Учись легко! Время Петра Великого опыт погружения в историю. Учебное пособие

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

«НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ «МИСиС»

МИНИСТЕРСТВО НАУКИ И ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РФ

ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

ИНСТИТУТ БАЗОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Кафедра социальных наук и технологий

В.Б. Кузнецов

Москва 2021

УДК 93/94 К89

К89 Учись легко! Время Петра Великого : Опыт погруже-

ния в историю : учеб. пособие / В.Б. Кузнецов. – М. : Из­дательский Дом НИТУ «МИСиС», 2021. – 82 с.

1. Личность Петра I ........................................................ 4

2. Преобразования Петра I ............................................. 24

2.1. Военная реформа ................................................ 24

2.2. У истоков российской бюрократии ......................... 29

2.3. Экономические реформы ...................................... 39

2.4. Цена Петровских реформ ..................................... 44

2.5. Школа и просвещение .......................................... 49

Вопросы для самоконтроля ............................................. 57

На рассвете 30 мая 1672 г. у многодетного, как мы бы сей-

час сказали, царя Алексея Михайловича родился сын. В семье

это был четырнадцатый ребенок, но для Наталии Кириллов­ны, второй жены царя, он стал желанным первенцем. По ста­ринному обычаю всех собравшихся пригласили на угощение в Грановитую палату в Кремле по случаю рождения царевича. На столах лежали сладости. В ХVII в. их называли «сахары» – «два сахарных орла весили каждый по полтора пуда, такой же лебедь в два пуда и сделан город сахарный, кремль с людьми, конными и пешими» [1, с. 8].

Россию окружали неспокойные соседи, и отец юного

Таким образом, царевна Софья сделалась правительницей Российского государства. При дворе появляются Милославские (первая жена Алексея Михайловича была из их рода). Ната­лью Кирилловну, мать Петра (из рода Нарышкиных), удаля­ют из дворца, и она живет уединенной жизнью в селе Преобра­женском. Юный и необычайно энергичный Петр не терпел этой замкнутости и с головой ушел в военные игры и другие интере­сы. Какие?

Между тем царевна Софья тревожилась, наблюдая жизнь брата, потому что забавы его постепенно перерастали во взрос­лые игры. Она видела, что юный царь обладает глубоким умом, здоровьем, силой, и осознавала, что он может в ближайшем будущем стать очень деятельным царем. К тому же на сторону Петра перешли сторонники Софьи, патриарх, основные силы

Конечно, Петр I был человеком своего времени, и отпеча­ток «культуры» или, вернее, бескультурья царя иностранцы увидели уже во время его путешествия за границу. Курфюр­стина София (к ней заехал молодой царь в гости в 1698 г.) от­мечает, что «при всех достоинствах, которыми его одарила природа, желательно было бы, чтобы в нем было поменьше грубости. Это государь очень хороший и вместе очень дурной. Если бы он получил лучшее воспитание, то из него вышел бы человек совершенный, потому что у него много достоинств и необыкновенный ум», а сестра Софии добавляет в своих вос­поминаниях, что «при них царь совсем не пил, но люди его пили ужасно, особенно когда Петр уехал» [1, с. 53].

Лицо и внешность Петра I портили только судорожные гри­масы, которых он не мог сдержать, особенно в минуты гнева. Вот как описывает случай эпилептического припадка царя Юль Юст, который вместе с канцлером Головкиным участво­вал при вступлении русской армии в Москву после Полтавской битвы: «Мимо нас во весь опор проскакал царь. Лицо его было бледно, искажено, уродливо. Он делал различные страшные гримасы и движения головою, ртом, руками, плечами, кистя­ми рук, ступнями. Тут мы оба вышли из кареты и увидали, как царь, подъехав к одному простому солдату, несшему швед­ское знамя, стал безжалостно рубить его обнаженным мечом и осыпать ударами. Затем царь остановил лошадь, но все про­должал делать описанные страшные гримасы, вертел головою, кривил рот, заводил глаза, подергивал руками и плечами. Все окружавшие его важнейшие сановники были испуганы этим, и никто не смел к нему подойти, так как видели, что царь сер­дит и чем-то раздосадован». Юль Юст делает предположение, что «судороги у царя происходят от яда» [6, с. 193]. Однако на самом деле эти приступы являлись следствием тех потрясе­ний, которые царю пришлось пережить в детстве, в дни стре­лецких бунтов. Знаменитый токарь Петра I Нартов вспоми­нает, какие ужасы пережил мальчик во время стрелецкого бунта в 1682 г. Петр

Далеко не сразу сформировались цели и задачи, которые себе поставил Петр I. На наш взгляд, было три важных со­бытия, повлиявших на становление Петра-реформатора. Во­первых, поездка в Архангельск в 1693–1694 гг. Он впервые увидел настоящее море и настоящие корабли. Это дало мощ­ный толчок фантазии царя, в его воображении возник культ

корабля и морской стихии. Токарь Петра рассказывает о вос­торге царя при виде маневров английского флота в 1698 г.: «Из многочисленных кораблей составленный английский флот в его присутствии чинил разные эволюции и сим довел государя до такого восхищения, что будто бы он от радости, не постыдясь, адмиралу при прочих офицерах сказал, что на сей случай звание английского адмирала предпочитает званию царя Российского. Толико влюблен был царь Петр в морскую службу. Но я знаю достоверное, понеже (потому что) я слышал из уст монарших, что он сказал так: «Если бы я не был царем, то желал бы быть адмиралом Великобританским» [4, с. 92].

Наконец, третьим событием, повлиявшим на становление личности будущего преобразователя, стала длительная по­ездка за границу в составе посольства в 1696–1697 гг. Петр впервые увидел западноевропейскую цивилизацию во всем ее военном и культурном могуществе, почувствовал ее дух, силу. И он вывез из Европы не только

Официальной целью великого посольства России явля­лось формирование коалиции европейских христианских го­сударств против Османской империи. Подумайте, почему? В числе членов посольства под видом урядника Преображен­ского полка Петра Михайлова был и сам царь. Он ехал за гра­ницу посмотреть иноземную жизнь и обычаи и научиться главным образом морскому делу. А вид простого урядника по­зволял Петру своими руками и умом понять и научиться кон­кретной практике европейской цивилизации. Для России это был период перехода от старой России к новой.

Конечно, первое знакомство с Западом не привело к резко­му изменению старинных нравов русских. Людей, всей душой принявших культуру и цивилизацию Запада, были единицы. Но они были, и значит семена падали на хорошую почву, соз­давая людей, способных к развитию общеевропейских начал. Но в целом пребывание русских за границей в конце XVII – начале XVIII в. представляло безотрадное явление. Первое посольство после себя оставило такие грязные помещения, что иностранцы лишь руками разводили. У самого царя луч­шие отведенные ему комнаты оказались с испачканными ди­ванами, изрезанной и истыканной бессмысленными ударами шпаги или кортика мебелью, изорванными обоями и ковра­ми. Молодые дворяне, посланные учиться за границу, пред­ставляли толпу дикарей. Князь Львов, надзиравший за ними, просил в 1711 г. Петра не посылать русских в Англию, ибо они там «только пьют и на кулачках бьются с англичанами». Он писал царю: «Иссушили навигаторы не только кровь, но уже и самое сердце мое: я бы рад, если бы они меня там убили до смерти, нежели бы мне такое злострастие иметь и неснос­ные тяготы» [1, с. 70].

Прибыв с российским посольством на Запад, в Голландию, Петр Михайлов купил в лавке вдовы Якова Оома плотничьи ин­струменты и записался на работу на верфи. Но жизнь его была занята не только

Четыре месяца пробыл царь в Голландии. Участвовал в стро­ительстве фрегата и получил аттестат, что «Петр Михайлов был прилежным и разумным плотником, а также что в связывании, заколачивании, сплачивании, поднимании, прилаживании, натягивании, плетении, конопачении, стругании, буравлении,