Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:В предвкушении себя от имиджа к стилю
.pdf
Глава 1
Политический
минимализм впарламенте
так, мой вид возымел успех и, кудивлению, вскоре легко
И
обертку, черную каллиграфическую простоту. Мне было вчерном хорошо иорганично. Яувлеклась черным цветом, двигаясь от турецких дешевых брючных костюмов квсе более сложным вариантам. Кэтому времени первоначальное накопление капитала вМоскве привело на столичный рынок разные
западные бренды, включая даже такие, как Dries Van Noten,
Ann Demeulemeester, Yohji Yamamoto. Даже не ведая, от кого
одежда, ябезошибочно подбирала подходящие юбки, брюки,
черный трикотаж. Кстати, опоследнем. Трикотаж меня нежно
защищал от думской агрессии. Аее было достаточно. Ясильно
раздражала опытных политиков вниманием кмоей персоне со
стороны прессы. Оно считалось незаслуженным. Дилетант, девушка из ниоткуда, за ней никого, атуда же. Да еще не вошла
ни водну из фракций, пытаясь создать свою. Ивыглядит как-то
несерьезно со своей бабочкой на затылке. Коммунисты видели
во мне буржуазную нездешность, Жириновский— политического бомжа, демократы— гламурную диву. Яушла вглухую
оборону спомощью черных доспехов, но мягких на теле. Вот
так яввела вмоду носить трикотажные строгие вещи даже на
официальные заседания. Вкачестве защитной реакции получился очень индивидуальный стиль, строгий, но сильно противостоящий классическому женскому костюму, облюбованному
советскими кадрами. Мало того, ясознательно поддерживала
лег на душу. Или, наоборот, душа наконец нашла свою

42 В предвкушении себя
свой индивидуализм, понимая, что средства информации, слетаясь как бабочка на свет нестандартной внешности, дерзкой
иопережающей время, обеспечили мне бесплатную возможность продвигать имя за границы Орехово-Борисова. При игре
водиночку факт немаловажный. Ярешила усилить случайный
look, говоря современным языком. Вместо пиджака— мягкий
кардиган или легкий свободный пуловер. Брюки не прямые,
аширокие от бедра, но не расклешенные. Юбки, наоборот,
строгие, вформе трубы, плотные, но до середины щиколотки.
Ивсе черное. Получилось ну очень интеллигентно исмело одновременно. Яне выходила за рамки негласного дресс-кода для
женщин вполитике, содной стороны. Сдругой— все стандарты вкрадчиво порушила. Сродни черной пантере. Всего
лишь пигментированный леопард, но как смотрится! Сильнее, чем впятнышках.
Даже Галина Старовойтова сокрушалась: «Вы, Ирочка, так
красиво одеваетесь иразнообразно. Но никто не замечает.
Все одинаково черное. Деталей не видно. Жаль». Яблагодарила, но не признавалась, что мне нравилась моя Заметная
Незамеченность. Очень, кстати, по-японски. Код предков из
Страны восходящего солнца прекрасно защитил меня ипомог
спозиционироваться вдепутатской массе. Постепенно все заговорили омоем вкусе и, кмоему удивлению, поставили диагноз: «самый сексуальный политик». Массмедиа меня любили, стилисты же критиковали за черный цвет: нет разнообразия, слишком мрачно изакрыто. Яне обращала внимания
ипродолжала гнуть свою линию. Сексуальность волновала.
Однажды даже ногти покрасила вчерный цвет, за что тут же
подверглась остракизму даже со стороны журналистов. Пришлось уйти внейтральный тон.
Стремление быть одновременно незаметной для своих ияркой для других убрало туфли на каблуках, короткие юбки, яркую бижутерию иразноцветную одежду. Вместо перечисленного ярешила выставить интеллект ихрабрость. Иправильно.

Часть II. Осознанное политическое IPOличности 43
Нельзя было ограничиваться только внешностью. Япостоянно
училась уколлег всему, что помогало освоиться сновой профессией: манере выступлений, написанию законов, комментированию их впрессе. Но, копируя опытных депутатов, я, как
могла, стремилась находиться всогласии ссобой. Аэто означало следующее:
заниматься только теми законами, которые отвечают тре-
бованиям развитой рыночной экономики идемократического государства;
говорить ярко ине по бумажке, кчему япривыкла, ра-
ботая преподавателем винституте;
внимательно слушать оппонентов, апеллируя прежде
всего ких тезисам, ане твердя свои;
рисковать ибраться за темы, втом числеи впубличных
выступлениях, от которых отказываются все, главный
критерий: мой интерес ивдохновение;
не обменивать свои ценности на карьерное продвиже-
ние, но искать союзников;
не бояться говорить то, что всем не нравится или не при-
нято обсуждать;
наращивать профессионализм быстрее других, особенно
мужчин, чтобы выступать на равных;
не бояться критиковать признанных авторитетов.
Если обобщить, прицел был следующий: оставаться всегда
собой, но обретать профессионализм.
Я прекрасно понимала, что на обучение уменя мало времени. Первый парламент избирался всего на два года. Первая
победа, как ипервая книга,— часто случайность. Главное— повторить успех. Важно было победить второй раз в1995 г., чтобы
окончательно закрепиться вполитическом истеблишменте. Для
self-made одиночки единственный институт закрепления—

44 В предвкушении себя
парламент. Победа на выборах требует уважения илюбви избирателей. Иястаралась, понимая, что на одной бабочке далеко
не уедешь. Мне нужно было за короткий срок вылепить образ
харизматичного, обаятельного, искреннего ичестного политика. Постараться утяжелиться профессионализмом, остаться
воздушной и, как уже выяснилось, сексуальной молодой женщиной. Объединить энергию земли, огня ивоздуха. Ивсе это
сделать без советников иполиттехнологов. Ядвигалась пусть
исознательно, но на ощупь.
Непублично шла работа над законами вкомитетах ина сессиях, здесь ставилась задача профессионального роста иреализации предвыборной программы. Авостальное время ябегала по различным телешоу, от которых мэтры отказывались.
Что-то отгадывала, шутила, танцевала, обсуждала моду истиль,
отношения мужчин иженщин, семью игосударство, шутила
смультгероями, читала Шекспира стеатральной сцены. Ядобивалась человеческой, ане политической любви узрителей,
подспудно, как скульптор, высекая из советского камня депутата новой формации: открытого, искреннего исовременного.
Только так, плывя, как японский карп, против течения, ямогла
иметь шанс, не тратя денег, сформировать оригинальный незабываемый образ кследующим выборам. Стрижка иочки стали
фирменным знаком, ачерный цвет— привычной ассоциацией
сименем Хакамада. Если прибавить кнабору энергию иинтеллект, получился вполне себе системный индивидуальный политический продукт. Правда, абсолютно нетипичный ипоэтому
слегка маргинальный. Но задачи надо было решать последовательно. Главное— выделить приоритеты. Используя федеральные СМИ, яработала главным образом на победу всвоем
округе на будущих выборах.
Два года пролетели очень быстро, но эффективно. В1995 г.
мой рейтинг известности был не сравним срейтингом 1993-го.
Яорганизовала партию «Общее дело» ипошла на выборы как
по партийному списку, так ипо округу. Необходимо было ду-

Часть II. Осознанное политическое IPOличности 45
мать озаделе на будущее инакручивать федеральную известность. Ивообще, нельзя стоять на месте. Каждый цикл— новое качество.
Победа в1995 г. досталась нелегко, вплоть до обмороков.
Нервные затраты профессионала всегда больше, чем дилетанта.
Экспромт искрист ипрекрасен всвоем незнании будущего. Как
влюбви. Мы влюбляемся всвою мечту, энергично заводим роман инаконец женимся. Наступает быт. Скуку повседневных
забот можно преодолеть только впоиске личного продвижения,
но не вбесконечной организации инфраструктуры семейного
хозяйства. В1993–1995 гг. япережила политический роман.
С1995-го наступил политический быт. Фракции укреплялись
иукрупнялись, аяпринципиально оставалась игроком-одиночкой. Вошла вгруппу разношерстных одномандатников «Регионы России» и… заскучала. Меня накрыло творческим кризисом. Что-то необходимо было предпринять. Вот уж действительно: бойся своих желаний. Все получилось, но яне понимала,
куда двигаться дальше, аугнездившись вудобном депутатском
кресле, не испытывала радости от стабильности ибездействия.
Делать, конечно, хотелось, поправок взаконы писала немерено,
но от меня ничего не зависело. Партии давили при голосовании.
Конкуренция сметала мои инициативы. Входить же во фракции
не было ни малейшего желания. Несмотря на идеологическое
разнообразие, все они были выстроены воднообразную авторитарную вертикаль принятия решений. Начальники иподчиненные. Япредпочитала свободу. Что делать свободному человеку втяжкие минуты печали идепрессии? Обратить взор на
себя иперенастроить душу на новую мелодию. Моя мелодия—
мой имидж, иярешила его перенастроить. От неопытной, но
задорной девушки перейти кобразу системного политика со
своим кредо. Вэто время совершенно случайно завязался мой
роман сбудущим мужем, скоторым живу ипо сей день. Он был
единственным мужчиной, который «схватил» мою печаль, понял ее происхождение ипротянул руку, впрямом смысле слова.

46 В предвкушении себя
Объясняю. Япродолжала заниматься спортом. Об этом никто
не знал, но ядаже выступала на подтанцовках вперерывах футбольных матчей сгруппой девушек. Стадион ревел, увидев нас
ваэробических костюмах, аярадовалась не менее, чем при победе на выборах вДуму. В1995 г. меня включили вгруппу «лидеров будущего» Давосского форума, самого престижного мирового бизнес-клуба, куда приглашали иполитиков. Именно
там, позже, Борис Березовский, Владимир Гусинский ипрочие олигархи решали судьбу Бориса Ельцина накануне выборов 1996-го. Давос— горнолыжный курорт. Я, единственная
женщина-политик, оказалась вбрутальной среде мужиков. Все
они катались на лыжах между заседаниями ивыступлениями.
Приехав смужем, ятоже решила попробовать. Супруг отвез
меня на вершину, съехал истал ждать. Язависла вужасе над
обрывом ипоняла, что мне конец. Группа товарищей внизу
оживленно обсуждала путь моего спасения. Включая имужа.
Аязастенчиво умирала. Вдруг один отделился, сволосами как
урок-певца. Снял свои лыжи иполез на скалу. Забрался, взвалил меня вместе слыжами на спину истащил вниз, порвав от
натуги костюм по шву. Это был мой будущий муж. После спуска пока еще мой прежний заявил, что лыжи не мое. Мое дело
чирикать стрибуны. История повторилась: сначала политика
не мое, потом лыжи, потом— все остальное. Мне стало надоедать это настроение. Мой же спаситель объяснил, что спервого раза никто не может. Аесли иможет, то тупо, агрессивно
итопорно. Просто надо нанять тренера. Кчему явсе рассказываю? Да ктому, что вперенастройке мелодии все ноты важны:
прорыв ивспорте, ивпрофессии, иво внешности.
Я влюбилась— это раз. Научилась кататься на горных лыжах— это два, смягчила прическу, перейдя от ежика клаконичной стрижке счелкой. Настроение изменилось. Теперь можно
было задуматься опрофессии. Известность нарастала как снежный ком. Но очень бессодержательная, бесстержневая. Модный политик. Ивсе. Чем занимается конкретно— непонятно.

Часть II. Осознанное политическое IPOличности 47
Моя любовь кчерному ибезразмерному привела ктому, что
если девушка вмагазине просила ее одеть «как Хакамада», то
приносили бесформенные брюки срукавами вместо карманов. Как-то журналисты отметили, что пришла опять Хакамада, вчерном балахоне, как всегда. Особый стиль заметили
французы. Оказали честь ипредложили стать послом новых
духов Tendre Poison Кристиана Диора. Конечно, ядала согласие! Комплексы по поводу внешности отлетали, как гнилые
листья капустного кочана под ножом повара. Мало того, главный стилист Christian Dior решил мне сделать make-up. Платье послу компания не дарила, только пиджак. Яреально испугалась ирешила пойти на вечеринку сИгорем Буренковым,
моим главным советчиком на тот момент. Стало страшно, что
не буду соответствовать. Тем более что, как оказалось, при обилии полумужских балахонов— ни одного вечернего платья! Мы
обсудили бюджет, он оказался скромным. Да ивообще было
жалко денег. Вобозримом будущем мне светские вечеринки
не светили. Политическая тусовка вообще скромная во всех
странах, даже вАмерике. Жаклин Кеннеди, конечно, явила
миру образец иконы стиля, но не политика. Адочь Кеннеди,
политик, слегким осуждением произнесла, увидев на приеме
мой костюм: «Какой увас дорогой костюм!» Именно дорогой,
ане красивый. Яего специально прикупила для мероприятия
втотже день за $200. Для России— очень даже скромно.
Но вернемся кмоей истории. Итак, мы отправились покупать платье, вечернее инедорогое. Сама судьба привела нас
вкафе, дешевое, но креативное. Вместо картин вдоль стен были
выставлены платья. Ябыстро, всвоей манере, вычислила то,
что надо. Очередной мешок до пола стремя дырками: голова
идве руки. Вырезанная спина. Чтобы не съезжало сплеч, все
перехвачено булавкой. Фирма звучала странно: Chin-chin. Цена
типа $70. Подозреваю, что made in Турция. Времени было вобрез, Игорь одобрил ивдохновил. Натянув трикотажный мешок,
помчалась квеликому стилисту Christian Dior. Француз лет 45,

48 В предвкушении себя
изящный инопланетянин, усадил меня вкресло ипредложил
что-то очень естественное, кстати, на английском языке. Ясогласилась инаконец расслабилась. Он работал ипо-французски
обсуждал мой look сассистентом. Текст был примерно следующий: «Мадам очень известный политик со своим прекрасным минималистическим стилем. Поэтому губы красить не будем, ивсего чуть-чуть. Цвета не нужны, все очень натурально.
Кстати, прекрасное платье, простое иэлегантное. Подойдет
под наш пиджак. Интересно, от какого оно дома?» Я, понимая,
тихо начала вспотевать. Сейчас он спросит— ичто, что яотвечу? «Чин-Чин»?! Никогда. Вскоре последовал ожидаемый
вопрос на английском, иялихо объявила: «Ямамото». Ну конечно, японец, что могла еще надеть полуяпонка? Он одобрительно кивнул. Кстати, именно в1990-е почему-то вход сильно
пошли известные альтернативные азиаты. Позже они выпали
из нашего мейнстрима, уступив место сверкающему гламуру.
Мы закончили, во мне ничего не изменилось, лицо просто
приобрело неземное, лунное свечение. Явыглядела очень просто икосмически элегантно. Модель где-то под два метра на
шпильках всверкающем платье ия— метр семьдесят пять,
вчерных баретках ичерном мешочке снакинутым пиджаком,
ей по плечо— вышли на сцену. Разительный контраст. Была
речь иглавная фраза от стилиста: «Духи использует женщина,
которая самостоятельно нашла свое лицо». Сильная фраза. Чуть
позже яслучайно познакомилась самериканкой— ведущей новостей CNN, раздела омоде. Тощая, лет 50, типично изысканная дама из мира моды, посоветовала мне никогда не носить
крупные серьги, только крошечные гвоздики. Она объяснила,
что женщина вочках тоже может быть сексуальной, но нельзя
перегружать лицо как новогоднюю елку. Япоследовала совету,
но очень хотелось как-то отличиться. Ияна левом ухе добавила вторую дырочку. Для 1995 г. появление федерального политика стремя гвоздиками вушах— скандал. Но все махнули
рукой. После выбритой бабочки это казалось чепухой.

Часть II. Осознанное политическое IPOличности 49
Как вы могли заметить, к1995 г. спродвижением имени все
было очень хорошо. Но слишком провокационно, хотя истрого.
Строгую светскую провокацию нужно было уравновесить более
серьезным политическим содержанием. Ярешила связать свой
образ скаким-то делом. Все известные политики имели свой
конек. Кроме меня, что облегчало мой политический вес. Раздумья привели меня кизначальной точке. Япришла из малого
бизнеса. Зная все проблемы не из книжек, аочень даже практически ипонимая, что внашей стране он всегда будет нелюбимым дитем, ярешила стать его приемной матерью. Вошла
вкомитет по экономической политике впарламенте изанялась
налогами, административными барьерами, атакже антимонопольным регулированием. Сформировала ряд законодательных
инициатив ипоправок. Начала выступать на эту тему впарламенте идавать интервью, демонстрируя законодательный профессионализм изнание рынка. Впубличном плане ярешила
перепозиционироваться. Начала отбирать эфиры, соглашаясь
на серьезные программы иотказываясь от моды, танцев иугадаек. Необходимость вних отпала. Слава стильной исексуальной депутатки раскручивалась сама по себе. Имя уже было на
слуху увсей страны. Даже мой нынешний муж признался, что
впервые запомнил меня, увидев по телевизору, коротко стриженной счем-то на макушке. Никто не может вспомнить, что
это было, втом числеи я. Но сам образ стал нетленкой. Очень
вовремя, аможет, благодаря кропотливой работе слух оспециалисте по малому бизнесу дошел до правительства. Меня
пригласили на заседание вБелый дом. Тема: программа развития малого исреднего бизнеса вРоссии. Даже вте демократические времена попасть вБД было непросто. Статус депутата
не работал. Мне было истрашно, иинтересно одновременно.
Явыслушала доклад министра исдрожью вколенках откомментировала. Видно, от волнения не подумав, сделала это неожиданно по-парламентски хлестко, очень точно попадая во
все болевые точки, втом числедокладчика. Министры порази-

50 В предвкушении себя
лись моей наглости, аруководство задумалось омоей персоне
вкачестве нового руководителя департамента. Задумалась ия.
Скуке пришел конец. Профессионализация имиджа удалась,
ипоявилась мечта оследующей ступени. Попасть вфедеральное правительство. Хотелось дело делать, ане кружиться бесконечно перед камерами телевидения. Сэтой мечтой язабеременела ивышла замуж вчетвертый раз.
Выводы
Индивидуальный стиль— искусство слушать себя, ане
экспертов.
Одежда способна не только формировать имидж, но иза-
щищать душу.
Протокол всегда можно нарушать, но чуть-чуть.
Черный бесформенный минимализм сексуален.
Имидж требует не только декораций, но исодержатель-
ности.
Нравиться не значит терять свободу. Свободный чело-
век способен навязать обществу непривычный образ.
Публичность требует компромиссов. Главное— вовремя
остановиться.
Выход из творческого кризиса— заново творить себя.
Спорт всегда бодрит.
Любовь всегда милосердна.
Дорогой бренд неотличим от дешевого, если вещь со-
впадает свашим стилем.
Истинная гармония вбалансе. Не надо бояться прово-
каций. Просто не забывать их уравновешивать.
Профессионализм и стиль взаимно дополняют друг
друга, ане противоречат, как принято думать.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
