Девиантное поведение

Социологии девиантного поведения за рубежом положила начало книга Э. Дюркгейма «Самоубийство: Социологический этюд» (1897) и созданная им концепция аномии, которая легла в основание современных работ по девиации. В ХХ в. выделилось три основных направления разработки проблематики девиантного поведения. Первое направление изучения отклонений заложили труды теоретиков социологии М. Вебера, П. Сорокина, Т. Парсонса и др. Второе направление - исследование проблемы, осуществляемое на стыке социологии и смежных дисциплин, прежде всего права, разрабатывали М. Хальбвакс, У. Томас, Ф. Знанецкий. К этому направлению можно отнести труды в области теории конфликта Л. Козера, Р. Дарендорфа, а также психоанализа и социальной этологии. Третье направление - это и есть собственно социология девиантного поведения как относительно самостоятельная специальная (частная) социологическая теория. Она зародилась в недрах структурного функционализма Т. Парсонса, Р. Мертона.

Выделяют девиантное поведение (отклоняющееся) и делинквентное – противозаконное. Девиантное поведение не обязательно имеет негативный характер – духовные лидеры, гении и т.п. – тоже девианты (они не такие как все). Впрочем, в низших слоях общества их поведение осуждаемо, т.е. имеет негативную оценку. Тем не менее, девиантность – это не оценочная переменная, она характеризует лишь положение человека относительно среднего математического. Отсюда можно говорить о трех формах личности: модальная личность (встречается чаще всех), номинальная (которая отвечает общественным идеалам) и реальная (настоящее положение личности).

Характерная черта девиантного поведения - культурный релятивизм. Это означает, что социальная норма, принятая либо обществом, либо законодательством, - явление сугубо относительное. Один и тот же поступок может считаться в одном обществе положительным, в другом - рассматриваться как социальная патология.(Убийство в мирное и военное время. Этикет дворянского сословия требовал обращения по имени-отчеству, норма обращения, в низших слоях (Колька или Никитка и т.п.), считалось у первого девиацией.)

Когда Р. Мертон писал о конформизме и девиантности, он указывал два вида последней: заблуждение (aberrant behavior) и нонконформизм. Заблуждающийся знает и принимает норму, но ради выгоды способен их нарушать. Напротив, нонконформист считает общественные нормы несправедливыми и открыто попирает их, призывая других к изменению существующего строя. Это социальный реформатор, намного опередивший свое время. Подобную форму девиации, с точки зрения долговременной перспективы, следует назвать конструктивной. А вот заблуждение как форму девиации надо признать деструктивной (еще материал об этом на стр. 36).

Социологи выявили следующую тенденцию: человек тем больше усваивает образцы делинквентного поведения, чем чаще с ними сталкивается и чем моложе его возраст. Делинквентное поведение среди подростков встречается чаще, чем среди других возрастных групп, по ряду причин. Самая главная - социальная незрелость и физиологические особенности формирующегося организма. Проявляются они в стремлении испытать острые ощущения, в недостаточной способности прогнозировать последствия своих действий, гипертрофированном стремлении быть независимым. Члены банд совершают правонарушения, особенно связанные с насилием, каких никогда не совершили бы в одиночку. Уличные банды обладают почти абсолютным влиянием на поведение подростков, в том числе и не входящих в состав банды.

Стремление добиться успеха, выделиться иногда превращается для подростков в дорожку, которая ведет от девиантного поведения к делинквентному. Раньше социологи были уверены, что молодежная преступность - побочный продукт бедности. Выходцы из низов имеют меньше возможностей получить образование и работу, они больше не удовлетворены жизнью в целом. Однако недавние исследования показали, что молодежная преступность равномерно распределяется по всем общественным слоям. Правда, юные правонарушители из среднего класса реже подвергаются аресту и бывают осуждены, чем их сверстники, представители низших классов. Детей из состоятельных семей часто отпускают, сделав им предупреждение, тогда как молодых людей из бедных семей арестовывают и наказывают.

Анализ полученных данных позволил охарактеризовать явление профессиональной преступности следующим образом.

1. Совершение преступлений является одним из основных или основным способом добычи средств к существованию (об этом заявили 78% респондентов).

2. Совершение преступлений преступниками-профессионалами включает в себя предварительную подготовку, обучение, владение профессиональными навыками (около 80%).

3. У профессиональных преступников имеются специальные, заранее подготовленные и опробованные приспособления, облегчающие совершение противоправных деяний (75%).

4. Профессиональным преступникам знакомы специальные приемы и способы совершения преступлений (91%).

5. Профессиональный преступник выбирает преступную карьеру в качестве жизненной цели.

6. Среди представителей профессиональной преступности существует четкая иерархическая внутриклановая градация (87%).

7. У профессиональных преступников есть свойственный им преступный сленг, жаргон (95%).

8. Представители профессионального криминалитета объединяются по профессиональному, корпоративному признаку (82%).

9. Профессиональной преступности свойственны традиции, обычаи, преступный фольклор и другие элементы преступной субкультуры (71%).

10. Профессиональные преступники способны передавать навыки, способы и приемы совершения противоправных деяний начинающим преступникам, готовить криминальную смену (50%).

11. Наличие строго определенных моделей посткриминального поведения (92% имеют хорошо налаженные каналы сбыта краденого, отработанные пути отхода с места совершения преступлений и т.п.).

12. Чувство престижа, гордости своей криминальной профессией и иные подобные компенсаторные явления психологии профессиональных преступников (45%).

В конце ХХ в. в России сформировалась глубоко законспирированная связь преступных организаций с коррумпированными должностными лицами в структурах власти и управления правоохранительных и контролирующих органов.

Организованная преступность в хозяйственной сфере проявляется в поставках незаконных товаров и услуг (оружие, алкоголь, наркотики, секс-бизнес и др.), контрабандном ввозе и вывозе высокодоходных товаров, металлов, энергоресурсов, сырья и т.д. Российская организованная преступность захватила транснациональные сферы криминального бизнеса, вышла на международный уровень. В США и Западной Европе «русская мафия» давно уже стала головной болью для парламентов.

Специалисты отмечают несколько тенденций, характеризующих мировую преступность:

- профессионализацию преступности;

- интенсификацию преступности;

- структурные изменения, связанные с ростом организованной преступности;

- интеллектуализацию преступности: вытеснение «уголовного» типа из сферы корыстной преступности и замена его типом «интеллектуального», «предприимчивого» преступника, широком распространении новых, ранее неизвестных форм и методов преступной деятельности и т.д.;

- усиление корыстной направленности преступности (в основном в России);

- увеличение изощренности, вооруженности и технической оснащенности преступности;

- возрастание доли тяжких преступлений, сопровождающихся насилием и уничтожением материальных ценностей;

- коррумпированность, сращение органов власти и криминальных структур;

- рост безнаказанности преступников (прежде всего в России);

- увеличение выживаемости и самозащищенности преступного мира;

- интенсивное расширение криминогенной социальной базы за счет увеличения маргинального слоя люмпенизированных групп населения (безработных, бездомных и других категорий людей, находящихся по жизненному уровню за чертой бедности), особенно среди молодежи (специфика России);

- криминализация содержания СМИ;

- превращение криминального поведения в обыденный атрибут повседневной жизни.

1 Т.е. позволяющий сформулировать осмысленное отрицание. Абсолютно бессмысленными, в свою очередь, могут быть лишь отрицания трюизмов, т.е. банально истинных высказываний. (Например, “Мужик - он всегда мужик” - это трюизм, не подлежащий научному опровержению).