Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:В развалинах Петры
.pdf
В РАЗВАЛИНАХ ПЕТРЫ
рубленные в камне и расположенные полукругом над
верхним рядом ступеней. По остроумному предположению некоторых путешественников, комнатки эти
служили своего рода ложами для привилегированных
зрителей, но догадка эта еще далеко не подтвердилась.
Особенных украшений не сохранилось ни на ступенях,
ни на окружающей стенке амфитеатра; быть может,
время и непогода стерли их, как и ряды полуисточенных ступеней; небольшие, высеченные в камне лесенки
и ступеньки составляют доступы к театру с обеих сторон; кое-где виднеются и разные другие приспособления, назначение которых теперь только можно угадывать. Ширина самой арены невелика и не превышает
нескольких саженей, но диаметр всего амфитеатра достигает до 15 саженей. Огромные, почти обрывистые
скалы нависли над сценою и амфитеатром, словно защищая их со стороны горных дебрей и пустыни и еще
более усиливая впечатление.
Глядя на пустые ряды каменных седалищ, на арену,
заросшую ныне кустами и орошаемую прихотливыми
ручейками Айн-Муса, мне припоминалось невольно
время, когда жизнь и движение кипели в этих безмолвных ныне стенах; под открытым, вечно-голубым небом,
под защитою грозных, отливающих цветом крови скал,
залитые лучами южного солнца, сидели на ступенях
этого амфитеатра важные сановники Рима и граждане
каменной Петры. Все тридцать три ряда седалищ пестреют разноцветными одеяниями, римские матроны
и смуглые красавицы аравитянки украшают первые
51
А . В . ЕЛИСЕЕВ
ряды. На крошечной арене идут не мирные сценические представления, а происходит бой гладиаторов,
льется неповинная человеческая кровь в угоду жестоким инстинктам властных людей, и скалы Петры, смотрящие сотнями могил на эту кровавую арену, отливают еще более красками крови и огня. Но прошли годы,
и замолкла некогда шумная и веселая Петра. Под гром
великих событий, сокрушивших Древний мир, о ней забыли люди, как забыли они и о многих сотнях древних
городов, засыпанных собственными развалинами; пустыня отделила Петру от всего остального мира, и мировой путь, соединявший Азию с Африкой, миновал
древнюю столицу набатеев; отшумела слава Петры,
и пустыня схоронила ее давние развалины, пока смелый
франк не пришел к подножию Неби-Харуна и не открыл вновь места давно забытой Петры.
Так проходит многое из славы и величия здешнего
мира; если суровые Парки, по понятиям древних, пресекали жизнь человеческую, то не менее суровый Хронос
или Сатурн поедал века за веками, и от сотней человеческих поколений не осталось ничего. Остались великие
развалины Петры, которые несокрушимы как скала, но
не осталось и праха тех титанов-людей, которые обработали по своему желанию горы, схоронились в их каменной груди, но не спасли от времени даже праха своих белых костей.
От театра — места зрелищ и ристаний — мы обращаем невольно свои взоры опять на каменные могилы,
которые столпились в этом месте, словно для того, что-
52
В РАЗВАЛИНАХ ПЕТРЫ
бы отметить еще более контраст между смертью и жизнью, погребальным гротом и ступенями амфитеатра.
Древний человек, философ и стоик в душе, не боялся
этого контраста, и роковое memento mori не смущало
его; еще при жизни своей он заботливою рукою строил
себе каменную могилу и с сыновнею любовью собирал
в урны прах родителей, полагая его в своем доме на
виду. Нечего удивляться поэтому, что Петра сохранила
более погребальных гротов, чем домов, что каменные
могилы, как пустые ямины черепа, смотрят отовсюду на
останки города и что глаз, куда бы ни посмотрел, встречает прежде всего зияющие отверстия усыпальниц, усеивающие рядами все отвесы скал, замыкающих Петру.
О могилах поэтому нам всего больше приходится говорить, описывая Петру, и к могилам мы должны обращаться, откуда бы мы ни взглянули на руины «города
камня и скалы».
У театра, как мы только что сказали, погребальные
гроты скучились в таком огромном количестве, что глаз
не успевает их сосчитать; с высоты верхних ступеней амфитеатра, с которых открывается прекрасный вид на
продолжение долины Айн-Муса, могилы виднеются повсюду, куда бы ни запал взор наблюдателя. Они идут
красивыми, часто правильными рядами, они чернеют
и одиночками и группами, они унизывают самые вершины скал и карнизы каменных обрывов, они занимают, кажется, все, что могут занять. Напротив самого амфитеатра расположены одни из интереснейших могил Петры;
здесь заметна большая тщательность и обработка внеш-
53
А . В . ЕЛИСЕЕВ
ней поверхности погребальных гротов; простых, еле обделанных отверстий в каменной стене виднеется сравнительно мало; большинство могил носит, напротив, следы
большей или меньшей художественной обработки. Не
только карнизы и косяки, но и целые фасады украшают
входное отверстие этих гротов, представляющих здесь
великое разнообразие. Есть фасады, красиво декорированные орнаментами, есть фасады с колонками и фронтонами; местами виднеются гроты, обделанные, как входы в храм; две-три могилы, замеченные мною, кажутся
как бы отдельными небольшими зданиями — монолитами, отделенными со всех сторон, исключая основания, от
матерной скалы. Изучение одних погребальных гротов
Петры может занять на целые недели любознательного
археолога, который отыщет здесь такие типы могил, которых подобие или развитие он может увидать в Сирии,
Палестине, Египте и даже Тунисе. На гротах Петры можно проследить все развитие искусства созидания каменных могил, которыми так богаты только что поименованные страны Востока. От простого, безыскусственного
отверстия, вырубленного грубо в камне, можно наблюдать здесь все переходы до изящного грота с фронтоном
и пилястрами, обделанного наподобие храма; таких совершенных по архитектуре погребальных гротов нельзя
встретить даже в Палестине и Египте, где только так называемые могилы царей могут идти в сравнение с усыпальницами Петры.
Хотя на Синае и на Сербаде, как и в горах всего центрального горного узла Каменистой Аравии, встречает-
54
В РАЗВАЛИНАХ ПЕТРЫ
ся уже много могильниц и погребальных гротов, но только с Петры, можно сказать, начинается великая область
каменных могил и вообще гротов и пещер, которыми
так богата Южная Палестина. Если мы к пещерам и гротам Петры прибавим пещерные сооружения южной части Иудеи, особенно у бет-Джибрина, а также обширные
гроты Хаурана, Моавии, Переи и вообще Заиорданья, то
мы очертим приблизительно небольшой, но довольно
интересный район, в котором пещерные сооружения занимают самое видное место изо всех останков седой старины. Не великолепными и поражающими глаз руинами, а целыми подземными городами, ископанными
в толще известковых скал, характеризуется и славится
область, в которой Петра является центром, представляющим самые дивные сооружения этого рода.
Как бы ни были, однако, мягки скалы этой области,
иногда составленные из такого камня, который чертится
ногтем, и как ни способствовало к созданию пещерных
сооружений это удивительное свойство камня, без сомнения, оно одно не объясняет сильного развития подземных обиталищ и могил. В другом месте мы поговорим о пещерных городах Палестины, где и выясним все
детали этих любопытных сооружений, но теперь мы
ограничимся одним упоминовением о существовании
подобных обиталищ, так как они сами по себе предполагают и существование народа — пещерных обитателей,
троглодитов.
Были ли троглодиты в самом деле первичными насельниками гор Петры и первыми прерывателями скал
55
А . В . ЕЛИСЕЕВ
вади Муса и Неби-Харуна, или удивительные пещерные сооружения этого города появились позднее, ближе к временам греко-римской культуры, сказать трудно, но для нас лично несомненно то, что только
троглодиты могли положить начало таким городам,
как Петра и Бет-Джибрин. История Петры очень мало
известна для нас до времен появления македонских
дружин в горах Каменистой Аравии, хотя можно думать, что о ней говорил Моисей в четвертой книге Бытия, называя народ, населяющий горы Сеир, хоритами, т. е. обитателями пещер. В книге Второзакония
великий пророк Израиля говорит уже яснее об этом народе пещер, которого позднее сменили едомиты. О сынах Едома не раз упоминается в Библии, и столица их
Села, по всей вероятности, находилась на месте Петры,
потому что топографические данные не позволяют нам
ее искать в каком-нибудь другом месте, помимо того,
которое представляет вади Муса и амфитеатр гор Неби-Хоруна. Имя Петры является впервые в истории
лишь в III веке по Р. Х., когда Диодор упоминает о ней
как о столице набатеев, изгнавших отсюда едомитов.
Как во времена Моисея, столица хоритов служила местом встречи караванов модианитян и измаильтян,
шедших из Аравии, Египта и Палестины, так и во времена Диодора главный город царства набатеев играл
важную роль промежуточной станции между Азией
и Африкой, посылавшими сюда свои караваны. Выгодное положение Петры на большой караванной дороге
усугублялось тем, что она по своим топографическим
56
В РАЗВАЛИНАХ ПЕТРЫ
условиям не могла подвергаться легкому нападению
номадов, как другие города Синайской пустыни. Богатела и росла поэтому Петра, и немудрено, что еще за
310 лет до Р. Х. Антигон посылал свои дружины на завоевание славного города пустыни. Хотя Атеней, полководец сирийского царя, и овладел Петрою, но недолго
ею владели македонцы. Только со времени Помпея
и Траяна она стала терять свою самостоятельность
и превращаться в провинцию Рима со всею Каменистою Аравией. С появлением римлян в Петре пало царство набатеев, и от этого небольшого народца не осталось ничего, исключая разве погребальные гроты да
таинственные надписи, начертанные ими на скалах Синая. Так как эти надписи едва ли когда-нибудь удастся
прочитать так хорошо, как клинописи и гигроглифы,
то, вероятно, мы не узнаем ничего и о первых страницах истории Петры. Как столица римской провинции,
эта последняя играла еще некоторую роль в торговых
сношениях Сирии, Аравии и Египта, но уже с IV в. начало падать значение Петры. Власть Рима и Византии
скоро ослабела, торговые пути, шедшие из Азии в Африку, стали выбирать другие, более удобные и ближайшие пути, а между тем с каждым годом все ближе и ближе подвигались к замирающему городу из глубины
Аравии дикие сыны пустыни, прельщаемые богатствами, накоплявшимися здесь целыми веками. Когда арабы совершенно завладели Синаем и Палестиной, Петра
уже покончила совершенно свое историческое существование: она превратилась в руину, город мертвых,
57
А . В . ЕЛИСЕЕВ
в одно из античных чудес Востока… Ее песенка спета
навеки — и городу камня не ожить никогда…
Вся теперешняя Петра представляет одну огромную могилу, и немудрено, что заезжающий редко путник выносит отсюда впечатление, какое можно получить лишь на великих развалинах Древнего мира вроде
Трои, Карфагена, Вавилона, Персенолиса и Пальмиры.
Пусть большинство останков Петры, если только можно назвать руинами сооружения-монолиты, носит на
себе характер высокой архитектуры, не имеющей ничего общего с эпохою каменного века и временами троглодитов, пусть лучшие здания Петры вырублены
в римском стиле III или IV века нашей эры и имеют некоторое сходство с рококо прошлого столетия, но всетаки гордость этого города камня составляют не архитектурные украшения и даже не колоссальность
постройки, поражающая в Баальбеке и Пальмире, а самый способ сооружения, давший и самому городу название Петры, или скалы. Можно думать поэтому, и все
данные говорят за то, что первоначальная Петра, как
бы она ни называлась прежде, была городом настоящих
троглодитов, начавших иссекать пещеры в сравнительно мягком камне еще в ту отдаленную эпоху, когда человек нуждался в естественных и искусственных гротах
и копал пещеры, вместо того чтобы строить здания из
камня. Не все многочисленные гроты Петры поэтому
надо рассматривать как могильные сооружения, ископанные в разные эпохи для погребения покойников города; многие из них служили, по всей вероятности,
58
В РАЗВАЛИНАХ ПЕТРЫ
и помещениями для первичных насельников вади Муса,
будь то хориты, едомиты или другие неизвестные троглодиты Каменистой Аравии.
Еще задолго до того, как Петра стала известна грекоримскому миру и приобщилась к его цивилизации, она
была, по всей вероятности, пещерным городом, подобным Бет-Джибрину, или скорее еще более оригинальным, чем этот последний. Бет-Джибрин, или город великанов, как показывает самое его название, только
отчасти сходен с Петрой — городом камня и скалы. Пещерный город Южной Палестины имел еще массу наземных построек, храмы, общественные здания и стены,
построенные в защиту подземелий под открытым небом,
а не в толще известковой скалы. Древний город троглодитов был забыт жителями Елевтерономса, ставшего на
месте «жилища исполинов», и древние пещеры его давно уже не стали обиталищами человека; не то мы видели
в Петре, которая родилась, выросла и развилась в камне,
не сложенная из него, а вырубленная в скале, как настоящий город-монолит, не признававший иных построек,
как из цельного камня. Первобытные пещеры, более или
менее слабо ископанные первичными троглодитами —
насельниками Петры, их последующими потомками
были расширены, обработаны, углублены и украшены.
Петра никогда не выходила из родных скал и всегда органически соединялась с ними, имея общие стены и основания в толще известкового массива. Даже высокоцивилизованные насельники Петры времен Антигона
и Адриана не нарушали никогда традиций, связанных
59
А . В . ЕЛИСЕЕВ
издревле с этим городом-монолитом, и, не решаясь возводить построек, сложенных из камня, только расширяли подземелья и украшали в греко-римском стиле наружные фасады и входы в жилища и храмы, ископанные
в толще скалы.
Когда смотришь на это бесчисленное множество
подземных сооружений и жилищ, иссеченных в камне
крепкою рукою древнего человека, невольно приходит
в голову мысль, что идея строить обиталища в толще гор
могла прийти только народу, поставленному в такие исключительные условия, в каких, например, находились
троглодиты Неби-Харуна. Отличные писатели древности Витрувий и Диодор оставили нам несомненные свидетельства, что даже в исторические времена известные
группы человечества предпочитали жить в пещерах,
а не в сложенных из камня домах. Эта привычка, оставшаяся и у жителей Петры даже в то время, когда цивилизация их достигла до высоких степеней, поддерживалась, без сомнения, и сознанием большей безопасности
от внезапных нападений номадов близкой пустыни, которые ничего не могли сделать с городом, иссеченным
в скалах и замкнутом горами со всех сторон. Это сознание большей безопасности в пещерных жилищах сравнительно с обитанием в постройках, открытых и доступных со всех сторон, и было главною причиною того, что
область пещерных городов в Сирии и Палестине идет по
границе великой пустыни.
Мы не можем закончить рассматривать вопрос
о подземных жилищах Петры и пещерной области
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]