Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Неврозология
.pdf
Ну, тогда не буду.
Ехал, не включая радио – раньше слушал разговоры В. Соловьева о политике. Пла-
нировал темы для сессии. За 45 лет накопилось много вопросов, которые оставлял на по-
том. Почему-то прямо сейчас ничего не всплывает.
Вчера вечером он пришел с работы, жена разговаривала по телефону с Вовкой, он
гостит у своего отца. Отец отказался купить скутер и предложил попросить денег у Кати.
У нее тоже не было денег, она сказала: «А вот Владислав пришел», и протянула трубку
мужу. Владислав услышал, как Вовка закричал: «Да пошло оно все!», и отвел руку жены.
Она попрощалась с сыном и стала упрекать мужа, что ей одной приходится решать все
проблемы. Он предложил ей перезвонить сыну, он поговорит с ним. Катя позвонила, поговорила с сыном и положила трубку, забыв о предложении Владислава. Получается, и о
нем самом. Он хочет образовать пару с ней, а она уже в паре с сыном. Однажды она сказал
ей об этом, и ее реакция была самой агрессивной за все время.
Утром Владислав проснулся и поразился, какое у спящей жены усталое, плачущее
лицо. Он пообещал ей больше, чем может. Правда, он сразу предупредил, чтобы она два
года не касалась больной темы первой жены. Как-то его родители при Кате завели этот
разговор, он взорвался, они испугались и пообещали больше не лезть ради его спокой-
ствия. Но они не могут остановиться – такие же, как он, и за его спиной накручивали Катю.
Владислав дождался, пока жена проснулась, и как учили, спросил, как она. Она ответила, что нормально. Он не дождался, что она тоже спросит про него, и молча обиделся.
У него заболело сердце, про это он ей сказал. Не про обиду. Жена только посмотрела на
него и вышла. Обида усилилась. Потом они два часа разговаривали на кухне.
Сначала Катя не хотела отвечать на его расспросы. Ведь он сам просил не трогать
этого. Катя надеялась, что он оградит ее от вмешательства родителей и Милы, которой он
оставил квартиру, купит новую, вылечит ее сына. Владислав с самого начала заявил пасынку, что будет ему не отцом, а другом, и закрывал глаза на то, что тот воспринял его
как врага. Наверное, Кате не нравится, что он еще и опекает свою двоюродную сестру.
Владислав набрался мужества и извинился перед женой, что не договорился о расходах на терапию. Она подтвердила, что не может вынести такой удар по семейному
бюджету. Пусть даже ему кажется, что это ему необходимо и он видит результат. Два года
назад ты говорил мне, что со мной расцветаешь – обманывал. Со мной все неправда, прав-
да только там, у твоего психолога. Я смирилась, не трогаю запретной темы, но устала тер-
петь, нет больше сил.
Жена не может больше его терпеть, хочет пожить у тетки. Она не смотрела на него.
Катя не раз говорила ему: «Если бы ты себя видел…», когда ему казалось, что он белый и
пушистый. Все его слова она встречала с недоверием, она не ждет от него ничего хороше-
го. Она устала. – Отдохни. – А кто будет за нее все делать? – Я. – Ты не сможешь. – Я постараюсь, прямо сейчас. Скажи, что делать? – Оставить меня в покое. – Но как же я без
своей половинки? Не надо меня отталкивать…
После этих дурацких слов она повернулась к нему, посмотрела в глаза, села к нему
на колени и они помирились. Она поняла, каково ему. Это он в такой форме попросил ее
пожалеть его, что она и сделала. Он сказал жене, что он ее любит, что она его половинка… Ему трудно объяснить себя. Он сам не знает, от имени кого он говорит. Болтает ду-
рацкие слова…
Дурацкие слова – вместо честных, Владислав? А просто попросить страшно –
откажет, да еще и пристыдит…
Не то вы говорите.
Дурацкие слова или не то, что вы хотели бы услышать?
Он и так все это знает, но не умеет говорить иначе. Я должен его научить нормальной речи. Я дал ему от боли кастрюлю и эмпатию, но не решил болезненную ситуацию и
отказываюсь ее решить, якобы я это не могу. Я настраиваю его против жены. Мол, она
131
обманула его, нагрузила проблемами с сыном. Наоборот, она вернула его к жизни. Он
полгода стоял перед ней на цыпочках, тянулся к идеалу заботливого мужа и отца ее сына.
И это был улет.
Теперь он опустился на твердую почву, а я говорю о прошлом в настоящем времени.
Зачем я все черню? Вчера он воспринимал меня как сияющий светлый образ, а сегодня
увидел обратное. Я ругаю его, когда он ждет похвалы. Ведь он уже лучше тормозит себя,
начинает различать оттенки. Он, конечно, не ожидал таких трудностей, но динамика все
же положительная.
Я замечаю, Владислав, как у вас появляется баланс негатива и позитива.
… Катя просит устроить ей отдых или лечение в клинике.
Она хочет сама лечь в клинику или чтобы вы ее положили?
Чтобы я.
И что мешает вам положить ее в клинику неврозов?
То, что вечером она встречает меня с улыбкой, значит, в хорошей форме.
Может быть, она тоже становится на цыпочки. И выдает себя, потеряв самообла-
дание. Про ее баланс можно выяснить только у нее.
Вместо следующей сессии Владислав будет свидетелем у друга на свадьбе. Он впер-
вые забывает оплатить сессию. (Его жена против того, чтобы тратиться на меня.)
07.07. Вчера вернулись со свадьбы. Дома был Вовка, приехал уже от отца. Жена
пристала к нему, чтобы поел. Таблетки нужно принимать после еды, нельзя выбиваться из
графика. Вернутся припадки, а они смертельно опасны. Вовка отказывался есть, обвинял
себя, что хотел лишить отца его денег, потребовал их от матери. Катя беспомощно смотрела на Владислава, но он не вмешивался. На этот раз Катя не ругала его за это. Вовка в
конце концов хлопнул дверью и ушел на полтора часа.
Пока Вовка спорил с матерью на кухне, у Владислава заболела голова, он прилег на
диване и задремал. Катя разбудила его, скребя ногтями, как кошка. Он отдернул руку. По-
чему не погладила рукой?
Ему ничего на диване не приснилось? Что-то было, сейчас…. Да. Вроде он лежит
вечером у меня на диване. Слабый солнечный свет, я сижу в своем кресле. Владиславу
становится плохо, как в театре. Повело голову, сейчас отключится. Я предлагаю ему сесть
рядом, он садится на пол у моих ног. Я ухожу. У него спирает дыхание, он хрипит, хрюкает, как во время приступа бронхиальной астмы. Открывает рот, вырывается звериный рык.
Он лезет рукой в легкие и вырывает оттуда темную лысую кошку, она вмиг убегает напо-
добие крысы.
Светлеет, на огромном полиэкране появляется улыбающаяся женщина красивее
Мисс Мира Оксаны Федоровой. Ее изображение статично и спокойно. Идеальное стабильное Добро. И вдруг она исчезает. Он вспоминает, как завтра утром я встречу его с
улыбкой в надежде, что после нашей последней встречи из него вышло Зло. Он отворачи-
вается от экрана и видит сзади дерево, люди что-то делают. Под ними бегает лысая кошка,
к ней присоединяется такая же, они сливаются в рой мух, который летит на Владислава.
Чтобы они не залетели внутрь, он закрывает рукой нос и рот и убегает.
Надо проснуться от этого сна, который начался с такой прекрасной женщины, а кон-
чился жуткой кошкой. Как можно дышать этим дымом из мух? Он проснулся, увидел Катю. Полежал с открытыми глазами, отдышался. Подумал: вдруг прекрасная женщина из
сна – его суть. Но он не хочет быть ни женщиной, ни сладочкой, ни зверем.
Ему снова стало плохо, однако он стерпел. Их ссоры всегда провоцирует Вовка. Катя
готова ради больного сына нападать на Владислава или бросить его. Без Вовки у Владислава спокойные отношения с Катей. Без нее у Владислава спокойные отношения с Во-
вкой, того парализует спокойствие отчима.
132
Катя не разделяет отчаяния Владислава, она как бы оптимистична. Этим и полезна.
Она может его спасать из жалости, как в детстве – мать, но будет за это презирать.
Я слушаю вполуха. Поглаживаю свою лысину, провожу по седеющим усам. Лысая
темно-серая кошка, а? Владислав не видит связи.
А сочинский дед был с лысиной и усами?
Да, откуда вы знаете? Но кошка же женского рода… Главное – она темно-серая.
Не такая страшная, как черный кобель, которого не отмоешь добела.
Кошек было две… Царапаются они…
Это вы намекаете на Катю и кого?
Бабка вместе с матерью хотела вам по горлу полоснуть.
Когда?
Когда вы задыхались. В 5 лет.
Владислав хмурится и садится. Трогает горло. – Можно открыть окно? – и, не дожи-
даясь ответа, идет к окну, открывает его. Возвращается на диван, садится. Сжимает и раз-
жимает кулаки, поглаживает колени. Долго молчит, посматривая на часы.
Почему-то последний месяц состояние жены все больше ухудшается. У нее как буд-
то раскручивается заводная пружина, анкер не притормаживает, приходится снова перезаводить. Я дал ему кастрюлю и таблетку. В кастрюле он переваривает свой страх и гнев,
чтобы не будить в Кате зверя. Таблетка – это его эмоциональный анкер, чтобы сдерживать
напряжение. Вместо прежних 380 вольт у него теперь 220. Катя переключилась на сына,
ну и пусть их. Если он будет показывать ей свои раны, ее это только заведет, а тогда и он
может завестись.
08.07. Опоздал на 15 минут из-за пробки. Раньше колотился бы головой о руль, а тут
и звонить мне не стал. Ему нужно сегодня получить много ответов. Вчера он не успел.
Я вам не надоел?
Пока нет, Владислав.
Сколько времени еще будет длиться терапия?
Как вы сами предполагаете?
Он уже слез с иглы, у него эмоциональный баланс. Владислав дома сразу забывает о
работе. А на работе он теперь спокойно реагирует на конфликты, ему не трудно любить
людей, когда в душе живет любовь к жене. Владислав считает любовь парной вещью,
нужна честность и открытость, взаимный душевный интерес. Однако при всей его любви
к жене иногда откуда-то появляется негатив.
Вечером Катя встретила его приход с работы с улыбкой, покормила. Они собирались
сходить в кино, но из-за дождя остались дома. Прилегли, многое по-хорошему обсудили,
посмотрели телефильм. В 11 часов Катя заволновались: сын еще не пришел и выключил
мобильник – значит, пьет в подъезде с дружками. Когда Вовка пьет, у Владислава начинает давить сердце.
Вовка собрался на три дня уехать с друзьями, жена его отговорила. Пусть лучше
съездит к бабушке. Владислав умывался на ночь и слышал, как жена железным голосом
учила сына хорошо вести себя с бабушкой. Владислав подошел и мирно предложил ей:
«Давай спать». Жена обожгла его гневным взглядом, как током ударила. Она вышла с сы-
ном в его комнату и там продолжала его учить.
Вернувшись, жена упрекнула Владислава, что он хочет задавить ее. Раньше он постарался бы подлизаться, а теперь все улеглось само, неизвестно как. Его состояние улуч-
шается, значит, улучшится и у жены. Я тоже на это надеюсь.
Как вы это делаете?
Доверяю вашей природе. Так что пусть все идет, как идет.
133
Владислав успокаивается: мои ответы все объяснили, он разлил все по своим ста-
канчикам. Он приедет в понедельник или даже во вторник – юбилей у друга и на дачу к
родителям надо съездить.
14.07. Я устал? Нет – ну, слава Богу. На последней сессии он не спросил меня, что
делать с женой. Они ездили на юбилей к его другу – герою чеченской войны, генералу,
про его подвиги показывали телефильм. Владислав считал его скалой, и вдруг тот с тревогой спросил мнение Владислава о перспективах страны. Он сразу сдулся в глазах Владислава. Владислав объявил ему, что строятся красивые дома, люди покупают красивые ма-
шины, все будет хорошо.
Потом поехали с женой к его родителям, договорились сходить в баньку, хотя там
уже остыло. Он пошел в туалет, жена постучала и что-то сказала. Он задумался и не рас-
слышал, но ничего не сказал. Она отошла, а он пошел в парилку, там было прохладно. Катя не шла, и он задремал. Проснулся от того, что пришла Катя и стала возмущаться, что
ждала его 12 минут там, где предупредила. Владислав порадовался своему спокойствию.
Она теперь не может включать его в ссору, ей не на ком разряжаться. Он как скала.
По дороге домой он увидел хмурое лицо жены и предложил ей улыбаться. Она отве-
тила, что за два дня устала улыбаться его родителям. Он положил свою руку на ее, она не
отреагировала. Потом он долго зря ждал, что она положит свою руку на его.
Вечером жена с улыбкой позвала Владислава попить чайку, но он почувствовал в
себе жажду мести и ответил, что не хочет, устал и пойдет спать. Она предложила разобрать постель, но он прилег на диван и заснул. Когда Владислав проснулся, она уже спала
в постели, и он лег с ней.
Почему вы молчите? Я привык, что вы реагируете.
Я чувствую себя сейчас вашим врачом. А вы чувствуете себя нервнобольным,
для которого главное быть как скала?
Скала на самом деле не получается.
Когда он окаменел, сердце заболело, пришлось заспать это опасное ощущение.
Утром все было нормально, но… Успокаивает мысль, что эта боль существует только в
его воображении. А главное – уходить в себя, когда решаешь какую-то задачу, это по-
ленински. Ведь его можно было фотографировать только за чтением книги, когда он не
замечал этой возни с громоздким фотоаппаратом и вспышки магния. Благодаря такому
поведению наподобие танка Слава хорошо решал задачи в школе.
Вы ведь тоже хорошо решаете свои задачи?
Всяко бывает…
15.07. Ходил с женой на «Ромео и Джульетту» у Р. Виктюка, где играют четверо
мужчин. Перед началом почувствовал стеснение в груди, что-то хотело выпрыгнуть изо
рта. Он еще был под впечатлением моей критики на последней сессии. Ему надо чувствовать себя твердым, как скала. Ему стало жалко генерала, у которого под твердой коркой
оказалась слабость. Родители направили его на военную карьеру, он стал артиллеристом,
но объелся войны и устал быть защитником, а в миру он беспомощен. Владислав не заду-
мывался, каково это – убивать людей.
Сон, необычно короткий. Владислав оказывается на четвертом этаже своего бывшего вуза, где находится военная кафедра. Это сталинское здание. Коридор, окна залиты
желтым солнечным светом. Чернявый длинноносый актер, играющий бандитов, толкает
блондина, тот спотыкается, но удерживается на ногах, не унижается. Черный садится с
ногами на подоконник, прислоняется спиной к окну и смотрит. Владислав подходит к
нему: «Зачем ты напираешь на него?» Черный встает и подзывает Белого, тот подходит, и
Черный предлагает поехать с ним, он познакомит с интересной девушкой. Они садятся в
трамвай и в долю секунды доезжают до Речного вокзала. Черный знакомит Владислава с
Катей, они идут по направлению к центру. Черный что-то говорит, а Владислав с Катей
134
договариваются поехать домой. Черный уходит во дворы, Белый превращается в рой желтых мух и исчезает. Владислав с Катей разворачиваются и идут от центра к дому, где
осталась жить Мила.
Когда Владислав проснулся после этого сна, он посмотрел на жену и увидел ее спо-
койно закрытые глаза – «Ну, слава Тебе, Господи!». Хоть глаза ее стали радовать. Когда
жена проснулась, они спокойно говорили о родственниках, все было хорошо.
А о Вове говорили? Он у бабки. Звонил вечером, чтобы мать заставила бабку дать
ему деньги на дискотеку. Катя возражала, он уже несколько ночей проводит там, где
быстрые вспышки могут вызвать у него припадок. Вова не боялся этого и настаивал. То-
гда Катя спокойно сказала, что он уже большой и пусть сам разговаривает с бабкой.
Все будет хорошо, ведь жена применяет способы, которым я его научил. Конечно, я.
Он же не специалист. Зато Катя отличница и очень интуитивная. Когда он рассказал ей
про эмпатию, она перестал давить на сына, и припадки прекратились. Правда, она в любой
момент может выбросить новые способы в помойное ведро. Прекращение припадков она
объясняет сменой таблеток, от которых выпадали волосы, на новые.
Катя любит снимать семейное кино, три года назад он купил ей камеру. У него везде
было лицо мученика, который устал и посылает всех. На свадьбе у друга неделю назад он
понравился себе. Такое лицо с улыбкой до ушей у него только на фото в Сочи, где он
двухлетний сидит на коленях у деда.
17.07. Третью ночь почти не спит, все скручено внутри, снов не видит. Напряжение
связывает с женой. Он был рад тому, что у нее глаза спокойно закрыты. Раньше он вздрагивал и обмирал, когда звонила Мила. Он третий год ездит на машине, оформленной на
нее. Раз в год она присылает к нему страхового агента по его звонку. Три недели назад она
сама позвонила за три дня до срока. Он почувствовал бешеную эйфорию от того, что его
не дернуло. У нее была радость в голосе. Может быть, у нее появился любимый мужчина,
слава Богу!
Восемь месяцев назад у него заболел зуб. Его дантист, знакомый Милы, переехал, а
у Владислава была от него гарантия. Владислав позвонил ей, чтобы быстро узнать новый
телефон дантиста. Он боялся, что нарушил ее покой, лишний раз напомнив о себе. Мила
была в подпитии, пообещала найти дантиста и положила трубку. У Владислава стали абсолютно холодные ладони, кровь отлила от головы. Сотрудница спросила, что у него с
лицом. Он сходил в туалет и умыл лицо с чувством, что из него уходит жизнь. Сходил в
соседний Донской монастырь и взмолился Николаю-угоднику: «Она же тебя любит, помоги мне, пожалуйста!». Стало чуть-чуть полегче. Дома он надел кучу масок, чтобы жена
не заметила. Сказал, что на работе проблемы, он устал и пойдет спать.
Мила стала частным туроператором, и партнер Владислава недавно оформил через
нее поездку с женой в Испанию. Владислав поинтересовался, как выглядит Мила, и тот
без раздумий ответил: «Прекрасно!». Владислав порадовался – это его спасение. Они с
Милой сроднились, ему плохо, когда ей плохо.
Владислав испытывает ко мне доверие, так как в отличие от других я стараюсь понять его, а не манипулировать им. В своем понимании его я даже опережаю его самого. А
насчет критики, так это я сознательно вру для пользы дела. Он достает, как всегда, деньги
из нагрудного кармана. Бумажник он оставляет в машине, так как забывает у меня свои
вещи. Я его осуждаю за это?
18.07. Владислав сразу ложится и рассказывает сон. Он ворочался всю ночь без снов,
в 6 часов проснулся, выключил компьютер, который забыл выключить перед сном. Жена
спала, он снова лег, и увидел белую операционную с высоким потолком, большим окном
и шезлонгом в центре. Он зашел и обнаружил там меня. Я предложил ему сесть в шезлонг,
он сел, и шезлонг откинулся. Я склонился над ним и объяснил, что для вызывания припадка нужно подействовать на его мозг. Мелькают вспышки, я накладываю электроды на
135
его глаза. Его дергает, я отворачиваюсь, ложусь слева от него (мое кресло слева от дивана)
и исчезаю. Страха передо мной или враждебности он не почувствовал.
Владислав проснулся от подергиваний, как у Вовы, в животе и кистях. Он лежал лицом вниз, в последний раз его сильно подбросило вверх. Он подпрыгнул на животе, а Катя
прижалась к нему, положила руку на его плечо и выдохнула. Он окончательно проснулся.
Такого у него никогда не было, только подергивания при засыпании. Вспомнились мои
слова, что Катя довела сына до эпилепсии (?). Я замечаю, что в сновидении это сделал я.
Владислав узнал сейчас эту операционную – это зубной кабинет, только в нем еще
были медицинские шкафы. Врач опустила его кресло, склонилась над ним и делала все без
обезболивания. Ему сейчас хочется найти ее и побить.
Это когда мать не обезболила вам зуб ингалятором, как незнакомой женщине в
приемной?
Как вы все помните!
Я помню и то, что к матери в зубном кабинете вы не испытали никаких чувств и
оправдали ее поведение.
Да, он никогда не уточняет мотивов партнера. Но я приучаю его к этому. Когда четыре сессии назад он сказал, что чувствует себя нормально, у него появляется уверенность, и он хочет понять, как я это сделал, я ответил: пусть идет, как идет. То есть, не его
ума это дело.
Я больше доверяю душевной природе, чем уму. И душевное развитие для меня
важнее умных мыслей.
Владислава улыбается и не замечает, что его руки не елозят у сердца, как обычно, а
спокойно сложены на животе. У него ощущение, что смола превратилась в шоколад, ко-
торый плавится и стекает с него.
Владислав называет прекрасной и мою идею уверенно пользоваться своими человеческими правами. К сожалению, в его семейной жизни это пока что лишь идея. Катя пожаловалась, что не спит уже 15 лет. Он ответил: не страшно, если будет 16 (улыбается).
Осторожно подвел ее к идее найти санаторий, но она ждет, что он сам ее положит. Он
напомнил ей, что устроил к себе на работу двоюродную сестру, и та быстро сбежала.
Расплачиваясь, Владислав напоминает про бумажник – я подшил это к делу? Да, он
доверяет мне свою болезнь, но деньги – это святое. Да и здоровье, оказывается, не доверяет – я усугубил болезнь, довел до «эпилепсии».
20.07. Понедельник, тяжелый день… Владислав насуплен, не смотрит на меня. Он не
спит уже неделю, его крутит, дергает до четырех часов утра, как Вовку. Обычно так было
только при засыпании, а тут ночью во сне. Ломка, как у наркомана. Он всю ночь вороча-
ется, мышцы напряжены и тянут.
На годовщине свадьбы родителей Владислав был спокоен, не боялся боли. Дома у
жены был «припадок». Когда жена в очередной раз пожаловалась ему, как ей надоело та-
щить его с сыном, он неожиданно для себя ответил: «Разве я похож на человека, которого
надо тащить?» После такого мудрого ответа жена перестала дергаться. Владислав начал
тепло говорить с ней, она ушла в другую комнату, потом вернулась с видом нашкодившей
девочки и предложила играть в нарды. Все прошло.
Они с Катей решили завести ребенка, но у обоих возраст, пошли провериться. У
Владислава якобы упали показатели в семьраз. Это его так разводят. Врач рисовалась, было много словоблудия. Она обнаружила у Кати на УЗИ «красивый полип». Через пару
дней он сдаст анализы в прежнюю клинику, которая давала нормальные результаты.
Катя считает, что я довел его до эпилепсии и посадил на иглу зависимости от себя.
Если он не прекратит ходить ко мне, она заболеет, и ему придется ее лечить. Владислав не
смог сказать жене, что согласен прекратить терапии, и она устроила ему истерику. Возможно, больше всего ее расстраивает, что он вопреки ее экономии тратит на меня много
денег. Она отошла на кухню, дергалась у окна спиной к нему, а его не дергало. Он пора-
136
довался этому, потом устыдился и подошел к ней в спокойном состоянии. Раньше он подходил от страха, что она доведет его до инфаркта, и она отталкивала его. В этот раз она
его не оттолкнула и успокоилась.
Когда вы подошли к ней, вы были спокойны, радовались этому и стыдились.
Трудно разделить ее чувства, когда она в истерике…
Владислав рассказывает анекдот про мальчика, больного на голову, который шел с
отцом на море и все спрашивал, какое оно. Последний раз он спросил, когда уже зашел по
пояс. Тогда отец макнул его головой в воду и зло сказал: «Вот оно какое, море!»
Умом он все понимает правильно, ему ведь стало лучше видно. Его не свалишь с
этой волны, но ему мешает зажим в голове и немного в груди. В начале терапии он был в
глубоком кризисе и начал перестраиваться только от отчаяния. А Катя благодаря его под-
держке не доходит до кризиса.
Владислав идет в туалет. Возвращается с победной улыбкой:
Это не невроз, это арбуз.
Почему именно в это время?
Ну… нелегко признать, что я оказываю Кате медвежью услугу. Ведь я ее очень
люблю. От стресса у нее может быть инфаркт.
Как у деда?
Владислав справился с никотиновой зависимостью, у него остается трудоголизм и
зависимость от страха смертельной болезни. У его друга под маской мачо прячется страх
зависимости от женщины. Я напоминаю Владиславу о его инфантильной зависимости от
матери. Эта зависимость превращает его любовь к жене в любовную зависимость. Уходя,
Владислав просит меня перенести сессии на вечер, чтобы жена думала, что он прекратил
ходить ко мне.
А вы сможете ее обманывать?
Нет.
Владислав забывает куртку и возвращается за ней, объясняя это тем, что плохо по-
прощался.
21.07. Владислав опоздал на привычные 15 минут. Неохотно ложится. Нет настрое-
ния, сердце давит. Всю сессию Владислав обеими руками поглаживает грудь.
Он предложил жене приехать к нему в офис к концу рабочего дня, как бывало раньше, чтобы пообщаться по дороге домой. Жена отказалась, ссылаясь на духоту в метро и в
машине, и обвинила его в том, что он всегда думает только о себе. Владислав оцепенел.
Со мной у него бывало оцепенение, когда он сразу понял мою мысль, а потом я включаю
у него на эту тему образы, чувства и ощущения, и мозги сразу блокируются. Он считает,
что в это время я пилю опилки, ведь он уже понял, осталось сделать. Думая и делай, и не
отвлекайся на чувства. Долгая пауза.
Как жена относится к вашим тратам на терапию, Владислав?
То соглашается, то – откат.
А к вашим симптомам?
С твердым упреком, а с сыном – как теплый кисель. Муж должен быть парово-
зом, но ей приходится его тащить на правильный путь.
Раньше он добивался успехов в работе, чтобы доказать, что он умнее других. Но ему
говорили, что в такой ситуации любой дурак этого добьется. Когда у него опускались руки в трудной ситуации, его снова называли дураком. Теперь он не дергается на работе, но
с женой…
Катя втягивает его играть в больницу, как мать. Мать теперь звонит: «Как ты?», и
услышав, что в порядке, говорит: «А, ну тогда хорошо», и прощается. Она его теперь не
дергает – пусть ему будет хорошо по его понятиям, лишь бы он не болел. А жене надо,
чтобы все было по ее понятиям, она тащит его в своем направлении. Его природа теперь
137
сопротивляется. Он надеется, что его спокойствие успокоит жену, она перестанет дергать-
ся и дергать его.
Партнерам и даже родителям он может теперь дать отлуп, а жену боится. Где у человека находится третий глаз? Если бы он сразу трезво увидел, что и как, он бы сразу сре-
агировал. Надо дать ему такой глаз. Пауза.
Владислав, как ваша жена относится к тому, что вы высказываете свое недоволь-
ство не ей самой, а мне?
Наверное, ревнует. Получается, я сплетничаю за ее спиной… Это стыдно.
Вы могли бы сказать жене то же, что и мне.
Но ведь поезд уже ушел.
Это похоже на игру со временем. Кстати, нам уже пора заканчивать.
Владислав садится и с сомнением смотрит на меня, потом на настольные часы, на
свои.
Ваши часы спешат на полторы минуты.
Я проверяю по сотке – на 20 секунд.
Но не я забрал у вас эти секунды, Владислав, а вы сейчас пересиживаете.
Так ведь вы учитель, должны учить точности.
Владислав встает и идет в прихожую. Приходится говорить ему в спину.
Я обещал только замечать невротические игры.
Владислав не оборачиваясь, молча уходит.
22.07. Владислав приехал на 20 минут раньше, погрузился в машине в полусонные
мысли о продолжении терапии. Вчера Владислав победил хитрого клиента. Тот разводил
Владислава на чувстве вины перед своими многодетными сотрудниками и не доплачивал
за услуги. В этот раз Владислав заметил, что в глубине души не верит ему и не поддался
на манипуляцию.
У него прошли панические атаки, улучшились отношения с близкими. Стал, наконец, понимать мать, она стала теплой. Отец стал мудрее и увереннее. Катя уже три дня ро-
зовая и пушистая, расхотела лечиться. Это я его хорошо накормил, а он – их всех. Мать
объяснила его улучшение благотворным влиянием Кати. Когда он упомянул меня, она
вспомнила про похожего больного, которого ее знакомый врач вылечил одной таблеткой.
Теперь у того своя фирма, крутой особняк и тачка, жена, дети – и что еще человеку надо?
Она водила сына к такому врачу, но Владислав отказался пить таблетки, опасаясь ощуще-
ния электрошока. Мать до сих пор ругает его за то, что он оставил Миле свою квартиру.
Вчера вечером Владислав сидел за компьютером, все было хорошо. Катя подошла
сзади и дунула в ухо, он едва сдержался, чтобы яростно не оттолкнуть ее. Мать в детстве
барабанила по его голове пальцами со словами: «Когда же ты начнешь думать, недотепа?!» Когда она позволила такое при Миле, он так взорвался, что все оцепенели. Это
невроз? Он в таких случаях чувствует себя недотрогой. Как будто его опустошают, забирают жизненные силы. Их не хватает тогда на дело. Его невроз вздрогнул даже от ласко-
вого дуновения жены.
Утром жена сказала, что патриарх Кирилл нравится ей меньше, чем Алексий II. Владислав начал поучать ее: Кирилл говорит с коммунистами на их языке, чтобы обратить их
в свою веру. Потом заметил про себя, что сам готов ради красного словца продать и отца.
Привык использовать любой повод для самоутверждения. Он согласился с женой, что ему
тоже больше нравился Алексий II, и перевел разговор в житейское русло.
Что ему делать с непонятным напряжением? Как будто червяк бессмысленно корчится на одном месте. Ему нравится «Всадница» Брюллова, она так спокойно сидит на
гарцующей лошади. Не боится, что та ее сбросит.
Страшно быть червячком, склюют. Недоверие делает недотрогой всегда и со
всеми.
Все правильно, но почему я сам не догадался?
138
Я слышу в этом самоупреке голос вашей матери. И вижу ваши идеалы: отца-
командира и деда-начальника.
Владислав перечисляет десяток способов успокаивать себя, но это или перед делом,
или после. Они не помогают в стрессе. Но может быть, он сможет теперь справиться сам?
Я смогу заменить его в его душе? Ему этого хотелось раньше, а теперь он этого боится. А
без меня он не пропадет? Может, у него не оптимизм, а эйфория, улет? Владислав попытался дома в своем воображении взлететь, чтобы победить страх. Высоко взлетел и упал.
Правда, в глубине души он ожидал такой конец этой тренировки.
Летать в счастье и улетать от несчастья… Две большие разницы, как говорят в
Одессе.
…А у вас есть невроз?
Мы с моим черным человеком давно разобрались и договорились.
Своего четыре месяца назад я готов был уничтожить. А как с ним договориться?
И потом можно будет закончить?
Я перечисляю пласты, которые нам открывались по ходу работы.
Значит, вы не можете предсказать, что будет?
Могу только предположить, что и дальше будет открываться новые пласты.
Вопрос об окончании терапии остается открытым. Прощаясь, Владислав признается
в опасении, как бы чего не прихватить моего – а раньше боялся, как бы не оставить своего.
23.07. Не знает, о чем меня спросить. Мои часы на минуту спешат. Он стал хорошо
спать и высыпаться, не видит снов. У Кати сон тоже улучшился. Я испугал его вчера – он,
мол, еще прибежит ко мне. С другой стороны, Владислав боится, что я его перегрею, он
расслабится и потеряет бдительность. Вовка уехал, вдвоем с Катей хорошо, вчера они
полтора часа разговаривали обо всем. Катя объясняет свое поведение при сыне тем, что
она мать. При этом она верит только в таблетки, как мать Владислава. Жена формально
соглашается с ним, а потом упрекает в давлении. Его окружают тупые люди, они его не
понимают. Его компаньон говорил, что один ум хорошо, а два – это 10. Но для этого Владиславу нужен равный ему, на одной волне.
Он стал видеть, кто на какой волне. У Владислава невысокая волна, да его еще давит
мать. Когда Катя с Владиславом на одной волне, ему очень хорошо. Когда Вовка начинает
стягивать Катю вниз, а она Владислава – ему плохо. Вчера только начал думать про волну,
позвонил Вовка. Жена поговорила с ним и дала трубку Владиславу. Вовка был кислый,
все ругают его. Владислав заметил, что он-то не ругает. Вовка обижен на отца, который
обманул его со скутером и на мать с Владиславом, которые не дали денег, а у отца нет.
Владислав напомнил, что один раз давал деньги, но мужчина должен решать свои про-
блемы сам. Вовка выдохнул воздух и сказал: «Ну, пока».
Владислав хочет моего совета. У них в маленькой комнате живет попугай. Когда он
залетает в их большую комнату, жена сразу начинает его кормить, хорошо с ним разговаривает. Если он накакает на шкаф, она вытирает. Потом она выгоняет его в маленькую
комнату и возвращается к мужу или своим делам. Сын для нее – объект тревожного контроля. Его надо держать за ноги, следить, чтобы он все поел. Владислав принимает все это
близко к сердцу.
Он соглашается со мной, что не переносит условной любви. Раньше манипуляторы
подсылали к нему своих сладочек. Он подписывал контракты, в которых оставались лазейки для манипуляторов. Его тошнит от роли сладочки. Когда он начинал курить, сначала тошнило, потом прошло. Он курил 25 лет, бросил, и когда снова попробовал, его затошнило. Добрые следователи теперь ушли в фон. Он не втягивается в нечестные игры, в
которые пытается втянуть его совладелец фирмы. Владислав рассматривает меня.
139
На вас футболка «Золотая бочка». Вы любите пиво? Я люблю бочковое пиво та-
кого сорта, какого здесь нет. Но мне нельзя из-за веса. Эту футболку вы получили в рекламной акции?
Владислав хочет узнать мое мнение об американском фильме «Lie to me» , который
почему-то перевели как «Теория лжи». Там ученый научился по мимике распознать ложь,
которую не могут обнаружить детекторы лжи. Он успешно работает в паре с очень интуи-
тивной негритянкой. Владислав спрашивает меня:
Вы считаете этот фильм упрощенным? Американцев считают тупыми, зато они
богатые.
Богатые тоже плачут. А у вас, похоже, намечается сотрудничество с черным че-
ловеком.
Я предупреждаю Владислава о повышении гонорара с 1 сентября в связи с инфляци-
ей.
Но недвижимость ведь дешевеет!
Это из другой оперы, там уменьшается надутый навар. Что касается моего гоно-
рара, в пересчете на доллары он остается прежним.
Владислав надулся: «Ваше право».
24.07. Вчера не было к чему, а он еще в воскресенье на даче увидел сон. Он входит в
бизнес-центр, похожий на его офис. Тут как в фильме «Служили два товарища», где паника, красные выгоняют белых, Высоцкий с лошадью. Кто-то жалуется, что его выгоняют с
работы. Люди срываются друг на друга. На всех этажах одно и то же. Даже те, кто просто
разговаривает, крутятся, как червяки. Владислав вместе с другими выходит на улицу к автобусу, садится в центре, немного справа. Из офиса стреляют из гранатомета, Владислав
ощущает сильный тычок, пошел огонь. Люди смотрят на Владислава без паники, знако-
мых нет. Все переглядываются – кто что будет делать. Водителя нет. Владислав повис на
поручне, отделяющем кабину от салона, с трудом с нескольких попыток выбивает ногами
оргстекло. Залез в кабину и поехал.
Он приехал к полузаброшенному темному вокзалу, под которым катакомбы из про-
шлого сна. На это раз он пошел не вниз, а прямо. На 7-м этаже (у меня 6-й) находится ка-
русель, оттуда кричит без паники женщина, просит ее спустить. Ее крутит железная машина, ей нужна лестница. Владислав устанавливает на лбу перш (интеллектуальный и
фаллический символ) и по винтовой лестнице корячится на 7-й этаж. Входит в офисную
комнату наподобие выгородки в мебельном магазине. Женщина прыгает в машину, спус-
кается на ней вниз, там снова прыгает в нее и поднимается наверх. – Зачем ты это делаешь? – Ничего, ты принес лестницу, теперь все хорошо. Тут еще одна женщина, на 15-20
лет старше.
Женщина зовет Владислава посидеть в спокойном тихом месте, там она предлагает
ему секс. Слава вспоминает о жене – это будет обман, предательство. Но что-то сбивает
его с пути. Однако у него нет презерватива, у женщины тоже. Владислав предлагает ей
взять у той женщины – она тоже будет спускаться по нашему першу. Женщина роется в ее
сумке – Оба! нашла. Начинается секс, женщина оказывается в мыле – хотела потом помыться. Владислав чувствует омерзение от того, что предает любимую жену. Он проснулся с чувством, что его насилуют.
Мила упрекала его, что любая женщина может повести его, как теленка на веревочке. Это «Оба!» напоминает об игривости Милы, но она была без тормозов, и Владиславу
не нравилась эта игривость. Катя изображала живую, но играла это. Как он сам тянулся на
цыпочках, играя крутого кормильца. Сейчас он ощущает себя как помойное ведро, кото-
рое долго не выносили, все сгнило.
Этот сон напомнил почему-то упреки жены. «Ты не хочешь детей, я сама нашла
клинику, чтобы проверить свои гормоны (ей 39) и твою сперму. Прошло два дня, ты мол-
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]