Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Россия и Средняя Азия в XVI–XIX вв.. Учебное пособие
.pdf
61
они вносили в казну эмира. Весьма широко распространено было взяточничество. Чины, должности, титулы продавались властями. Взятки
были обычным, официально признанным явлением. Нередко правителями областей становились лица, которые преподносили богатые подношения эмиру или его приближенным.
Бухарский двор мало интересовало внутреннее положение в про-
винциях. Наместники провинций фактически были самостоятельными
правителями. Они имели свои собственные вооруженные отряды, собирали внутренние таможенные пошлины, решали уголовные дела, вынося даже смертные приговоры. Иногда между наместниками провинций
возникали «пограничные» конфликты, которые нередко переходили в
вооруженные столкновения.
Армия эмирата представляла собой феодальные дружины и ир-
регулярное, полуиррегулярное ополчение. По оценке русского исследователя и дипломата П.И. Демезона, в начале 1830 гг. в Бухаре насчитывалось 19 тыс. воинов, постоянно находившихся на службе. Указанные воины – сарбазы, алманы, сипаи. Они должны были нести караульную, военную службу, периодически собираться на специальные смотры и по приказу эмира участвовать в боевых действиях. В свободное
от службы время они могли заниматься любыми приработками. Жалованье воинам выплачивалось деньгами и зерном. Самым важным источником доходов для воинов служила военная добыча. Посетивший в
первой четверти XIX в. Виткевич писал: «Сипаи…это большей частью
узбеки и праздношатающиеся всякого звания и племени, они записаны
на службу, проживают, где хотят, и являются по воззванию, они получают ежегодно по 4 тилла (около 60 рублей) и по 4 батмана (32 пу-
62
да) пшеницы. Кроме того, хан иногда раздает тому, кто первый навернется, отбитых и взятых у кайсаков (казахов) лошадей»1.
Демезон, характеризуя эмирскую армию, сообщал следующее:
«Солдат-алман, состоящий на жалованье правительства, получает в год
около 150 руб., часть которых выплачивают деньгами, а часть натурой
– такой, как джугара, солома, пшеница и т.д. На эту скудную сумму он
должен жить, снаряжаться и питаться во время военных кампаний…
Получая приказ о начале похода, он нанимает лошадей на время кампании»2.
Сипаи, алманы были преимущественно кавалеристами. Пехота в
армии эмира составляла меньшинство и вниманием властей не пользовалась. В случае большой войны свои вооруженные отряды выставляли отдельные города и племена. Среди последних наиболее боеспособным являлось туркменское ополчение. Тем не менее привлечь на
службу ополченцев было весьма затруднительным занятием. Виткевич
отмечал: «Ополчение из кайсаков, из кочующих узбеков и другой сволочи, могло бы составить до 50 тыс. менее чем полувооруженных ратников; но собрать их действительно дело весьма трудное, а заставить
их драться и содержать в целом составе своем сколько-нибудь продолжительное время – еще труднее, даже невозможно. У кого продовольствие вышло, тот едет домой; и все войско нередко исчезает в несколько дней, может быть в самую роковую минуту, которая должна
решить участь похода и целого ханства!»3.
Воины делились на отряды по 10, 50, 100, 500 и 1000 чел. Командовали ими, соответственно, десятники (дахбаши), пятидесятники
(пинджбаши), сотники (юзбаши), пятисотенные (пандсабаши) и тысячни-
1
Михайлов А.А. Первый бросок на юг. - М.: АСТ, 2003. С. 300.
2
Там же. С.302.
3
Там же. С.302.
63
ки (минбаши). Главнокомандующим считался эмир, но обычно он поручал ведение войны кому-либо из своих приближенных. Один раз в
крупных городах проводились военные смотры. В Бухаре такой смотр
продолжался неделю. По описанию Демезона:
«Они (воины) не осмеливаются предстать перед ханом или кушбеги в лохмотьях, в каких ходят весь год. В день смотра они берут
напрокат на несколько часов у старьевщика красивое платье и гордо
идут, немного напоминая павлинов, ответить на перекличке «хазер» присутствую»1.
Очень важную роль в общественно-политической жизни эмирата
так же, как и в других среднеазиатских государствах, продолжало играть мусульманское суннитское духовенство. Оно освящало существовавший феодальный строй, проповедуя, что все законы и порядки основаны на Коране и шариате. Исключительным правом истолковать
Коран и шариат применительно к существующим условиям пользовалось высшее духовенство – мужтехиды, улемы. Высшее духовенство
распоряжалось вакуфными землями и другим имуществом, имело экономически важные позиции. Бывали случаи, когда представители духовенства через подставных лиц или непосредственно занимались торговлей и ростовщичеством.
Кроме того, в руках высшего духовенства была религиозная
власть, просвещение и образование, гражданское судопроизводство (суд
шариата). Суд шариата разбирал и решал религиозные дела, споры о
наследстве, дела о браке и разводе, торговые вопросы и вообще все
гражданские иски. Главными судьями в подобном суде были мужтехиды – известные и авторитетные среди духовенства богословызаконоведы. Их решения были окончательными, если их не отменял
другой, более известный и авторитетный мужтехид. В городах главны-
1
Михайлов А.А. Первый бросок на юг. - М.: АСТ, 2003. С.302-303.
64
ми судьями были наиболее видные духовные лица, в деревнях обязанности судей выполняли местные муллы. Свое положение судей духовенство нередко расценивало, как источник материального обогащения.
Кроме религиозного суда имелся гражданский суд, состоящий из
светских чиновников. Здесь рассматривались дела о воровстве, убийствах и другие уголовные преступления, при решении которых руководствовались обычаями. Особое значение имели судебные разбирательства, касающиеся государственной измены, преступлений против высокопоставленных сановников. Верховным судьей этого суда считался
эмир.
Следует отметить, что положение низшего духовенства, особенно
сельского, значительно отличалось от положения улемов и мужтехидов. Доходы с вакуфных земель, которыми распоряжались представители элиты духовенства, низшее духовенство не получало. Не имело оно
также больших доходов и от судопроизводства, т.к. богатые люди обращались со своими спорами и тяжбами, как правило, к более видным
духовным лицам. Следовательно, некоторые муллы, чтобы обеспечить
свое существование, были вынуждены заниматься ремеслом, торговлей
и даже земледелием.
Все школы (мактабы) и училища (медресе), количество которых
было ничтожным, находились целиком под контролем духовенства, и
преподавание в них заключалось в изучении исламских догматов. Несмотря на узость кругозора, односторонние знания выпускники учебных заведений пользовались авторитетом в сельских и городских общинах, могли рассчитывать на карьерный рост.
С экономической точки зрения Бухарский эмират был преимущественно аграрным государством, в котором господствовали феодальные, а среди кочевых племен полуфеодальные-полупатриархальные
производственные отношения. Основой общественного строя эмирата
65
была феодальная собственность эмира, ханов и духовенства на землю
и воду. Кроме того, крестьяне были обязаны выполнять ряд натуральных повинностей в пользу феодала. Крестьяне, как правило, своей земли не имели и обрабатывали пахотные участки различных феодалов
на условиях кабальной аренды. Кроме того, крестьяне были обязаны
выполнять ряд натуральных повинностей в пользу феодала, а также
бесплатно работать на строительстве дорог, крепостей, каналов, поставлять войскам продовольствие и фураж, содержать проезжающих чиновников. Во всех провинциях государства развивалось поливное земледелие: выращивался рис, просо, пшеница, кунжут, хлопок и др. культуры. Кроме оседлых крестьян в эмиратстве имелось значительное
число кочевников и полукочевников, занимавшихся скотоводством. Они
должны были отдавать племенной знати часть скота и продукции
скотоводства. Необходимо отметить, что кочевые и полукочевые племена играли очень важную роль в общественно-политической жизни
страны. Ханы – вожди племен – имели свои собственные вооруженные
конные отряды и дружины. Они часто являлись главной силой внутренних смут и феодальных междоусобиц и играли немаловажную
роль во время дворцовых переворотов, при возведении на престол
эмиров. Оседлые крестьяне, кочевники и полукочевники помимо земледелия и скотоводства занимались также ковроделием, ткачеством и
другими домашними промыслами.
Во многих городах были хорошо развиты ремесла. Бухара и
Кермине славились шелковыми и хлопковыми тканями. В КаттаКургане отливали чугунные и медные изделия. Ремесла были тесно
связаны с торговлей. Ремесленные мастерские концентрировались на
базарах, где производились и продавались изделия ремесленников. Базар был центром не только экономической, но в значительной степени
и политической жизни города. На базарах зачитывались указы эмира,
66
производились публичные казни. Иногда в знак протеста против действий властей ремесленники и торговцы закрывали базары и экономическая жизнь в городе немедленно затихала.
Внутренняя торговля в Бухарском эмирате была развита довольно широко и сосредоточена главным образом в руках мелких и средних купцов. Однако более интенсивному развитию товарооборота созданию единого рынка мешала феодальная раздробленность, несовершенное законодательство, произвол наместников провинций, широко
распространенные разбои на основных транспортных коммуникациях.
Бухара активно вела торговлю с Афганистаном, Персией, Индией. Среди всех среднеазиатских государств эмират активно торговал с Россией и являлся транзитным пунктом на пути в Персию из Индии.
Рост товарно-денежных отношений привел к увеличению размеров доли урожая, отчисляемой крестьянами в пользу феодалов, рост
числа феодальных повинностей. Увеличились денежные поборы. Нужда
заставляла крестьян иногда продавать урожай некоторых культур, например, хлопка за бесценок. Во многих областях голод был постоянным явлением. Периодически свирепствовали эпидемии холеры, чумы,
тифа, малярии и других инфекционных заболеваний.
Основой общественной структуры как в Бухарском эмирате, так и
в других государствах Средней Азии, являлась община, члены которой
совместно владели основным средством производства – землей. В сельской местности таковой являлся кишлак; в городе – квартал-махалля.
Каждая община имела в качестве духовного и культурного центра
мечеть во главе с муллой, обычно наиболее грамотным и уважаемым
человеком, и мазар, т.е. гробницу местного святого. Наследственными
хранителями мазаров были шейхи (или «пиры», т.е. старцы по фарси).
Они пользовались не только авторитетом, но и мистическим поклонением верующих, приписывающих шейхи иногда сверхъестественные
67
способности исполнения самых различных желаний: богатый урожай,
рождение ребенка, победу в сражении, исцеление от болезни, удачу, богатство. Обычно шейхи были ишанами (дервишами) суффийских
братств с их традициями и укладом жизни.
В первой половине XIX в. Бухарский эмират вел постоянные
войны с Кокандским ханством. Борьба велась с переменным успехом
и в значительной степени способствовала ослаблению эмирата, сокращению его территорий. Только к середине XIX в. отношения между
этими постоянно враждующими государствами временно стабилизировались. Отношение Бухарского эмирата к России П. Демезон характеризовал следующим образом:
«Бухарцы, хотя и питают в глубине не меньшую, чем хивинцы,
неприязнь к России, пытаются все же в своих интересах скрыть ее,
чтобы это не отразилось на отношениях наших правителей. Бухарское
правительство, теснимое со всех сторон Кокандом, Хивой и киргизами,
препятствующими ее торговле, было бы радо, если бы Россия придвинулась к берегам Сыр-Дарьи и построила здесь для острастки хивинцев, киргизов укрепление, которое обеспечило бы прямое движение
бухарских караванов в Орск»1.
С начала XIX в. на престоле Хивы укрепилась династия узбекского происхождения. Первым ее представителем являлся хан Ильтезер, правивший в самом начале века. Затем правил его брат Мухаммед-Рахим (до 1825 г.), который передал престол своему сыну Аллакулю (1825 - 1842 гг.). После Алла-куля ханством правили: Рахим-куль
(1842 - 1845 гг.), Мухаммед-Эмин (1845 - 1855 гг.), Сеид-Мухаммед (1856 1864 гг.) и, наконец, Сеид-Мухаммед-Рахим, последний хан суверенной
Хивы.
1
Михайлов А.А. Первый бросок на юг. - М.: АСТ, 2003. С.306-307.
68
К началу XIX в. население Хивинского ханства насчитывало
около 500 тыс. чел. Национальный состав был довольно пестрым, на
территории ханства проживали узбеки, туркмены, каракалпаки, казахи.
Русский путешественник Н. Муравьев, побывавший в Хиве в 1819 1820 гг. писал, что ханская власть «слишком угнетательна, чтобы извлечь из щедрой природы те сокровища, которые она доставить может»1.
Граф М.Г. Черняев характеризовал положение одного из народов
ханства следующим образом:
«Положение каракалпаков весьма бедственно, о чем можно заключить по их одежде, состоящей буквально из одних рубищ…Дети
почти все нагие…Определенной подати у них нет…Хивинцы берут с
них все, что могут»2.
Не меньшей эксплуатации подвергались казаки, узбеки, туркмены.
Очень широкое распространение получила в Хивинском ханстве работорговля. Вследствие географического положения ханства его правители имели возможность совершать нападения на торговые караваны, в
т.ч. русские, которые следовали в Бухару. Подобные нападения часто
приводили к конфликтам между Россией и Хивой. Характеризуя отношение Хивы к России, П. Демезон писал:
«Хивинцы относятся в России враждебно и даже не пытаются
скрывать это. Они прилагают все усилия, чтобы вредить нашему правительству, настраивая против него некоторые киргизские (казахские)
племена, на какие имеют хоть малейшее влияние. С русскими пленными, попавшими к ним или купленными ими у киргизов и татар, в Хиве обращаются с жестокостью, какую даже трудно себе представить».3
1
Михайлов А.А. Первый бросок на юг. - М.: АСТ, 2003. С.306.
2
Там же. С.306.
3
Там же. С.306.
69
Кокандское ханство в первой половине XIX в. переживало период своего расцвета. К этому времени население ханства насчитывало
1,5 млн. чел. Оседлое население состояло из узбеков и таджиков, полукочевое – из кыпчаков, игравших большую роль в политической
жизни ханства. Значительную группу населения составляли казахи, киргизы, кочевавшие в высокогорных районах на востоке. Основой экономики ханства составляла феодальная собственность на пахотные земли, угодья, источники воды. Подавляющая часть земли принадлежала
хану, духовным и светским феодалам. Хан, считавшийся верховным
собственником земель, жаловал феодалам земли и доходы с них и с
городов во временное условное пожалование и наследственное пожалование. Вакуфные земли жаловались духовенству. Кроме того, значительные территории принадлежали вождям и старейшинам полукочевых и кочевых племен.
Как и в других среднеазиатских государствах, кокандский хан
обладал неограниченной властью, а потому мог по малейшему поводу
мог казнить своих подданных, лишать их имущества, земли. Русский
востоковед В.В. Вельяминов-Зернов в 1850 гг. характеризовал политический строй в Коканде следующим образом: «Дурному управлению в
Коканде не предвидится конца»1. Аналогичную характеристику дал и
Д. Долгорукий, живший некоторое время в ханстве: «Прежде в Коканде, как и в Бухаре, достаточно было прослыть богачом, чтобы подвергнуться смертной казни, причем имущество казненного отбиралось
без всяких разговоров в пользу хана или эмира…»2.
В первой трети XIX в. в Кокандском ханстве активно развивались ремесла и торговля. Местные купцы активно вывозили шелковые
и шерстяные ткани, бархат. Будучи центром Ферганской долины, хан-
1
Михайлов А.А. Первый бросок на юг. - М.: АСТ, 2003. С.311.
2
Там же. С.311.
70
ство экспортировало рис и хлопок. На высоком уровне находилось
ремесленно-кустарное производство. Кокандское ханство занимало важное место в транзитной торговле между Китаем и Бухарским эмиратом, Хивинским ханством, а также Россией и Китаем. Крупными центрами торговли были Коканд, Андижан, а также Куляб, Ташкент, Ходжент, захваченные у Бухары. Кокандские правители поощряли приток
новых подданных из Афганистана, северной Индии, Ближнего Востока,
Персии.
Армия Кокандского ханства находилась приблизительно на том
же уровне развития, что и бухарская или хивинская. Ее характеризовали низкий уровень боеспособности, слабое техническое оснащение.
Наибольшего могущества ханство достигло во время правления
Алим-хана (1800-1809 гг.). Этот правитель вел активную внешнюю политику, отдавая предпочтение завоевательным войнам с Бухарским
эмиратом. Алим-хан захватил обширные территории, подчинил Ташкент, Чимкент, Сайрам, Кураму, Куляб, Дарваз, Ходжент, Каратегин; взял
под контроль Бадахшан. Кокандские войска совершили ряд успешных
походов Кашгарию.
В документе «Тарих-и Шахрухи» кокандские историки сообщали
о подчинении Алим-ханом Кашгарии следующее: «Правители семи городов Кашгарии, прадеды которых находились на службе китайских
хаканов и которые в течение нескольких лет не желали подчиняться
[китайцам] и не представляли [им] дани, преклонили свои головы перед нами (Кокандом) и, не оказав ни малейшего сопротивления, подчинились нашим приказам и передали под контроль делами андижанцев, [проживающих] в семи городах в наше распоряжение. Вместе с
тем ежегодно в числе караванов, [предназначенных] для правителей
Коканда и Ташкента, отправляли произведения этих [семи кашгарских]
городов и подарки в качестве дани, кроме того, знатные люди [Кашга-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]