Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Художественная Вселенная русской усадьбы. Монография
.pdf
ков, Теллу, Приапа, Пифию, Весту. «Водяныя божества» –
Наяды, Реки, Тритоны и «прочие морские и водяные слу
жители» «принадлежат к фонтанам, водоемам и прудам».
Нептун, едущий на колеснице, должен занимать середину
большого пруда или водоема. «К каналам, прудам и озерам
принадлежат Палемон, Паниск, Океан, Диона, Мелицер
на, Фетида, Наяды, Сирены и прочие». Делиль решительно
возражает против неуместного расположения скульптур:
Почто сей Нил, вотще венчанный осокой,
На суше с урною разбитой и пустой?
Почто встречаются Тритоны и Наяды
В безводном месте, где должны стоять Дриады?
165
Статуи «лесных божеств» (Силваны, Фауны, Дриады,
Гаматриады) предписывается устанавливать в «рощицах и
густотах», а «в лесах и чащах должно ставить ...Февронию,
Актеона, Эхо, Филомеду и Итиса». К цветникам и парте
рам подойдут изображения Флоры, Хрориса, Венеры, Даф
ны, Рунцина. «Боги нижней ступени», говорится в том же
трактате, могут «поставляемы быть в нишах». Причем Це
рера, Помона и Геспериды предназначены для украшения
плодовых садов, Фауны и Сильваны хороши в «увесели
тельных лесочках», Бахус и Силен должны стоять в «садах
виноградных». Эол и Ореады имеют отношение к горам,
уступам и дорогам, «богиня Валлония» – к долинам. Гар
пократ, Ангерона и Меркурий найдут пристанище в
«особливых кабинетах, увеселительных лесочков и ро
щиц». Статуи рекомендуется ставить вдоль палисадников,
182
VIII
в партерах, нишах, шпалерниках. В целом, скульптурные
произведения, как полагают современники, «содействуют
к украшению и великолепию сада и весьма усугубляют ес
тественные онаго красоты». Материалы, из которых вы
полнены скульптуры, согласно тогдашней классификации
и терминологии, выглядят так: «Самые дорогие бывают из
бронзы, позолоченного свинцу и мрамору; обыкновенные
же из дикого камня и алебастру».
И в то время, и позже различают статуи одиночные и
поставленные группами («не менее двух фигур вместе»),
«статуи грудные», то есть бюсты, «оканчивающиеся в низ
Пирамидою». Сами статуи подразделяются на «малыя» и
«колоссальныя», «превышающие обычную меру росту че
ловеческаго». Относительно содержательной стороны дела
в трактате говорится, что «Статуи по большей части пред
ставляют или языческих богов, или знаменитых в древнос
ти людей, или аллегорическия изображения; почему и по
ставлять их должно в пристойном означению их месте»
166
.
Итак, сюжетная скульптура в зависимости от принад
лежности к той или иной разновидности, содержания и
размеров, может находиться и на открытом воздухе – на
верху или в нишах каскада, у лестниц и спусков, в партере,
в центре и по краям фонтанов, вдоль каналов, в гротах и
эрмитажах (внутри и снаружи в нишах), у въезда в усадь
бу, наконец, у входа в дом и в его залах.
Специальную группу декоративной пластики составляют
вазы или горшки с цветами «колоссальной величины». Вазы,
183
Мир образов и скульптура усадебного «государства»
памятниками, между которыми заметите мраморную урну,
посвященную Фенелону. На одной стороне урны изображе
на госпожа Гюйон, друг Фенелона, а на другой – Ж.Ж. Рус
со, стоящий в размышлении перед бюстом Кембрейского
архиепископа»
169
. А.Н. Греч, заставший здесь в 1923 – 1924
годах «любопытнейшие остатки масонской старины», сви
детельствует: «Сады и острова Саввинского украшали
памятники, посвященные Лейбницу, Конфуцию, Эккартс
гаузену, дяде владельца масону Абр. Лопухину в виде пира
миды на пьедестале с черепом и скрещенными костями,
Квирину Кульману, насадителю в России ереси жидовству
ющих, и еще многим другим». Камень, посвященный Кви
рину Кульману, сожженному за ересь в 1689 году, сохранял
типичную для своего времени чувствительную надпись: «Ос
тановись, прохожий, и вздохни о страдальце»
170
.
Отметим как неуместную в городе усадебную склон
ность к причудливым образам, лежащим за пределами
классических олицетворений исторического, мифологичес
кого или аллегорического свойства. Обрезные фигуры – об
манки, объемные человеческие подобия – «куклы», вроде
собственного портрета, которым поражал гостей И.М. Дол
горуков или фигуры Руссо в библиотеке Архангельского,
группы беседующих или играющих в карты составляют за
стывшее воплощение «населения» усадьбы, своего рода
объемное дополнение к нему. Можно сказать, что они слу
жат своеобразным опосредующим звеном между фигурой,
выполненной из твердого или, как тогда говорили, вечного
185
Мир образов и скульптура усадебного «государства»
184
VIII
которые «придают саду великое украшение», рекомендуется
располагать «вдоль по шпалерам, по бокам партеров, в пере
крестках и углублениях чащи. В лесочках и дичи ставятся оне
в средине перекрестков, в средине площадок, или при нача
ле ряда деревьев и шпалер. При входе в знакомые места на
небольших возвышениях, или на низеньких пъедесталах,
можно ставить горшки с цветами колоссальной высоты. Эти
горшки должны содержать в себе растущие цветы, которых
потерю можно было бы заменить другими, поздно растущи
ми цветами. Один, а много двух таких горшков весьма до
вольно для самого пространного места»
167
. Нередко вазы ук
рашают мифологические сцены, а сама форма сосудов, как
правило, вызывает ассоциации с древностью.
Наряду с античными образами встречаются и заимство
ванные из египетской мифологии. Число их на практике не
велико, однако в трактатах рекомендуется ставить и такие
«истуканы». Среди них «Озирис, почитаемый кумир Егип
тянами за солнце...», «Изиса, луна и супруга Озирисова...»,
«Изида...знаменует землю», «Гарпократ, сын Изиды, бог
молчания» и другие
168
. Помимо «классических», в усадьбе
можно наблюдать редкие, практически уникальные образы.
В этом отношении особое место занимает Саввинское, при
надлежавшее известному масону сенатору И.В. Лопухину.
Наибольшее внимание всегда привлекала необычная ли
тературная канва этой усадьбы. В.А. Жуковский писал: «Рас
положение сего сада прекрасно ... На самой средине озера
Юнгов остров с пустынническою хижиною и несколькими
материала и живым человеком, нередко «маскированным»
и напоминающим актера усадебного театра гденибудь в
Кускове, Ольгове или Останкине. Скорее всего, такие курь
езные затеи рассчитаны на то, чтобы посвоему «разбавить»
и дополнить арсенал серьезных или «ученых» образов. С «ге
нетической» точки зрения этот «пласт» тяготеет к более
ранней стадии рококо и заветам барокко.
Помимо разного рода обманок, к той же категории по
своей образной природе принадлежат «скульптуры» и «по
добия», образованные стриженой зеленью. Уже в конце
XVII – начале XVIII веков она производила большое впечат
ление на русских путешественников, наблюдавших ее в са
дах западноевропейской знати. Так, близ Бергамо П.А.Тол
стой «видел чудную вещь: зделана ограда около саду ис
травы, которая трава ростет власно как стена каменная
толщиною в аршин, а вышиною от земли аршина в два. По
той травной стене ростут ис той же травы фигуры розных
подобий: которая подобием человека пешего с копием, или
с пратазаном, или с саблею; которая подобием человека на
лошади с ружьем; иная подобием аггела, имея крылья; иная
подобием жены или девицы, убранной пофранцуски; иная
подобием барки с щеглою, и с парусами, и с веревками;
иная власно как венецкая гундала,то есть лотка крытая, и
на ней человек с веслом; другие подобием фантан розных
образов; иные растут в подобие зверское, и скотцкое, и пти
чье розных родов; иные подобием сосудов изрядных. А по
углам того саду ис той же травы ростут власно как башни,
186
VIII
по которым ростут люди в подобие салдат для сторожи с
ружьем. Сия вещь зело преудивительная и удивлению до
стойная, как та трава, розными изображении ростет»
171
.
Традиции естественной для барокко скульптуры из
стриженой зелени сохранялись в России и во второй поло
вине XVIII столетия, хотя, как выяснилось, она мало соот
ветствовала отечественному климату и требовала постоян
ного ухода. Подобные явления интересны не только как
проявления декоративного мышления, без которого не
возможно садовое искусство любой стилевой направлен
ности. Важен еще один ракурс – средствами декоратив
ной пластики любой техники и материала старались не
просто украсить усадьбу, но внести в ее облик нечто зани
мательное и редкое, у других невстречающееся и обеску
раживающее, поразить воображение диковинностью. На
зовем в том же контексте фонтанышутихи, иллюзорные
картины, подобные созданной Гонзага панорамы деревни
в Павловске, которую трудно было отличить от настоящей
даже на достаточно близком расстоянии и прочие tromp
l’oeil. Такая образность рассчитана на ассоциации с обще
принятой, в определенной мере, как все обманные затеи,
пародирует ее, а главное – поощряет фантазию посетите
лей «Вселенной» усадьбы.
Исторические, мифологические и аллегорические обра
зы встречаются в монументальнодекоративных росписях.
Правда, число таких памятников относительно невелико.
Помимо самых знаменитых петербургских и подмосков
187
Мир образов и скульптура усадебного «государства»
ных усадеб, это Люблино, НикольскоеУрюпино, Знаменс
коеСадки и дача Бекетова, калужское Белкино, пензенс
кая Рузаевка, Дугино, Васильевское и Самойлово Смоленс
кой губернии, Ляличи Черниговской и ряд недошедших
или неизвестных сегодня усадеб. Сюжеты этих росписей
традиционны, а исполнение, далекое от академических
норм и выучки, нередко почти забавно.
Отметим как наиболее оригинальный замысел плафона
в Рузаевке, сочиненного самим Н.Е. Струйским и исполнен
ного его крепостным живописцем А. Зябловым, некоторое
время обучавшимся у Рокотова. Зяблову и содержанию
«Блафона» посвящено одно из стихотворений Струйского.
Помещик с восхищением рассказывает каким впечатли
тельным и талантливым был его «верный раб»
:
Лишь шибкую черту Бушера он узрел,
К Плафонну мастерству не тщетно возгорел.
Мне в роде сих трудов оставил он приметы:
В двух комнатах верхи ево рукой одеты.
Овальную ль кто зрит; иль мой квадратный зал:
Всяк скажет! Зяблов здесь всю пышность показал!
Рачитель строгих дум, достойной слез теченья!
Списатель моего ты был изобретенья...
Описание плафона дает представление о редком по сво
ей претенциозности произведении, а заодно об усадебной
поэзии того времени. Плафон изображает Екатерину II в
виде Минервы, поражающую различные пороки. Приве
дем несколько строк из этого тяжеловесного и многозначи
тельного сочинения:
188
VIII
Премерзостнейший вид:... то лихоимства смрад.
С которым в мир свою! к нам дщерь, изрыгнул ад?
Ко омерзенью в свет что первым мной явленну:
Чрез кисть твою там зрят в плафоне оживленну.
К которому свой взор сколь крат ни возведут,
Проклятие и честь столь кратнож воздадут!
Богини кроткия в нем зрят изображенье!
172
В ЗнаменскомРайке в главном зале можно наблюдать
не только довольно распространенную роспись купола
кессонами, но и сравнительно редкий мотив – знаки зоди
ака, помещенные в овалы и украшающие фриз. Там же в
парадном зале находилось выполненное на холсте большое
панно – сцена мифологического содержания, подписан
ная крепостным художником Николаем Устиновым
173
.
Помимо этого, исторические, мифологические и аллегори
ческие сюжеты присутствовали и в станковой живописи –
главным образом произведениях западноевропейских
школ ХVII – ХVIII веков.
В настоящий момент подавляющее большинство со
хранившихся полотен вошло в состав музейных собраний
в период национализации усадеб. Эти произведения позво
ляют судить о несомненном интересе к картине, доступной
не всяким владельцам, но наблюдавшейся многими людь
ми, посещавшими эти усадьбы. Кстати, о присутствии такой
живописи свидетельствует и приведенное выше описание
Чурасова Аксаковым.
189
Мир образов и скульптура усадебного «государства»
IIIIXX
XX
Времена и народы
в художественной
структуре усадьбы
193
П
рисутствие и характер экзотических мотивов в
художественной культуре русской усадьбы,
склонность к подобным явлениям рококо, сентиментализ
ма и предромантизма хорошо известны и давно вызывают
интерес исследователей.
Остановимся вкратце на мотивах, объясняющих их
распространение в усадебной среде. Помимо общих
причин появления экзотических и иных «иноземных»
мотивов в русской культуре второй половины XVIII века,
не следует, видимо, оставлять без внимания и другие об
стоятельства. Среди них: художественный плюрализм и
ярко выраженная тенденция творческой самостоятель
ности, иллюстрирующая амбиции владельцев. Мы виде
ли, что важнейшая часть умонастроения усадьбы состо
ит в осознании себя в качестве единого, внутренне
самодостаточного организма. Лишь будучи уверенным в
собственном величии не только в царской резиденции,
но и в небольшом поместье, можно пригласить в гости
чуть ли не весь окружающий мир. Для этого необходи
мы хотя бы минимальные материальные затраты, осве
домленность, хозяйский гонор и подвластное население
усадебного «государства».
Таким образом, усадьба исторически готова раскрыть
дверь посторонним веяниям и не только допускает сосед
ство старых регулярных и новых пейзажных садов, древне
русских храмов и классицистической архитектуры, но, как
выясняется, может найти место и заморским затеям. С их
помощью она с удовольствием пополняет свою «Вселен
ную», подобно тому, как украшает новыми поступления
ми минералогические кабинеты, библиотеки, картинные
собрания и оранжереи, увеличивает «население» дома
арапчатами и калмыцкими детьми, обогащает конюшни и
псарни редкими породистыми животными.
Однако где и как разместить свои «приобретения»? И
здесь с неизбежностью приходится вернуться к концеп
ции миниатюрной «географии» усадьбы. В ткань ассоциа
тивных названий в больших ансамблях вкрапливаются и
те, что окрашены в национальные тона. Отдельная мест
ность содержит в своем имени указание на конкретную
страну, претендуя таким образом на роль олицетворяю
щего ее «фрагмента». Можно сказать, что владелец само
уверенно учреждает у себя миниатюрную Англию или Ки
тай. Как видим, декоративные «народы» обитают на
островке подчеркнуто гостеприимной, но чужой земли.
Не случайно они и представлены на «чужбине» отдельны
194
IX
ми участками или постройками, подобно тому, как будет
впоследствии на Всемирных выставках.
И «география», и неотрывная от нее миниатюрная
«этнография» «Экстракта Вселенной на десятине», разу
меется, носят фантазийный, но прекрасно различаемый
современниками характер: к тому времени в сознании
публики достаточно прочно укореняется представление
о феноменальных особенностях отдельных националь
ных культур и, прежде всего французской, с ее парком,
модой и способом отделки интерьеров. В столь же устой
чивые понятия превращаются английские сплин, клуб,
дворец, парк и луг.
Известна признанная репутация итальянской оперы и
садовой пластики, немецкой музыки и философии, гол
ландской медицины и цветоводства. В усадьбах братьев
Нарышкиных на Петергофской дороге находят воплоще
ние и увеселительный лес «в Аглинском вкусе» с каналами,
и «увеселительный лес в Аглинском вкусе с прудом, хра
мом и великолепным Китайским мандаринным двором,
одним Российским и одним Голландским крестьянским
двором».
На мызе А.Г. Демидова имеются «Голландский сад и
луга», в усадьбе Репнина – «Аглинский сад и деревянные
строения, совсем в Китайском вкусе. Два китайские до
ма, – пишет Георги, – соединены между собою длинною
покрытою колоннадою. Главное строение имеет множе
ство малых комнат с китайскими обоями, картинами,
195
Времена и народы в художественной структуре усадьбы
коврами, стульями, постелями для отдохновения, фарфо
ром, идолами, куклами и пр. Меньший дом расположен
для Китайского домоводства, содержит кухню, печи, сто
ловый прибор, людские покои и пр.»
174
Нельзя не вспомнить в той же связи Английский дво
рец в Петергофе, «Аглицкий сад» (ныне пейзажная часть
Екатерининского парка) в Царском Селе, «Палладиев
мост» там же, Китайскую беседку и Пагоденбург в Кус
кове, «Голландские домики» в Кускове и Воронове, Ту
рецкую Мечеть в Яропольце Чернышевых и целый ряд
подобных затей. Известно, что П.А. Румянцев выражает
в одном из писем желание соорудить в подмосковном
ТроицкомКайнарджи «амбар», который «бы имел фи
гуру Китайского строения» и въезжий двор «Немецкой
корчмы».
Особое ответвление составляет псевдоготика – доста
точно сложное, до сих пор не вполне изученное явление. В
России она апеллирует и к древнерусскому наследию как
части общеевропейского средневекового наследия (пре
имущестенно у В.И. Баженова и в Московской школе) и к
западноевропейской, чаще всего английской ветви этого
направления главным образом в Петербурге. Несомненно,
что в псевдоготике второй половины XVIII cтолетия, так
же как в шинуазри, тюркери и других подобных явлениях,
ощущается и резонанс художественной культуры рококо
и предчувствие романтизма.
196
IX
В настоящее время очевидно, что проблемы, связанные
с псевдоготикой, логично рассматривать в более широком
контексте явления, которое современники называли «го
тическим вкусом» – явлением, характерным для многих
европейских стран
175
.
Русская дань этому увлечению оказалась весьма инте
ресной. Псевдоготические сооружения у нас не столь
обильны в количественном отношении, как в лидирующей
в этом отношении Англии, но по художественному качест
ву порой не знают себе равных (мы имеем в виду прежде
всего постройки Баженова). Вместе с господствовавшим
классицизмом проявления «готического вкуса» и другие
пристрастия образуют сложное единство, представляя со
бой часть меньшую по объему, но отнюдь не второстепен
ную с точки зрения художественной состоятельности.
Иногда псевдоготика используется в жилых домах (Троиц
коКайнарджи, Вишенки, Тишань). Однако в этой сфере
она не имеет большого распространения, скорее всего, в
силу откровенной нерациональности и господства в ней
игрового начала. Судьба Царицына не случайно оказывает
ся драматической.
Уделом псевдоготики в усадьбах являются церкви
(Владимирской Богоматери в Быкове), но главным обра
зом – хозяйственные постройки (круглый скотный двор в
усадьбе Красное Рязанской губернии, конные дворы в
подмосковной Марьинке, хозяйственные дворы, псарни,
197
Времена и народы в художественной структуре усадьбы
ограды в Яропольце Гончаровых, башни ограды в Михал
кове и другие).
Многие из сооружений в духе той или иной нацио
нальной архитектуры не сохранились. Некоторые уже в
обедненном виде дошли в воспоминаниях более поздних
по времени, но все равно чрезвычайно любопытных.
В 1826 году И.И. Дмитриев пишет: «Во всю бытность
мою в Петербурге император благоволил оказывать мне
милости, необыкновенные для частного лица. В Сарском
Селе мне был отведен для временного житья один из ки
тайских домиков в ближайшем соседстве с Карамзиным...
Наши домики разделяемы были одним только садиком,
чрез который мы друг к другу ходили... Для любопытных
наших внучат я скажу несколько слов о сих китайских до
миках. Они поставлены были еще при императрице Ека
терине Второй вдоль сада, разделяемого с ними каналом.
Это было пристанище ее секретарей и очередных на
службе царедворцев. Китайскими прозваны потому толь
ко, что наружность их имеет вид китайского зодчества, и
со въезжей дороги ведет к ним выгнутый мост, на перилах
коего посажены глиняные или чугунные китайцы, с труб
кою или под зонтиком.
Ныне число домиков умножено и определено им дру
гое назначение: они служат постоем для особ обоего по
ла, которым государь, из особенного к ним благоволения,
позволяет в них приятным образом провождать всю лет
нюю пору. Все домики, помнится мне, составляют четве
198
IX
роугольник, посреди коего находится каменная же ро
тонда. Живущие в домиках имеют позволение давать в
ней для приятелей и соседей своих обеды, концерты, ба
лы и ужины. В каждом домике постоялец найдет все по
требности для нужды и роскоши: домашние приборы,
кровать с завесом и ширмами, уборный столик, комод
для белья и платья, стол, обтянутый черною кожею, с чер
нильнецею и прочими принадлежностями, самовар, анг
лийского фаянса чайный и кофейный приборы с лаковым
подносом и, кроме обыкновенных простеночных зеркал,
даже большое, на ножках, цельное зеркало. Всем же этим
вещам, для сведения постояльца, повешена в передней
комнате у дверей опись, на маленькой карте, за стеклом
и в раме.
При каждом домике садик: посреди круглого дерна
куст сирени, по углам тоже, для отдохновения железные
канапе и два стула, покрытых зеленою краскою. Для услуг
определен придворный истопник, а для надзора за исправ
ностию истопников один из придворных лакеев...»
176
Чем дальше отстоит прототип «страны», тем она пред
ставляется загадочнее и интереснее. Разумеется, «играют»
в разные страны. В качестве экзотических чаще всего фи
гурируют элементы культуры Дальнего и Ближнего Вос
тока – те, что мирискусники ассоциируют с понятиями
шинуазри, японери, тюркери и пр. – пагоды, китайские
дворцы, театры и беседки, турецкие бани и киоски. Афри
канские мотивы отразились в фарфоровых сериях и шпа
199
Времена и народы в художественной структуре усадьбы
лерах, «Хижина отшельника» напоминает туземный виг
вам или шалаш и т.д.
Давние симпатии и интерес к другим странам делают
украшением ряда крупных усадеб не только отдельные по
стройки и сады в том или ином «вкусе», но целые деревни
с «этнографическим» уклоном, где у поселян, наряженных
в соответствующие костюмы, есть свое домоводство, а гос
тя могут облечь в национальное платье и предложить отве
дать местное блюдо. Крестьяне, помещенные в екатери
нинское время в такие деревни, смотрятся под стать
литературным героям и сценическим персонажам и, по
существу, являются актерамиучастниками маскарадов,
живых картин и шарад.
В целом такие затеи усиливают впечатление планетар
ного масштаба усадебной «Вселенной» и оказываются
сродни театральным пьесам из жизни экзотических стран,
«народы», которых представляют костюмированные уча
стники маскарадов, легко перенося воображения зрителя
в неведомые страны.
Иллюстративный характер таких затей делает китай
ские, голландские и прочие деревни посвоему познава
тельными, хотя историческая достоверность не имеет
здесь решающего значения, а сквозь убор «китайских» ин
терьеров различимы грассирующие интонации француз
ского рококо.
Одним словом, «этнография», представленная в усадь
бе, несерьезна и развлекательна подобно ее «географичес
200
IX
ким» притязаниям. При этом она столь же законно эклек
тична и наглядно выдает яркие парадоксы усадьбы –
смесь дела и удовольствия, настоящего и вымышленного,
естественного и искусственного.
Подчеркнем, что такая же пестрота присуща, как мы
видели, историческому миру, представленному в усадьбе
пластикой. Посетитель попадает в среду, уготованную ему
творчески настроенным, как правило, достаточо состоя
тельным и осведомленным владельцем, имеющим, к тому
же, дело с художником соответствующего ранга.
Как правило, заказчиком в таких случаях является цар
ский двор или близкие к нему достаточно претенциозные
персоны. Впрочем, постройка небольшой китайской бе
седки, ограды церкви, скотного двора в духе готики не тре
буют особых затрат и фантазии, ибо их образ достаточно
сформировался в сознании современников и даже приоб
рел стереотипность.
Судя по всему, своеобразная избыточность экзотичес
ких предприятий, частое отсутствие в них прямой функ
циональности раздражали определенную часть публики
не только красивой бесполезностью, но капризной пестро
той. Делиль сетует и наставляет:
Не строй в садах своих киоски и пагоды;
Смесь чудна зодчества есть зодчества позор,
И безобразные наряды не убор.
Не странно ль смежными увидеть зданья Римски,
Китайски, Гречески, Японски, Аравийски?
201
Времена и народы в художественной структуре усадьбы
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]