифной политики (приложение № 22), Протоколу о порядке организации, управления, функционирования и развития общих рынков нефти и нефтепродуктов (приложение № 23). На Евразийскую экономическую комиссию (далее – Комиссия) возложено осуществление мониторинга за исполнением раздела

ХХи соответствующих актов органов ЕАЭС и обеспечение взаимодействия уполномоченных органов и субъектов общих рынков энергоресурсов. Завершение программ формирования общих рынков энергоресурсов позволит заключить постоянно действующие специальные международные договоры в рамках ЕАЭС.

Заключено Соглашение о Методологии формирования индикативных (прогнозных) балансов газа, нефти и нефтепродуктов в рамках ЕАЭС от 22 апреля 2016 г.52 В соответствии со ст. 2–6 данного международного договора индикативные балансы энергоресурсов разрабатываются уполномоченными органами каждого из государств-членов по единой методологии и направляются в Комиссию до 5 сентября текущего года. Комиссия на их основе ежегодно подготавливает индикативные балансы ЕАЭС на пяти-

52 Соглашение о Методологии формирования индикативных (прогнозных) балансов газа, нефти и нефтепродуктов в рамках Евразийского экономического союза (Москва, 22 апреля 2016 г.). URL: https://eec.eaeunion.org/upload/medialibrary/ b48/Soglashenie-o-metodologii-formirovaniya-indikativnykh-balansov-gaza-nefti-i- nefteproduktov-v-r-_3_.pdf.

79

Глава 4. Международное энергетическое право

летние периоды, образующие единую систему показателей, характеризующих добычу, производство, потребление, импорт, экспорт и поставки, в том числе взаимные, для удовлетворения внутренних потребностей государств-членов в электроэнергии, природном газе, нефти и нефтепродуктах.

Руководящие органы принимают на основании ст. 6 и раздела III Договора о ЕАЭС решения в области энергетики. Это Решения Высшего Евразийского экономического совета: 1) от 8 мая 2015 г.

№12 «О Концепции формирования общего электроэнергетического рынка ЕАЭС»; 2) от 26 декабря 2016 г. № 20 «О Программе формирования общего электроэнергетического рынка ЕАЭС»; 3) от 31 мая 2016 г. № 7 «О Концепции формирования общего рынка газа ЕАЭС»; 4) от 6 декабря 2018 г. № 18 в ред. от 25 мая 2023 г. «О формировании общего рынка газа ЕАЭС»; 5) от 31 мая 2016 г.

№8 «О Концепции формирования общих рынков нефти и нефтепродуктов ЕАЭС»; 6) от 6 июня 2018 г. № 23 «О формировании общих рынков нефти и нефтепродуктов ЕАЭС». В данных актах закрепляются, в частности, цели, задачи, принципы и этапы формирования общих рынков энергоресурсов, акты органов ЕАЭС, которые должны быть приняты для создания и функционирования объединений в данных секторах, примерное содержание специальных международных договоров, заключение которых запланировано. Решение Евразийского межправительственного совета от 3 февраля 2023 г. № 2 «Об утверждении правил доступа к услугам по межгосударственной передаче электрической энергии (мощности) в рамках общего электроэнергетического рынка ЕАЭС»53 определяет принципы доступа к соответствующей услуге, порядок заключения, исполнения, изменения, расторжения и прекращения договоров внеторговой межгосударственной передачи, порядок регистрации и учета договоров межгосударственной передачи, порядок привлечения к ответственности за нарушения.

53 Решение Евразийского межправительственного совета «Об утверждении правил доступа к услугам по межгосударственной передаче электрической энергии (мощности) в рамках общего электроэнергетического рынка Евразийского экономического союза» от 03.02.2023 № 2. URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_439217/92d3e3d03094ed76da5c15fa72b687f1cebd5931/.

80