Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Россия и Средняя Азия в XVI–XIX вв.. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
181
Санкт-Петербург обвинил полковника Ионова в превышении полномочий и приказал покинуть данный район. Однако спустя неко­торое время его перевели на другое место службы с повышением в чине. В августе 1891 г. отряд Ионова вернулся в г. Ош. Однако после ухода русских китайцы немедленно приступили к восстановлению своей власти в долинах рек Ак-Су и Али-Чур. Позже в этот район прибыли афганцы. В апреле 1892 г. в ряде мест между маньчжурами и китайцами вспыхнули вооруженные столкновения. Действия китай­ской и афганской сторон вынудили администрацию Туркестана в ию­не 1892 г. направить на Памир усиленную войсковую экспедицию под командованием полковника Ионова. В его состав вошли 4 пехотные роты, 3 сотни казаков, команда саперов и 2 горных орудия. 17 июня экспедиция вышла в район Ранг-Куля, где располагались китайцы, ко­торые бежали при появлении русских. 12 июля отряд капитана Скер­ского разгромил афганский пост у Сума-Таш. 25 июля экспедиция Ионова заложила на р. Аксу (Мургаб) постоянный опорный пункт. В нем оставили Шаджанский отряд под командованием капитана Кузне­цова численностью 200 чел. Остальная часть экспедиции под командо­ванием Ионова отбыла в Фергану.
Зима 1893 г. прошла спокойно, но весной того же года афганцы сосредоточили вооруженные отряды на границах Бухарского эмирата. Кроме того, войска Абдуррахман-хана вступили в Шугнан и Рошан, собирая дань с местного населения. Для пресечения произвола и вы­яснения вопроса о приобретении продовольствия в Шугнан и Рошан прибыл отряд штабс-капитана Ванновского (12 человек). Затем, когда в июне 1894 г. афганцы вновь появились в Шугнане и Рошане, туда были направлены Ионовым две разведывательных отряда: полковника Юденича – по р. Гунту, капитана Серского – по р. Шах-Даре до впаде­ния обеих этих рек в р. Пяндж. После нескольких вооруженных сты-
182
чек русские захватили крепость Рош-Кала и вынудили афганцев от­ступить. К концу 1894 г. Памир был полностью очищен от китайцев и афганцев.
Параллельно с указанными маневрами русские власти интересо­вала еще одна территория – часть принадлежавшего Бухарскому эми­рату Дарвазского бекства, расположенная на левом берегу Пянджа, (т.н. Запянджский Дарваз). Справедливость его притязаний на эту зем­лю интересовала генерал-губернатора Туркестана Н.О. Розенбаха еще в 1886 г., когда он командировал туда капитана Генерального штаба По­котило. Донесение этого офицера подтвердили факт принадлежности Запянджского Дарваза Бухаре. В состав этой территории, подчиненной дарвазскому беку, входили амлякдарства Хогонское, Куфское, Шикай­ское, Май-майское и Джумарчское. Афганцы неоднократно пытались овладеть указанным районом, чтобы включить его в свои бадахшан­ские владения, но успеха не достигли. Русское правительство длитель­ное время стремилось вытеснить Афганистан из памирского района, квалифицируя вторжение афганских войск в Рушан, Шугнан и Вахан и оккупацию ими этих земель, как нелегитимный акт.
Добившись после долгих усилий освобождения припамирских бекств от интервентов, русские дипломаты сочли необходимым сразу же вознаградить Афганистан за «утрату» незаконно занятой террито­рии. В качестве компенсации была предложена часть формально неза­висимого Бухарского эмирата. Подобный маневр объяснялся не стрем­лением расположить афганского эмира. Запянджский Дарваз мешал окончательному выполнению англо-русского соглашения 1869-1873 гг. За точным исполнением данного соглашения второй участник – Вели­кобритания. Начальник Генерального штаба генерал Н.Н. Обручев писал туркестанскому генерал-губернатору барону А.Б. Вревскому 7 ноября 1895 г., что «индо-британское правительство весьма интересуется во-
183
просом о скорейшей передаче афганскому эмиру лежащей за Пянджем части Дарваза»1.
Таким образом, вопрос о передаче Афганистану бухарских зе­мель на левом берегу Пянджа в принципе был решен. Но с формаль­ной точки зрения он влек за собой другую проблему, гораздо более важную, которую необходимо рассмотреть в первую очередь теоретиче­ски.
27 февраля 1895 г. в Лондоне посол России и министр ино­странных дел Великобритании Кимберли обменялись нотами по во­просу ограничения подвластных им территорий в Средней Азии. Более всего указанное соглашений было известно, как «Третье русско­английское соглашение по Средней Азии». Первое было подписано в 1872-1873 гг., второе – 1885-1887 гг. Условия договора включали сле­дующие пункты:
- соглашение определяло восточный (бухарский) участок гра-
ницы;
- сферы влияния России и Великобритании на восток от оз. Зор-
куль разделялись пограничной чертой, которая шла от точки на вос­точной оконечности оз. Зоркуль по гребню горного массива до пере­вала Орта-Бель, а оттуда далее на восток, южнее параллели оз. Зор­куль. Затем пограничная полоса поворачивала к пункту Кызыл-Рабат, лежащему на р. Окс, а оттуда далее на восток до смыкания с китай­ской границей;
- р. Пяндж становилась пограничной рекой между Афганистаном
и Бухарой, между сферой английских и российских интересов. Афгани­стан получал бухарские владения к югу от Аму-Дарьи, на левом бере-
1
Халфин Н.А. Россия и Бухарский эмират на Западном Памире (конец XIX – нача-
ло XX в.). - М.: Наука, 1975. С.5.
184
гу р. Пяндж (округ Дарваз), а к Бухаре присоединились Рушан и Шуг­нан, а также часть Вахана, лежащая на правом берегу Пянджа;
- остальная часть Вахана, лежавшая выше впадения р. Памир в р.
Пяндж, т.н. Вахандарья, отходила за Афганистаном. Таким образом, Россия отделилась узкой полосой афганских владений от Гиндукуша, сохранявшегося в сфере владений Великобритании;
- указанная территория между Гиндукушем и русско-афганской
границей хотя и входила в сферу влияния английских интересов, не была присоединена к английским владениям, а осталась афганской, и на ней не разрешалось создавать военных постов и укреплений;
- установленная соглашением государственная граница должна быть демаркирована Смешанной русско-персидской комиссией погра­нично-технического характера с участием представителей эмира Афга­нистана;
- договаривающиеся стороны обязались не вмешиваться в поли­тические сферы другой стороны. Демаркация границы была проведена в 1895 г. Часть Памира отошла к Афганистану, часть – к Российской империи, часть – к Бухар­скому эмирату. Тем не менее власть бухарского эмира была фиктив­ной, т.к. эмират являлся вассалом России, но фактически уже был ее субъектом. 27 августа 1895 г. англо-русская разграничительная комис­сия на Памире установила последний пограничный столб. При этом глава британской миссии генерал Джерард заявил: «Здесь конец па­мирскому вопросу!».1 Действительно, разграничение 1895 г. ликвидиро­вало одно из противоречий, существовавших между Великобританией и Российской империей на Востоке.
1
Халфин Н.А. Присоединение Средней Азии к России (60-90-е годы XIX в.). - М.,
1965. С.371-405.
185
Таким образом, к концу XIX в. посредством проведения военных
операций против Кокандского и Хивинского ханств; дипломатических переговоров с Великобританией, Афганистаном, Персией и Китаем, Рос­сийская империя присоединила к себе территории Средней Азии со­временных Узбекистана, Таджикистана, Туркменистана, Киргизии.
Вопросы для самоконтроля:
1. Охарактеризовать условия Ливадийского договора.
2. Кто такой Скобелев?
3. Перечислите основные причины присоединения Туркмении к
России.
4. Назовите дату взятия русскими войсками Геок-Тепе.
5. Каким образом были определены сферы влияния России и Анг-
лии в Средней Азии в 1890 гг.
6. Охарактеризовать политику Китая в Кашгарии.
3.3. Внутренняя политика России в Средней Азии в 1860-1890 гг. Социально-экономическое развитие
и административное устройство Туркестанского края
В 1868 г. в Казахстане была введена новая система управления
на основе «Временного положения об управлении в степных облас­тях». Вся территория Казахстана была разделена на области: Ураль­скую, Тургайскую, Акмолинскую, Семипалатинскую. Семиреченская и Сырдарьинская области входили в состав Туркестанского генерал­губернаторства. Области были, в свою очередь, разделены на уезды и волости, в которых вводились уездные начальники, волостные старши­ны. Реформа 1868 г. внесла также изменения в область правовых от-
186
ношений. С этого времени в Казахстане фактически были введены в действие юридические нормы Российской империи, хотя частично дей­ствовало и обычное право. Уголовные дела (об убийстве, грабеже, ба­рымте) изымались из ведения биев. Они могли разбирать только вза­имные иски не свыше 300 рублей и бытовые дела. Реформа сильно ограничивала также права мусульманского духовенства: запрещалось самовольное строительство мечетей, открытие мусульманских школ, муллам запрещалось собирать с населения в принудительном порядке налоги в свою пользу. Реформа предусматривала также некоторые но­вовведения в области образования и медицинского обслуживания на­селения.
Реформа 1868 г. способствовала развитию российского капита-
лизма «вширь» за счет освоения обширных казахстанских степей, представлявших богатейший источник сырья и рынок сбыта для рас­тущей российской промышленности. В целом реформа 1868 г. имела прогрессивное значение, способствовала развитию в Казахстане эле­ментов новых общественных отношений. Но в то же время она была реформой колониальной, проводимой в первую очередь в интересах Российской империи. Казахстан вошел в состав Российской империи будучи регионом, где местные племена занимались экстенсивным ко­чевым скотоводством (скот круглый год держался на подножном кор­му) и ведением натурального хозяйства.
Присоединение Казахстана к России нарушило вековую застой-
ность и замкнутость натурального хозяйства казахов. Прогрессивное воздействие экономики России на отсталую экономику Казахстана привело к разложению феодально-патриархальных устоев, внеся глубо­кие изменения в социально-экономические отношения в Казахстане. Указанные изменения особенно сильно стали сказываться в 1860-1880 гг. С дальнейшим развитием товарного производства в Казахстане на-
187
чали развиваться капиталистические отношения, усилилось разложение натурального хозяйства. Происходила дифференциация казахского об­щества, и в связи с этим усилилось отходничество. В байском хозяй­стве началось частичное использование наемного труда, но оно не могло поглотить всей массы пауперизированных казахов. Многие ты­сячи обедневших скотоводов уходили в поисках работы на рудники, заводы, в пограничные области России.
К концу XIX в. на базе богатейших месторождений полезных ископаемых в Казахстане возникли очаги добывающей промышленно­сти (Джезказган, Караганда и др.), золотоносные прииски, нефтепромыс­лы (Эмба), началось формирование местного пролетариата. Однако примитивная техника и отсутствие железнодорожного сообщения, за­труднявшие вывоз и сбыт промышленной продукции, тормозили разви­тие горной промышленности.
Слабо развита была промышленность по переработке сельскохо­зяйственного сырья. К концу XIX в. насчитывалось 335 мелких коже­венных, салотопенных, овчинных, мыловаренных и других предприятий, на которых было занято более 3 тыс. рабочих и производилось еже­годно на 2,8 млн. руб. товаров. В среднем на каждое предприятие приходилось только 10 рабочих. Предприятия по переработке продук­ции земледелия их насчитывалось 671 с общим числом рабочих более 2,7 тыс. чел. Всего в конце XIX в. в Казахстане функционировало око­ло 2 тыс. мелких предприятий, на которых работало около 10 тыс. ра­бочих и производилось продукции на 9 млн. руб.
Во второй половине XIX в. в Казахстане начало развиваться земледелие, к которому переходили преимущественно бедные казахи, не имеющие собственного скота. Племенная и родовая верхушка также стала обзаводиться пашнями, которые обрабатывались бедняками­издольщиками. Хлеб, производившийся в байском хозяйстве, поступал
188
на рынок для обмена на продукты скотоводческого хозяйства и для продажи. В последней четверти XIX в. в Казахстане усилилось пересе­ление русских крестьян. Возникли города и русские села, которые имели большое значение для развития экономики и культуры Казах­стана. Вовлечение Казахстана в общероссийский рынок способствовало проникновению капиталистических отношений в казахское хозяйство. В экономику региона начал активно проникать иностранный капитал.
Во второй половине XIX в. усилилось влияние русской культуры на культуру Казахстана. Были открыты т.н. русско-киргизские школы, в которых преподавание велось на казахском языке на базе русской графики. В указанных школах готовились кадры из местного населе­ния для различных административных учреждений, а также сферы об­разования и здравоохранения. Эти учебные заведения играли прогрес­сивную роль, приобщая казахский народ к российской культуре. Одно­временно в Казахстане открывались первые больницы, фельдшерские пункты; было введено оспопрививание и т.д. В это же время заработа­ли типографии, начали выходить газеты и книги на русском и казах­ском языках.
Культурные контакты с Россией привели к формированию ново­го мировоззрения, развитию деятельности первых казахских просвети­телей. Первыми среди них были представители казахской знати. Внук хана Аблая, видный ученый-исследователь Чокан Валиханов (1835-1865 гг.) стал первым казахским историком и философом. Офицер русской службы, талантливый художник, этнограф, фольклорист, он участвовал в научных экспедициях в Китай и Тянь-Шань. Валиханов являлся авто­ром исследований по истории народов Казахстана, Средней Азии, Каш­гара и Сибири; перевел на русский язык киргизский эпос «Манас». Во время пребывания в Санкт-Петербурге в 1860 - 1861 гг. он встречался с А.Н. Бекетовым, Ф.М. Достоевским и другими представителями рус-
189
ской интеллигенции. Осуждая колониальную политику царских вла­стей, Валиханов выступал за переход казахов к оседлости, за преодо­ление их культурной отсталости. Эти идеи впоследствии развивали по­эт-классик Абай Кунанбаев (1845 - 1904 гг.) и Ибрай Алтынсарын (1841
- 1889 гг.). Кунанбаев стал основоположником казахской литературы и одновременно пропагандистом русской литературы. Считая себя после­дователем Л.Н. Толстого и М.Е. Салтыкова-Щедрина, он обличал наси­лие, мракобесие, бесправие женщин и неравные браки. Ибрай Алтынса­рын – известный педагог-просветитель и писатель, занимался просве­щением своего народа, создал несколько учебных пособий для русско­киргизских школ. Занимая должность инспектора учебных заведений, Алтынсарын отправлял своих соплеменников в российские универси­теты, технические и медицинские институты. Он разработал казахский алфавит на основе русской графики; переводил на родной язык произ­ведения И.А. Крылова и Л.Н. Толстого; написал несколько исследова­ний по казахской и киргизской этнографии.
В отличие от Казахстана процесс укрепления русских позиций в захваченных Бухарском эмирате, Кокандском и Хивинском ханствах протекал значительно сложнее. Генерал губернатор Кауфман большое внимание обращал на взаимоотношения с коренным населением, в первую очередь с представителями местной знати. Он рассматривал ее как потенциального союзника в деле умиротворения региона, всячески давая понять, что в составе Российской империи безопаснее. Для этого необходимо было внедрять в повседневную практику российские за­коны. Шахрисабзские беки Джура-бий и Баба-бий после захвата их владений были не просто хорошо приняты в резиденции генерал­губернатора, но и по их просьбе приняты на русскую службу. Один из них вышел в отставку в чине генерал-майора, другой – в чине пол­ковника. Вожди алайских кара-киргизов, постоянно готовые поднять
190
мятежи против русских, вместе со своей правительницей («матерью») Курбан-Джандадхи приняли российское подданство и длительное вре­мя честно служили России, были волостными старшинами, без недои­мок собирая т.н. кибиточную подать. А 13 кокандских высших чинов­ников, участвовавших в антироссийском мятеже, были высланы во внутренние районы России, но были обеспечены довольно значитель­ным содержанием.
В первой половине 1870 гг. находившиеся под властью коканд­ского ханства киргизы платили около 20 различных налогов. С коче­вых киргизских племен взимался налог «секет» в 3 раза больше обычного (вместо 1 барана с кибитки стали брать 3 барана). Это вы­звало волнения в 1873 - 1874 гг. За отказ киргизов платить «секет» и убийства кокандских сборщиков налогов ханские войска жестоко рас­правились с повстанцами.
Успехи Кауфмана как дипломата, военачальника, администратора привели к тому, что за все 15 лет его пребывания на посту генерал­губернатора в Туркестанском крае не вспыхивало сколько-нибудь зна­чительных беспорядков. Это свидетельствовало не только об оправдан­ности получения генерал-губернатором широких прав по военному и гражданскому управлению краем, но и об абсолютной рациональности наделения его особыми дипломатическими полномочиями. Генерал­губернатор решал практически все кадровые вопросы, фактически бес­контрольно распоряжался значительными денежными средствами, опре­делял границы уездов. По инициативе Кауфмана в его канцелярии бы­ло создано «судное» отделение, не соответствовавшее действующему законодательству.
В отношении административного устройства Туркестана была осуществлена решительная ликвидация традиционного территориально­го деления среднеазиатских областей. Тем не менее администрация Ка-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]