§ 48. Узаконение и усыновление

147. Узаконение. Patria potestas предполагала рождение сына или дочери в римском браке. Над детьми, рожденными вне брака, она могла быть установлена путем узаконения, legitimatio. Однако legitimatio возникла лишь в период империи и допускалась только в отношении liberi naturales, т. е. детей, рожденных от конкубина­ та (п. 136). Постепенно сложились три способа legitimatio: a) legit­ imatio per oblationem curiae, т. е. путем представления внебрачного сына в ordo местных декурионов с наделением его известным иму­ щественным цензом; б) legitimatio per subsequens matrimonium, т. е. путем последующего брака родителей; в) путем издания специаль­ ного императорского указа.

148. Усыновление. Но patria potestas могла быть установлена и над чужими детьми путем усыновления.

Существовали два вида усыновления, совершавшегося в разных формах: a) arrogatio, если усыновляемый был persona sui iuris и б) adoptio, если усыновляемый был persona alieni iuris.

-137-

1. Arrogatio в древнейшие времена производилась в народном собрании при участии pontifex maximus и в присутствии как усы­ новителя, так и усыновляемого. После расследования обстоя­ тельств дела pontifex maximus предлагал народному собранию roga- tio об усыновлении. Таким образом каждая arrogatio была iussus populi, т. е. законом. Ввиду этого усыновлять и быть усыновляемы­ ми в этой форме могли только лица, которые имели право участ­ вовать в народных собраниях. К числу таких лиц не принадлежа­ ли ни женщины, ни несовершеннолетние. С падением значения народных собраний отпадает и законодательный характер arroga­ tio; она превращается в публичное оформление соглашения усы­ новители с усыновляемым. С окончательным прекращением созы­ ва народных собраний arrogatio производится per rescriptum principis.

2. Adoptio совершалась так же, как emancipatio, путем исполь­ зования правила законов XII таблиц о троекратной mancipatio. Paterfamilias трижды манципировал подвластного доверенному ли­ цу, которое после первых двух манципаций освобождало подвла­ стного от mancipium, после чего подвластный возвращался под власть paterfamilias. После третьей mancipatio, прекращавшей patria potestas, выступал усыновитель и предъявлял к доверенному лицу, у которого подвластный был in mancipio, vindicatio filii. В резуль­ тате начинавшегося таким образом фиктивного процесса претора addicit усыновляемого усыновителю. Для adoptio дочери или внука достаточно было одной mancipatio. Юстиниан заменил эту слож­ ную процедуру простым заявлением перед судом.

До Юстиниана adoptio так же, как и arrogatio, вводила усынов­ленного в агнатическую семью усыновителя, но Юстиниан осла­бил ее значение: она не уничтожала patria potestas кровного отца, лишь устанавливая право наследования усыновленного после усы­новителя.

Некоторые указания дошедших до нас памятников позволяют думать, что существовал еще и третий вид усыновления: усынов­ление в завещании усыновителя (adoptio testamentaria), но отчет­ливых сведений о нем нет.

§ 48-а. Опека и попечительство

148-а. Лицо sui iuris в связи с возрастом, состоянием здоровья или некоторым особым положением может нуждаться в помощи и охране при осуществлении своей гражданской правоспособнос­ти. Этим целям служили в римском праве опека (tutela) над несо­вершеннолетними, над расточителями, а также рано утратившая

-138-

практическое значение опека над женщинами, и попечительство (сига) над безумными, над так называемыми минорами (т. е. не до­стигшими 25 лет), над расточителями. Различие между опекой и попечительством выражалось в порядке деятельности опекуна и попечителя. Опекун формальным актом согласия (auctoritatis interpositio) придает юридическую силу сделкам, к совершению ко­торых подопечный не способен; попечитель же выражает свое со­гласие (consensus) неформально, возможно даже неодновременно со сделкой.

148-6. В древнейшие времена опека устанавливалась в интере­сах не подопечного, а лиц, которые были его ближайшими наслед­никами по закону. Ее основной задачей была охрана имущества подопечного в интересах его наследников. Поэтому порядок при­звания к опеке (если опекун не был назначен в завещании) совпа­дал с порядком призвания к наследованию, т. е. опекуном являл­ся ближайший агнат подопечного.

В древнейшее время опека представляла собою не обязанность опекуна, а его право, точнее — власть опекуна над имуществом и личностью подопечного, близкую по содержанию к власти pater­familias.

Однако постепенно права опекуна начинают пониматься как средство для осуществления его обязанностей. Эти изменения, тесно связанные с последовательным ослаблением родовых связей, постепенно превращают понятие опеки, как власти, в понятие опеки, как общественной повинности (munus publicum).

В связи с этим, наряду с двумя указанными выше порядками установления опеки (в силу агнатического родства с подопечным и по завещанию paterfamilias), возникает третий порядок: назначе­ние опекуна государством.

Вместе с тем постепенно развился и контроль государством де­ятельности опекунов. Устанавливаются особые основания (excusa-tiones), по которым можно не принять назначения опекуном. Раз­вивается система исков к опекуну в случаях непредставления им отчета о ведении дел подопечного, и в случаях не только растра­ты, но и нерадивого ведении дел. Затем входит в обычай требовать от опекуна при вступлении его в должность представления обеспе­чения (satisdatio rem pupilli salvam fore), а в период империи вво­дится законная ипотека подопечного на все имущество опекуна.

-139-