Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Судебная риторика. Сборник упражнений
.pdf
В какой-то момент прокурор обратился к присутствующим: “Для обоснова-
ния мотивов преступления Захаркина я хочу зачитать портрет подсудимого, составленный психологами. Итак, в связи с регулярными отлучками Лапузиной нервы Захаркина не выдержали. У него было сильное чувство любви к гражданской
жене. Но в какой-то момент он понял, что поведение Лапузиной не изменится. Но
затруднялся принять решение о расставании с ней. Все эти негативные переживания сказались на его психике. Он был обижен, унижен, его сжирало чувство рев-
ности. Совокупность этих факторов могла привести к трагедии”.
На этом моменте Захаркин перебил прокурора: “Но вы забыли сказать, что
психологи выявили у меня высокую степень самоконтроля. Не забудьте зачитать
это присяжным. На такой важный момент они должны обратить внимание…”
Газета "Московский Комсомолец" № 25348 от 12 мая 2010 г.
Адвокат Захаркина — Лапузиной: — Вы видели, как Захаркин выбрасывал
детей из окна? Лапузина: — Нет, но что я должна была им сказать?
Вчера состоялось очередное судебное заседание по делу капитана 3 ранга
Николая Захаркина. По версии следствия, мужчина в ноябре прошлого года вы-
бросил из окна 8-го этажа несовершеннолетних детей своей сожительницы
Ирины Лапузиной. Сам подсудимый свою вину отрицает. Во вторник коллегия
присяжных выслушала самих пострадавших Катю и Дашу Лапузиных.
Газета "Московский Комсомолец" № 25349 от 13 мая 2010 г.
Суд услышал версию Захаркина: “Я подробно изучил травмы детей — их
можно было получить только при ДТП”
Графика Ивана Скрипалева.
Четвертое заседание коллегии присяжных по делу капитана 3 ранга Николая Захаркина прошло в спокойной обстановке. Не было толпы журналистов,
которые накануне буквально осаждали здание Московского окружного суда.
Доставка подсудимого состоялась намного позже назначенного времени. Адвокаты обеих сторон перед началом процесса даже обменивались колкими лю-
безностями.
За полчаса до начала судебного заседания мы поговорили с адвокатом За-
харкина Анатолием Вербицким.
— Вы искренне верите, что Захаркин не виноват?
— Вы видели глаза этого человека? Они у него светло-серые. Настолько
светлые, что взгляд кажется немного безумным. Но когда мы с ним общались в
последний раз, он смотрел на меня в упор и искренне говорил: “Ну хоть вы мне
верите?” Такие глаза не могут врать. И знаете, я ему действительно верю…
— Встать, суд идет!
51
За решеткой подсудимый Захаркин все в той же белой рубашке и синем
джемпере. В этот день суд присяжных выслушал свидетелей со стороны Захар-
кина. Их было немного, всего два человека. Оба сослуживцы обвиняемого.
Первым слово взял 33-летний майор Роман Загребельный.
Судья. Какие у вас отношения с подсудимым?
— Дружеские.
Судья. С Лапузиной знакомы? Какие с ней отношения?
— Просто знаком.
Адвокат Захаркина. Расскажите о взаимоотношениях Николая с детьми и
Ириной.
— С Николаем я знаком лет 7 по службе, отношения дружеские, контакти-
руем постоянно. С Ириной мы познакомились, когда были вместе во Владивостоке, через общую подругу. Познакомились в сауне. У меня сложилось впечатление, что Ирина очень хочет завлечь Николая, также она хотела произвести
впечатление хорошего человека.
Судья. А она плохой человек?
— Она человек легкого поведения.
Судья. Захаркин так же думает?
— Захаркин по уши влюбился и рассказывал мне о своих чувствах.
Судья. А вы не предупреждали его о своих впечатлениях о девушке?
— Почему же? Я рассказал ему, он ответил: “Посмотрим”.
Судья. Откуда вам известно, что Захаркин занимался детьми?
— Я пару раз заходил к ним в гости и видел это. Сам я два раза забирал девочек из школы и один раз сидел с ними до позднего вечера. Во время школь-
ных каникул Николай всегда отпрашивался с работы, чтобы покормить детей.
По вечерам он делал с ними уроки. Что касается легкого поведения Ирины. Од-
нажды я пришел к ним в гости, и она меня встретила полураздетая: в трусах —
стрингах и короткой майке.
Адвокат Захаркина. Расскажите, Николай ревнивый человек?
— Когда Ира задерживалась на работе или отлучалась по своим делам, он
спокойно реагировал, просто объяснял, что ему это очень неприятно.
Прокурор. На момент приезда Захаркина во Владивосток он проживал с
женщиной.
— Да, с Вероникой Князевой, у них была дочка.
Прокурор. Вероника не легкого поведения?
— Да, я не понимаю, как Николай мог променять ее на Лапузину.
Прокурор. А со стороны Захаркина это нормальное поведение?
— Захаркину хотелось что-то поменять в жизни, у него возникло глубокое
чувство к Лапузиной.
52
Прокурор. Захаркину хватало денег для снятия квартиры?
— Он оплачивал половину жилья, другую половину оплачивала Ирина.
Затем судья обратился к Ирине Лапузиной: У вас будут к нему вопросы?
Лапузина. С показаниями согласна частично, Романа тоже можно спросить,
что он делал во Владивостоке, когда его жена и ребенок остались в Москве.
* * *
Следующий на допрос вышел Руслан Шахов, подполковник в отставке,
проживающий в соседнем доме с Захаркиным.
— Николай мой друг, Лапузину я не знаю. С Захаркиным мы вместе слу-
жили, потом случайно стали соседями. После случившегося я пошел на место
трагедии. Удивляюсь, как девочки смогли выжить, ведь под балконом Захаркина находились асфальтированные дорожки и засохшая земля, там даже трава не
растет. Ближайшая ветка березы находится на расстоянии 4—5 метров от дома.
Удивительное совпадение, но в ту ночь в районе двух часов у соседа угнали
машину.
Ранее стороной защиты Захаркина были заявлены еще несколько свидете-
лей. Среди них должны были выступить детские врачи-травматологи из разных
столичных клиник. Они могли заявить, что, упав с 8-го этажа, девочки вряд ли
бы выжили. Но доктора отказались от участия в процессе.
После непродолжительного допроса свидетелей на авансцену вышел глав-
ный герой процесса.
Прокурор. Захаркин, расскажите еще раз, в котором часу вы легли спать в
ту ночь.
Захаркин. Я лег спать в 23.00. В промежутках между сном звонил Ирине и
отправлял ей SMS.
Судья. А дети спали в своей комнате на одной кровати?
Захаркин. Да, они спят на раздвижном кресле-диване. Во сколько они
уснули, я не знаю.
Судья. На протяжении всего вечера вы не заходили в комнату к девочкам?
Захаркин. Нет, не заходил.
Прокурор. Балконная дверь была закрыта в их комнате?
Захаркин. Дверь была закрыта. Но девочки сами могли открыть любые
двери и выйти на балкон. (По словам Лапузиной, балконная дверь открывалась
достаточно тяжело даже для взрослого человека. — Авт.)
Судья. Выходит, вы отправляли SMS Лапузиной, не поднимаясь с кровати?
Захаркин. Манипуляции с телефоном я проводил лежа.
Судья. Что же вас разбудило?
Захаркин. Звонок Ирины: “Что это значит?”
53
Судья. Как вы считаете, почему девочки оказались на улице?
Захаркин. Я думаю, что Ирина со своим коллегой Синковцом подъехали к
нашему дому, зашли в квартиру, вынесли детей, а дальше девочки попали в ДТП.
Помните, показания соседки? Она говорила, что увидела, как Ирина стояла
с каким-то мужчиной и кричала: “Я тебя ненавижу”. (В уголовном деле действительно фигурировал некий случайный прохожий, который помогал Лапу-
зиной и Синковцу носить детей в машину. Но этого человека следствие так и не
нашло. — Авт.) Я обратил внимание на того человека.Лапузина не положила
детей в его машину, а предпочла автомобиль Синковца, потому что не хотела,
чтобы все узнали про ее связь с этим якобы незнакомцем.
Судья. То есть вы считаете, что Лапузина и Синковец вынесли детей из
квартиры в ваше отсутствие?
Захаркин. Возможно, это случилось, когда я спал.
Судья. А как произошло ДТП, по вашему мнению?
Захаркин. Возможно, дети стояли рядом с Синковцом и Лапузиной. Потом
вышел этот якобы незнакомец. Началась ссора. Синковец сел в машину и случайно сбил детей. Ведь на его автомобиле были обнаружены потертости. Ви-
димо, одну из девочек он задел сильнее, поэтому и травмы у нее были более се-
рьезные.
Судья. Но почему камера видеонаблюдения в подъезде не зафиксировала
момент, как Лапузина и Синковец выносили детей из дома?
Захаркин. Потому что с видеосъемкой был произведен монтаж, так же, как
были отредактированы мои последние SMS.
Адвокат Лапузиной. Если вы так любили детей, почему в больницу повез
их Синковец, а не вы?
Захаркин. Я пытался. Но Синковец задел меня своей машиной. У меня был
вырван кусок кожи, я был весь в крови. А потом в квартиру пришли сотрудники милиции и арестовали меня.
Затем Захаркин обратился к Ирине Лапузиной:
— Почему вы кричали незнакомому мужчине: “Я тебя ненавижу?”
Лапузина. Я это кричала тебе.
Захаркин. Чем вас не устроила машина незнакомого мужчины? Почему вы
положили детей к Синковцу?
Лапузина. Он не предлагал свою машину.
Судья. Захаркин, попрошу ответить только на конкретные вопросы. До то-
го как лечь спать, вы когда последний раз видели детей?
Захаркин. В 22.30 одна из девочек пришла ко мне и спросила: “Когда при-
едет мама?”
Судья. Допускаете, что девочки сами могли упасть?
54
Захаркин. Допускаю. На балконе стоит стремянка.
Судья. Обе могли упасть?
Захаркин. У Кати повреждения не столь значительные, они не соответ-
ствуют падению с 8-го этажа. (У Екатерины Лапузиной помимо многочисленных
травм — разрыв селезенки. — Авт.)
Судья. Почему на следствии вы не выдвигали своей версии случившегося?
Захаркин. У следствия изначально была своя версия.
Адвокат Захаркина. Николай, а что вы мне говорили по поводу последних SMS?
Захаркин. Я хотел только испугать Лапузину. Это ни в коем случае не касалось детей. За все время нашего знакомства я даже ни разу не крикнул на се-
стер. У меня 15-летний стаж в армии. Я имею допуск к оружию, у меня все
нормально с головой. Я же не стал уничтожать улики, не сбежал, хотя у меня
было 20 минут времени и деньги. А еще я подробно изучил травмы детей. Такие травмы можно получить было только при ДТП. Это вам подтвердят любые
судебные медики. При падении с высоты травмы у девочек должны быть более
тяжелыми.
На этом судья объявил, что судебное следствие закончено. Предварительно, в
пятницу, присяжные заседатели могут вынести вердикт Николаю Захаркину.
13 мая 2010г
12 человек решат судьбу одного: при счете 6:6 капитан Захаркин будет
оправдан
Сегодня суд присяжных должен вынести решение по делу капитана 3 ранга Николая Захаркина. Военнослужащего обвиняют в том, что он 12 ноября
2009 года выбросил из окна 8-летних близняшек Катю и Дашу Лапузиных.
Коллегия присяжных должна ответить на вопросы:
Девочек выбросили из окна?
Девочек выбросил Захаркин?
Виновен ли Захаркин?
Если виновен — заслуживает ли он снисхождения?
Присяжных — двенадцать. Если шесть из них сойдутся во мнении, что капитан невиновен, Захаркина оправдают.
Накануне в Московском окружном военном суде состоялись прения сторон
— обвинения и защиты. Также с последним словом к присяжным выступили
Ирина Лапузина и сам Николай Захаркин.
55
Гособвинитель Смирнов Михаил Владимирович:
— Уважаемые господа присяжные. Мы все смотрим телевизор, читаем га-
зеты и видим там кровавые преступления. Но это кажется далеко от нас. Сейчас
нам представляется уникальный случай — мы должны понять: виновен ли ка-
питан Захаркин. Мы много уделили внимания личным отношениям Захаркина и
Лапузиной. Но основной предмет дела — это девочки. У меня не осталось ни
малейших сомнений, что это именно Захаркин совершил преступление и заслуженно находится на скамье подсудимых. Он обвиняется в том, что выбросил
девочек-близняшек с 8-го этажа. По случайному стечению обстоятельств девочки выжили благодаря своевременно оказанной медицинской помощи.
Как же так получилось, что с виду Захаркин нормальный человек, военный, воспитывался в хорошей семье. Что же заставило его совершить это пре-
ступление?
Мы все помним, как развивались отношения Лапузиной и Захаркина. Все
было хорошо. На момент знакомства с Захаркиным Ирина уже три года была в
разводе, воспитывала двоих детей. Нет ничего предосудительного в том, что
она познакомилась с Захаркиным и приехала в Москву. Искала работу: одну,
вторую, и все это она делала ради детей. Не случайно ею было принято реше-
ние привезти детей в Москву, а не оставить их во Владивостоке с бабушкой.
Ирина Владимировна без высшего образования, в пик кризиса нашла в
столице хорошую работу. Зарабатывала 40 тысяч, это больше, чем получал Захаркин. На тот момент подсудимый зарабатывал около 20 тысяч. Съемная квар-
тира обходилась им в 28 тысяч. Да, Захаркин уделял внимание детям: отводил
их в школу, кормил, гулял с ними. Но на этот счет у него была договоренность
с Ириной.
Захаркин на протяжении всего процесса пытался облить грязью гражданскую жену. А сам во Владивостоке закрутил роман, когда в Москве его ждали
жена и ребенок. Захаркин так и не смог сказать нам, с кем Ирина ему изменяла.
Якобы был коллега Синковец, эсэмэски. Да, Ирина приходила поздно домой, но
она женщина, и ей хочется расслабиться. Конечно, Ирина не такая белая и пушистая. Но Захаркин делал все возможное, чтобы у вас, присяжные, сложилось
негативное отношение к этой девушке.
Да, мне кажется, Ирину где-то раздражал Захаркин. Еще, на мой взгляд, он
выглядит несколько ревнивым. Помните, как он закатил скандал Ирине около
ресторана и ударил ее головой о стенку или когда пытался выбросить ее из окна. Разве это нормально? Естественно, после такого отношения женщина холодеет к мужчине. Выход из этой ситуации был простой: они ничем не были связаны друг с другом. А когда отношения зашли в тупик, могли бы пожать друг
56
другу руки и разойтись, и проблема была бы решена. Но нет, проблема пере-
росла в трагедию...
А теперь я расскажу, что случилось с Захаркиным. В тот вечер Захаркин
находился в состоянии легкого алкогольного опьянения. Накануне он поругался с Ириной, отравлял эсэмэски, она не отвечала. Девочки находились дома. По
версии Захаркина, с 23.00 он спал. Но, правда, отправлял сообщения Ирине с
интервалом в 10 минут, что нереально. Вряд ли Захаркин спал. Скорее всего он
находился в крайне возбужденном состоянии. У него произошла точка разрыва.
Он больше не имел влияния на Лапузину и понимал это. Но он ее любил и не
мог отпустить. И он решил отомстить гражданской жене.
Также Захаркин говорит, что просто так написал те роковые сообщения.
Но где логика? Ведь через 5 минут после тех эсэмэсок девочки оказались на
улице. Камера видеонаблюдения показывает, что сестры не выходили сами из
подъезда. Так что в этом деле у меня не осталось сомнений ни на миллиметр.
Господа присяжные, Захаркин пытался внести смуту в вашу голову, при-
дирался ко времени — но погрешности во времени возможны. Надеюсь, вами
будет принято правильное решение. Также хочу добавить, что Захаркин ни разу
после задержания не интересовался здоровьем детей, а его родственники не со-
изволили позвонить Ирине. На суде он пытался подсунуть девочкам какой-то
подарок, но я видел лица близняшек. Они шарахались от него.
На мой взгляд, Захаркин не заслуживает снисхождения.
Ирина Лапузина:
— Я сначала не хотела ничего говорить. Но все-таки мне необходимо вы-
сказаться именно Николаю. Я не присутствовала в момент трагедии и не видела, кто это сделал и как. Но после следствия у меня не осталось сомнения, что
это сделал он. На суде он врал, смотрел мне в глаза и врал. Я не собираюсь
оправдываться, если ты считаешь, что как-то унизил меня, ошибаешься. Все,
что меня не убивает, делает меня сильнее. Ты знаешь об этом.
Ты не признался, что когда-то ударил меня головой о стену. У тебя не хва-
тило мужества даже в этом признаться. Ты не раскаялся ни в том поступке, ни в
этом. Я не верю тебе. Я бы очень не хотела, чтобы это преступление сделал ты.
Часто думала об этом. Но сейчас я на 200 процентов уверена, что это ты.
Я каждую ночь задавала вопрос: что я сделала тебе плохого? И только
здесь, на суде, узнала, какой я была плохой матерью и отвратительным человеком. Коль, это смешно. Но я знаю, когда в грязь наступишь, она потом засохнет
и отвалится. Я тоже ревновала тебя, когда ты был с друзьями. Но я спокойно
57
переживала все твои гулянки. И просила тебя только об одном: дай мне слово
офицера, что никогда не изменишь мне.
Любовь — это доверие. И если бы ты собрался уйти от меня, я пожелала
бы тебе счастья. У меня ни разу не проскочила мысль сделать тебе больно. По-
чему же у тебя не так?
Я была слепая. Подруги говорили: странное что-то происходит, надо бе-
жать от Захаркина, но я никого не слушала. Ты знал, что я собиралась уйти от
тебя в выходные. Ты решил мне отомстить. Но больно мне не сделаешь, я
непробиваемая. Есть только один момент, я говорила тебе об этом — если чтото случится с моими детьми, я не смогу жить.
Я не хочу говорить, что я идеальная мать. Кто не ошибается, тот не развивается. Да, я мало уделяла внимания детям. Девочки не должны засыпать без
матери. Теперь я ни одному человеку не доверю самое ценное.
Бог, Захаркин, есть, но ты в него не веришь, и он моим девочкам подставил
ладонь. Страшно, что ты не раскаялся в этом. Как ты можешь засыпать и просыпаться с этими мыслями? Если бы ты видел, что в больнице у одной из них
поседели волосы и как у них повзрослели глаза. Для меня ты чудовище. Ты
подлый, жалкий трус…
Адвокат Лапузиной Михаил Олейник:
— На суде был момент, когда Захаркин спросил Ирину, как погиб ее отец.
Ирина честно ответила, что его убили. Захаркин же где-то услышал, что ее отец
покончил жизнь самоубийством. Потом он рассказывал нам, как дети Ирины
пытались выброситься из окна. Но это тоже оказалось неправдой. Захаркин
просто вводил вас в заблуждение, господа присяжные. Он пытался представить
семейство Лапузиных суицидниками.
То, что девочки выжили, — это чудо. Ангелы не умеют летать, и поэтому
они упали.
Адвокат Захаркина Анатолий Вербицкий:
— Уважаемые присяжные заседатели. Мне страшно, потому что сегодня
конец истории. Если бы все можно было переделать, я, конечно, задал бы совсем другие вопросы и вызвал еще свидетелей. Но сейчас мне важно погово-
рить с вами.
Николай с самых первых минут сообщил всем, что он этого не совершал. И
когда он, сидя в “Матросской Тишине”, спросил меня: “Вы мне верите?” — и я
сказал: “Да” — то обманул его. Также предупредил Захаркина, что работа Во-
58
енно-следственного комитета очень хорошая. Но я ошибался, не все оказалось
так просто.
Да, Бог есть, есть ангелы, но существуют генетика и исследования. С высоты больше 20 метров идут разрушения в организме, которых не обнаружено у
девочек. Сосед Захаркина рассказывал мне, что однажды из этого же дома, с 8го этажа, выпал мужчина. И сразу — труп. Никто не проводил следственного
эксперимента, никто не изымал вещи потерпевших.
Я считаю, что следователь и гособвинитель не могут безапелляционно
утверждать, что преступление совершил Захаркин. Полагаю, что вердикт “не-
виновен” будет самым верным.
Николай Захаркин:
— Уважаемый суд присяжных. Очень тяжело находиться в такой ситуации. Не пожелал бы никому оказаться на моем месте.
Все эсэмэски, на которые постоянно ссылается гособвинитель, я писал без
злого умысла. Я свое дело изучил до каждой точки, до запятой. Смотрите, что
получается. Так, в 1.30 ночи соседка услышала, что кто-то упал с балкона. Ров-
но в 1.30 ночи я написал последнюю SMS Ирине: “Возьми трубку”. В 1.31 я ей
звонил. И что происходит дальше? В 1.30 ночи Синковец подвез Ирину к подъезду и уехал. В 1.35 она мне позвонила. В 1.40 она вошла в подъезд. Что она
делала 10 минут? Далее камера видеонаблюдения якобы зафиксировала, что в
1.43 Лапузина вышла из подъезда. Выходит, за три минуты она успела подняться в квартиру, обойти все комнаты, поругаться со мной и в 1.42 позвонить Синковцу и сказать ему, что я выбросил детей с балкона. В 1.43 она вышла из подъезда и увидела Дашу, которая шла ей навстречу. У Даши самые тяжелые трав-
мы, но она каким-то образом преодолела расстояние в 50 метров. А врачам Да-
ша четко называла свою фамилию, имя и отчество, наш адрес и в какой школе
учится. Мне непонятен этот момент.
Помню, когда я ночью выбежал из подъезда, то увидел незнакомого мужчину. Тогда Ира крикнула мне: “Беги за телефоном”. Она не кричала: “Не под-
ходи ко мне, я тебя ненавижу”. Этих слов не было.
Также Синковец говорил, что я пытался вытащить детей из машины. Не
было этого. Я вообще не понимал, что здесь делает Синковец и что произошло
с детьми.
Еще не стали проводить следственный эксперимент — как именно дети
могли выпасть с балкона. Мне отказали в очной ставке с Ириной.
59
А насчет поливания грязью свою гражданскую супругу. Знаешь, Ирин, я
мог гораздо больше сказать. Вспомни интервью в “МК” и на телевидении. У
тебя было горе, а ты давала интервью.
Ирина говорила, что я выбрасывал ее из окна. Кто-нибудь из вас, господа
присяжные, оставил бы после такого случая родных детей с таким человеком,
как я? А если бы вас ударили головой о стенку, вы остались бы жить со мной?
Также я читал показания первого мужа Лапузиной. Если бы мы встретились с ним раньше, то я не стал бы вообще заводить с Ириной отношения. Ведь
когда они жили вместе, она тоже поздно возвращалась домой, постоянно задерживалась на работе. Получается, одного она любила, но домой не приходи-
ла, второго любила. Это называется рецидив.
Ирина постоянно говорит о моей ревности ко времени. Но я полтора меся-
ца жил в ожидании, когда она вернется домой. Все свои показания я дал 16—18
ноября и больше их не менял. Вы всё слышали, господа присяжные. Моя судь-
ба в ваших руках.
Ирина, я хочу тебе напомнить об одном моменте. Помнишь, ты сказала
мне, что если я добьюсь расположения Кати — она более серьезная и сложная,
то это значит, что девочки мне стали доверять. Был обычный вечер, я сидел за
компьютером. Вдруг вижу, что Катя ходит туда-сюда, переживает. “Что случилось?” — поинтересовался я. Она обняла меня, и мои щеки обожгли ее слезы:
“Меня мальчики в школе обижают”. Кате, как и Даше, не хватало ни материнской любви, ни отцовской. Я как мог старался заменить им родного отца. И то,
как вели себя дети на суде, поразило меня больше всего. Я уже рассказывал
также про последний их день рождения. Тогда Ирина была в командировке. Я
остался с детьми. Приготовил им праздничный торт. Зажег две свечки на цифре
“8”. Но дети не вышли отпраздновать день рождения. Я задул свечки сам…
И сейчас я вспомнил, как учился на третьем курсе в военном училище. Дело было зимой, в Ленинграде. В перерыве между лекциями я спустился в столовую, купил хлеб, масло и чай с сахаром. Денег было совсем немного. Вышел
на улицу. Вдруг навстречу мне идет девочка с протянутой рукой: “Дай мне хле-
ба”. И у нее были такие глаза, как у Даши и Кати в тот день рождения.
И после этого мне говорят, что после того, как в 22.00 мы с близняшками
поужинали, через пару часов я выбросил их из окна.
У меня есть принцип. Я всегда говорил о нем Ирине: “Жизнь — Отечеству,
сердце — женщине, а честь — никому”. Свою жизнь я отдал Отечеству. Любимую женщину вы видите здесь. А честь не отдам никому. Я невиновен.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]