Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Основы конфликтологии. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Так или иначе практически все первые философы связы-
3
3
вают наличие конфликтов с атрибутивными свойствами бытия. Войны и столкновения являются лишь следствием существую­щих в бытии противоречий, т. е. их причины лежат за пределами человеческого мира. Конечно, это философский подход, не рас­крывающий социальной природы подавляющего большинства конфликтов и не учитывающий психологическую основу мно­гих конфликтных противостояний. Теоретизирование на таком метафизическом уровне вряд ли способно раскрыть истинную сущность причин конфликтов, которые, надо сказать, и до сих пор остаются не до конца проясненными.
Более рациональным, социологическим является подход одного из наиболее известных и почитаемых философов антич­ности – Платона (427–327 гг. до н. э.). В трактате «Государство», Платон пытается обнаружить скрытые механизмы, ведущие к конфликтным столкновениям. Постепенно это стремление приве­ло его к мысли о создании теоретической базы основ мирового устройства, формировании такого социума, в котором будут устранены именно причины конфликтов. В ходе рассуждений в вышеупомянутом диалоге Платон со своими собеседниками при­ходит к мысли, которая затем будет постоянно повторяться в многочисленных учениях о совершенном обществе. Централь­ной, базовой проблемой он полагал наличие частной собственно­сти: «И разве не оттого происходит это (война и раздоры. – Д. К.) в государстве, что невпопад раздаются возгласы: ”Это – мое!” или “это – не мое!”? И то же самое насчет чужого»
. Таким обра­зом, совершенное государство должно, по мысли античного мыс­лителя, устранить сам институт собственности, автоматическим следствием чего будет исчезновение конфликтных противостоя­ний.
Платон. Избранные диалоги. Пер. с древнегеч. С.К. Апта, Я.М. Боровского,
Т.В. Васильевой [и др]. М:, Эксмо, 2009. С. 430.
31
Идеальное государство, по Платону, будет представлять
собой классовое общество, если пользоваться марксистской терминологией, основанной на принципах меритократии, т. е. власти наиболее способных. Всего в этом государстве насчиты­вается три больших социальных класса. Первый – это правите­ли, являющиеся наиболее мудрыми из всех остальных, руковод­ствующиеся в своей деятельности прежде всего интересами об­щества в целом, т. е. философы. При этом интересно отметить, что для данного слоя допускается владение собственностью, по­скольку, как утверждает Платон, философы не будут использо­вать ее для своих личных меркантильных целей.
Следующий класс – это воины и стражники, задача кото-
рых состоит в охране границ государства от внешних посяга­тельств и защита внутреннего социального порядка. Здесь уже появляется ограничение на обладание собственностью, наличие которой допускается лишь для высших военачальников. Про­стые солдаты в данном случае этой возможности лишены.
И, наконец, последний класс, земледельцы и ремесленни-
ки, т. е. люди, занятые, в основном, физическим трудом, кото­рые полностью лишены возможности обладания частной соб­ственностью. По сути, это самый низший класс, так как в Древ­ней Греции физический труд не почитался, являясь уделом наименее способной части общества.
Распределение по классам, по мнению Платона, должны
осуществлять правители, которые, по мере взросления члена этого гипотетического государства, определяют его место в со­циальной иерархии. Конечно, подобные идеи неизбежно приво­дят к мысли и об устранении института семьи как таковой, по­скольку она полагается также вариантом собственности. В даль­нейшем схожие идеи об отмирании института семьи появляются и в марксизме, а также других, близких к нему по духу концеп­циях. Разумеется, это утопические идеи, реализация которых на практике представляет собой неразрешимую на данный момент
32
задачу. Примерами могут служить попытки создать что-то по­хожее на платоновское государство в современном мире. Ком­муны хиппи и другие организации, в конечном счете, не оправ­дывали своего предназначения. В них, как правило, неизбежно начинают формироваться более привилегированные группы, ко­торые постепенно начинают руководствоваться своими личны­ми интересами, а не интересами коммуны.
Разумеется, критика платоновского государства оправда-
на и уместна, однако стоит помнить, что это учение создавалось более 25 веков назад, и перед глазами Платона не было того ис­торического опыта, который мы имеем сейчас. Строго говоря, эта концепция имеет полное право на существование, и на тео­ретическом уровне она в целом верна. Но попытки реализации подобных идей на практике наталкиваются на целый ряд суще­ственных барьеров, имеющих в своей основе психологическую природу. На это косвенно указывает теория самого известного ученика Платона, фактически завершившего этап существова­ния философии Древней Греции. Этим учеником был Аристо­тель (384–322 гг. до н. э), который в своей «Политике» повторя­ет некоторые идеи Платона, при этом внося в них существенные корректировки.
Аристотель, вслед за своим учителем, также считает од-
ной из главных причин конфликтов несовершенное обществен­ное устройство. Интересно отметить тот факт, что и Платон, и Аристотель отнюдь не были приверженцами демократии, под которой понимается принцип выборности. На Платона, конечно, в данном случае, большое влияние оказала казнь его учителя, Сократа, который, как известно, был приговорен к смерти боль­шинством судивших его. Но и Аристотель отнюдь не выделял демократию в качестве идеальной формы политического устройства общества.
Новым в учении Аристотеля, по сравнению с Платоном,
оказывается привнесение психологического фактора, влияюще-
33
го на поведение индивида: «…причиной распрей бывают также наглость, страх, превосходство, презрение, чрезмерное возвы­шение; с другой стороны, происки, пренебрежительное отноше­ние, мелкие унижения, несходство характеров». Таким образом, Аристотель указывает, что люди в своей жизнедеятельности не руководствуются сугубо рациональными соображениями. Как в дальнейшем стало очевидным, человеческое поведение очень часто иррационально и не поддается рефлексивной логике.
Следующей эпохой, сменившей собой античность, были Средние века, наверное, наиболее сложный для изучения период мировой истории. Это самый продолжительный отрезок челове­ческой истории, длившийся более тысячи лет. Одной из главных ментальных доминант этого времени была религиозность, пропи­тывающая Средневековье весь период его существования. Осно­вой для нее стало христианское вероучение, постепенно запол­нившее собой всю социальную ткань общественной жизни. Вли­яние церковных институтов на всю общественную жизнь было колоссально. Это не могло не отразиться на представлениях мыс­лителей того времени о причинах социальных противоречий и конфликтов. Как правило, наличие войн, и в целом зла, в мире связывалось с происками дьявола, который ведет бесконечную борьбу с высшим существом. Земные же столкновения являются лишь отражением этой борьбы. Постепенно возникло целое направление, объясняющее, почему при всеблагом и совершен­ном Боге существует зло (теодицея). Очевидно, что в рассматри­ваемый временной период невозможно вести речь о какой-либо научной основе конфликтологической проблематики.
Формирование фундаментальных основ теории конфлик­та относится к периоду Нового времени, когда коренным обра­зом изменилось общество. В это время жизнь Европы была наполнена войнами и мятежами, появлялись новые обществен­ные классы, менялся экономический уклад. Эти изменения вы­зывали к жизни необходимость в формировании новой модели
34
права, основанной, прежде всего, на принципе равенства всех членов общества перед юридическим законом. В связи с выше­сказанным естественным является факт появления новых кон­цепций общественного устройства, новых подходов к проблеме изучения конфликтов.
Постепенно выкристаллизовались две глобальные пара­дигмы, которые рассматривали причины социальных столкно­вений и возможность их устранения. Условно эти глобальные концепции можно назвать пессимистической и оптимистиче­ской. Автором первой из них является философ и общественный деятель того времени Т. Гоббс (1588–1679). Наиболее извест­ным его произведением, в котором он излагает свои взгляды, является «Левиафан», где Гоббс пытается определить, почему же в мире существуют войны и конфликты, и можно ли их из­бежать. Вывод, к которому он пришел впоследствии, является неутешительным для человечества, что и позволило назвать его теорию пессимистической. Прежде всего, надо указать, что Гоббс крайне негативно оценивает саму природу человека, счи­тая, что люди ведут бесконечную войну «всех против всех». По его мнению, человек от природы есть жадное, эгоистическое и ленивое существо. Исходя из этого, он определял и основные мотивы, а также и причины конфликтов, которыми руковод­ствуются люди. К ним он относит недоверие, соперничество и жажду славы. Именно эти человеческие качества, по Гоббсу, и подталкивают людей к конфликтам. Однако он считал, что такая ситуация может быть исправлена, если государство будет пред­ставлять собой мощную силу, принуждая людей жить в мире и согласии. Централизованная власть, разветвленная силовая структура заставят людей не вступать в конфликты из-за страха наказания. В концепции Гоббса уже просматриваются черты бу­дущей концепции общественного договора, ставшей основой для многочисленных теорий социального и политического устройства общества.
35
Авторство противоположной концепции, оптимистиче­ского подхода, принадлежит французскому философу Ж.-Ж. Руссо (1712–1778), полагавшему, в противовес Гоббсу, что при­рода человека изначально добрая. Человек, по его мнению, от рождения является существом миролюбивым и созданным для счастья. Проблемы начинаются с развитием цивилизации, кото­рая искажает природу человека. Появление института частной собственности, выделение публичной власти оказывают разру­шающее воздействие на человека, становятся основой для фор­мирования социального неравенства, утраты свободы и причи­ной войн и конфликтов. Выход из этой ситуации Руссо видит в заключении своеобразного общественного договора, т. е. согла­шения между государством и обществом о разделении прав и свобод.
В XIX веке возникает новое направление в гуманитарной мысли, основой которого стало учение об эволюции Ч. Дарвина. Идейным выразителем этой концепции, получившей условное название «социобиология», стал Г. Спенсер (1820–1903). Дар­вин, как известно, полагал, что основным эволюционным фак­тором является естественный отбор, т. е. выживание наиболее приспособленных видов. Спенсер, вслед за Дарвином, считал, что этот закон распространяется также и на человеческое обще­ство. Агрессивность человека, по его мысли, является природно обусловленной, она и есть основа социальных отношений. Че­ловеческая агрессивность является неустранимой и ведет к вой­нам и конфликтам.
Подобных же взглядов придерживался австрийский уче­ный, основатель психоанализа З. Фрейд (1856–1939), утвер­ждавший, что человеческая агрессивность не является отклоне­нием, а наоборот, есть естественное состояние человеческой психики. Человек, в учении Фрейда, предстает, по своей сути, животным, на котором есть легкий налет социальности. Именно по этой причине человек только на словах декларирует стремле-
36
ние к миру и спокойствию, а на самом деле подсознательно все­гда стремится к войне.
Конечно, это далеко не полный обзор разнообразных концепций, посвященных проблематике конфликта. Однако, по нашему мнению, в вышеприведенном анализе рассматриваются наиболее значимые для данной области знания теории, оказав­шие существенное влияние на становление конфликтологии как самостоятельной науки. К сожалению, необходимо отметить, что рассмотренные теории грешат рядом существенных недо­статков, которые затрудняют формирование методологических основ такого сложного и неоднозначного явления, которым яв­ляется социальный конфликт. К таким недостатком относятся:
– анализ социальных противоречий и конфликтов прово­дился на уровне теоретических спекуляций, в контексте фило­софских концепций бытия. Таким образом, практически полно­стью остается без внимания социальная природа конфликтов, которые рассматриваются как атрибут бытия в целом;
– не исследовалась специфика отдельных конфликтов, имеющих место на различных уровнях социального взаимодей­ствия, а если подобные попытки и предпринимались, то резуль­татом становилось поверхностное описание, без глубокого ана­лиза причин и последствий отдельного конфликта;
– фактически отсутствовал единый методологический и понятийный аппарат, позволяющий выделить сходные признаки любых конфликтов.
Эти недостатки, в конечном счете, существенно затруд­нили становление конфликтологии как самостоятельной науки.
2.2. Становление конфликтологии как самостоятельной науки
Выделение конфликтологии в самостоятельную область гуманитарного знания произошло в середине XX века, однако
37
этому предшествовал долгий подготовительный период. Осно­вой для формирования новой молодой науки послужила, в первую очередь, социология, ставшая к XIX веку отделившейся от философии самостоятельной наукой. Конфликтология вобра­ла в себя и отдельные части смежных областей гуманитарного знания, прежде всего, психологии. В дальнейшем на ее станов­ление повлияли и экономическая теория, и системный анализ, а также ряд других научных дисциплин. Однако подчеркнем еще раз, что базовый фундамент конфликтологического знания берет свое начало в социологической науке. Одним из самых значимых философов, оказавших огром­ное влияние на развитие конфликтологии, был немецкий мысли­тель К. Маркс (1818–1883). В его работах содержится скрупулез­ный анализ общественного устройства, причин конфликтов и пер­спектив развития социума в целом. Маркс является ярким предста­вителем формационного подхода, который утверждает, что разви­тие человеческого общества имеет единую логику, и свойственно любому социуму. Он считал, что любое общество проходит пери­од определенных стадий развития, общественно-экономических формаций. В основе любого общественного устройства ключевую роль играет экономика, а именно уровень производительных сил и определенного способа организации производственных отноше­ний. Они формируют экономический базис общества, на основе которого создается надстройка, т. е. правовые, социальные и поли­тические институты данного общества. Смена общественно-экономических формаций – процесс сложный и конфликтный. Согласно Марксу, когда начинают развиваться экономические институты, появляется прибавочная стоимость, возникают излишки, тогда в социуме начинают фор­мироваться два класса, чьи интересы постепенно становятся ан­тагонистическими. Первый класс, класс собственников на сред­ства производства, немногочисленный, но ему принадлежат ос­новные, прежде всего экономические ресурсы общества.
38
Лишенный собственности на средства производства дру-
гой класс оказывается в подчиненном, зависимом положении, и не имеет возможности распоряжаться результатами своего тру­да. Эта ситуация формирует непримиримое противоречие между классом собственников и тех, кого они эксплуатируют. В конце концов, это приводит к социальному взрыву, революции и смене общественно-экономической формации. Таким образом, ключе­вым понятием марксистского анализа становится понятие кон­фликта, который становится условием движения социума по пу­ти общественного прогресса.
Итоговой формацией, согласно Марксу, должен стать
коммунизм, т. е. такой строй, при котором уничтожена соб­ственность на средства производства, устранено социальное не­равенство и действует принцип: «от каждого по способностям, каждому – по потребностям». Надо сказать, что идея отмены частной собственности на средства производства как залог уста­новления справедливого общественного устройства далеко не так очевидна, как может показаться на первый взгляд. Маркс и его последователи полагали, что это приведет к росту произво­дительности труда примерно в 3–4 раза. Однако анализ опыта социалистических стран показывает иллюзорность подобных ожиданий. На самом деле, производительность труда не только не повышалась, а наоборот, снижалась. Плановая экономика и отсутствие конкуренции между производителями, у которых при социализме нет необходимости думать о сбыте произведен­ной продукции, приводили к снижению качества товаров и предоставляемых услуг. Дополнительным фактором служит от­сутствие ощущения собственности как таковой, которое возни­кает при частном владении. Далеко не каждый человек способен воспринимать и относиться к коллективной собственности как к своей частной собственности. Это требует от человека чрезвы­чайно высокого уровня сознательности, ответственности не только перед самим собой, но и перед обществом в целом.
39
Коллективная собственность в данном случае восприни­мается как некая абстракция, как то, что принадлежит некоему «государству», которое, как правило, отождествляется с классом фактически правящей бюрократии, с которой человек себя ни в коем случае не ассоциирует. Таким образом, выглядящая вполне рациональной идея наталкивается на ту самую иррациональ­ность человека, о которой уже говорилось выше. Возможно, эта идея еще будет иметь продолжение, ведь многие положения марксизма в плане более справедливого распределения обще­ственных благ находят свое подтверждение в практике некото­рых скандинавских стран.
Оппонентом Маркса в теоретическом анализе социально­го устройства общества выступал еще один немецкий социолог М. Вебер (1864–1920). Вебер, в отличие от Маркса, утверждает, что экономика является лишь производной от политических и культурных форм организации социальной жизни. В своей зна­менитой работе «Протестантская этика и дух капитализма» он достаточно наглядно показывает, как ментальные установки, присущие протестантству, определяют экономический уклад. Вебер считал, что общество состоит не из больших классов, а представляет собой конгломерат различных социальных групп. Одни из этих групп имеют доступ к значимым общественным ресурсам (власти и деньгам), у остальных же подобный доступ отсутствует. Эта ситуация приводит к тому, что лишенные воз­можности распоряжения общественными ресурсами группы стремятся занять место привилегированных, находясь, таким образом, в состоянии перманентного конфликта. Однако стрем­ление этих групп занять более высокое положение не приводит их к мысли о смене общественного устройства. Оно их устраи­вает, не устраивает их положение в нем. Соответственно, надежды на устранение конфликтов из социальной жизни имеют под собой мало оснований. При этом Вебер указывает на тот факт, что интересы различных социальных групп не носят анта-
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]