§37. Киническая школа

Основатель кинической школы, Антисфен, учился у Горгия и сам уже выступал в качестве учителя, прежде чем он познакомился с Сократом и стал его глубоким почитателем и приверженцем. По-видимому, он был значительно старше Платона; по свидетельству Плутарха (Lykurg. 30) он пережил 371 г. до Р. X. Его многочисленные сочинения, выдававшиеся своим стилем, утрачены, за исключением немногих отрывков.¹ После смерти Сократа он открыл школу в гимнасии Киносарг,***** отчасти от этого места собрания, отчасти от формы своей жизни его привер?кенцы были названы киниками.****** Из его ближайших учеников мы знаем лишь Д и о г е -н а Синопского, чудака с грубым юмором и с непреклонной волей; убежав из дому, он жил большей частью в Афинах и умер в преклонном возрасте в Коринфе в 323 г. до Р. X. Из его учеников самый значительный — Кратетиз ф_ив>******* нищенскую жизнь которого разделяла поклонявшаяся ему жена его Гиппархия. В первой половине третьего века выступал, в качестве странствующего учителя и составителя нравоучительных проповедей (диатриб), Б и о н из Борис-фена ******** который был посвящен в киническую жизнь Кратетом.²

¹ Собраны W i n с k е 1 m ся n п'ом, Antisth. Fragm. 1842; ср. D u m m 1 e r, Antisthenica, Hirzel, Der Dialog I, стр. 118 и ел.

² См. R. Heinze, De Horatio Bionis imitatore, 1889.

4 Э. Целлер

96_______ Эдуард Целлер

ченное познание обладает истиной — так умозаключает Евклид, сходясь в этом с Платоном, — то лишь тому может быть присуща действит тельность, на что направлено это познание — неизменной сущности вещей, ασώματα είδη («бестелесным формам») ; напротив, телесный мир, о котором свидетельствуют наши чувства, вообще не может быть признан сущим: возникновение, уничтожение, изменение и движение немыслимы, и потому мегарцы устанавливают положение (A r i s t." Metaph. IX, 3. 104 в. 29 и ел.), что возможно лишь то, что действительно. Но все сущее в конечном счете сводится (как у Парменида) к сущему как единству; и, отождествляя последнее с высшим понятием Со-кратовой этики и теологии — с понятием блага, — Евклид вскоре пришел к дальнейшему положению: существует лишь единое благо, которое, будучи неизменным и тождественным себе, лишь обозначается различными именами — именами истины, разума, божества и т. д.; и точно так же существует лишь единая добродетель — познание этого блага, — и отдельные добродетели суть лишь различные названия длят нее. Все остальное же, кроме блага, признавалось не-сущим, и этим, конечно, опять уничтожалась множественность «бестелесных форм» (на возражения, которые Евклид с этой точки зрения выставлял против Платона, последний, по-видимому, отвечает в диалоге «Пар-менид»). — Для обоснования этих воззрений уже Евклид пользовался, по примеру Зенона, косвенным доказательством через опровержение противников; его ученики с такой страстью отдавались диалектике, что отсюда вся школа получила название диалектической или эри-стической. Большинство апорий, которыми они при этом пользовались («покрытый», «лжец», «рогатый», «сорить» и т. п.), заимствованы от софистов или придуманы в их вкусе, и мегарцы пользовались ими несомненно столь же эристически, как и софисты. От Диодора мы знаем четыре доказательства против возможности движения, составленные по образцу доказательств Зенона, и аргументацию в пользу^ мегарского учения о возможном, которая под названием κυριεύω ν («главенствующий») славилась в течение многих веков.¹ Если однако, он говорил: возможно лишь то, что есть или будет, что либо могло

φίλοι («друзей идей») усматривает критику, которой Платон подвергает более старую форму своего собственного учения; тогда как другие исследователи, напр. Campbell и Nato r p (Plato's Ideenlehre, стр. 284) понимают иод «друзьями идей» тех учеников Платона, которые остановились на точке зрения, уже оставленной их учителем. Поэтому весьма сомнительно, можно ли, как это делается в тексте, приписать мегарцам учение, развиваемое в «Софисте», тем более, что оно ведь трудно согласуемо с другими известиями об учении этой школы].

¹ Ср. об этом Phil. d. Gr. II, 1, 266 и ел. (Эта аргументация состояла в следующем: Из чего-либо возможного не может произойти невозможное. Но невозможно, чтобы что-либо было иным, чем оно есть. Поэтому, если бы нечто было раньше, до осуществления противоположного, возможным, то из возможного возникло бы невозможное. Следовательно, оно никогда не было возможным, и все, что не происходит в действительности, тем самым невозможно. Прим. пер.).

____________________Очерк истории греческой философии 97

прежде быть в движении, но не может двигаться — то это е£ть странное противоречие.* Еще далее уклонялся Фил он от строгого учения своей школы. Стильпон,** который имел учителем не только Фра-симаха, но и киника Диогена, обнаружил себя учеником последнего в своей этической тенденции; словом и делом он проповедовал апатию и автаркию *** мудреца, и свободно относился к народной религии; он же утверждал, в духе киников, что ни одному субъекту нельзя приписывать отличного от него предиката; но в остальных отношениях он оставался верным мегарской школе. Его ученик Зенон преобразовал мегарскую школу вместе с кинической в стоическую.****

Родственна мегарской школе была элидская, основатель которой Федон из Элиды известен из Платона как любимый ученик Сократа. Но до нас не дошло никаких более точных сведений о его учении. Учеником элидцев Мосха и Анхипила был Мен едем из Эретрии (между 352 и 278 г.); но еще ранее он слушал Стильпона, в духе которого он сочетал с элидо-мегарской диалектикой родственное кинизму жизнепонимание, которое вместе с тем опиралось на ме-гарское учение о добродетели. Однако распространение и длительность «эритрийской» школы могли быть лишь весьма ограниченными.