Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политика российского правительства в миссионерской деятельности в Поволжье и Приуралье. Век XVIII. Монография
.pdf
возможности задобрить подарками всех крестившихся, им иногда
приходилось искать спасения от гнева недовольных под защитой
военных команд.
Действия миссионеров порой были грубыми и жестокими. Так,
для достижения своей цели они «били плетьми без всякого
милосердия…», «окна и двери рубили, печи и трубы ломали»,
заставляли новокрещеных клеветать на мусульман, якобы последние
склоняли их к своей вере97. Действия миссионеров вызвали глубокое
возмущение татар, которые писали в своих жалобах, что если их и
дальше будут принуждать креститься, то они оставят свои дома и
уйдут в леса98. Как уже отмечалось, законодательной базой
насильственного крещения стал высочайший указ от 11 сентября 1740
года, подписанный императрицей Анной Иоанновной.
Насильственного переселения не мог избежать никто из тех, кто не
желал принять «святое крещение». Это была неизбежная плата,
установленная татарам правительством за верность исламской
религии. Ответом стала массовая миграция в Закамье.
По подсчетам Д.М. Исхакова, между 1719 – 1744 годами из
Среднего Поволжья в Приуралье переселилось около 50 тысяч татар, в
том числе до 30 тысяч из Казанского уезда. С 1744 по 1762 год на
территорию Уфимского уезда переселилось еще до 18 тысяч татар99.
Обычным явлением стали жестокие пытки, мучения за отказ
креститься, принуждение, облеченное в различные формы.
Количество крещеных среди коренных народов Поволжья начинает
расти, особенно, с 1741 года
100
. Насилие становится государственной
политикой. Это и понятно: без насилия невозможно было добиться
высоких результатов по показателю количества крещеных.
За 1741 г. и январь 1742 г. было крещено 9 159 человек:
мусульман – 143 чел., мордвы – 3 808, черемис – 3 785, вотяков – 806,
чуваш – 617, а к концу 1742 г. эта цифра составила 17 362 человека
97
Пугачевщина: Из следственных материалов и официальной
переписке: в 2 т. – М., Л., 1929. - Т. 2. – С. 5.
98
Грекулов Е.Ф. Православная инквизиция в России. – М., 1964. –
С. 93.
99
Исхаков Д.М. Введение в историческую демографию Волго –
Уральских татар. – Казань, 1993. - С. 29 – 30.
100
Ислаев Ф.Г. Православные миссионеры в Поволжье. – Казань,
1999.–С. 24.
101
Православный собеседник. – 1858. - Ч. III. - С. 248-249.
41
101
.
Среди крещеных татар было немного (0,015 % от общего числа
крещеных). Причину этого известный историк русской церкви И. К.
Смолич объяснил так: «Традиционная религия и историческое
прошлое давали татарам особенную силу для сопротивления
христианству и русификации, поэтому православная миссия в
Поволжье всегда направлена на просвещение татар и на борьбу с
исламом, который воспитывал и поддерживал в татарах чувство
самостоятельности и сплоченности»
102
.
В марте 1742 г. управитель Новокрещенской конторы
архимандрит Сеченов доносил Синоду: «Крещены иноверцы деревни
Ичалон мордва обоих полов 142 души…, сверх того других деревень
мужеска и женска пола из мордвы же святым крещением просвещено
875 душ, всего 1017 душ, и за восприятие святого крещения деревни
Ичалон мордве денежное вознаграждение, тож и за одежду, обувь по
силе указов произведено; а других деревень за недостаточество и за не
полученный на сей 1742 год денежной казны новокрещеным дачи не
было, а учинено им в податях и прочих издельях трехлетние льготы по
силе состоявшихся указов»
103
. Но по большей части власти
ограничивались награждением одеждою и обувью, не делая
денежного вознаграждения. В том же доношении, подчеркивая свои
заслуги, Сеченов указывал, что «по увещанию моему в Казанской, в
Нижегородской и Воронежской губерниях иноверцев в прошлом в
1741 г. обоих полов святым крещением просвещено восемь тысяч
пятьсот девяносто пять, да в нынешнем в 1742 г. в январе месяце
пятьсот шестьдесят пять, всего девять тысяч сто шестьдесят человек, в
том числе семи тысячами четыремстам осмидесяти двум человекам за
восприятие святого крещения на одежду и обувь из определенной
суммы в награждение денежное жалованье произведено, а тысяч
шести семидесяти осьми человекам, как на одежду, так и на обувь и в
награждение за недостатком денежной суммы в дачу не
произведено»
104
.
Архимандрит Димитрий Сеченов, возглавлявший
миссионерским ведомством в Поволжье с 1739 г., к тому времени
хорошо изучил иноверческий мир, его бытовой и религиозный уклад,
102
Смолич И.К. История Русской церкви. 1700-1917. – М., 1997. - Ч.
2. - С. 212.
103
ПСПиР. – СПб.- Т.1. 1741-1743. №91. - С. 104.
104
ПСПиР. – СПб.- Т.1. 1741-1743. №91. - С. 105-106.
42
и, исходя из двухлетней практики христианизации (1740 и 1741 гг.),
как никто другой, видел ее слабые и сильные стороны, перспективы,
которые представлялись ему не такими, как задумали законодатели.
Управитель конторы в том же доношении от 11 марта 1742 г.
предлагает пересмотреть пункт закона о переселении новокрещеных:
переселять не новокрещеных, а некрещеных иноверцев. Свое
предложение Сеченов мотивирует тем, что к 1742 г. в иноверческом
мире сложилась ситуация, при которой переселение новокрещенов
может скорее способствовать свертыванию христианизации, чем ее
распространению. Рисуя состояние новокрещенского дела, Сеченов,
впрочем, несколько преувеличивает успех и в деле христианизации.
Однако в целом его предложение не лишено основательности.
Он пишет: «А понеже в Казанской губернии во многих
деревнях является новокрещеных две части, а некрещеных одна часть
дворового числа, и ежели… из тех деревень упомянутых
новокрещеных иноверцев, которые живут в одних деревнях с
некрещеными, переводить в другие деревни, а иноверцы с малым
числом дворов будут оставаться на прежних своих жилищах, от того
переселения новокрещеным воспоследовать может великий убыток, к
тому ж от тех иноверцев тем новокрещеным приходить будет
всегдашнее порицание …и для того их переселения многие иноверцы
ко святому крещению приходить воспрепятствуются. А ежели
повелено будет новокрещен, которые впредь креститься пожелают, с
старинных их мест никуда к переселению не высылать, а переселять
бы тех иноверцев, которые с ними, новокрещеными, общежительство
имеют в одних деревнях, и для того оные иноверцы придут все ко
святому крещению самовольно, а новокрещеные останутся при
прежних своих жительствах безобидно, и для того тех иноверцев
переселения не повелено ли будет определить…»
105
.
Это доношение Сеченова занимает исключительное место
среди других источников по истории христианизации 40-х гг. XVIII в.:
оно является первым официальным признанием, что принятая указом
11 сентября 1740 г. программа христианизации оказалась порочной и в
значительной своей части неосуществимой, так как составлена была
без учета традиционного хозяйственного и семейного уклада
иноверцев. Признание этого факта мы встречаем не только у
руководителей Новокрещенской конторы, но и у правительственных
105
ПСПиР. - Т. 1. 1741-1743. №91. - С. 107, 108.
43
деятелей. Но признание последними неудачи в переселенческом деле
не ослабило правительственную деятельность по христианизации, а
напротив, побудило к мерам завуалированного или открытого
принуждения к крещению.
Особым объектом переселенческой политики являлось
татарское население, которое упорно держалось своей традиционной
веры. Переселение имело добровольный и принудительный,
масштабный и локальный характер. Начиналось широкое
взаимодействие различных бытовых, хозяйственных укладов, образов
жизни, носителями которых являлись новые и старые поселенцы,
волею государственной власти оказавшиеся в пределах одного
населенного пункта. В то же время настроения новокрещеных
переселенцев создали предпосылки для возвращения ранее крещеных
татар в ислам, движение которых отмечалось на всем протяжении
XIXв.
Первые годы христианизации дали правительственным
деятелям пищу для размышлений и склонили к следующим выводам.
Во-первых, освобождение от рекрутской службы, предоставление
трехлетней льготы от подушных сборов и других повинностей,
денежное награждение и награждение одеждою, обувью и пр. не
произвели того действия, на которое рассчитывали. Во-вторых,
необходимо решительно переходить к задуманной, но
завуалированной в указе 11 сентября насильственной христианизации.
Не одно переселенческое дело тревожило правительство. В
1741-1742 гг. и в первой половине 1743 г. общая картина
христианизации принимала мрачный вид. Активизировалась
мусульманская проповедь среди язычников, вследствие чего
некоторые стали переходить в мусульманство. Так, торговый человек
г. Казани И.В. Горкунов в челобитной императрице Елизавете
Петровне в сентябре 1742 г. писал: «По немаловременном моем во
граде Казани житию и по неоднократным Казанской губернии в
разные иноверческия деревни за торговыми своими промыслы
разъезды небезизвестен я: что в оных деревнях содержащия
махометанский закон татары чувашу, черемис в свою махометанскую
веру превратили, в свой закон обрезали. Оным татарам также в оной
закон вступившим чувашам никакого запрещения и по силе вашего
44
императорского величества указов надлежащего истязания было не
чинено»
106
.
В результате разбора челобитной Горкунова Синод и Сенат
установили, что «Казанской губернии городов воеводы и прочие
градоправители мало, что не все об оном в махометанский закон
превращения сведомы точию угобженны, имея руки мздою, все то
молчанием прикрывают»
107
. Даже бдительный о православии в своей
епархии казанский епископ Лука Канашевич, оправдываясь перед
Синодом, писал: «Как от показанного казанского жителя Горкунова,
так и от других о превращении чувашу и черемису в махометанскую
веру доносов мне не бывало; ни откуда от светских команд и
канцелярии ни письменно, ни словесно не представляемо и до
получения указа был не извещен»
108
.
Речь идет об указе Сената от 19 ноября 1742 г., гласившем: «1.
Все имеющиеся в Казанской губернии новопостроенные за
запретительскими указами мечети…, а наипаче в таких местах, где
воспринявшие веру греческаго исповедания жительство имеют,
сломать и впредь строить отнюдь не допущать, … или без разломки
для неминуемой жителей татарских законной нужды оставить… 2. О
превращенных в магометанский закон губернаторам, провинциальным
и городовым воеводам всеми удобно возможными способами
разведать, а кто явится, сыскивать накрепко, кем и из какой веры ли
народа к магометанскому закону навращены и в вере утверждены, и
по следствии на каго покажут и сыщется про то допрямо, чинить с
таковым, как вышеозначенным пунктом повелено, а чувашам и других
всякаго звания нации превращенным, ежели они по призыванию и
добровольному увещанию креститься не пожелают, чинить штраф по
указам»
109
. Указ не уточнял, какие меры пресечения подразумеваются
под понятием «штраф», чего мы не встретим и в позднейших указах
подобного характера. Пока, видимо, правительство намеревалось
ограничиться мерами, не вызывающими больших осложнений в
отношениях с миром иноверцев.
Осознав, что «религия мусульманская твердо держится в
народе вследствие влияния на него мулл, что последние удерживают
106
ПСПиР. - Т. 1. 1741-1743. №91. - С. 114-115.
107
Там же. - С. 117.
108
Там же. - С.117-118.
109
П С З - 1. - Т. 11. № 8667. - С. 719, 720.
45
это влияние посредством мечетей, служивших местом не только
молитвы, но и проповеди и школьного учения, власти сочли
необходимым ослабить эту опору ислама в государстве», писал Н.А.
Фирсов о побуждениях, двигавших правительством при создании
данного документа
110
.
По поступлении указа от 19 ноября на места производилось
следствие, о чем управитель Новокрещенской конторы архимандрит
Сильвестр Гловацкий 27 февраля 1743 г. писал в Синод: следствием
Свияжской провинциальной канцелярии «сыскано из чувашского
народа превращенных и обрезанных в махаметанской закон целыми
деревнями довольное число, кои по призванию и добровольному
увещанию креститься не хотят, а с превратителями и с ними,
чувашами, никакого штрафа истязания в Казанской губернии
канцелярии последствии еще не учинено и пребывают в том же
махометанском законе по прежнему…»
111
. В экстракте Сената
112
составленном в связи с этим делом, отмечалось также, что
«некрещеные, злобствуя на новокрещеных за восприятие крещения,
особливо же и за то, что платят за них подушные и прочие подати,
наносят на них в канцеляриях великие клеветы, по которым многих
новокрещеных через происки тех же некрещеных забирают в
канцелярии и держат напрасно с немалыми им находящимися
убытками и разорениями многие времена под караулом без всяких
новокрещеным милости»
113
. Констатировалось, что гражданские,
губернские и провинциальные власти подчас игнорировали
предоставленные новокрещеным указами привилегии, поступали с
ними, как и с некрещеными, иногда обвиняя их в провинностях по
платежу подушной подати и уклонениях от рекрутской службы,
домогаясь взяток, ставили под караул.
Это явление в управлении новокрещеными не было
случайным. Учрежденная указом от 11 сентября 1740 г.
Новокрещенская контора не вписывалась в существовавшие
структуры губернской администрации и епархиальное управление,
110
Фирсов Н.А. Инородческое население прежнего Казанского
царства в новой России до 1762 года и колонизация Закамских земель в
это время. – Казань, 1869. - С. 179.
111
П С З - 1. - Т. 11. № 8791. - С. 682-689.
112
Род официального документа, который использовали в XVIII в.
для сокращенного изложения правительственных постановлений.
113
Там же.
46
,
хотя непосредственный надзор над ее деятельностью принадлежал
последнему
114
. Однако то обстоятельство, что Новокрещенская
контора имела свой собственный штат из духовных и светских лиц,
финансы, обладала правом устройства общинного самоуправления
новокрещеных, правом прямой, минуя губернские епархиальные
власти, связи с Синодом и Сенатом, подотчетность последним, делали
ее фактически самостоятельным, мало зависимым от местных властей
органом.
В результате деятельности конторы в иноверческом мире
складывалась тревожная обстановка: вспыхивали открытые и
серьезные выступления иноверцев против христианизации, наиболее
значительным из них было восстание мордвы Терюшевской волости,
Нижегородской губернии, 1743 г.
115
Реакцией на эти события стал
именной указ императрицы Елизаветы Петровны от 28 сентября 1743
г., который провозгласил новый подход в переселенческой политике:
«… новокрещеных в другие места к переселению не высылать, а
переселять бы иноверцев, которые с крестившимися в одних деревнях
живут»
116
.
Указы 1743 г. провозглашают, что иноверец, став
православным, то есть перейдя в лоно господствующей в России
церкви, защищается законами о привилегиях православного перед
иноверцем. Так, «новокрещены» «из магометанского закона» за
восприятие крещения освобождались от крепостной зависимости от
иноверных помещиков (мурз) и получали льготы по подушной подати
и в рекрутстве. Принявшие крещение «освобождаются от кабалы,
засчитав женатым по 5 рублей, а холостым по 3 рубля за год от того
числа, как кабалы на них взяты; новокрещены, зависимые по
служилой кабале, освобождаются без всякой платы; некрещеные под
караулом за малое воровство, ссору, драки, за принятие крещения
отпускаются на волю»
117
.
В результате были районы, где «иноверцы целыми деревнями
и всеми уездами и сотнями… все до единого человека святым
крещением просветились», отчего на некрестившихся легла
114
Готье Ю.В. Указ. соч. - С. 317.
115
Там же. - С. 321.
116
П С З - 1. - Т. 11. №№8792, 8793. - С. 915-920.
117
П С З - 1. - Т. 12. №8929. -С. 675; ПСПиР. – СПб. - Т. XII. 1744-
1745.
№ 8929. - С. 89-94.
47
непосильная ноша заплатить за всех подати. Вместе с тем, имелись
волости и уезды, где наблюдалась противоположная картина
118
.
Равномерное возложение тяжести платежей на всех упорствующих в
принятии православия должно было, по мнению правительства,
подтолкнуть их на этот шаг. Данное решение фактически было
направлено против татар, которых подобным образом вынуждали
платить за другие, почти поголовно крестившиеся народы региона.
Указы 28 сентября 1743 г. составляют определенный этап
христианизации 40-х гг. XVIII в., который обозначился благодаря
замене прежнего установления о переселении новокрещеных
решением о переселении некрещеных и нововведениями в управлении
новокрещенскими делами. Оба аспекта миссионерской политики
находились в прямой зависимости друг от друга. Придерживаясь
провозглашенного указом 11 сентября 1741 г. принципа отделения
новокрещеных от некрещеных как условия ее успеха, правительство
императрицы Елизаветы Петровны в сложившейся обстановке видело
выход в усилении деятельности Новокрещенской конторы.
В конце 1743 - начале 1744 гг. правительство Елизаветы
Петровны, исходя из предусмотренных сентябрьскими указами 1740 и
1743 гг. положений о методах и средствах миссионерства, усилило
административно-насильственные методы воздействия и принуждения
иноверцев к крещению. Оно вознамерилось, во-первых,
реорганизовать команду по переселению, значительно увеличив
против прежнего, численность гражданских и военных служащих
во-вторых, учредить при ней новый орган – институт офицеров по
переселению
управление
120
, в-третьих, устроить обособленное новокрещенское
121
.
119
,
Новокрещенская контора начинает разрушать мечети и
медресе - центры духовности и просвещения для татар. Миссионеры,
уничтожая мечети, пытались искоренить мусульманское духовенство.
Именно нежелание татар принимать православие, а также
противодействие процессу христианизации со стороны
мусульманского духовенства, привели к принятию решения о
118
П С З - 1. - Т. 11. № 8792. - С. 917.
119
П С З - 1. - Т. 12. №8929. - С. 89-96.
120
П С З - 1. - Т. 12. № 8929. - С. 89-96.
121
Там же.
48
разрушении мечетей. Кроме того, мечети рассматривались как
опорные пункты антирусской агитации и центры сепаратизма
122
.
В своем обращении в Синод 16 ноября 1741 г. руководитель
Новокрещенской конторы архимандрит Д. Сеченов подчеркивал, что
именно мечети являются основным препятствием для
распространения христианства среди мусульман
123
. Он предложил
«новопостроенные в Татарской слободе и в Казанской и прочих
губерниях магометанские мечети сломать все без остатка, ибо от
таковых магометанского закона обызов в проповеди слова Божия и в
призывании ко святому крещению иноверцев находится великий
соблазн и препятственное помешательство»
124
.
Синод не сразу поддержал предложения Сеченова. Поэтому 11
марта 1742 г. архимандрит повторно обратился к святейшим лицам и
снова выразил обеспокоенность тем, что новокрещенные и
некрещеные иноверцы живут вместе и в этих селениях имеются и
церкви, и мечети. Особенно его беспокоил тот факт, что
«магометанского закона абызы» чувашей в свой закон «превратили» и
в тех чувашских и татарских деревнях построили много мечетей, «от
чего в проповеди и в крещении иноверцев великий есть соблазн»
125
.
По этой записке Сеченова 10 мая 1742 г. Синод принял
кардинальное решение: «Имеющиеся в Казанской и прочих губерниях
татарские мечети, которые построены после запретительных о том
нестроении указов, где б оныя не были, все сломать без всякого
отлагательства и впредь строить не допущать и позволения в том не
давать». После данного указа процесс приобрел массовый характер. В
татарскую слободу Казани для выполнения указа Синода был послан
прапорщик Иван Посысальщиков
126
.
Законным основанием тотального разрушения мечетей стал
указ от 19 ноября 1742 г. Правительствующий сенат приказал «все
имеющиеся в Казанской губернии новостроенные за запретительными
указами мечети, по силе святейшего синода определения и посланного
122
Климович Л. И. Ислам в царской России. Очерки. – М., 1936.
- С. 12.
123
П С З - 1. - Т. 1. - С. 109-110.
124
Там же. - С. 111-112.
125
Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего
правительствующего Синода. – СПб., 1914. - Т. 50. - С. 725.
126
Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего
правительствующего Синода. – СПб., 1914. - Т. 50. - С. 731.
49
в Казанскую губернскую канцелярию указа, а наипаче в таких местах,
где восприявшие веру греческого исповедания жительство имеют,
сломать и впредь строить не допущать, и того Казанской, Сибирской,
Астраханской и Воронежской губерниях накрепко предостерегать»
127
Строить новые мечети впредь правительством запрещалось. За один
год в Казани и Казанском уезде из 536 мечетей сломано 418. Данные
свидетельствуют о том, что полностью было разрушено в Казанском
уезде по Галицкой дороге – 17 мечетей, по Алатской дороге – 91; по
Зюрейской дороге – 96; по Ногайской и Арской дорогам – 83 и 127
соответственно
128
.
Почти сразу же с началом разрушения мечетей мусульмане
стали обращаться с челобитными о восстановлении старых или
строительстве новых культовых сооружений. Первым обратился в
Сенат один из самых авторитетных жителей Татарской слободы
Казани Сафер Умеров, еще в 1735 г., принимавший участие со
стороны царских властей в переговорах с восставшими башкирами
129
Он просил, чтобы Высочайшим указом «повелено было по нашему
мусульманскому закону для моления и в приводе к присяге […]
сломанные в Казанской Татарской слободе четыре мечети по
прежнему построить»
130
. Однако в условиях принятия кардинальных
мер по христианизации татар- мусульман это прошение сыграло
негативную роль, подтолкнув Сенат к утверждению 19 декабря 1742 г.
нового указа о разрушении татарских мечетей.
5 февраля 1743 г. прошение о строительстве новых мечетей
подали 17 башкирских и мещеряцких старшин четырех дорог
Уфимского уезда. Сенат в просьбе отказал, воспользовавшись указом
11 февраля 1736 г., последовавшего после крестьянских волнений
1735 г., и повелел впредь в «башкирских мечетей и школ без указов не
строить». Вице – губернатор Оренбургской губернии Аксаков выразил
мнение, что разрушение мечетей могло бы вызвать новые волнения
среди башкир. Учитывая данное обстоятельство, 1 марта 1744 г. Сенат
нашел возможным оставить неразрушенными мечети в Уфимской
провинции, расположенные в башкирских жилищах как построенные
127
Ислаев Ф.Г. Православные миссионеры в Поволжье. – Казань,
1999. – С. 26.
128
П С З – 1. - Т. 12. № 8932. - С. 617.
129
Материалы по истории Башкортостана. – Уфа, 2002. - Т. 6. - С.
64.
130
Там же. С. 65-66.
50
.
.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]