Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Роль музеев в информационном обеспечении исторической науки. Сборник статей
.pdf
более непредсказуемым и взаимозависимым, чувствительным порой даже
к слабым воздействиям.
Залогом успеха организаций, проектов, структур становится их спо-
собность быстро меняться и управлять переменами. Выигрывает тот, кто
умеет действовать в соответствии с заповедью Черной Королевы из кэрролловской «Алисы в Зазеркалье»: «Нужно бежать со всех ног, чтобы
только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее!» Возникла тенденция к уменьшению среднего
срока жизни компаний, проектов, разного рода структур. Малые коллективы способны успешно выдерживать конкуренцию с крупными, неповоротливыми организациями, а в бизнес-стратегиях акцент смещается с
производства новых продуктов на создание и поддержание информационно-коммуникационных платформ, которые помогают удержать потребителей и сделать их «соучастниками» в определении приоритетов
развития корпорации. В таких условиях многие детально проработанные
проекты и сложные программные решения морально устаревают еще до
того, как будут реализованы в полном объеме. Выстраивание каких-то
«глубоко продуманных» жестких схем в современных условиях становится источником неуспеха.
Как представляется, в подобной ситуации наиболее адекватной
стратегией развития инфраструктуры информационного обеспечения
исторической науки могла бы стать концепция «экосистемы». Такие обстоятельства, как активизация межличностных коммуникаций в профессиональном сообществе, использование международных (национальных)
стандартов оцифровки объектов историко-культурного наследия и открытого программного обеспечения, способны создать благоприятные
институциональные и технологические условия для постепенного объединения различных локальных проектов в устойчивую саморазвивающуюся
систему [Попова, 2015]. Если инфраструктура информационного обеспечения исторической науки действительно необходима исследователям,
то в современных условиях, когда не только государственные организации
и бизнес-структуры, но и едва ли не каждый человек способен присутствовать и вести деятельность в цифровом пространстве, такого рода профессионально ориентированные сети будут возникать и развиваться
естественным образом, исходя из реальных потребностей их участников.
Размеры финансирования и наличие административной поддержки могут
повлиять лишь на темпы этого процесса, но не на факт существования
цифровых инфраструктур.
Такой «экосистемный» подход в каком-то смысле повторяет страте-
гию развития современных музеев в условиях, когда интернет-революция
привела к смещению акцентов в отношениях общества и различных институтов. По большому счету сегодня правила диктует «пользователь»,
который далеко не всегда обладает должной компетенцией для принятия
131
решения о полезности тех или иных явлений. С одной стороны, это серьезно осложняет жизнь институтам, ценность существования которых
совсем недавно в принципе не подвергалась сомнению. Теперь организациям культуры и науки необходимо прилагать усилия, чтобы доказывать
нужность своего существования общественности и распределителям
бюджетных средств. С другой стороны, сложившаяся ситуация дает широкие возможности для интеллектуального краудсорсинга, вовлечения
«конечного пользователя» в определение судьбы, желаемых функций
и даже внешнего образа музеев. В результате музей становится частью
социальной экосистемы, что повышает его шансы на устойчивое самостоятельное развитие.
Для того чтобы музеи могли естественным образом «врастать» в систему
информационного обеспечения исторической науки, они, прежде всего,
должны стать доступными в сети Интернет 24 часа в сутки 7 дней в неделю.
Историку в первую очередь необходима информация о музейных фондах.
Формально эту проблему призван решить Государственный каталог Музейного фонда Российской Федерации. Как отмечается в информации о проекте, целью работы является «создание единого информационного ресурса
основных сведений о музейных предметах и музейных коллекциях, хранящихся во всех музеях Российской Федерации, обеспечение механизмов
свободного и эффективного доступа к информации о культурном наследии
и предоставление широкого спектра информационных услуг на базе современных телекоммуникационных технологий» [Государственный каталог
Музейного фонда…, 2015]. К 2020 г. в этот каталог планируется включить
около 40 млн предметов, что составит более половины отечественного музейного фонда [Российские музеи оцифруют, 2011].
Каталог сформирован по категориям музейных предметов: живопись,
графика, скульптура, документы, редкие книги, предметы археологии и
пр. Сценарии формирования выборки по местонахождению предметов
либо поиска коллекций на данный момент вызывают затруднения, но,
возможно, в будущем они станут работать более логично. Очевидно,
что совершенствование и успешное развитие ресурса будет зависеть от
эффективной обратной связи с пользователями, в том числе представителями научной исторической общественности.
Открывая ученым удаленный доступ к своим хранилищам, музеи не
только стимулируют повышение научного интереса к хранимому ими историческому наследию, но также способствуют возникновению новых,
устойчивых волонтерских сообществ, способных внести значимый интеллектуальный вклад в развитие музейной жизни. Объективно являясь
частью культурной экосистемы, музей, безусловно, может не только стать
одним из элементов научной инфраструктуры, но даже стимулировать ее
развитие. Например, в США одним из направлений деятельности консалтинговых организаций стала помощь музеям в создании вокруг себя
132
«исторической системы», которая понимается как комплекс институтов,
организаций и отдельных лиц, связанных миссией сохранять, делать доступными и интерпретировать коллекции, имеющие отношение к истории
США. Согласно концепции, такая система должна быть основана, помимо прочего, на вовлечении широкой аудитории в процесс коммуникации с тем, чтобы распространять идеи, которые лежат в основе
представлений об истории США, и рассказывать увлекательные истории,
иллюстрирующие важные события прошлого [Building a Sustainable Future…, 2008].
Становление инфраструктуры информационного обеспечения исто-
рической науки – сложный процесс со многими участниками. Есть уверенность в том, что возникающие в современной цифровой среде
разнообразные ресурсы постепенно сформируют единую национальную
научно-информационную сеть, а в перспективе – национальную цифровую инфраструктуру в области социально-гуманитарных наук. Современные технологии и новые механизмы коммуникации позволяют ученым все
более эффективно выстраивать сети профессиональных контактов, формировать распределенные исследовательские коллективы, получать доступ к данным, распространять научные знания. Никакая цифровая
инфраструктура не существует и не может существовать в «вакууме». Ее
становление и функционирование происходит в определенном «вмещающем ландшафте», где ключевые участники (исследовательские центры,
музеи, архивы, библиотеки) активно взаимодействуют друг с другом и с
окружающим миром. Поэтому успех такого рода проектов зависит от возможности создаваемой инфраструктуры превратиться в жизнеспособную
экосистему, способную к устойчивому саморазвитию.
Библиография
Воронцова Е.А. Музей как базовый элемент информационной инфраструктуры
исторической науки // Диалог со временем. Вып. 49. М., 2014. С. 163–189.
Государственный каталог Музейного фонда Российской Федерации. Элек-
тронный ресурс: http://www.goskatalog.ru/museums/index.php (дата обращения:
15.03.2015).
Закон Российской Федерации от 15 апреля 1993 г. № 4804-I (с изм. от
02.11.2004) «О вывозе и ввозе культурных ценностей» // Ведомости СНД и ВС
РФ. 1993. № 20. Ст. 718; СЗ РФ. 2004. № 45. Ст. 4377.
Заместитель министра культуры РФ Елена Миловзорова: оцифровка музей-
ных фондов идет полным ходом // Официальный сайт Минкульта России.
23 октября 2014 г. Электронный ресурс: http://mkrf.ru/press-tsentr/novosti/ministerstvo/detail.php?ID=561316&sphrase_id=3660666 (дата обращения:
15.03.2015).
Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. М.: Ин-т эксперимент. социологии;
СПб.: Алетейя, 1998. 160 с.
133
Мастеница М.А. Новые тенденции в развитии музея и музейной деятельно-
сти // Триумф музея?: сборник статей / Отв. ред. А.А. Никонов. СПб.: Осипов,
2005. С. 138–145.
Научно-практический семинар «Проблемы сохранения цифровой информации в библиотеках, музеях, архивах», 27 ноября 2014 г. Электронный ресурс:
http://www.gmir.ru/anons_podr/86/1731.html (дата обращения: 15.03.2015).
Попова С.М. Анализ отечественного и зарубежного опыта развития цифровой
инфраструктуры социально-гуманитарных исследований // Genesis: исторические
исследования. 2015. № 1. С. 208–251. DOI: 0.7256/2409-868X.2015.1.13820.
Электронный ресурс: http://e-notabene.ru/hr/article_13820.html (дата обращения:
15.03.2015).
Постановление Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 г.
№ 313 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации
“Информационное общество (2011–2020 годы)”» // СЗ РФ. 2014. № 18
(Ч. II). Ст. 2159.
Репина Л.П. Историческая теория после «культурного поворота» // Диалог
со временем: альманах интеллектуальной истории. Вып. 20. М., 2007. С. 5–13.
Российские музеи оцифруют. 2011. 4 марта // OpenSpace.ru. Электронный
ресурс: http://os.colta.ru/news/details/20867/ (дата обращения: 15.03.2015).
Рябова Л.К. О методологических проблемах изучения новейшей истории и
истории современности // Новейшая история России. 2011. № 1. С. 8–18.
Селиванов Н.Л. «Знать, чтобы действовать», или Как превратить информацию в знание // Новый образ исторической науки в век глобализации и информатизации. М.: ИВИ РАН, Центр интеллектуальной истории, 2005. С. 241–251.
Соколов Б.Г. Компенсационный проект музея // Триумф музея?: сборник статей / Отв. ред. А.А. Никонов. СПб.: Осипов, 2005. С. 28–35.
Состояние научной инфраструктуры в Российской Федерации: основные проблемы и пути их преодоления: Аналитический доклад (15 апреля 2013 г.). Электронный ресурс: http://russian-science.com/files/file/infrastrukturanaukirekomendacii.pdf
(дата обращения: 15.03.2015).
Толстая Н.В. Наследие можно испортить только равнодушием // Справочник
руководителя учреждения культуры. 2014. № 5. Электронный ресурс: http://www.cultmanager.ru/magazine/archive/139/3284/ (дата обращения: 15.03.2015).
Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» // СЗ РФ. 2012.
№ 19. Ст. 2334.
Федеральный закон от 26 мая 1996 г. № 54-ФЗ (ред. от 23.02.2011, с изм. от
01.12.2014) «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской
Федерации» // СЗ РФ. 1996. № 22. Ст. 2591; 2011. № 9. Ст. 1206.
Хут Л.Р. Теоретико-методологические проблемы изучения истории нового
времени в отечественной историографии рубежа ХХ–ХХI вв. М.: Прометей,
2010. 704 с.
Чубарьян А.О. О некоторых тенденциях развития исторической науки на
рубеже веков // Историческая наука и образование на рубеже веков. М.: Собрание, 2004. С. 31–38.
Яник А.А. Проблемы исследования отечественной истории конца ХХ –
начала XXI в. и возможности современных цифровых технологий // Genesis:
134
исторические исследования. 2015. № 1. С. 1–17. DOI: 10.7256/2409868X.2015.1.13803. Электронный ресурс: http://e-notabene.ru/hr/article_13803.html
(дата обращения: 15.03.2015).
Building a Sustainable Future for History Institutions: A Systemic Approach: An
Introduction to the History System Project. Boston: TDC, 2008. 10 p. URL:
http://www.chandleraz.gov/content/TDC_HistoryWhitePaper.pdf (дата обращения: 15.03.2015).
Noiriel G. L’historien et l’objectivite // L’histoire aujourd’hui. Auxerre, 1999.
P. 421–442.
Quan-Haase A., Wellman B. How Computer-Mediated Hyperconnectivity and
Local Virtuality Foster Social Networks of Information and Coordination in a Community of Practice // International Sunbelt Social Network Conference, Redondo
Beach, California, February 2005.
Quan-Haase A., Wellman B. Hyperconnected Net Work: Computer-Mediated
Community in a High-Tech Organization // The Firm as a Collaborative Community:
Reconstructing Trust in the Knowledge Economy, edited by Charles Heckscher and
Paul Adler. New York: Oxford University Press, 2006. P. 281–333.
Ruesen J. Narrativity and Objectivity in Historical Studies // Symposium: History
and the Limits of Interpretation. Rice University (USA). March 15–17. 1996. URL:
http://cohesion.rice.edu/humanities/csc/conferences.cfm?doc_id=369 (дата обращения: 15.03.2015).
МУЗЕЙНОЕ СОБРАНИЕ
КАК ИНФОРМАЦИОННЫЙ РЕСУРС
ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ
УДК 930.2; 069
Г.Г. Ершова, Н.В. Шалыгина
G.G. Ershova, N.V. Shalygina
«МУЗЕЙ-ОБЛАКО» КАК ОСОБЫЙ
ИНФОРМАЦИОННЫЙ РЕСУРС ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ:
МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЙ ПОДХОД
«Cloud Museum» as a Special Information Resource
in Historical Science: Interdisciplinary Approache
Аннотация: статья посвящена проблемам компьютерной визуализации археологических предметов и их интеграции в интерактивное пространство виртуального
обучающего тура. Основное внимание уделено созданию 3D-моделей артефактов,
хранящихся в частных коллекциях Гватемалы и включенных в проект организации
Музея-облака «История человеческой цивилизации» им. Ю.В. Кнорозова.
Abstract: The article is devoted to the problem of computer visualization of archaeological objects and their integration into a virtual study tour interactive space.
The focus is on the creation of 3D models of artifacts stored in private collections in
Guatemala and included in the Cloud Museum project «The history of human civilization» named Knorozov.
Ключевые слова: историческая наука, музееведение, информационно-коммуникационные технологии, цивилизация майя, частные коллекции, археологические артефакты, историческая реконструкция, моделирование 3D-объектов,
«клиповое сознание», интеллектуальная собственность.
Keywords: historical science, museology, virtual tour, computer technology, the
Mayan civilization, private collections, archaeological artifacts, historical reconstruction, modeling of 3D-objects, the concept of fascination, sacred geography, interactive
visualization, computer navigation, “video clip consciousness”, intellectual property.
Традиция создания музеев формально восходит, как принято считать,
к 290 г. до н. э., когда Птолемеем I было основано учебное заведение под
названием «Первый Мусейон» (Юренева, 2011), включавшее жилые и
учебные помещения, библиотеку. В «Первом Мусейоне» использовались
и хранились различные инструменты, в том числе наглядные пособия для
студентов: чучела, статуи, бюсты. В античной Греции сложилась традиция
хранения произведений искусства в храмах. Римляне также искали новые
136
формы публичного выставления скульптур и картин, размещая все это в
банях, театрах и садах. Прообразом современного музея в классической
версии стало частное владение – вилла императора Адриана, где были
выставлены реплики предметов искусства, специально заказанные хозяином с греческих и египетских оригиналов.
Долгое время предметы искусства продолжали выставляться в
храмах, особняках и специальных помещениях дворцов. И только в
XVIII в. музеи в европейских странах превратились в публичные учреждения, коллекции которых начали переходить из частной в государственную собственность. В качестве основной продолжала соблюдаться
образовательная направленность музейной деятельности (при общей
доминировавшей тенденции демонстрации предметов искусства как
символа богатства и могущества владельца). Проблема расширения
доступности музейного пространства решалась путем обмена экспозициями, но в основном путем издания альбомов-каталогов собраний музеев. Полиграфическое качество этих изданий определяло их цену,
которая (наряду с ограниченностью тиражей) зачастую делала их малодоступными для большинства населения.
Вторая половина ХХ в., благодаря появлению компьютерных тех-
нологий, принесла в музейные традиции новые веяния: стали организовываться интерактивные экспозиции, позволяющие манипулировать
виртуальными образами объектов, находясь в физическом пространстве
музея. Следующим этапом расширения пространства доступа к коллекции стало появление веб-страниц реальных музеев и, наконец, полностью
виртуальных музеев, представляющих объединенные или тематические
собрания коллекций и каталоги предметов (появился даже домен высшего уровня: .museum).
Каковы были и есть цели, приводящие к появлению феномена музея?
Примечательно, что основной задачей изначально стало формирование
информационного пространства в рамках действующей модели мира.
Если попытаться охарактеризовать объекты, обретающие статус «предметов искусства», то следует отметить, что в древности их ценность относилась к сфере сакрального, а сам предмет в первую очередь считался
информоартефактом без дополнительной функциональной нагрузки, т. е.
сам объект исходно вообще не имел материальной ценности и содержал
лишь духовную составляющую. Его ценностная составляющая возникала
только при увеличении срока хранения, исчезновении культурного контекста, обретении нового контекста хранения и принадлежности. В настоящее время подобные объекты без изначального закладывания
материальной ценности относятся чаще всего к «этнографии». По мере
развития технологий искусства возникают предметы, создаваемые
именно в качестве «предметов искусства», обладающие материальной
ценностью и предназначающиеся для экспонирования (даже если это
137
церковные предметы наподобие скульптуры, что, казалось бы, было нацелено на воспроизводство информационного пространства).
Вторая «задача», которая исторически возникает достаточно быстро, – демонстрация социально-экономического статуса обладателя
выставляемой (или находящейся во владении) коллекции предметов искусства. Несмотря на столь специфическую характеристику, этот фактор
нельзя игнорировать при понимании сущности феномена музея.
В современном мире существует большое количество частных коллекций, недоступных общественности, в том числе и научной. В ряде
стран содержимое подобных коллекций нередко превышает количество
древних предметов, находящихся в открытом доступе или музейных запасниках. К таким странам следует отнести прежде всего регионы развитых цивилизаций древности, занимающих большую часть Центральной
и Южной Америки: Мексика, Гватемала, Перу, Боливия, Колумбия, Эквадор.
Собирание в домах богатого креольского населения предметов древнего искусства стало одним из специфических явлений культурной жизни
стран Латинской Америки, возникших на территориях великих доколумбовых цивилизаций. Эта тенденция появилась еще в XIX в., вместе
со становлением такого культурно-литературного течения, как костумбризм – обращение к индейским истокам нового, складывавшегося после
обретения независимости, общества. Параллельно уже в XIX в. к этим
предметам начали проявлять все больший интерес европейские и американские коллекционеры и музеи, что стимулировало и интерес со стороны
местной элиты.
Наличие в доме коллекций древних предметов становилось в первую
очередь признаком хорошего тона, а затем уже и формой вложения денег.
Тем более что большинство памятников археологии располагалось (зачастую это происходит до настоящего времени) на территориях частных
владений. Огромное количество предметов естественным путем оседало
в частных коллекциях, как правило, без какой бы то ни было документации. Законодательное регулирование хранения подобного рода коллекций
в некоторых странах Латинской Америки появилось лишь совсем недавно
в некоторых странах, и то только в виде вынужденной «амнистии» для
этих коллекций, что предполагало лишь необходимость официальной
регистрации уже имеющихся предметов в соответствующих органах и запрет вывоза этих предметов за рубеж.
В качестве примера приведем частную коллекцию археологических
предметов, собиравшихся одной из семей Гватемалы на протяжении многих лет. Сейчас мы можем лишь условно обозначить ее («коллекцияCSG»), поскольку процесс регистрации еще не завершен. Владельцам
«коллекции-CSG» много лет назад была передана еще одна коллекция,
собиравшаяся семьей Кастильо (супругами Хорхе и Эллой Кастильо).
138
Часть этой коллекции была зарегистрирована и в 1977 г. стала экспозицией доколумбова и колониального искусства Музея Пополь-Вух (Museo
Popol-Vuh; сайт музея: http://www.popolvuh.ufm.edu), расположенного в
кампусе Университета Ф. Маррокин в столице Гватемалы. Сегодняшняя
«коллекция-CSG» состоит из нескольких тысяч предметов, как правило
изъятых в разное время из погребений, и содержит целые или фрагментированные глиняные фигурки, рельефные и расписные керамические
сосуды и блюда, каменные изделия мелкой пластики (в том числе из обсидиана и нефрита), украшения, культовые фигурки, музыкальные инструменты, печати, хозяйственные орудия и наконечники, погребальные
урны, отдельные предметы монументальной скульптуры (стелы, рельефные панели). Отличительной чертой данной коллекции является большое
количество однотипных предметов (головки, фигурки, окарины и т. д.),
что, по всей видимости, являлось индивидуальным выбором самих владельцев. Точное определение происхождения и принадлежности предметов «коллекции-CSG» к той или иной древней культуре на территории
Гватемалы возможно лишь по типологическим признакам.
Владельцы частных коллекций, как правило, не занимаются не только
типологизацией имеющихся в их распоряжении предметов, но и экспозиционной деятельностью, хотя нередко все-таки проявляют интерес к
публичной презентации входящих в их коллекции предметов (при условии
надежных гарантий безопасности последних). Как сказано выше, законодательство стран Латинской Америки, заинтересованных в учете,
сохранности и обнародовании этой части культурного наследия, предусматривает «археологическую амнистию» владельцам частных коллекций. В 1997 г. в Гватемале Конгресс Республики специальным декретом
принял «Закон для защиты культурного наследия Нации», в котором раскрывается понятие «культурное наследие Нации» и определяются нормы
его охраны [Decreto, 1997]. Глава IV касается именно «регистрации культурных ценностей», куда включены и обязанности «добросовестных владельцев». Как правило, правовая амнистия касается коллекций,
сформировавшихся задолго до введения охранного законодательства и
появления специальных законов. Сами владельцы частных коллекций,
собиравшихся иногда на протяжении целых столетий, сегодня обязаны
зарегистрировать свои коллекции, содержать их в должном состоянии,
но при этом прав на продажу предметов иностранным гражданам или
вывоз их за рубеж они не получают [Там же: сapitulo 2 articulo 14].
Практически единственной возможностью сделать эти коллекции до-
ступными для изучения и ознакомления становится использование виртуального пространства мировой Сети. Как известно, логика размещения
предметов в традиционных музейных экспозициях использует схему сводного каталога, построенного, как правило, по хронологическому, культурно-стилистическому, региональному, тематическому или авторскому
ґ
ґ
139
принципам. Виртуальные технологии позволяют сделать качественно
новый шаг вперед, представив ту или иную музейную коллекцию в виде
альтернативной реальности исторического пространства. Функциональные возможности музейных экспозиций при этом возрастают едва ли не
кратно.
Во-первых, музейные предметы приобретают свойства активного
взаимодействия со зрителем, значительно увеличивая уровень его информативности. Лично управляя просмотром коллекционных артефактов,
размещенных в виртуальном пространстве, зритель имеет возможность
их приблизить, увеличить, изменить освещение, выделить наиболее интересные для него элементы предмета, оценивая, например, его текстуру,
использовать систему последовательных ссылок, дающих дополнительную информацию, и т. п.
Во-вторых, конкретные предметы, входящие в ту или иную музейную
коллекцию, получают возможность «участвовать» в региональных и международных выставках, не выходя за пределы физического пространства
самого музея, но и не теряя при этом своих информативных характеристик. Скажем, выставка древнего ювелирного искусства может собрать
в виртуальных залах предметы коллекций из различных музеев и стран,
объединив разрозненные артефакты в рамках той или иной темы. Зритель
таким образом может посетить уникальную выставку, не только пройдя
по ее «залам», но и регулируя по собственному усмотрению формат просмотра.
В-третьих, зритель получает возможность самостоятельно использовать различные предметы из разноудаленных музейных коллекций, комбинируя их в зависимости от поставленной задачи.
Возможности виртуальных музеев, по сути, не только «уравнивают»
в правах частные коллекции исторических древностей с официальными
музейными коллекциями, но и обеспечивают тем и другим практически
неограниченные возможности участия в тематических выставках любого
масштаба.
Для иллюстрации возможностей использования виртуального пространства в целях создания эксклюзивных музейных экспозиций, включающих в себя не только те предметы, которые выставлены в залах
музеев (или хранятся в их запасниках), но и те, что являются собственностью коллекционеров и по закону не могут вывозиться из страны для
публичной демонстрации, авторы данной статьи предлагают инновационную модель Музея-облака «История человеческой цивилизации» им.
Ю.В. Кнорозова.
Идея создания Музея-облака родилась относительно недавно и была
связана, прежде всего, с необходимостью популяризации частных коллекций археологических артефактов древних цивилизаций Латинской
Америки. Взяв за основу предметы, составляющие уже упомянутую «кол-
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]