Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Трудные вопросы истории России. XX-начало XXI века. Вып.1. Учебное пособие
.pdf
ТЕМА 1. РОССИЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1914–1917 ГГ.)
формы правления. Для всех это было бесспорно. Другой тезис, к которому пришли единомысленно, был тот, что личность монарха является
источником недовольства в стране и что его сохранить на Престоле
невозможно. Следует сначала добиваться отречения Государя, а затем,
после отречения, должны действовать Основные Законы… Тот, кто переворот сделает, будет господином
положения…».
Цареубийство категорически отвергалось. Правда, сама «техническая сторона» готовившегося переворота была слабо продумана. Гучков
отмечал, что подобных собраний «было два или три. Ничего нового
остальные не вносили, так что так и осталось. Насколько я помню,
тогда же намечалось, что если будет Совет регентства, то надо будет рекомендовать состав
правительства. Намечалась кандидатура князя Львова.
Обрисовалось правительство из общественных и политических деятелей». Предполагалось добиться отречения от престола Николая II
в пользу цесаревича Алексея Николаевича, при регентстве (до совершеннолетия) великого князя Михаила Александровича. «Усиление монархии могло бы отсрочить революционный напор. Личность Алексея,
опирающегося на правительство, встречающее сочувствие, – могла
укрепить власть
».
Очевидное отсутствие готовности «общественных деятелей» к перевороту побуждало Гучкова взять на себя большую часть «технической подготовки акта захвата и отречения». Он выделял три варианта переворота: в Ставке, в пригороде Петрограда (Царском Селе
или Петергофе) или посредством «захвата поезда» на линии железной
дороги из столицы в Ставку. Последний
вариант представлялся наиболее предпочтительным. Главный расчет делался на части запасных
гвардейских полков, участие которых в революции подтвердилось
позднее, в феврале 1917 г. Взаимодействие с гвардейскими частями
взял на себя князь Д. Вяземский, работавший совместно с Гучковым
по линии Красного Креста, при формировании санитарных отрядов.
При этом «вербовка участников» переворота проходила гораздо
медленнее, чем того хотелось бы Гучкову. По его словам, «приходилось
работать очень осторожно, частные беседы по одному человеку…
Дело велось настолько конспиративно, что у меня и тогда было впечатление, что несмотря на то, что некоторые из нас были на подозрении
(вскрывались письма), но правительство все же ничего не
знало…».
Примечательны оценки Гучковым возможностей привлечения
к «перевороту» представителей «высшего командного состава».
Контакты с генералитетом были, но крайне ограниченные и, по сути,
51
А. Б. АНАНЧЕНКО, В. П. ПОПОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, Д. О. ЧУРАКОВ.
Т
РУДНЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РОССИИ. XX – НАЧАЛО XXI ВЕКА
безрезультатные. «…Была уверенность, – оценивал Гучков высший
генералитет, – что они бы нас арестовали, если бы мы их посвятили
в наш план». Тем не менее заговору открыто сочувствовал командующий Северного фронта генерал от инфантерии Н. В. Рузский, сторонником «переворота» являлся генерал-майор А. М. Крымов. И хотя
«активной работы он
на себя не брал, но был осведомлен о ходе нашего дела». Не противодействовали заговору даже многие великие
князья: «если бы этот акт совершился и все его признали бы и приветствовали, – мы бы там сопротивления не встретили».
Примечательно, что помимо собственного плана «переворота» Гучков
отмечал также «параллельно подготовительные попытки» заговора
в Ставке, «среди группы морских офицеров». Но гораздо более важными для быстро развивающихся политических событий стали контакты
либеральной оппозиции и рабочих организаций, тесно связанных с левыми политическими структурами. Здесь относительно перспективные контакты существовали у представителей земско-городской общественности. Здесь проявили активность московский городской голова,
председатель Союза
городов М. В. Челноков и крупный московский
текстильный фабрикант, прогрессист А. И. Коновалов. По оценке
Милюкова «у них была поставлена задача слиться с революционным
элементом, с левыми и принять участие в перевороте». Во время событий февраля 1917 г. эти контакты сыграли, очевидно, решающую роль
в сравнительно быстром переходе власти к «революционной
демокра-
тии» Петрограде и в Москве.
Тем не менее никоим образом не следует преувеличивать степень
взаимодействия либеральной оппозиции с рабочими организациями.
В противном случае можно прийти к выводу о том, что во главе революционного движения петроградских рабочих стояли деятели «Прогрессивного блока». Абсурдность подобного рода тезиса ясна хотя бы
из того, что уже в марте 1917 г. по многим принципиальным политическим вопросам позиции либералов (выражавшиеся в политике Временного правительства) и позиции революционеров (выражавшиеся
Советами различных уровней) начали существенно расходиться и быстро привели к непримиримому противостоянию между советской
властью и властью Временного правительства.
Отмечая характер общественных настроений к 1916 г
., следует отметить, что былого «единства власти и общества», характерного для
начала войны, к концу 1916 г. уже не проявлялось. Император считал,
что правительство может работать более эффективно и поэтому допу-
52
ТЕМА 1. РОССИЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1914–1917 ГГ.)
стимы изменения состава исполнительной власти и даже «значительные», как казалось многим, уступки политической оппозиции. Еще
в конце января 1916 г. был отправлен в отставку премьер-министр
Горемыкин. Его сменил бывший ярославский губернатор, обер-камергер Высочайшего Двора Б. В. Штюрмер. Однако его политические
позиции не вызывали сочувствия у думской оппозиции. 1 (14) ноября
1916 г. возобновилась работа Государственной Думы. Но если открытие предыдущей сессии в феврале 1916 г. ознаменовалось весьма
удачным выступлением Императора перед членами Думы и публичной демонстрацией поддержки власти думцами, то открытие заседаний в конце года сопровождалось «штормовым сигналом революции»,
прозвучавшим в знаменитой речи лидера кадетской партии Милюкова.
Главный «удар
» своей критики он направил на правительство Штюрмера, которое, по его мнению, не только оказалось неспособным к достижению военной победы и к преодолению экономических кризисов,
но и намеренно препятствовало любым попыткам разрешения государственных проблем со стороны «общественности».
Каждый критический тезис оратор сопровождал риторическим во-
просом: «Что это? Глупость
или измена». Речь Милюкова иногда характеризуется как прямое обвинение в адрес царицы, призыв к свержению власти. Однако это преувеличение. Хотя прямого вывода в речи
не делалось, оппозиционеры были уверены в том, что их критика
приведет к ожидаемым результатам и влияние Думы на правительство
усилится. Милюков не отрицал, что «правительству
понадобились
героические средства для того, чтобы бороться с общим расстройством народного хозяйства». От лица думской «общественности» он
заверял также, что «мы по-прежнему стремимся к полной победе,
по-прежнему готовы нести необходимые жертвы и по-прежнему хотим поддерживать национальное единение». Но при этом Милюков
отмечал: «мы потеряли веру
в то, что эта власть может нас привести
к победе… ибо по отношению к этой власти и попытки исправления,
и попытки улучшения, которые мы тут предпринимали, не оказались
удачными…». Милюков четко определял степень поддержки Думой
власти зависимостью от политических уступок. «Во имя миллионов
жертв и потоков пролитой крови, – велеречиво заявлял лидер
кадетской партии, – во имя достижения наших национальных интересов,
во имя нашей ответственности перед всем народом, который нас сюда
послал, мы будем бороться, пока не добьемся той настоящей ответственности правительства, которая определяется тремя признаками
53
А. Б. АНАНЧЕНКО, В. П. ПОПОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, Д. О. ЧУРАКОВ.
Т
РУДНЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РОССИИ. XX – НАЧАЛО XXI ВЕКА
нашей общей декларации: одинаковое понимание членами кабинета
ближайших задач текущего момента, их сознательная готовность выполнить программу большинства Государственной Думы и их обязанность
опираться не только при выполнении этой программы, но и во всей
их деятельности на большинство Государственной Думы. Кабинет,
не удовлетворяющий этим признакам, не заслуживает доверия Государственной Думы
и должен уйти…».
10 (23) ноября Штюрмер был отправлен в отставку. Его сменил
А. Ф. Трепов, бывший до этого министром путей сообщения и готовый,
как считалось, пойти на уступки Прогрессивному блоку. Однако Трепов возглавлял правительство чуть больше месяца – накануне 1917 г. он
был заменен князем Н. Д. Голицыным. Он стал последним премьером
в Российской империи. Определенной уступкой требованиям думской
«общественности» считалось назначение на должность министра внутренних дел в сентябре 1916 г. бывшего члена Государственной Думы
и члена Прогрессивного блока А. Д. Протопопова. Однако на посту министра Протопопов стал убежденным сторонником защиты правительственной политики и противником своих бывших сторонников по блоку
«Министерская чехарда» оказалась ярким признаком растущего кризиса власти. За все время войны в правительстве сменилось 4 премьер-министра, 6 министров внутренних дел, 4 военных министра и 4 министра
юстиции и один лишь морской министр адмирал И. К. Григорович сохранял свою должность при всех сменах Совета министров.
Негативно отражалось на отношении к
власти, кажущееся многим
реальностью, растущее влияние Г. Е. Распутина на царскую семью.
Крестьянин села Покровское Тобольской губернии, он смог войти
в доверие к императрице, прежде всего, благодаря очевидной способности облегчать болезненное состояние наследника престола, страдающего от гемофилии. Доверие к нему росло также благодаря его
внешнему сходству со многими
подвижниками православия, представителями русского «старчества», популярного в начале ХХ столетия.
Однако многие церковные иерархи, в том числе и будущий новомученик митрополит Санкт-Петербургский Владимир (Богоявленский),
обличали Распутина как шарлатана, пользовавшегося выгодными для
него условиями семейной жизни последнего российского императора.
Конечно, степень влияния Распутина на государственные дела
не стоит преувеличивать
. Многие его «советы» и «указания», касавшиеся, например, места и времени наступления на фронте или назначения
конкретных министров, не имели, сколько-нибудь серьезного значения
.
54
ТЕМА 1. РОССИЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1914–1917 ГГ.)
для Николая II. И все-таки многим монархистам фигура «грязного мужика», знаменитого своим «распутным» поведением в столице, представлялась весьма опасной для авторитета монархии. В ноябре 1916 г.
Распутин был убит, причем в подготовке и осуществлении убийства
участвовали родственники царской семьи (великий князь Дмитрий
Павлович и князь Ф. Ф. Юсупов), а также
известный монархический
лидер, националист В. М. Пуришкевич. К сожалению, поддержать
авторитет престола им не удалось, обоюдное недоверие власти и общества нарастало. В опубликованном 6 (19) января 1917 г. рескрипте
правительству говорилось о необходимости соблюдения союзнических обязательств и достижении «окончательной победы», тогда как
структуры представительной власти, местного самоуправления призывались оказать поддержку
правительству и армии.
В то время как либеральные и правые круги пытались «спасти монархию, пожертвовав монархом» или надеялись добиться «ответственного министерства», левые политические группы и партии, не говоря
уже о революционных структурах, считали назревшими гораздо более
радикальные преобразования российской политической системы.
В настоящее время нередко встречается тезис о полной
непричастности большевиков к событиям Февраля 1917 г. На основании того, что
Ленин был в эмиграции, а Русское бюро ЦК РСДРП (б) было несколько раз разгромлено полицией делается вывод о неготовности большевистских структур к революции. Но не стоит, однако, забывать, что после ареста и ликвидации центральных структур РСДРП (
б) в России,
на местах, на уровне местных фабрик и заводов, по-прежнему продолжалась активная политическая работа (печатались и распространялись антивоенные листовки, собирались средства для арестованных,
а также действовали легальные структуры – больничные кассы, профсоюзы, где влияние большевиков было значительным. Ленин никогда
не считал, что местные большевистские структуры должны
действовать с некоей «оглядкой» на эмиграцию, предоставлял местным партийным деятелям достаточную свободу действий, с учетом складывающейся на местах ситуации.
Что же касается непосредственных действий рабочих накануне
февраля, то здесь важно отметить, что местными организациями,
по указаниям из эмиграции и с учетом сложившейся ситуации, намечалась активизация проведения
стачек и забастовок весной 1917-го.
Нужно также напомнить учащимся, что уже после революции 1905 г.,
на основании опыта тех лет, Лениным была разработана тактика
55
А. Б. АНАНЧЕНКО, В. П. ПОПОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, Д. О. ЧУРАКОВ.
Т
РУДНЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РОССИИ. XX – НАЧАЛО XXI ВЕКА
революционной борьбы, согласно которой забастовка (стачка) рассматривалась как необходимое условие для последующей подготовки
вооруженного восстания (во время забастовки усиливается сплоченность рабочих, их готовность к дальнейшим революционным
действиям).
В конце 1916 г. существенно возросло забастовочное движение.
Фабричная инспекция доносила о 228 забастовках с политическими
требованиями. А в феврале 1917 г. прошло уже более
900 забастовок
с политическими требованиями. Значительным политическим влиянием пользовались рабочие группы при военно-промышленных комитетах. Рабочая группа при Центральном военно-промышленном
комитете (ЦВПК) в Петрограде в конце января 1917 г. выступила с проектом резолюции, которую планировалось озвучивать на демонстрации у Таврического дворца, приуроченной к открытию Государственной Думы.
В ней говорилось: «…Режим самовластия душит страну.
Политика самодержавия увеличивает и без того тяжкие бедствия войны,
которые обрушиваются всей тяжестью на неимущие классы, и без того
бесчисленные жертвы войны во много раз умножаются своекорыстием
правительства. Создав тяжкий продовольственный кризис, правительство упорно и ежедневно толкает страну к голоду и полному разорению
Пользуясь военным временем, оно закрепощает рабочий класс, приковывая рабочих к заводу, превращая их в заводских крепостных».
«Глубокий кризис, охвативший страну, – отмечалось в резолюции, –
уже не может быть разрешен, как мечтают имущие классы, организацией власти, ответственной перед Думой. Правительство, ответственное только перед Думой, уже не способно остановить разруху
в стране.
Только правительство, организованное самим народом, опирающееся
на народные организации, которые возникнут в борьбе, способно
вывести страну из тупика… Создание Временного Правительства –
лозунг, который должен объединить всю демократию».
Безусловно, нужно напомнить и о решениях Циммервальдской
и Кинтальской конференций большевиков, на которых был принят тезис
о «перерастании войны империалистической в
войну гражданскую».
Итак, на повестке дня стоял вопрос приближавшейся революции…
.
ТЕМА 2
ВЕЛИКАЯ РОССИЙСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1917 г.
И ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА: ПРОБЛЕМЫ
РЕВОЛЮЦИИ И НАШЕГО ПОНИМАНИЯ ИСТОРИИ
Проблема предпосылок и характера революции 1917 г. в современной отечественной и зарубежной историографии остаются важными
и дискуссионными темами. Причины, последствия и оценки падения монархии в России и прихода к власти большевиков тоже не представляют
собой один набор аргументов, перечень явлений или их результатов.
Темы революции вообще и Великой русской революции
дут и дальше обсуждаться, вызывать совершенно различные толкования
и оценки в зависимости от мировоззренческих убеждений автора, или его
понимания базовых понятий истории, например, понятия «революция».
После выхода в свет фундаментального восьмитомного издания
«Основные исторические понятия. Исторический словарь общественнополитического языка в Германии» и перевода из него избранных статей
на русский язык, в распоряжении ученых оказался ценнейший справочник, без которого невозможно представить развитие современной
исторической науки. Более 200 страниц текста русского перевода посвящены понятию «революция». К сожалению, издание ограничивается рамками Западной Европы и доводит анализ исторического материала до начала XX в.
Кратко остановимся на основных положениях, характеризующих
понятие «революция». Авторы отмечают, что после Великой французской революции (1789–1794 гг.) оно «объединило определенный опыт
и определенные ожидания» (курсив наш. – Авт.).
В области «опыта» – «революция» обозначала «сопряженные с на-
силием беспорядки во время восстания, которое может перерасти
или не перерасти в гражданскую войну, но в любом случае приводит
смене государственного строя». К области опыта авторы также отно-
к
сят «долговременное структурное изменение, начавшееся в прошлом
и продолжающееся в будущем». Семантическое поле понятия «революция» расширяется за счет выражения «перманентная революция».
Многое при этом зависит от позиции автора, использующего данный
термин: от нейтрального «раздор», «движение», «гражданская война»
до «смута» (выражение
и «деспотией» (выражение позиции восставших).
официальных властей) и борьба с «тиранией»
1917 г. бу-
57
А. Б. АНАНЧЕНКО, В. П. ПОПОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, Д. О. ЧУРАКОВ.
Т
РУДНЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РОССИИ. XX – НАЧАЛО XXI ВЕКА
Таким образом, с эпохи Нового времени термин «революция» стал
обозначать такую перемену, которая «охватывает все стороны жизни
и ведет по пути прогресса к лучшему будущему».
В области «ожиданий» – в Новое время понятие «революция»
отличается принципиально иным значением этого термина; это не те
ожидания, которые характерны, например, для эпохи Крестьянс-
войны в Германии – христианское апокалиптическое ожидание.
кой
Нет, это ожидания, связанные с историческим (реальным, земным)
будущим, которого можно достичь политическими средствами.
В Новое время целью революции стало «земное счастье и свобода
от господства».
Дополнительные замечания
Еще одно важное дополнение к понятию «революция»: в силу
самой своей многослойной природы, проявляемой в идеологизации
множественности взаимоисключающих интерпретаций, это понятие
и
«стало навсегда понятием партийным».
Понятие «революция» в Новое время обогатилось новыми значениями – промышленная, техническая, научная революции; к ним добавим от себя современную информационную революцию. При их
анализе, подчеркивают авторы, предполагается «структурное сходство
между разными революциями».
Уникальность и повторяемость этого фундаментального понятия,
считают авторы,
приводит к тому, что в языке понятие «революция»
всегда включает в себя понятие «контрреволюция» (синхронный
аспект; одновременное протекание различных по природе явлений,
а точнее – различное толкование двух сторон одного явления) или, говоря по-иному, революция и контрреволюция способствуют возникновению друг друга (диахронный аспект, разнесенный по времени).
Проблема соотношения понятий
:
«революция» – «эволюция» – «перманентная революция»
Коротко остановимся еще на одном аспекте проблемы толкования
понятия «революция», помещенного в указанном сборнике. Марксизм
как идеологическая основа ленинских теоретических построений, воплотившихся в революцию 1917 г. в России, обязывает хотя бы конспективно изложить толкование классиками понятия «революция».
58
ТЕМА 2. ВЕЛИКАЯ РОССИЙСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1917 Г. И ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА:
ПРОБЛЕМЫ РЕВОЛЮЦИИ И НАШЕГО ПОНИМАНИЯ ИСТОРИИ
Итак, по Марксу, в общественном производстве каждой ступени
развития «материальных производительных сил» соответствуют свои
«производственные отношения», но на определенной ступени они приходят в противоречие друг с другом и «тогда наступает эпоха социальной революции». Перемены в экономической структуре общества (или
базисе) вызывают «переворот во всей громадной надстройке» (юридической
и политической). При капитализме (капиталистическом способе
производства) этот переворот завершается политической революцией,
которая, по прогнозу Маркса и Энгельса, станет последней. Это будет
«полная революция»: «Только при таком порядке вещей, когда не будет
больше классов и классового антагонизма, социальные эволюции пе-
рестанут быть политическими революциями» (курсив наш. – Авт.).
Итак, «
революция» становится лишь исторически преходящим эта-
пом более широкого понятия «эволюция».
Как отмечают авторы сборника, неоднозначность («многослойность», по их определению) понятия «революция» в интерпретации
Маркса, породила длительную полемику среди либералов (следовало бы сказать – социалистов), которые считали революцию «исторической альтернативой эволюции и реформе».
Весьма ценным является разбор авторами сборника
понятия «перманентная революция» в трактовке его Наполеоном I, сказавшим незадолго до своего падения: «После меня революция – или, скорее, те идеи,
которые ее сделали – возобновят свою работу с новой силой. Это будет
та книга, чтение которой возобновляют на той странице, где оставили».
Итак, по мысли авторов сборника, «революция» исключает «возврат
прежних порядков», но подразумевает «по необходимости» повтор «новых начинаний». У Маркса авторы находят прямой призыв к «перманентной революции»: до тех пор, пока во «всех господствующих странах
мира… решающие производительные силы будут сконцентрированы
в руках пролетариата», «их боевой лозунг должен гласить: "Непрерывная
революция"». По мнению авторов, Маркс вводит это «компенсационное
понятие» только для того, чтобы поражения революционных попыток
(1848 и 1850 гг.), которым он был свидетелем, не прервали процесс движения пролетариата к своему господству. Поэтому свои ожидания Маркс
связывал с понятием «пролетарская революция».
Весьма многозначительная и следующая ремарка авторов сборника:
«понятие перманентной революции, с которым связывали то опасения,
то надежды,
ходило из одного крайнего политического лагеря в другой
и обратно».
59
А. Б. АНАНЧЕНКО, В. П. ПОПОВ, В. Ж. ЦВЕТКОВ, Д. О. ЧУРАКОВ.
Т
РУДНЫЕ ВОПРОСЫ ИСТОРИИ РОССИИ. XX – НАЧАЛО XXI ВЕКА
Подводя итог наблюдением ученых за историческим опытом предшествующих эпох, отметим, что российский опыт XX в. наполнил
новым содержанием прежние модели.
ЛЕНИН И РЕВОЛЮЦИЯ 1917 ГОДА
Первый этап революции 1917 года
Первая реакция В. И. Ленина, находящегося в марте 1917 г. в эмиграции в Цюрихе, на отречение императора Николая II от престола содержала не только констатацию начавшейся длительной революционной
эпохи, но и указание на главную ее причину: «Первая революция, по-
рожденная всемирной империалистской войной (курсив наш. – Авт.
),
разразилась. Эта первая революция, наверное, не будет последней».
В данном случае политическая интуиция не подвела Ленина.
В конце июля 1917 г., уже будучи в России во главе большевистской
партии, В. И. Ленин констатировал исход первого этапа революции
1917 г. с позиций «ожидания» народных масс, чьи интересы, по мнению вождя
, представляла большевистская партия: «Всякая революция
означает крутой перелом в жизни громадных масс народа… чего добивались массы рабочих и крестьян, совершая революцию? Чего ждали
они от революции? Известно, что они ждали свободы, мира, хлеба,
земли. Что же мы видим теперь? Вместо свободы начинают восстановлять прежний произвол. Вводят смертную казнь
для солдат на фронте,
привлекают крестьян к суду за самочинный захват помещичьей земли.
Громят типографии рабочих газет. Закрывают без суда рабочие газеты.
Арестуют большевиков, часто не предъявляя даже никаких обвинений
или предъявляя обвинения явно клеветнические».
Происходит конкретизация революционных лозунгов Великой французской революции применительно к российской почве – взамен «Свободы, равенства
и братства» появляются (помимо «свободы») – мир,
хлеб, земля, которые еще предстоит завоевать. Мир в условиях продолжающейся Первой мировой войны подразумевает установку на заключение сепаратного мира, чего Временное правительство, связанное
союзническими обязательствами с Антантой, позволить себе не может.
Для Временного правительства победа в войне едва ли не единствен-
возможность удержаться у власти. Также не может Временное пра-
ная
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]