§ 149. Преторские соглашения (pacta praetoria)

546. Constitutum debiti. К числу: pacta, «одетых» претором и по­тому называемых praetoria, принадлежало constitutum debiti, recep-tum, pactum iurisiurandi.

Constitutum debiti называется неформальное соглашение, по которо­му одно лицо обязуется уплатить другому уже существующий долг (и этим подтверждает долг, откуда название constitutum).

С помощью constitutum debiti можно было обязаться уплатить свой (существующий) долг, constitutum debiti proprii, или же долг другого лица, constitutum debiti alieni.

-464-

-465-

Подтверждение собственного долга первоначально имело тот/ смысл, что этим соглашением определялся точный срок платежа/ причем, как правило, в этой форме должник получал отсрочку ис­полнения. В связи с этим actio de pecunia constituta, которую npef тор давал на случай, если должник, получив по constitutum более отдаленный срок для платежа, чем было предусмотрено первона­чальным договором, все-таки не платил и в этот льготный срок, сопровождалась sponsio dimidiae partis, обещанием уплатить в виде штрафа половину суммы долга (тогда как condictio certae creditae pecuniae, дававшаяся для требования первоначального долга, со­провождалась sponsio tertiae partis) (Гай. 4. 171).

С течением времени сфера применения constitutum расшири­лась: так, первоначально этот вид пактов применялся только к де­нежным долгам (это видно, между прочим, из названия иска — actio de pecunia constituta); в праве Юстиниана он был распростра­нен уже на обязательства предоставить всякие другие вещи (С. 4. 18. 2); вначале можно было подтверждать только безусловный долг, позднее — не было препятствий подтвердить в этой форме и условный долг (D. 13. 5. 19. рг.).

Constitutum debiti alieni, по которому лицо принимало обяза­тельство уплатить чужой долг, было зачаточной формой поручи­тельства (см. п. 445).

Заключая constitutum, можно было при этом и изменить пред­мет долга; Ульпиан рассуждает так: при платеже допускается (ра­зумеется, по соглашению сторон) предоставление одной вещи вме­сто другой; поэтому nihil prohibet et aliud pro debito constitui (нет препятствий обещать по constitutum вместо предмета долга и не­что иное). Равным образом, допускалось изменение места испол­нения (D. 13. 5. 5. рг.) и других пунктов договора.

547. Receptum. Под именем receptum в преторском эдикте были объединены три категории, по существу не имевшие между собой ничего общего: a) receptum arbitrii — соглашение об исполнении роли третейского судьи; б) receptur nautarum, cauponum, stabulario-rum — соглашение с хозяином корабля, гостиницы, постоялого двора об ограждении безопасности вещей проезжих; в) receptum argentariorum — соглашение с банкиром об уплате за счет клиента какой-либо ценности.

(1) Receptum arbitrii. Ait praetor: «Qui arbitrium pecunia compro-missa receperit» (D. 4. 8. 3. 2), т.е. кто взял на себя рассмотреть де­ло, на основании состоявшегося между спорящими сторонами со­глашения (против того, подразумевается, будет дан иск). Следовательно, этот pactum состоит в том, что два лица, пришед­шие между собою к соглашению о передаче своего спора на раз-

-466-

решение третейского судьи, arbiter, заключают затем соглашение с намеченным арбитром; это последнее соглашение и называется receptum arbitrii.

Из этого соглашения для арбитра вытекает обязательство рас­смотреть принятое им дело. По этому поводу в Дигестах (4. 8. 3. 1) говорится, что претор никого не может заставить принять на себя роль третейского судьи (arbitrium recipere), так как это — свобод­ное дело каждого, и нет надобности принудительно возлагать та­кие обязанности на кого-либо, но если кто-нибудь уже принял на себя рассмотрение дела в качестве третейского судьи, то это дело претор считает относящимся ad curam et sollicitudinem suam, к предметам его забот и защиты: нужно, чтобы переданное арбитру дело было закончено и чтобы не нарушалось доверие лиц, избрав­ших посредника quasi virum bonum, как добропорядочного челове­ка. За уклонение от исполнения receptum arbitrii третейский судья подвергался штрафу (D. 4. 8. 32. 12). Только при наличии особо уважительных причин третейскому судье разрешалось не испол­нить принятого на себя обязательства; в качестве таких уважитель­ных причин могут служить, например, враждебные отношения, ус­тановившиеся между спорящими сторонами и арбитром после заключения receptum; болезнь арбитра, возложение на него пуб­личных обязанностей, не позволяющих исполнить задачу арбитра, и т. п. (D. 4. 8. 15. 16. 1).

(2) Receptum nautarum, cauponum, stabulariorum

Ait, praetor: «Nautae caupones stabularii quod cuiusque salvum fore receperint nisi restituent, in eos iudicium dabo» (D. 4. 9. 1. pr.). - В преторском эдикте сказано: «Если хозяева кораблей, содержа­тели трактиров и постоялых дворов не вернут принятых от кого-либо на хранение вещей, я дам против них иск».

Это распоряжение преторского эдикта признается его коммен­татором Ульпианом (D. 4. 9. 1. 1) весьма полезным ввиду того, что в большинстве случаев лица, пользующиеся услугами названных предприятий и лиц, вынуждены доверять им и оставлять у них на хранение свои вещи (например, лошадь в стойле). Ответствен­ность хозяина корабля, содержателя трактира и постоялого двора перед путешественниками и другими посетителями имела место «etiamsi sine culpa eius res periit vel damnum datum est, nisi si quid damno fatali contingit» (D. 4. 9. 3. 1), т.е. даже если вещь пропадет или будет причинен вред без вины принявшего вещи; он освобож­дается от ответственности только в том случае, если ущерб насту­пит в силу случайного бедствия. С другой стороны, надо принять во внимание, что передача багажа путешественника на хранение

-467-

содержателю предприятия, в котором путешественник оказался, происходит автоматически, omnium eum recipere custodiam, quae in navem illatae sunt: лишь бы вещи поступили при эксплуатации дан­ного предприятия (D. 4. 9. 3. 2), и отказаться от принятия вещей на хранение содержатели названных предприятий не имеют права.

Все это позволяет признать, что ответственность содержателей гостиниц, постоялых дворов и т.д. была нормирована довольно строго. Это объясняется наблюдавшимися на практике нередкими случаями, когда подобного рода трактирщики, корчмари и т.п. ока­зывались соучастниками воров, так что путешествия были далеко не безопасными; возложением на трактирщиков, содержателей по­стоялых дворов и т.д. ответственности за целость вещей путешест­венников независимо от личной вины трактирщика и т.п., имелось в виду хотя несколько сократить наблюдавшиеся случаи обворовы­вания путешественников и способствовать большей безопасности путешествий, тем более, что останавливаться в гостиницах и т.п. были вынуждены и высшие слои населения (D. 4. 9. 1. 1).

Для защиты путешественников, потерпевших от кражи, порчи и т.п. вещей, с которыми они пришли на корабль, на постоялый двор или в трактир, претором давалась actio in factum о возмеще­нии ущерба, понесенного собственником вещи (иск реиперсеку-торный, см. п. 56).

(3) Receptum argentarii. Этим именем называется неформальное соглашение, по которому банкир или меняла принимают обяза­тельство перед своим клиентом уплатить его долг какому-либо тре­тьему лицу. Таким образом, receptum argentarii, подобно constitutum debiti aliena (п. 546), служило целям поручительства. В большинст­ве случаев банкир, выступая по этому receptum в роли поручителя, имел гарантию в тех суммах, какие клиент держал у банкира; но необходимым условием действительности receptum argentarii это обстоятельство не являлось. При Юстиниане receptum argentarii было поглощено constitutum debiti alieni (С. 4. 18. 2. рг.).

Значение receptum, в общем, заключалось в том, что, во-пер­вых, это было для банкира средством укрепить кредит своего кли­ента, а во-вторых, receptum могло служить для клиента, имеюще­го у банкира достаточный вклад, средством произвести оплату долга в другом городе через посредство банкира.

В отличие от constitutum, receptum argentarii не предполагало в качестве необходимого условия для его действительности сущест­вование какого-то ранее установленного долга; кроме того, оно и в классическом праве могло относиться не только к денежным дол­гам, но и к обязательствам предоставить всякого рода иные вещи.

-468-

В связи с общими правилами о представительстве из receptum argentarii возникали следующие последствия. Банкир не становил­ся должником третьего лица; третье лицо оставалось кредитором только клиента банкира; к этому клиенту третье лицо и направля­ло свою претензию; но если у клиента банкира не оказывалось средств для оплаты, он предлагал своему кредитору получить с банкира, гарантировавшего платеж со стороны клиента; если бан­кир отказывался платить, клиент получал против него actio recep-ticia. В кодификации Юстиниана это название иска заменено, (в связи с исчезновением из практики receptum argentarii) — по­средством actio de pecunia constituta; в западной части Римской империи receptum argentarii, по-видимому, некоторое применение находило до падения Рима.

548. Pactum iurisiurandi. Pactum iurisiurandi представляет собой добровольное внесудебное соглашение, посредством которого ис­тец обещает не взыскивать с должника по обязательству, если должник присягнет, что он ничего не должен, или, наоборот, должник обещает исполнить требование кредитора, если тот при­сягнет, что его требование обосновано и сохраняет силу. Если сто­рона в дальнейшем своем поведении не посчитается с данной при­сягой, претор, в зависимости от обстоятельств, дает или exceptio iurisiurandi или actio de iureiurando.

Exceptio iurisiurandi дается должнику, присягнувшему в том, что он ничего не должен, для того, чтобы отбить иск, предъявленный к нему кредитором вопреки pactum iurisiurandi. Наоборот истец, присягнувший в том, что он — кредитор, может взамен иска из до­говора предъявить к должнику actio de iureiurando: это для него выгодно в том отношении, что ему достаточно доказать факт при­сяги, но не нужно доказывать существование самого права требо­вания.