112. Кому конь - «конек»?

Специалисты знают, что идеальной конституции гимнаста быть не может в принципе. «Прирожденный прыгун» должен быть сложен не так, как «турнист»; «кольцевик» это совсем не то, что истинный «коневик». И когда толкуют об «идеальном многоборце», имея в виде телосложение и некоторые, связанные с этим, особенности дви­гательных качеств, то это вовсе не означает, что такой «идеальный гимнаст» одинаково блещет на всех видах многоборья; скорее — на­оборот: такой гимнаст, нигде не «проваливаясь», везде в чем-то недо­бирает. Его возможности поровну «разлиты» по всем снарядам, но ни один из нихнельзя, строго говоря, назвать его коронным видом.

Так для кого же конь — как вид многоборья — может, действи­тельно, стать «коньком»?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно еще раз вспомнить, что махи на коне это — колебания тела, выполняемые вокруг его цент­ральных осей. А любое колебание характеризуется двумя основными признаками: амплитудой и частотой (периодичностью) движения.

270

271

конь

112. Кому конь — «конек»?

Ясно, что для гимнаста желательна возможно большая амплитуда махов, больший их размах. Причем важна амплитуда не только, так сказать, реальная, зависящая от максимальной высоты подъема тела над опорой, но и видимая, когда впечатление о широте движения за­висит от размеров тела гимнаста. В самом деле: рослый гимнаст, да еще с относительно длинными ногами, может делать круги и не очень высокие, но движение все равно будет выглядеть амплитудным, «видным» (не случайно в манекенщицы не берут, увы, низкорослых девушек). И напротив, гимнаст-«коротышка», даже с быстрыми и широкими, по его масштабам, кругами, будет, при прочих равных условиях, проигрывать рослому сопернику. По впечатлению.

Рост гимнаста важен для коня и по соображениям темпа, частот­ности движения. Тело гимнаста на коне это, как говорилось, маят­ник. А всякий маятник имеет свой собственный период колебания. Мы хорошо знаем, что, например, длинный и массивный маятник консольных часов раскачивается относительно медленно, у него низ­кий темп движения и, соответственно, большой период колебания, а маятник «ходиков», напротив, имеет маленький период и «частит», так как сам он короток и легок.

Что, однако, лучше для гимнаста — работать в высоком темпе или, напротив, медленно, «не торопясь»?

Увы, однозначного ответа нет. Многие современные мастера ра­ботают быстро; это объясняется стремлением к выполнению более широких и высоких махов, ибо, чем больше доступная гимнасту ско­рость кругов, тем значительнее их амплитуда и подъем тела над опо­рой. Это закон. Вспомните, как интенсивно вынуждены гимнасты «крутить» круги на полу; при сниженной скорости тело неизбежно опустится, и гимнаст сразу сядет на ковер.

Но, с другой стороны, чем выше скорость всех движений, чем они быстротечнее, тем большей должна быть точность действий гимнас­та. Вспомним: обычный круг двумя длится порядка одной секунды и даже меньше, а его важнейшие — двухопорные — фазы, в ходе кото­рых гимнасттолько и может эффективно управлять махами, занима­ют не более 0,3 секунды каждая. В принципе ясно, что чем больше это время, то есть чем раньше гимнаст ставит руку на опору и позднее ее снимает, и чем спокойнее движение в целом, тем больше возможнос­тей его эффективно контролировать, тогда, как работа в лихорадочном темпе ухудшает условия управления движением и чревата сбоями.

Что же получается? Спокойные круги более надежны, но неширо­ки, а быстрые — шире, но повышают риск ошибки. Где выход из этого противоречия?

Противоречие, действительно, существует, и преодолеть его луч­ше удается гимнастам, обладающим наиболее благоприятной кон­ституцией, при которой тело имеет во время махов относительно большой период колебаний, позволяющий гимнасту даже при широ­кой амплитуде движений (требующей повышенной скорости махов) действовать относительно спокойно.

Что это за конституция? Здесь опять и опять нужно вспомнить о свойствах физического маятника: маятник имеет тем больший пери­од колебаний, чем он массивнее и длиннее. Из этого как бы вытекает, что и «коневик» должен быть гимнастом не только рослым, но и мас­сивным. Но тут опять коса находит на камень: зачем же гимнасту быть тяжелым?

К счастью, здесь природа идет нам, наконец, навстречу: чтобы иметь естественно возникающий при махах на коне «спокойный» темп, не обязательно быть тяжелым; гимнасту достаточно иметь лег­кие, «сухие», но относительно длинные ноги (так именно был сло­жен непревзойденный, в свое время в, СССР «коневик» Юрий Хари­тонов).

А как же быть, спросит читатель, если природа не подарила гимна­сту такого телосложения? Что ж, это тоже не беда. Хорошая техничес­кая подготовка на коне, когда гимнаст с самого начала приучается выполнять круговые махи не только ногами, «от таза» (что в любом случае — грубейшая ошибка), а — всем телом, «от плеча», позволяет достойно выглядеть на коне практически любому гимнасту, что и доказали в свое время (но не сразу!) японские, корейские, китайские мастера.

(И еще одно. В процессе обучения круговым движениям, атакже при коррекции некоторых особенно устойчивых ошибок, характер­ных для гимнастов с неудачным для коня телосложением, возможно временное применение приема искусственного замедления темпа движения с помощью утяжелителей на ногах. Это могут быть манже­ты с дробью на щиколотках, свинцовые прокладки в тапочках и т. п. приспособления весом в несколько сотен граммов; чем ниже распо­ложена такая масса, тем меньше может быть ее вес. Работа с утяжели -телями как бы удлиняет ноги гимнаста, дает ему новый, более низ­кий темп кругов, позволяющий прочувствовать движение заново и избавиться от ошибок торопливой работы. Возвращаться кобычной работе после этого лучше, постепенно уменьшая вес накладок и ни в коем случае не допуская повторения ранее имевших место ошибок).

Но вернемся к теме о «прирожденном коневике». Для работы на коне важны не только абсолютные длиннотные показатели тела

272

273

конь

(рост, длина ног), влияющие на темп махов, но и соотношения этих показателей, то есть собственно конституция. Хорошо известно, что гимнасту на коне полезно иметь «длинные руки». Здесь, собственно, речь идет не об абсолютной длине верхних конечностей, а об их размерах сравнительно с туловищем: чем длиннее руки гимнаста (или короче туловище!), тем выше таз спортсмена располагается над опорой и тем легче, надежнее исполнитель может манипулировать в упорах, особенно — в упорах сзади. «Длинную» руку можно раньше поставить на опору, позднее снять оттуда и увеличить тем самым дву-хопорную фазу движения, сделав работу более мягкой, надежно уп­равляемой. Впрочем, все это хорошо известно, как и то, что руку можно и должно «удлинять» благодаря высокой и активной посадке вплечах(ПЗ).

Подведем итог. Какова же морфологическая модель «коневика»?

Коротко, так: это довольно рослый (близко к 180 см), сухощавый гимнаст с длинными, но легкими ногами и относительно длинными руками, кисти которых в положении стоя опускаются заметно ниже тазобедренных суставов.

Но обеспечит ли хорошее телосложение, само по себе, успех на коне? Вовсе не обязательно. Добрая конституция это лишь один из факторов такого возможного успеха, и об этом мы уже говорили выше.