Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Штомпка П. Социология социальных изменений.doc
Скачиваний:
74
Добавлен:
23.02.2015
Размер:
1.99 Mб
Скачать

Уровни социальных процессов

Прежде чем завершить нашу типологию, сделаем одно важное замечание. Как уже указывалось и как достаточно ясно подтверждают приведенные примеры, социальные процессы происходят на трех уровнях социальной реальности: макро-, мезо- и микро-. Соответственно и мы будем рассматривать их как макро-, мезо- и микропроцессы.

Макропроцессы осуществляются на уровне мирового сообщества, национальных государств, регионов, этнических групп; по времени они самые продолжительные, или, говоря словами Броделя, длятся в дурной бесконечности (57). Процессы глобализации, всемирного ухудшения экономики, разрушения окружающей среды, волны социальных движений, демократизации политических систем, образовательный скачок, усиление единообразия культуры и секуляризация - все это примеры макропроцессов. Мезопроцессы охватывают большие группы, сообщества, ассоциации, политические партии, армии, бюрократию. Микропроцессы протекают в повседневной жизни человеческих индивидов: в малых группах, семьях, школах, объединениях по роду занятий, дружеских кружках.

Временной диапазон процессов

Процессы столь же разнообразны и с точки зрения их продолжительности. Подробнее об этом мы поговорим в гл. 3, сейчас же отметим, что их временной диапазон достаточно велик от крайне коротких, мгновенных, быстротекущих процессов до долговременных, растягивающихся на целые исторические эпохи, на протяжении которых действуют тенденции, складывающиеся столетиями и тысячелетиями. Далее мы постараемся показать, что концепция социального процесса - предельно обобщенная теория, поэтому, прежде чем применить ее с пользой для изучения реальных исторических обществ, необходимо многие ее понятия более точно определить и конкретизировать.

Эволюция идеи прогресса Краткая история идеи

С точки зрения здравого смысла, идея прогресса кажется самоочевидной, ибо стремление к прогрессу - одно из тех, которые мы воспринимаем как должное, поскольку оно широко распространено и его суть представляется ясной. На самом деле идея прогресса формировалась в течение столетий, постепенно обогащая свое содержание и приобретая современный сложный смысл. Интеллектуальные истоки понятия «прогресс» следует искать в далеком прошлом - ведь еще в античности оно приобрело чрезвычайно большой вес. Кристофер Доусон называл идею прогресса «рабочей верой нашей цивилизации» (цит. по: 230; 43), а по словам Роберта Нисбета, в течение трех тысяч лет в западной цивилизации ни одна идея не была более важной или такой же важной, как идея прогресса (313; 4).

Вероятно, объяснение этого феномена лежит в фундаментальных характеристиках человеческого бытия с его извечным разрывом между реальностью и желаниями, жизнью и мечтами. Может быть, столь постоянное противоречие между тем, что люди имеют, и тем, что хотели бы иметь, между тем, кто они есть на самом деле, и тем, кем хотели бы быть, и служит ключом к успеху человеческого рода, вечно голодного, вечно неудовлетворенного, постоянно ищущего и стремящегося к чему-то?! Концепция прогресса смягчает это экзистенциальное напряжение, проецируя надежду на лучший мир в будущее и уверяя, что его приход гарантирован или, по меньшей мере, возможен. В данном смысле она удовлетворяет некоторой всеобщей человеческой потребности и, несмотря на все недавние сомнения и скептицизм, вероятно, еще долго будет оставаться с нами. Как заявил Сидней Поллард, мир сегодня верит в прогресс, потому что единственной альтернативой будет всеобщее отчаяние (цит. по: 230; 42).

Первые «ростки» идеи прогресса можно обнаружить в греческой античности. Греки полагали, что мир находится в процессе роста, постоянно раскрывая заложенные в нем потенции,

45

что в своем движении он проходит через фиксированные стадии (эпохи) вперед, улучшая действительность. Платон (427-347 до н.э.) в «Законах» рассуждал о совершенствовании социальной организации, которая продвигается от зародыша к более развитым (формам. Аристотель (384-322 до н.э.) в своей «Политике» прослеживал эволюцию политического государства от семьи и первобытной общины до греческого города-государства (полиса). которое рассматривал как идеальное политическое устройство. Протагор (481-4 II до н.э.) дал детальную реконструкцию прогресса в культуре, начиная от варварских племен и кончая развитой цивилизацией. Вместе с тем у трех этих авторов было сильное предубеждение относительно возможности и дальше совершенствовать мир, в том числе его социальный, политический и культурный аспекты (313; 10-46).

Второй источник идеи прогресса коренится в еврейской религиозной традиции. В библейских чаяниях пророков нашел отражение образ истории как священного, ведомого божественной волей или провидением, и следовательно, предопределенного. необратимого и необходимого процесса. История человечества раскрывается через конкретные, «земные» события, и таким образом нас подводят к кульминации в будущем - «золотому веку», «вечному царству», раю. История направляет свой курс и выбирает пути благодаря указаниям «свыше»; ее маршрут прогрессивен. поскольку она постепенно и неуклонно приближается к последнему воплощению. Пророки, религиозные вожди, обладающие харизмой, наделены способностью читать эти божественные исторические знаки и предсказывать течение и исход земных событий.

Оба направления - греческое и еврейское - слились в иудео-христианской традиции, которая владела западной культурой многие последующие столетия. Наиболее полно этот уникальный сплав представлен у Августина Блаженного (354-430 н.э.). Идея прогресса, согласно широко принятой интерпретации, является секуляризованной версией христианской веры в провидение (230; 40).

В средние века в понятие прогресса были внесены некоторые новые элементы. Бернард из Шартра и Роджер Бэкон (12141292) применили эту концепцию к сфере идей. Они провозгласили, что с течением времени человеческое знание накапливается. постепенно обогащаясь и совершенствуясь. Сравнение с карликами, стоящими на плечах гигантов, принадлежащее Бернарду из Шартра (286) и гораздо позднее популяризованное Исааком Ньютоном, приложимо и к современным мыслителям, ко 46

торые могут видеть лучше и дальше, поскольку они аккумулировали мудрость своих предшественников. Даже если они и не гигантского роста, то все равно знаниями они сильнее тех, кто был до них. Предполагается, что знания постоянно и постепенно развиваются, совершенствуются. В средние века появились первые разработки «социальных утопий» - идеализированных, обобщенных образов земного рая. совершенного общества, которого мы достигнем в будущем. Описанные Роджером Бэконом. Иоахимом Фиорским, другими мыслителями и ставшие весьма обычными в последующие столетия, социальные утопии определили то направление, в котором должно продвигаться человечество. Они критиковали современность на ярком фоне идеального, утопического образа, и в этом смысле закладывали исходное измерение прогресса.

Интересный поворот идея прогресса пережила в эпоху великих географических открытий, когда выяснилось, что человеческие общества, культуры, политические и экономические системы нс составляют единого целого. Стало очевидным существование огромного разнообразия социальных порядков в различных частях света. Однако ради сохранения идеи единства человечества и его необходимого продвижения вперед раздробленность объяснялась с особых позиций: в частности, утверждалось, что вариативность обусловлена различными стадиями развития, которых достигли разные общества. Более примитивные из них отстали на ранних стадиях, демонстрируя более развитым их прошлое, а более цивилизованные, достигнув более высоких стадии, как бы предлагают примитивным взглянуть на их будущее. Таким образом, признавалось существование общей траектории, по которой движутся все общества. Здесь допустимо следующее сравнение: все взбираются на одну вершину, но с разной скоростью и с разным успехом; или все стоят на одной лестнице, но на разных ступенях, в конце траектории (или на вершине лестницы) находятся самые развитые и цивилизованные западные общества. Этот образ явился результатом попыток «конвертировать многообразие в концептуализированную гомогенность единого, упорядоченного во времени прогресса всех народов в мире - от наиболее простых до наиболее развитых, под которыми народы Западной Европы, несомненно, подразумевают себя» (313; 149). Не случайно именно тогда началась долгая история этноцентрических предрассудков, типичных для большинства теорий социальных изменений, западноцентризма или более специфичных европоцентризма и американоцентризма. Эпоха Просвещения внесла несколько новых штрихов в даль 47

нейшую разработку и обогащение понятия прогресса. Жак Бусе (1627-1704) ввел идею всеобщей истории и всеобщего образца, лежащего в основе самостоятельных историй различных континентов, регионов и стран. Он создал первую разветвленную периодизацию всеобщей истории, выделив двенадцать великих эпох, каждая из которых свидетельствует о постоянном улучшении общества, и в частности о постоянном прогрессе религии. Кондорсе (1743-1794) разработал альтернативную периодизацию из десяти стадий с более отчетливыми механизмами прогресса, смысл которых заключался в постоянном совершенствовании знания и науки. Джамбаттиста Вико (1668-1744) провозгласил рождение Новой Науки, цель которой он видел в поиске важнейших объективных закономерностей в человеческой истории. Наконец, Иммануил Кант (1724-1804) предложил следующий критерий прогресса: смысл и направление истории определяются ростом индивидуальной свободы в совокупности с развитием морали, которая ограничивает свободу личности, если она угрожает свободе других людей.

Наконец, мы подошли к XIX в., который одни называют «эрой прогресса», другие - «триумфом идеи прогресса» (313; 170). Идея прогресса становится общим местом в философии, внедряется в литературу, искусство и науку. Дух романтического оптимизма сопровождается верой в разум и мощь человека. Представляется, что наука и технология способны гарантировать постоянное улучшение. Эта интеллектуальная атмосфера нашла свое отражение в появлении новой дисциплины - социологии, отцы-основатели которой разрабатывали свои версии прогресса.

Сен-Симон (1760-1825) и Огюст Конт сосредоточились на прогрессе разума. Они утверждали, что типичные стили мышления, изменяясь, проходят три стадии: теологическую, метафизическую и позитивную. Последняя стадия, собственно, и является стадией науки - эмпирического, ориентированного на факты знания, способного объяснить, предсказать и дать практические рекомендации (вспомним знаменитую фразу Конта «Savoir, pour prevoir, pour prevenir»). «Позитивная» наука рассматривалась как венец достижений человеческой мысли. По гипотезе Герберта Спенсера, прогресс в природе, равно как и в обществе, подчиняется всеобщему принципу эволюции. С его точки зрения, ведущим изменением в обеих областях является принцип структурной и функциональной дифференциации (возрастающей сложности внутренней организации и функционирования). Карлу Марксу принадлежит создание утопической картины коммунистического будущего, которое, по его мнению, достижимо исклю 48

чительно благодаря освободительной борьбе эксплуатируемых классов с использованием возможностей, предоставляемых ростом производительных сил (технологий). Движение к бесклассовому, коммунистическому обществу должно пройти через ряд социальных революций. Макс Вебер (1864-1920) обратил внимание на всепроникающую тенденцию к рационализации общественной жизни и социальной организации (исчисления, принятие во внимание используемых средств, приоритет эффективности, оттеснение в тень эмоций и традиций, безличностность бюрократического управления). Он считал данную тенденцию основным направлением, в котором движется общество. Эмиль Дюргейм (1858-1917) указал на растущее разделение труда и сопровождающую этот процесс интеграцию общества через «органическую солидарность», которая зиждется на взаимовыгодном, взаимодополняющем вкладе всех членов общества.

И лишь в работах Фердинанда Тенниса (1855-1936) были впервые высказаны сомнения в прогрессивности природы изменений, прозвучала мысль о побочных негативных эффектах развития (130; II; 72). Он обратил внимание на достоинства раннего традиционного сообщества (Gemeinschaft) по сравнению со сменившим его современным индустриальным и урбанистическим обществом (Gesellschaff). Это вызвало широко распространившееся разочарование в идее прогресса и побудило к поискам «потерянной общности», которые растянулись на целое столетие*.

Постепенно концепция прогресса приобрела крайне сложный, многомерный характер и приблизилась к ее современному виду.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.