Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Судебная риторика. Сборник упражнений
.pdf
вания добыть откуда-нибудь денег, его неясные сперва намеки, а затем
вполне категорические подговоры к совершению преступления ради обогащения, при взаимном их желании пожить в свое удовольствие, вскоре повлекли Семенову в целый ряд мелких преступлений, совершенных частые ею
одною, частью при содействии Безака. Так, в августе месяце Семенова по-
хищает в меблированной квартире — из комнаты жильца, судебного рассыльного при С.-Петербургском окружном суде Эйсымонта,— фрак, брюки
и мундир, в кармане которого были свидетельство, выданное Эйсымонту от
председателя окружного суда, и два ордера того же председателя на имя Эйсымонта на получение по каждому из них по 4 р. 50 к., и вещи эти, кроме документов, закладывает в ссудных кассах, а деньги передает Безаку, рассказав
ему о способе приобретения их. Из квартиры своей знакомой госпожи Павловский она похищает золотые часы с цепочкой и передает Безаку, который
вкладывает их и на замечания ее, что вот она уже и между своими знакомыми начинает позорить себя, утешает ее, говоря, что это пустяки и т. д., и т. д.
С течением времени Семенова, под влиянием подговоров Безака, решается
даже на убийство с целью ограбления. Для осуществления этого намерения
они вместе покупают в магазине Сан-Галли на Невском проспекте, против
памятника императрице Екатерины, гимнастическую гирю как орудие убий-
ства, с которой Семенова не расставалась, нося ее сперва за корсажем — по
ее словам, для красоты бюста, а затем в кожаной сумке. Однажды, гуляя по
Таврическому саду, она оба пробовали эту гирю, ударяя ею о скамейку, от
чего напоследней остались два небольших углубления, и на память об этом
эпизоде Безак написал карандашом сбоку скамейки число. С гирей этой она
являлась в квартиры известных ей богатых людей — купца Браувера и господина Яхонтова — с целью будто бы убить их и завладеть их имуществом,
но у нее не хватило решимости для этого преступления. Между тем страсть
ее к Безаку, поджигаемая временными размолвками и наступавшими затем
примирениями, возрастала все более, Безак становился с каждым днем требовательнее, наконец, объявил ей, что ему необходимы деньги для поездки к
семье в Выборг, и дал ей свои серебряные часы, для того чтобы она заложила
их где-нибудь, а сам остался ожидать в финляндской гостинице" — на Вы-
боргской Стороне, в которой она тогда нанимала номер. Это было вечером
27 августа 1883 года. Побывав в нескольких еврейских ссудных кассах и
найдя их запертыми по случаю субботы. Семенова отправилась затем на извозчике в кассу ссуд, помещающуюся на Невском проспекте, в доме № 57,
куда прибыла около 10 часов вечера. У ворот означенного дома она встретила еврейскую девочку, впоследствии оказавшуюся Саррой Беккер, которая,
узнав и цели ее приезда, объявила ей, что касса заперта, и посоветовала при-
91
ехать на другой день утром. Семенова уехала было, но вспомнив, что в гостинице ее ожидает Безак, она вернулась к тому же дому и, оставив извозчика
у ворот, отправилась а ссудную кассу Мироновича в надежде упросить девочку Сарру Беккер дать ей сейчас хоть немного денег. На лестнице, ведущей в кассу ссуд, она догнала Сарру и стала разговаривать с ней. В это время
мимо них два раза прошел по лестнице какой-то человек в квартиру, распо-
ложенную против ссудной кассы. Уступая просьбам Семеновой, Сарра Беккер повела ее в кассу, отперев дверь ключом, который вложила затем обратно в замок с внутренней стороны, и, взяв от нее часы Безака, дала ей 3 рубля.
В это время у Семеновой явилась мысль убить Сарру и обворовать кассу. В
сильном волнении, бледная и дрожащая, она попросила Сарру дать ей воды;
и когда та, поставив лампочку на плите в кухне, вынесла ей в коридор стакан
воды, она нанесла ей в том же коридоре удар гирей по голове, отчего Сарра
упала на пол, обливаясь кровью и неистово крича о помощи. Оттащив немного в сторону лежащую на полу Сарру, она нанесла ей еще несколько ударов гирей по голове, а потом отнесла ее в маленькую комнату налево из кух-
ни и, положив на кресле, налегла на, нее своим телом и зажала ей рот плат-
ком. Во время борьбы Сарра укусила ей указательный палец правой руки.
Убедившись, что Сарра уже мертвая, она сняла с пальца покойной два ключа
и, обмыв руки в кухне, но с окровавленными рукавчиками и с кровотечной
раной на пальце, ощупью пошла в контору, оставив лампочку с убавленным
светом в кухне. Там в темноте похитила она из письменного стола деньги и
вынула какие-то бумаги, которые бросила тут же в коридоре, захватив с собой лишь один какой-то вексель. Затем из запертой витрины, не отпирая ее
ключом, а просунув руку между крышкой и боковой стенкой, она похитила
двое мужских и двое дамских часов, медальон, брошку, ложку, портсигар,
портмоне для серебряных монет и две коробочки маленьких запонок для рубах и, положив все это вместе с только что заложенными часами Безака и с
окровавленной гирей в свою сумку, хотела уже уходить, как вдруг кто-то
хлопнул дверью противоположной квартиры и спросил, где девятый номер,
на что послышался ответ, что там не этот номер, а вслед за тем отворилась
дверь кассы и извозчик, привезший Семенову, спросил, здесь ли его пасса-
жирка. Приказав извозчику уходить и сказав ему, что она сейчас выйдет, Семенова "ставила кассу и, дав дворнику 20 к., на том же извозчике отправилась в "Финляндскую гостиницу". Войдя к свой номер, она сейчас рассказала
Безаку о совершенном ею преступлении и передала ему сумку с украденными деньгами и вещами, после чего они немедленно стали собираться и уехали в гостиницу Кейлера на Васильевском острове, причем, переезжая Тучков
мост, она, по совету Безака, выбросила в воду окровавленную гирю, рукав-
92
чики и захваченный ею в кассе вексель. Из гостиницы Кейзера, пройдя пешком до Невы, они на лодке переехали Неву и отправились в ресторан Дюсси,
где поужинали, и потом вернулись опять с ту же гостиницу. Там между ними
решено было, что Безак отправится в Гельсингфорс сбыть украденные вещи,
и Семенова проведет несколько дней в дер. Озеры у знакомых крестьян и
будет ожидать известии от Безака. Cогласно этому уговору Семенова, взяв от
Безака 5 руб. и золотые дамские часы, с утренним поездом Балтийский железной дороги поехала на станцию Елизаветино, а оттуда в дер. Озеры, где
остановилась в доме крестьянина, Максима Николаева, с семейством которого была хорошо знакома еще с тех пор, как служила учительницей. В деревне, ни словам Семеновой, ее постоянно преследовали видения совершенного ею преступления, по ночам она спать не могла, с нетерпением ждала
письма от Безака и, не дождавшись, 9 сентября вернулась в Петербург, где,
без всяких занятий и постоянно меняя квартиры, прожила до 29 сентября, т.
е. до дня явки с повинном. За это время, по неимению средств, она сперва
заложила в кассе ссуд Нехамова вышеупомянутые золотые дамские часы и
пальто свое, а квитанцию продала знакомому татарину Менкину; 17 сентября похитила у акушерки Вольронд альбом с фотографическими карточками и
24 сентября у знакомой своей, госпожи Погожевой,— золотые часы, о чем и
уведомила последнюю запиской, прося извинения у нее за этот проступок и
оправдываясь безвыходным споим положением. Наконец, 29 сентября, не
дождавшись письма от Безака и видя из этого, что он ее бросил, а с другой
стороны узнав, что в убийстве Сарры Беккер неосновательно обвиняется
Миронович, Семенова решилась признаться в этом преступлении и принесла
явку с повинной. По предъявлении врачам, производившим вскрытие тела
Сарры Беккер, той части показания Семеновой, в которой заключается описание совершенного ею убийства, господа Горский, Геринг, Добрынин и Янцольский объяснили, что повреждения, найденные у умершей на голове,
могли быть нанесены и гимнастической гирей. Объяснение же Семеновой о
задушении ею Сарры Беккер с целью скорейшего прекращения ее жизни
представляются не вполне согласными с теми данными, которые обнаружены вскрытием трупа, и противоречат высказанному по этому предмету заключению о способе задушения, изложенному в пункте III мнения (т. I. л.
23). Ввиду показания Семеновой, 6 октября 1883 года в селе Жар, Псковской
губернии, в имении тетки своей, госпожи Посниковой, был задержан аген-
том Санкт-Петербургской сыскной полиции отставной поручик Михаил Ми-
хайлович Безак, который как в объяснении, данном им в сыскной полиции,
так затем и на предварительном следствии отрицал всякую прикосновенность к убийству Сарры Беккер, а также подстрекательство Семеновой на
93
убийство кого бы то ни было и участие в совершенных ею кражах и других
преступлениях, но чти он в действительности получил от Семеновой вещи,
будто бы полученные ею от сестры, и таковые сбыл. Дальнейшим расследованием обнаружено, что случая покупки одной гимнастической гири в магазине Сан Галли летом в 1883 г. совсем не было; равным образом розыск гири
у Тучкова моста оказался безуспешным. Но в Таврическом саду, в указанном
Семеновой месте найдена скамейка, на которой оказались два едва заметных
углубления и сбоку неразборчиво написанная карандашом надпись, вроде 21
или 27 августа. Что 27 августа, около 12 часов ночи, Семенова и Безак поспешно выехали из "Финляндской гостиницы" и провели несколько часов в
ту же ночь в гостинице Кейзера на Васильевском острове, но при этом ни
одной из этих гостиниц после их выезда ничего подозрительного не усмотрено, крови на Семеновой не замечено, а в умывальниках прислуга видела
только грязную воду. Что 10 сентября Семенова заложила в ссудной кассе
Нехамова на углу Садовой и Вознесенского просп., между прочим, золотые
дамские часы и пальто, а квитанции продала татарину Менкину, который
выкупил эти вещи и продал на рынке неизвестному лицу. Ни Нехамов, ни
Менкин никаких кровавых пятен на означенном пальто не видали. Семенова
после болезни расстройством умственных способностей хотя и поправилась
физически, но резки изменилась в нравственном отношении: характер ее из
самого скромного и тихого сделался вспыльчивым, неровным и лживым: она
стала вести предосудительный образ жизни, легко сводя знакомства с разными молодыми людьми; но особенно выдающейся чертой в ней была
наклонность ко лжи, которая до такой степени вошла в ее привычку, что знакомые ее потеряли всякую веру к ее сливам. Излюбленными темами ее повествований о разных небывалых и невероятных происшествиях были рас-
сказы о том, что за ней ухаживает какой-нибудь богатый купец или знатный
граф, который ради нее готов развестись с женой, что у нее есть жених или
что она уже вышла замуж и пр.; а однажды она совершенно серьезно уверяла
своего знакомого Немирова, что она дочь одного индийского князя, живущего в Америке. Хотя произведенным исследованием подтвердились далеко не
все объяснения Семеновой, тем не менее, ввиду главным образом поспешного выезда Семеновой и Безака из Петербурга в ночь убийства и разыскания
по их указанию нескольких принадлежащих ссудной кассе Мироновича ве-
щей, Семенова и Безак были привлечены к следствию: первая — в убийстве
Сарры Беккер с целью ограбления ссудной кассы и в других мелких про-
ступках, а второй — в укрывательстве означенного убийства и укрыватель-
стве мелких преступлений Семеновой. Из них Семенова признала себя виновной во всех преступлениях, за исключением лишь присвоения часов
94
Посниковой, и показала согласно с прежними своими объяснениями. Безак,
не признавая себя виновным ни в одном из приписываемых ему преступле-
ний, между прочим, показал, что весь оговор его Семеновой есть гнусная
ложь и клевета, возведенная на него из мести за разрыв с нею интимных от-
ношений, на которые она всеми силами напрашивалась. Ввиду объяснений
как самой Семеновой, так и многих свидетелей о бывшей у нее прежде психической болезни, были затребованы сведения по этому предмету из разных
столичных больницах; причем оказалось, чти Семенова находилась на излечении в следующих больницах: с 11 марта по 28 июля 1878 года в больнице
св. Николая Чудотворца, куда поступила с резкими признаками мрачного
умопомешательства; 8 мая того же года была освидетельствована в Петропавловской больнице и оставлена до выздоровления, а 28 июля выписана из
означенной больницы по просьбе матери, еще не вполне здоровой; с 5 по 9
июля, с 28 августа по 29 сентября 1879 г., с 15 ноября по 2 декабря 1880 г— в
Калинкинской больнице, где лечилась первый раз от слизистых сифилитиче-
ских попул, второй раз — от явлений кондило-матозного периода сифилиса,
а третий раз — от бородавок на половых частях; с 3 октября по 26 ноября
1879 года — в Александровской больнице, где лечилась от тифа; с 13 февраля по 7 апреля 1881 года — в Мариинской больнице, в которую поступила с
параметритом, последовавшим, по ее словам, после выкидыша. Кроме того,
29 мая 1883 г. частный врач Александра-Невской части Диатроптов был при-
глашен к Семеновой для оказания ей помощи от самоотравления, но никаких
резких признаков отравления у нее не нашел. По его совету Семенова 30 мая
была доставлена в Рождественские бараки, где свидетельствовавший ее врач
заметил в ней признаки расстройства умственных способностей. В тот же
день она была переведена в приемный покой Александра-Невской части, где
ее освидетельствовал врач Диатроптов, и хотя психического расстройства в
ней не заметил, но нашел ее в состоянии крайнего возбуждения. По просьбе
Семеновой она была в тот же день отдана на поруки Безаку. Несколько раз с
разными вариантами Семенова рассказывала сцену убийства, сознаваясь в
его учинении, и, наконец, в заявлении 9 мая она "после долгого размышления" решается открыть истину и прямо заявляет, что "убийство Сарры совершил Миронович, что в ночь убийства она была невольной свидетельницей преступления и от убийцы за молчание получила деньги и вещие. По
освидетельствовании Семеновой в Санкт-Петербургском окружном суде 30
июня 1884 года эксперты-доктора барон Майдель, Чеччот и Фрей дали за-
ключение, что Семенова в настоящее время не обнаруживает признаков
безумия или сумасшествия, но с давних пор обнаруживает явления психопатического свойства сложения. Такое состояние, не имея определенной фор-
95
мы психического расстройства, представляет собой такую болезненную почву, на которой легко могут возникать припадки умоисступления или беспамятства. Однако на основании имеющихся сведений эксперты не могут сказать, находилась ли Семенова когда, в особенности в августе и сентябре 1883
г., в подобном состоянии. На основании изложенного Миронович, 50-ти лет,
обвинялся в том, что вечером 27 августа 1883 года, в гор. С.-Петербурге, в
содержимой им в доме № 57 по Невскому проспекту кассе ссуд, без обдуманного намерения, а в раздражении лишил жизни дочь своего конторщика,
отставного военного писаря, 13-летнюю девочку Сарру Стер Беккер посредством причинения ей каким-либо орудием безусловно смертельного повреждения черепных костей и задушения платком". Семенова, 27-ми лет,— в
том, что, придя для заклада часов вечером, 27 августа 1883 года, в кассу ссуд
в дом №57 по Невскому проспекту и застав совершившееся в этой кассе
убийство 13-летней дочери отставного писаря Сарры Беккер, слыша крики
Сарры, зная, что жизнь ее в опасности и имея возможность предотвратить
убийство обращением за помощью к сторонним лицам и полиции, с корыстной целью, а именно приняв за молчание от лица, совершившего убийство,
50 руб, и вещей на сумму около 400 руб., заведомо допустила содеяние озна-
ченного убийства. Безак, 24-х лет,— в том, что, не принимая непосредствен-
ного участия в убийстве Сарры Беккер, но зная от Семеновой о совершении
этого убийства, не только не донес власти об этом преступлении, но принял
от Семеновой заведомо для него находившиеся в кассе ссуд, где убита Сарра
Беккер, вещи и деньги и затем деньги издержал, а с вещами скрылся в Гельсингфорс, где сбыл их, называясь чужим именем; причем он, Безак, считал
эти деньги и вещи за ограбленные убийцей и принятием означенных вещей и
денег, отсутствие которых в кассе ссуд придавало убийству, совершенному в
запальчивости, характер убийства с целью ограбления, препятствовал обнаружению по делу истины и изобличению виновных в убийстве лиц. Кроме
того, Семенова обвиняется еще в целом ряде краж, а Безак — в том, что, не
принимая непосредственного участия в кражах, совершенных Семеновой, он
уже после совершения их принял от Семеновой похищенные вещи и воспользовался ими, зная о способе их приобретения. Дело это в первый раз
слушалось в С.-Петербургском окружном суде с участием присяжных засе-
дателей и продолжалось с 27 ноября по 5 декабря 1884 г. Председательствовал председатель суда А. М. Кузьминский, обвинение поддерживал товарищ
прокурора И. Ф. Дыновский, гражданским истцом от имени отца убитой выступил присяжный поверенный Н, М. Соколовский. Защитниками И. И. Мироновича явились присяжные поверенные В, Ф. Леонтьев и Н. П. Карабчев-
ский, Семенову защищал С. П. Марголин, Безака — Л. А. Базунов. Весьма
96
важным и притом совершенно новым моментом судебного исследования
явилась экспертиза в лице профессора судебной медицины И. М. Сорокина и
экспертов-психиатров проф. Балинского и Чеччота. Прежде других дают
свои объяснения эксперты проф. Сорокин и д-р Горский, которым был пред-
ложен вопрос о причинах смерти Сарры Беккер. Проф. Сорокин развертывает перед присутствующими всю картину совершения преступления. Проф.
Сорокин оговаривается, однако, что его экспертиза — лишь гипотеза, что
хотя для установления ее он пользовался данными осмотра трупа Сарры
Беккер и протоколом судебного следователя, но они были далеко не достаточными для определения некоторых подробностей, весьма существенных,
— например, каким предметом или орудием были нанесены раны девочке.
Проф. Сорокин высказывает сожаление, что исследование трупа было произведено слишком поверхностно, и поэтому экспертиза лишена возможности
с полной достоверностью констатировать весь акт преступления. На основании же того материала, каким она пользовалась, по мнению Сорокина, необходимо прийти к следующим заключениям. Убийство совершено не с целью
грабежа, что подтверждается как внешней "остановкой, так и ближайшей
причиной смерти Сарры Беккер. Эксперт не знает ни одного случая в судеб-
но-медицинской хронике, когда бы убийца-грабитель прибегал к тем прие-
мам и способам покончить с жизнью своем жертвы, как в данном случае.
Характер повреждений, найденных на трупе убитой, а также проистекающие
отсюда строго медицинские данные, устанавливают тот факт, что нанесению
ударов по голове предшествовали удушение. Это доказывается незначительным кровоизлиянием из ран на черепе. Если бы удары по голове были нанесены в то время, когда организм производил еще все свои обычные функции
и отправления, то кровоизлияние было бы чрезвычайно обильно. Значит, если крови было мало, то раны нанесены или после смерти жертвы, или во
время агонии, когда она уже утратила свойства нормального живого человека. Что попытки к удушению были, доказывает платок, найденный во рту
Сарры Беккер. Но наложение платка само по себе не могло произвести удушения и прекратить приток воздуха в легкие, так как носовые отверстия давали полную возможность к дыханию. Так как, однако, у покойной было обнаружено извержение испражнений, то всего естественней допустить, что
вложение платка в рот вызвало рвоту. Вместе с тем платок мешал выходу
наружу извержений, и последние произвели удушье. Очевидно, что грабитель, желающий покончить со своей жертвой, никогда не прибегнул бы к та-
кому способу — он прямо начал бы наносить удары. Поэтому эксперт выска-
зывает уверенность, что в данном случае существовала попытка к изнасилованию. Подтверждение этому он видит в том, что нападение было сделано на
97
кресле, на котором Сарра Беккер окончила жизнь. При этом остались и сле-
ды происходившей борьбы — ссадины на руках и плечах. Эксперт полагает,
что помарки кровяные на кальсонах происходят от руки убийцы, перепач-
канной в крови. Проф. Сорокин наглядным образом указывает при помощи
кресла, находившегося в числе вещественных доказательств, как положение,
в котором находилась жертва, так и все манипуляции нападавшего. На вопрос защитника подсудимой Семеновой, господина Марголина, могло ли
произойти убийство Сарры Беккер при тех условиях и при той обстановке,
какие заключаются в подробном описании Семеновой после признания, что
она убийца, эксперт ответил отрицательно. Кроме того, проф. Сорокин твердо убежден в том, что по своим физическим качествам и бессилию, в каком
она находилась в то время, Семенова не годилась в убийцы и не могла совершить преступление даже над таким слабосильным существам, как Сарра
Беккер. Доктор Горский примкнул к мнению проф. Сорокина. Затем заключение о психическом состоянии подсудимой Семеновой было дано проф.
Валинским. Он подробно объяснил, что наука понимает под психопатическим состоянием. Это не есть определенная и резки выраженная форма умопомешательства. Психопат может казаться человеком, умственные способности которого находятся в нормальном состоянии. Он правильно и логически мыслит, может хороши отличать добро от зла, производить оценку своим действиям и вытекающим из них результатам. Но он лишен всяких нравственных понятий. Он думает только и себе, нисколько не заботясь об окру-
жающих, которые в его глазах представляются лишь орудием или средством
для достижения личных целей. Вне этого личной" я — для психопата нет ни-
чего святого. Ради удовлетворения своих страстей, ради личного наслаждения его не остановят никакие соображения, никакие отношения к самым
близким людям. Это крайний эгоист, готовый причинить вред отцу, матери,
другу — словом, всем без исключения, если они стоят у него на дороге. Он
капризен и раздражается нередко от малейшего противоречия ему с чьейлибо стороны. Все, что не касается его лично, нисколько не занимает его, ко
всему окружающему он равнодушен. Такой человек, при известных условиях способен совершить всякое преступление, без малейшего угрызения совести. Он совершенно равнодушен к последствиям своих деяний; его нанимает
только данный момент. Ради удачи того, что создала его болезненная фантазия, он готов спокойно идти на погибель и преступление. Таким психопатическим субъектом Балинский считает Семенову. У нее не никакого чувства,
никаких нравственных понятий. Указывают на ее страстную любовь. Но какая же это любовь, когда она способна в то же время ради удовлетворения
самых грязных, животных инстинктов отдаться другим? Психопат — тип,
98
лишь недавно установленный в медицинской науке. Это, во всяком случае,
человек ненормальный, и притом, как доказано, неизлечимый. Заключение
его в доме умалишенных бесполезно и ведет лишь к ухудшению общего состояния. Но и свобода приносит ему безусловный вред. Поставьте психопата
в какие угодно благоприятные условия, как материальные, так и нравствен-
ные, и дайте ему полную свободу — он вернется на прежний путь лжи, раз-
врата и порока все действия психопата основаны вовсе не на непременном
желании причинить вред, а на невозможности с его стороны поступить иначе. Проф. Ченчот высказался в том же смысле, представив более детальный
разбор фактических обстоятельств дела. Защитительная речь по делу И.И.
Мироновича Господа присяжные заседатели! Страшная и многоголовая гид-
ра предубеждение, и с нею-то прежде всего приходится столкнуться в этом
злополучном деле, злополучном с первого судебного шага, злополучном на
всем дальнейшем протяжении процесса. Преступление зверское, кровавое,
совершенное почти над ребенком, в центре столицы на фешенебельном
Невском, всех, разумеется, потрясло, всех взволновало. Этого было уже достаточно, чтобы заставить намного потерять голову, даже тех, кому в подобных случаях именно следовало бы призвать все свое хладнокровие. Ухватились за первую пришедшую в голову мысль, на слово поверили проница-
тельности первого полицейского чина, проникшего в помещение гласной
кассы ссуд и увидевшего жертву, лежащую на кресле с раздвинутыми ногами и задравшейся юбкой. В одной этой позе усмотрели разгадку таинственного преступления. Достаточно было затем констатировать, что хозяином
ссудной кассы был не кто иной, как Миронович, прошлое которого будто бы
не противоречило возможности совершения гнусного преступления, насилия, соединенного с убийством, и обвинительная формула была тут же слажена, точно сбита накрепко на наковальне. Не желали идти по пути дальнейшего расследования! Первую мысль об "изнасиловании" покойной Сарры
подал околоточный надзиратель Черняк. Кроме "раздвинутых" ног и "приподнятой юбки", в наличности еще ничего не было. Но всякая мысль об
убийстве с целью грабежа тотчас же была бесповоротно оставлена. Когда
вслед за Черняком в квартиру проник помощник пристава Сакс (бывший судебный следователь), дело было уже бесповоротно решено. Проницатель-
ность "бывшего" судебного следователя была признана непререкаемой. Она-
то с бессознательным упорством стихийной силы и направила следствие на
ложный путь. К часу дня 28 августа (то есть дня обнаружения убийства), когда налицо были все представители (вплоть до самых высших) следственной
и прокурорской власти столицы, слово "изнасилование" уже, как ходячая
монета, было всеобщим достоянием. Тут же после весьма "оригинального"
99
судебно-следствен-ного эксперимента, о котором речь ниже, Миронович был
арестован и отправлен в дом предварительного заключения. На следующий
день, 29 августа, весь Петербург знал не только о страшном убийстве, но и о
"несомненном" виновнике его Мироновиче. Против "элодея", недаром едва
ли не на самом месте совершения преступления была принята высшая мера
предосторожности — безусловное содержание под стражей, С этого момента
"убийство Сарры Беккер" отождествилось с именем Мироновича в том
смысле, что "убийца" и "Миронович" стали синонимами. От этого первого
(всегда самого сильного) впечатления не могли отрешиться в течение всего
производства дела, оно до конца сделало ужасное дело, Мироновича предали
суду. А между тем даже и тогда, на первых порах, в деле не имелось абсолютно никаких данных, которые давали бы право успокоиться на подобном
"впечатлении". Характерно отметить, насколько пестовали и лелеяли это
"первое впечатление", насколько прививали его к сознанию общества на
протяжении всего предварительного "негласного" следствия. Пока речь шла
о виновности именно Мироновича, в газетах невозбранно печатались всякого
рода сообщения. Зарудный, например, на все лады жевал и пережевывал
данные, "уличающие Мироновича", и прокурорский надзор молчал, как бы
поощряя усердие добровольцев печати в их леко-ковском рвении. Но как
только появилась на сцену Семенова и одна из газет вздумала поместить об
этом краткую заметку, прокурорский надзор тотчас же остановил дальнейшее "публичное оглашение данных следствия". Гласность именно в эту ми-
нуту оказалась почему-то губительной. Так и не удалось сорвать покров та-
инственности с "первого впечатления", которое до конца осталось достояни-
ем правосудия. Что же было в распоряжении властей, когда Миронович был
публично объявлен убийцей и ввержен в темницу? Прошлое Мироновича
воспроизводится в обвинительном акте не только с большой подробностью,
оно им, так сказать, смакуется в деталях и подробностях. В этом прошлом
обвинительная власть ищет прежде всего опоры для оправдания своего
предположения о виновности Мироновича. Но она, по-видимому, забывает,
что как бы ни была мрачна характеристика личности заподозренного, все же
успокоиться на "предположении" о виновности нельзя. Ссылка на прошлое
Мироновича нисколько не может облегчить задачи обвинителям. Им все же
останется доказать виновность Мироновича. Этого требуют элементарные
запросы правосудия. Раз "прошлое" Мироновича и "характеристика его лич-
ности" заняли так много места в обвинительном акте и еще больше на суде
нам, естественно, придется говорить и об этом. Но как от этого далеко еще
до его виновности, будь он трижды так черен, каким его рисуют! Да позволено мне будет, однако, ранее посильной реабилитации личности подсуди-
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]