Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Юмористические рассказы III
.pdf
ПЕРВЫЙ ДЕБЮТ
Рождественская история
Настроение на этом собрании было какое-то осо-
бенное, приподнятое.
Старый, пыльный чердак, заваленный массой разного хлама и украшенный красивыми гирляндами тяжелой от пыли паутины, давно не видел такого оживления и подъема духа.
Первым говорил самый почтенный из всех призраков – призрак старого повесившегося нотариуса.
– Милостивые господа! – начал он. – Сегодня мы
имеем юридическое и моральное право исполнить
наше главное назначение – явиться людям, живущим
в этом доме, и хорошенько напугать их. В качестве
юриста я, не останавливаясь на моральной стороне
дела, укажу на наше юридическое право: сегодня наступит знаменитая, популярная среди призраков ночь,
ночь под Рождество, и мы будем большими дураками,
если не воспользуемся хорошенько этим прекрасным
случаем. Моральное освещение нашего предполагаемого предприятия я предоставляю моему уважаемому
соседу, отцу дьякону.
Призрак дьякона крякнул и сказал:
– Одобряю! Прихожане погрязли в грехах и забыли
о будущей жизни… Да… это самое… надо им сделать
тонкий намек на это толстое обстоятельство…
Дьякон прислушался к вою ветра в трубе, потрогал
свою печень и со щемящей тоской в голосе добавил:
81
Аркадий АВЕРЧЕНКО
– Сколько они этой водки вылакают за праздник –
уму непостижимо!
Призраки притихли, грустно поникнув головой.
Желая нарушить печальное молчание, призрак коммивояжера поднял голову и сказал:
– А за границей мы уже являлись…
– Что?
– За границей, говорю, наш брат уже отпраздновал
эту ночь.
– Почему?
– Как же! У них на тринадцать дней раньше. По новому стилю. Я был в Берлине, там являлся, теперь здесь
буду.
Все с завистью посмотрели на расторопного коммивояжера, а нотариус сказал:
– В сущности, вы, как русский подданный, не имеете права являться в Берлине. Вас могли за это притянуть… Бррр… как воет ветер!
Приютский мальчишка, хлебнувший в свое время
под горячую руку уксусной эссенции, посмотрел в темный, не освещенный луной угол и прошептал:
– А мне, дяденьки, страшно чивой-то!
Нотариус обернулся к нему и сухо спросил:
– Ты – первый год?
– Первый.
– Сам?
– Сам. Хозяин шпандырем уж оченно дубасил.
– Причина, положим, глупая. Но являться тебе всетаки нужно… Господа, разрешите поставить на очередь вопрос: кто к кому в этом доме желал бы явиться?
82
ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ III
– Я желаю явиться в жилище третьего этажа,
к моей бывшей соседке, – сказал сухощавый призрак
старой девы. – Однажды я просила у нее на один час
красный зонтик, а она, дрянь этакая, не дала… Напугаю я ее за это до смерти!
– Вздорная бабенка, – шепнул старый нотариус
своему соседу, бакалейному лавочнику. – Я, господа,
беру на себя смелость явиться в пансион для благородных девиц во втором этаже. Я имею на это юридическое право.
Хотя нотариус соврал (никакого юридического
права он не имел), но ему уступили, причем бакалейщик взял на себя квартиру мануфактурщика, с которым он был знаком домами, а дьякон пожелал
до смерти перепугать содержателя ресторана
со спиртными напитками.
Более опытные призраки расхватали себе всех хороших жильцов, а бедный, приютский мальчишка
молчал, и поэтому когда вспомнили о нем, то ему достался старый меняла с четвертого этажа, сухой, черствый старик.
Втайне призрак приютского мальчишки мечтал
о графе с первого этажа, в квартире которого он както разглядел через окна красивый потолок и шкуру
медведя на диване, но теперь графа забрал себе коммивояжер, и мальчишка робко согласился на скучного,
неприятного менялу…
– Ну, мы будем собираться, – распорядился нотариус, – а вы, отец дьякон, пошаркайте пока по полу
ногами и порычите немножко.
83
Аркадий АВЕРЧЕНКО
– За… зачем это? – умирая от страха, спросил при-
ютский мальчишка.
Нотариус подмигнул:
– Это им там внизу до ужаса взвинтит нервы…
И когда мы явимся, они уже будут хорошенько приго-
товлены.
* * *
Приютский мальчишка, оставшись на чердаке последним, задрапировался в дырявую простыню, которую ни один из призраков не хотел брать, и, вздохнув,
поплелся к своему меняле.
По пути он дрожал от страха, а в голову ему приходила мысль бросить свою простыню и удрать во все лопатки.
Но, боясь насмешек своих товарищей и чувствуя
жадное любопытство к тому, как испугается его старый меняла, призрачный мальчишка отогнал трусливые мысли и бодро вошел в спальню менялы.
Хозяин раздевался, чтобы лечь спать. Он повязал
уже голову платком и, почесав худую волосатую ногу,
хотел улечься, как сонный взгляд его упал на стоящего
в углу приютского мальчишку.
– Это что такое? – скрипучим голосом спросил он
и стал вглядываться старыми тусклыми глазами… –
Это что такое? Неужто, привидение? Гм… странно!
Видя, что меняла не испугался, призрак мальчишки
помялся немного, потом нерешительно поднял руки
и зарычал:
84
ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ III
– Гууууу!!.
Меняла неторопливо встал, взял свечу и, подойдя
к призраку, окинул его строгим взглядом.
– Привиденье? – отрывисто спросил он.
– Буууу!
– Не строй дурака! Привиденье?
– Да, дяденька.
– Зачем?
Мальчишка подумал и решил сказать самое страш-
ное, что он знал:
– Пришел взять твою душу, а потом наставить си-
няков на руках, на голове и исполосовать всю спину.
– Гм, – угрюмо усмехнулся меняла, – широко за-
думано! Для чего же это тебе нужно?..
Этот вопрос застал приютского мальчишку вра-
сплох. Он и сам не знал, для чего ему все это нужно.
Растерявшись, мальчишка выпучил свои призрач-
ные глаза и снова загудел:
– Ууууу!
– Удивительно остроумно! – сердито проворчал
меняла. – Чем глупости выкидывать, лучше бы делом
каким занялся… Да, право! Ходят, ходят тут всякие,
а зачем – и сами не знают. «Я призрак! Я привидение!
Я пришелец из загробного мира!!» Да мне-то какое
до этого дело? Подумаешь! Я понимаю, если бы это кому-нибудь приносило пользу, а то ведь так, дурака валяете!
Приютский мальчишка стоял сконфуженный и еле
удерживался, чтобы не расплакаться.
85
Аркадий АВЕРЧЕНКО
– А тебе, паренек, стыдно! Ты призрак молодой совсем, перед тобой вся… (старик замялся) вся… смерть
впереди, а ты, вместо того чтобы делами хорошими заниматься, по ночам шатаешься, людей пугаешь. Ведь
вот испугайся я, ты бы обнаглел и готов был бы мне
на голову сесть, а теперь, увидев, что твое дело не выгорело, стоишь как пень и не знаешь, что делать дальше…
Уу… Безнравственный мальчишка!
Меняла с презрением отвернулся от уничтоженного призрака и, кряхтя, лег под одеяло.
Приютский мальчишка, притаив дыхание, выждал
несколько минут и потом, подкравшись к задремавшему меняле, потихоньку ущипнул его за ногу.
– Вот я тебе ущипну, негодяй! Ты мне будешь щипаться… Проваливай!
Призрак потоптался еще несколько минут около
кровати менялы. Он попытался сдернуть с него одеяло,
но неудачно, потом дернул старика за ухо.
Меняла делал вид, что спит и не замечает стараний
приютского мальчишки.
Прибегнув в последний раз к своему излюбленному
приему, густому гуденью, и видя его безрезультатность,
призрак мальчишки горько вздохнул и, обескураженный, нехотя зашагал на чердак.
Вокруг нотариуса сидела почти вся компания вернувшихся призраков, и все обменивались впечатлениями минувшей ночи.
Общий результат был таков, что все обитатели дома
перепугались до смерти.
86
ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ III
Когда же очередь дошла до приютского мальчишки,
он нагло улыбнулся и, приняв суровый вид, стал рассказывать:
– Когда он меня увидел, то чуть не умер от страху.
А я на него как напал! А-а, говорю ему, такой-сякой!
Делом не занимаешься, глупости все на уме! Вот я тебя
сейчас! А он плакал, просил прощенья и, залезши под
кровать, трясся как осиновый лист. Я его поколотил
хорошенько и ушел!
ПОЕЗДКА ВТЕАТР
Ловким, грациозным движением Коля Кинжалов
подсадил Лизочку Миловидову на площадку трамвая,
а потом, вслед за ней, так же грациозно вскочил и сам.
Коля Кинжалов в этот вечер чувствовал себя в особенном ударе. Был он в новом смокинге, лаковых ботинках, купленных по чрезвычайно удачному случаю,
и теперь ехал с Лизочкой в театр, что сулило ему много
впечатлений, прекрасных и захватывающе интересных.
– Пардон-с, пардон-с, – вежливо, но твердо говорил он стоявшей в проходе публике, – позвольте даме
пройти вперед!
У него в уме уже назревала остроумная шутка, которую он скажет, получая от кондуктора билет. Это
должно было рассмешить Лизочку, а развеселившись,
она будет еще плотнее прижиматься к его плечу и еще
более мягким взглядом будет смотреть на него, сильного и умного Колю Кинжалова…
– Господа, пардон! Позвольте даме пройти вперед
и, ради Бога, не толкайтесь.
Вагон неожиданно остановился.
Сделав испуганное лицо, Коля Кинжалов пошатнулся, растопырил руки, подпрыгнул и сел на колени
какому-то дремавшему человеку в меховой куртке,
пребольно наступив ему на ногу.
Господин встрепенулся, столкнул с себя Колю и сурово сказал:
– А чтобы тебя черти взяли! Медведь!!
88
ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ III
Сердце Коли Кинжалова колыхнулось и провали-
лось куда-то далеко, далеко…
Он сразу с ужасающей ясностью почувствовал, что
сейчас, после этого оскорбления, должно произойти
что-то такое ужасное, такое неотвратимое и такое ничем уже не поправимое, после чего сотрется и исчезнет их поездка, театр, новый смокинг, купленные
по чрезвычайно удачному случаю лаковые ботинки
и даже сама Лизочка Миловидова – его первая благоуханная любовь.
Он оставил руку Лизочки, обернул свое пылавшее
жаром лицо к господину в меховой куртке и тонким,
срывающимся голосом, чувствуя за спиной Лизочку,
вскричал:
– То есть… Это кто же медведь?!
– Вы – медведь, черти бы вас разорвали! Своей лапой вы совсем в лепешку расплющили мою ногу!
«Сейчас надо ударить, – лихорадочно быстро пронеслось в голове Коли Кинжалова. – Кулаком или ладошкой? Ладошкой лучше, потому что это считается
пощечиной… Благороднее и оскорбительнее…»
Коля вынул правую руку из кармана и дрожащим
голосом сказал:
– Если вы смеете оскорбляться, то я… смею драться!! Я вам покажу сейчас.
Немедленно же Коля пожалел, что не ударил своего
противника сразу: в таких случаях обыкновенно
не разговаривают.
– Вы у меня узнаете, как оскорбляться!!
– Чего-с?!
89
Аркадий АВЕРЧЕНКО
Господин вскочил, двинулся на Колю, и Коля сразу
увидел, что господин выше его на целую голову…
– За такие оскорбления бьют… – болезненным ше-
потом вырвалось у Коли.
– Неужели? – иронически протянул вскочивший,
расстегивая меховую куртку. – Неужели? А что, если
я выдеру сейчас твои красные ушонки и засуну тебя
под скамейку, как паршивого зайчонка! А?!
Кто-то из публики, с наслаждением дожидавшейся
начала драки, засмеялся.
Мастеровой в издерганной шапчонке восторженно
хлопнул себя по животу и взвизгнул:
– Бейтесь, братцы!
Истинный художник, он интересовался не результатом дела, а его процессом…
Двумя звонкими пощечинами прозвенели в ушах
Коли Кинжалова незабываемые на всю жизнь слова:
«Красные ушонки… паршивый зайчонок…»
Падая в бездну, Коля, сам не зная для чего, схватил
господина за руку и жалобно пролепетал:
– Нет… этого я так не оставлю…
Но тот уже странно, устало сгорбился, с оскорбительным равнодушием зевнул в самое лицо Коли и небрежно обратился к кондуктору:
– Конюшенная скоро?
– Сейчас остановка.
Господин стряхнул с себя Колину руку и, насвистывая, направился к выходу.
90
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]