Воссоединение униатов.

Успехи латинства вызвали реакцию сопротивления и со стороны стесненной униатской церкви. В 1803 униатский епископ Ираклий Лисовский отправил в Петербург прот. Иоанна Красовского с представлением государю о крайне униженном и трагичном положении своей паствы. Представление произвело впечатление, и в том же году был издан указ, запрещавший совращение униатов в католичество.

В следующем году в состав Католической коллегии при Синоде был введен один униатский епископ и три униатских асессора. В 1805 году сама Коллегия была разделена на два департамента — католический и униатский. Председателем униатского был назначен Лисовский (в 1806 году он был возведен в сан митрополита).

После смерти Лисовского (1809) униатской митрополией последова­тельно управляли луцкий епископ Григорий Коханович и (с 1814) полоцкий архиепископ Иоанн Красовский, продолжатели церковной политики Ли­совского.

В 1817 году митрополитом был поставлен Иоасафат Булгак, епископ Брестский, католических симпатий. Но благодаря его предшественникам в среде белого духовенства успели воспитаться новые деятели, в значи­тельной мере благодаря которым и произошло воссоединение униатов с Русской Церковью. Это — Иосиф Семашко, Василий Лужинский и Антоний Зубко.

В 1822 году прот. Семашко был назначен присутствовать в униат­ском департаменте Католической коллегии. В 1827 году он представил го­сударю записку, в которой, изложив историю унии и дальние цели Рима, предлагал:

а) вместо департамента открыть особую униатскую Коллегию,

6) вместо четырех оставить только две униатские епархии (Бело­русскую и Литовскую),

в) улучшить содержание духовных школ и прекратить обучение униатской молодежи в католических школах,

г) воспретить совращение униатов в латинство,

д) сократить число базилианских монастырей и упорядочить их администрацию.

В апреле 1828 года Униатская коллегия, поставившая униатскую церковь в независимое от католичества положение, была учреждена. Членами ее были назначены Семашко, Лужинский (ректор полоцкой уни­атской академии, доктор богословия) и Зубко (профессор той же акаде­мии). Последовало закрытие нескольких базилианских монастырей, уни­атской семинарии в Жировицах и нескольких духовных училищ.

Иосиф Семашко был посвящен во епископа Мстиславского, помощ­ника Полоцкого епископа, и назначен председателем белорусской Конси­стории, с оставлением членства в Коллегии.

Дальнейшему развитию событий способствовало польское восста­ние 1830-32 гг., в котором ксендзы и базилиане принимали прямое уча­стие. Было закрыто еще несколько базилианских монастырей, часть из них передана православным, в том числе и Почаевский монастырь.

Согласно прежней записке Семашко, оставлены только две епархии. На Литовскую поставлен сам Иосиф, а Белорусскую вверили митроп. Иоасафату Булгаку. Через некоторое время для них были посвящены вика­рии: Антоний Зубко — епископом Брестским, в помощь Иосифу, и Василий Лужинский — епископом Оршанским, в помощь Иоасафату.

В 1834 году последовало правительственное секретное распоряже­ние действовать (в деле присоединения униатов) осторожно и неторопли­во. Униатским епископам предписано усиленно очищать свою церковь от католических обрядов. По всем униатским церквам были разосланы слу­жебники московской печати.

В 1835 году епископ Иосиф был назначен членом секретного комите­та для руководства процессом воссоединения и членом Комиссии духов­ных училищ, которой подчинялись все униатские учебные заведения.

В начале 1837 года заведывание делами униатской церкви было пе­редано из министерства внутренних дел обер-прокурору Синода.

В 1838 году скончались митроп. Иоасафат и единомысленный с ним епископ Пинский Жарский. Председателем Униатской коллегии стал вла­дыка Иосиф. Епископ Василий получил Белорусскую епархию. К этому времени интенсивная (тайная) подготовка духовенства к воссоединению была закончена. Не дали подписки о воссоединении толь­ко около ста священников Белорусской епархии.

12 февраля 1839 года Собор униатских архиереев и высшего духо­венства, собравшийся в неделю Православия в Полоцке, составил торже­ственный акт о присоединении униатской церкви к Православной и про­шение на имя государя с 1305 подписями духовных лиц.

25 марта на этом прошении Николай I написал: “Благодарю Бога и принимаю.”

Вместе с пастырями к Православию присоединилось и все полутора миллионное население упомянутых епархий. Прошли торжественные сов­местные богослужения в Витебске, Орше, Полоцке, Вильне. В память вос­соединения была выбита медаль с надписью: на одной стороне — “Отторженные насилием (1596) воссоединены любовью,” а на другой, под ликом Спасителя на убрусе, — “Такова имамы Первосвященника.”

Бывшие униатские архиереи получили православные епархии запад­ного края:

Иосиф стал архиепископом Литовским, Василий — епископом По­лоцким, Антоний — епископом Минским и Бобруйским.

Вначале владыка Иосиф поселился в Жировицком монастыре, но в 1844 году переехал в Вильну и перевел туда литовское епархиальное управление вместе с семинарией. Его забота о просвещении народа выра­зилась в открытии более 200 церковно-приходских школ и других училищ.

После воссоединения униатов Белоруссии и Литвы уния еще остава­лась в Привислинском крае, в униатской Холмской епархии. Главным дея­телем по подготовке к воссоединению здесь стал протоиерей Маркелл Поппель, назначенный администратором епархии (после удаления ме­стных епископов).

В 1874 году в одной Седлецкой губернии к Православию присоедини­лось до 50.000 униатов. 18 февраля того же года в Холме состоялся собор духовенства и был составлен акт о воссоединении всей Холмской епар­хии. 11 мая последовало само торжество воссоединения. В этом же году Маркелл был посвящен во епископа Люблинского, викария православной Варшавской епархии, с кафедрой в Холме.

Уния теперь осталась только в отторженном от России древнерусском крае — Галиции — которым, после раздела Польши в XVIII веке вла­дела Австро-Венгрия.

В 1840-41 годах в Православие, вместе с униатами, обратилось и 20.000 католиков, в 1863 году — еще 50.000. Еще более частыми стали об­ращения в Православие из католичества после Ватиканского собора 1870 года, провозгласившего догмат о непогрешимости пап.