Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национально-освободительное движение в странах в 1945–1975 гг. Распад колониальных империй. Учебное пособие
.pdf
81
1
ной миллиона алжирских мусульман моложе 20 лет предоставлены самим
себе, не имея ни работы, ни средств к существованию»1.
По распоряжению Сустеля в апреле-мае 1955 г. из тюрем был освобожден ряд политзаключенных и несколько тысяч алжирцев, задержанных
во время полицейских облав, к которым власти не смогли предъявить каких-либо обвинений. По распоряжению Сустеля были учреждены «специальные административные секции» (САС). Особое значение колонизаторы
придавали психологической борьбе с оппозицией. В гражданских службах
и в армии постоянно увеличивалось количество офицеров – «специалистов
по мусульманским вопросам». В мае 1955 г. в Алжире была введена система «коллективной безопасности», в соответствии с которой любое
нападение на французов в каком-либо районе страны было основанием для
расправы со всем населением данного административного субъекта. На активность повстанцев в Ауресе и Кабилии власти ответили усилением войсковых группировок в этих областях.
1 июня 1955 г. Сустель предложил программу «интеграции» Алжира,
т.е. включения его в состав Франции. Данный проект предполагал некоторое реформирование алжирской аграрной структуры, увеличение представительства арабо-берберов в муниципалитетах (от 50 до 100%), в генеральных советах (до 50%). Кроме того, план предусматривал реализацию
так и не выполненных пунктов статута Алжира 1947 г. – о равноправии
женщин-мусульманок, обязательном преподавании арабского языка, отмене военного управления в Сахаре и отделении ислама от государства.
План «интеграции» не означал полного слияния Алжира с метрополией.
Колониальный режим сохранялся в основных чертах. Сустель подчеркивал, что цель его проекта – преобразование Алжира во «французскую провинцию в административном, экономическом, социальном и политическом
Ланда Р.Г. История алжирской революции 1954-1962 гг. - М.: Наука, 1983. -
С.47
82
1
2
отношении», но при уважении этнической, языковой и религиозной самобытности»1.
Наряду с политическими и социальными мероприятиями, колониальные власти модернизировали и чисто военные методы борьбы с вооруженной оппозицией: в Алжире с 3 апреля 1955 г. стал действовать чрезвычайного положения; был создан «военно-гражданский» штаб по координации действий армии и администрации; специальное командование зоны
Южной Константины (Ауреса). К весне 1955 г. общая численность французских войск в Алжире была доведена до 200 тыс. чел., по другим данным
100 тыс. чел. и 40 тыс. из республиканских отрядов безопасности2. Во главе военного командования в Ауресе был поставлен генерал Парланж,
имевший опыт борьбы с повстанцами в Марокко. В составе колониальных
войск создавались специальные формирования алжирцев («гумы»).
Кроме того, по рекомендации Мендес-Франса, Сустель начал некоторые кадровые перестановки в институтах колониальной власти. В отставку были отправлены наиболее убежденные сторонники жесткого колониального курса и самых крайних мер подавления оппозиции. Последнее вызвало возмущение французских ультраколониалистов и во многом
способствовало будущей отставке Сустеля.
В мае-июле 1955 г. осуществился решительный поворот в настроениях «умеренных» националистов. Если в марте-апреле они еще шли на
контакты с французскими властями, то к лету с подобного рода иллюзиями
было покончено. В июне Ф. Аббас, с согласия Аббана, Крима и Уамрана,
вступил в диалог с премьер-министром Э. Фором и другими деятелями
Франции. Он предложил создать временное правительство Алжира из
представителей европейцев и вооруженной оппозиции, провести незави-
Ланда Р.Г. История алжирской революции. - М.: Наука, 1983 - С.49.
Ланда Р.Г. История алжирской революции. – М.: Наука, 1983. - С.48.
83
1
симые выборы в Алжирское собрание, предоставить Алжиру автономию
на 20 лет. Правительство Фора ответило категорическим отказом. После
этого «умеренные» националисты перешли к активной поддержке ФНО.
Еще одной причиной роста авторитета ФНО стал разгром полицейскими
силами подпольной структуры мессалистов. Другие были вынуждены эмигрировать в Европу. Часть, патриотически настроенных мессалистов примкнула к АНО.
Окончательный переход «умеренных» в лагерь оппозиции произошел после событий 20 августа 1955 г. В этот день (второй годовщины низложения султана Марокко Мухаммеда бен Юсефа, за возвращение которого выступали все патриоты Магриба) восстание с новой силой развернулось в Северной Константине. В этот день в 39 городах и поселках, включая Филиппвиль и Константина, группы АНО атаковали военные объекты,
комиссариаты полиции, центры жандармерии, фермы европейцев. Жертвами террора повстанцев нередко становились мирные жители. По данным
западных источников, в августе 1955 г. только в Константине бойцами
АНО были убиты 71 европеец и 21 мусульманин.1
Колонизаторы ответили жесткими карательными операциями. В расправах активно участвовали отряды самообороны из европейцев и коллаборационистов. В результате действий войск и полиции погибло более
1200 алжирцев. Размах репрессий был настолько высок, что Сустель даже
приказал разоружить некоторые французские иррегулярные формирования.
Наряду с откровенно карательными военными акциями колониальные власти усилили полицейский режим. Еще в апреле 1955 г. в Хенщеле
был создан первый концентрационный лагерь, именовавшийся «центром
приюта». Заключенные в нем алжирцы, подозревавшиеся в симпатиях к
Окороков А.В. Сверхсекретные войны СССР: первая полная энциклопедия. –
М.: Яуза: ЭКСМО, 2010. – С.13.
84
1
ФНО, не отбывали наказание по приговору суда, а элементарно были изолированы от общества. Они постоянно подвергались длительным допросам, издевательствам и пыткам.1 Аналогичные «центры» были созданы в
Афлу, Берруагии, Мсиле и многих других местах.
Фактически, события 20 августа положили конец попыткам Сустеля
политическими и экономическими преобразованиями урегулировать
нараставшее вооруженное противостояние. С этого момента генералгубернатор открыто пошел на союз с правыми ультраколониалистами. В то
же время многие представители алжирской политической элиты стали
тайно или явно сотрудничать с ФНО. Видные алжирские политики после
проваленных переговоров с Фором и Сустелем образовали 26 сентября
1955 г. «группу 61», в которую вошли 10 депутатов от Алжира, 5 сенаторов, 4 советника Французского Союза, 42 делегата Алжирского собрания.
Данная группа, публично осудив репрессии колониальных властей, заявила об отказе сотрудничать с французским правительством. Резолюция
«группы 61» сопровождался массовой отставкой арабо-берберов со всех
выборных и чиновничьих должностей.
В сентябре-декабре 1955 г. повстанческое движение охватило всю
территорию Алжира. После августовских событий завершился переход
АНО от локальных действий в труднодоступных районах Ауреса, Кабилии
и Северной Константины к распространению национальноосвободительной борьбы на равнинные районы, в города. Несмотря на гибель нескольких полевых командиров, междоусобицы, возникшие между
некоторыми партизанскими отрядами, французы не смогли подавить оппозицию в Ауресе и Константине.
М. Бен Булаид, принявший командование над вилайей № 1, восстановил дисциплину, учредив военный трибунал для борьбы с анархией и
Аллег А. Бойцы в плену. - М.: Молодая гвардия, 1962. - С.44-78.
85
коррупцией, ввел устав, определявший права и обязанности муджахидов,
произвел кадровые перестановки. Этот повысило боеспособность отрядов
АНО. Колонизаторам не удалось подавить повстанческое движение в Константине. К ноябрю из 90 ферм европейских колонистов на севере области
67 были уничтожены повстанцами.
Почти под полным контролем АНО оказалась Кабилия. К июлю 1955
г. повстанцы создали хорошо законспирированную подпольную структуру.
В горных районах были оборудованы убежища, тайные склады оружия,
коммуникации для доставки всего необходимого. Это позволяло муджахидам получать продовольствие и пополнять свои отряды за счет местного
населения. Эффективно действовавшая разведка повстанцев т.н. «шуфов»
(наблюдатели) позволяла командованию АНО вилайи № 3 действовать на
опережение. Каждый месяц делился на три цикла: первая декада – диверсии; вторая – нападения на города и поселки; третья – террор. После каждой операции повстанцы на неделю уходили на нелегальное положение. В
Кабилии была расквартирована 2-я мотопехотная дивизия генерала Бофра,
но она не могла своевременно реагировать на действия АНО.
В итоге, колониальные власти были полностью дезорганизованы.
Неожиданностью для колонизаторов стала активизация ФНО в Оране. Командир вилайи № 5 Л. Бен Мхиди сумел организовать инфильтрацию своих отрядов в Алжир с территории Марокко в горные районы Дахры, Уарсениса, Тлемсена, Ксура, а также в пустынные районы Сахары. Таким же
образом было налажено снабжение сил АНО в Оране оружием, медикаментами.
Политическое руководство ФНО, пользуясь поддержкой населения и
лучше, чем колониальные власти, разбираясь в психологии соотечественников, умело использовал такие ее черты, как особое отношение к главам
семей (прежде всего у горцев и вообще в сельской местности), укоренившийся обычай не выдавать властям любого нарушителя закона. Если и бы-
86
ли случаи, когда те или иные группы арабо-берберов просили колониальные власти защитить их от муджахидов, они сами, по своей инициативе,
никогда их не выдавали и, даже не питая симпатий к ФНО, избегали доносов на его бойцов.
Успехи ФНО в военном и политическом плане способствовали постепенному вовлечению в антиколониальную борьбу под его руководством
почти всех активистов националистических партий и организаций. Среди
них было немало убежденных сторонников легальности и реформизма. В
частности, лидер УДМА Ф. Аббас в апреле 1956 г. прибыл в Каир и открыто присоединился к «внешней делегации» ФНО, формально подтвердив
фактический самороспуск партии в начале 1956 г. и вступление ее членов
состав Фронта.
Рост численности отрядов АНО и расширение масштабов ее операций обозначило необходимость большей координации действий различных
вилай, а внутри вилай – зон и отрядов. Усиление военного потенциала колонизаторов также требовали разработки новых тактических приемов,
усиления организованности повстанческих отрядов. Присоединение к
ФНО представителей различных социальных слоев требовало гибкой политической линии, обязательной для всех членов и союзников ФНО, часто
действовавших самостоятельно. В этой связи остро стоял вопрос о необходимости сочетания бунтарского энтузиазма основной массы партизан, в
большинстве неграмотных и мало искушенных в политике людей (крестьян, ремесленников), а также вступивших в состав ФНО представителей
националистических партий.
В августе 1956 г. в долине Суммам (Кабилия) проходил съезд лидеров ФНО. Основные цели форму: выработка единых организационных основ политической и военной стратегии. В рамках этого был четко предусмотрен приоритет политических лидеров над полевыми командирами,
строжайшее соблюдение коллегиальности руководства. Съезд избрал ру-
87
1
ководящий орган ФНО – Национальный совет алжирской революции
(НСАР). В промежутках между сессиями НСАР власть передавалась Координационно-исполнительному комитету (КИК).
Важное значение имело принятие политической платформы Фронта.
Формулируя задачи организации антиколониальной борьбы и вовлечения в
нее всех социальных слоев, она в основном повторяла все пункты первого
обращения ФНО, но без присутствовавшего в нем упоминаний об «арабизме» и «исламизме». Основное содержание революции определялось,
как: «Это борьба за возрождение Алжирского государства в форме демократической и социальной республики, а не реставрация отжившей монархии или теократии»1. Большое значение придавалось аграрной реформе,
привлечению к ФНО симпатий крестьян, рабочих, учащихся, различных
религиозных общин и части европейского сообщества.
Съезд утвердил четкую организационную структуру ФНО и АНО,
положив в основу принятую в Кабилии систему политикоадминистративного деления (ПАО) территории страны и систему воинских
званий и знаков различия. Структуру ПАО образовали комитеты ФНО с
политкомиссарами, а в основании всей структуры находились созданные
ПАО органы управления в дуарах (племенные фракции) – «Комитеты
трех», «народные собрания». Помимо набора пополнения, сбора налогов в
пользу ФНО и распределению средств, указанные структуры занимались
вопросами судопроизводства, просвещения, безопасности. Практической
задачей ПАО была подмена французских властей на всех уровнях. Даже в
районах, где процент европейского населения был высок, ПАО действовала в качестве своеобразного дублера колониальных властей. Нередко алжирцы, действуя по указаниям ПАО, бойкотировали французские учре-
Ланда Р.Г. История алжирской революции. – М.: Наука, 1983. С.75.
88
1
ждения; уничтожали удостоверения и другие документы, выданные колониальными властями.
Создание сети ПАО (частично возникшей в районах длительного
пребывания АНО еще в 1955 г.) широко развернулось осенью 1956 г., когда по всему Алжиру (в основном нелегально, но в горно-лесистых районах – открыто) были проведены выборы «народные собрания». Успешная
деятельность ПАО позволила ФНО добиться следующего:
- наладить систематический сбор налогов и других средств для
снабжения АНО;
- надежно укрепиться в среде населения, которое ранее (особенно в
городах) смутно ему сочувствовавшего;
- регулярно вести пропагандистские мероприятия в свою пользу;
- Фронт получал всю информацию о планах колонизаторов;
- осуществлять некоторые социальные мероприятия.
Активизировались различные ненасильственные методы антиколониальной борьбы: забастовки рабочих, чиновников, торговцев; уход в отставку арабо-берберов – служащих различных выборных учреждений
(офицеров колониальных войск); бегство алжирских футболистов из клубов Франции, бойкот табака и вина; стачки учащихся. К концу 1956 г. в
чисто военном аспекте ФНО также достиг серьезных успехов. Количество
столкновений с войсками и полицией, а также актов саботажа, террора,
налетов на европейские фермы достигло высшей за все время войны точки
– 3900 в месяц1.
Жестокие репрессии колониальных властей в Алжире в метрополии
вызвали возмущение левых и либеральных сил Франции. Первоначально
французское правительство представляло события в Алжире, как выступления исламских фанатиков-террористов против европейцев. Однако со-
Heggoy A.A. Insurgency and Counterinsurgency in Algeria. Bloomington-London,
1972. P.160.
89
бытия 20 августа серьезно обеспокоили не только французскую, но и международную общественность. Усилия кабинета Фора по активизации военных усилий, призыв в армию резервистов вызвали многочисленные протесты во Франции. В октябре антивоенные выступления стали принимать
конкретные и опасные для властей формы: под воздействием петиций, обращений и антивоенных манифестаций различных молодежных организаций. В парламентских дебатах по алжирскому вопросу подверглась критике проект «интеграции». Правые депутаты выступали за сохранение статус-кво Алжира. Левые парламентарии, в первую очередь, от Компартии,
призывали к мирному урегулированию конфликта в колонии.
Одной из стратегических целей антиколониальной борьбы было привлечение внимания международного общественного мнения к событиям в
Алжире, а также опора на поддержку арабских стран, прежде всего Туниса
и Марокко. Эта цель была, в целом, достигнута. Выступления против войны в Алжире на Бандунгской конференции, в ООН и Франции способствовали уже к концу 1955 г. интернационализации алжирской проблемы. В
сентябре 1955 г. Генеральная Ассамблея ООН впервые включила алжирский вопрос в повестку дня. В 1956 г. он окончательно стал международным в связи с получением Марокко и Тунисом независимости. Правительства этих стран, независимо от социальной ориентации, идеологии, расчетов на экономическое сотрудничество с бывшей метрополией были вынуждены поддержать ФНО. Это объяснялось следующими причинами:
1. Сотрудничество антиколониальных стран Магриба развернулось
намного раньше, чем началась колониальная война в Алжире.
2. Поддержка ФНО была поводом отвлечь население от социально-
экономических проблем, возложив ответственность на Францию.
3. На территории Марокко и Туниса продолжали оставаться фран-
цузские военные базы. Следовательно, поддержка ФНО стала, тем серьез-
90
ным средством для нажима на Париж с целью достижения окончательной
независимости.
4. Администрации Марокко и Туниса имели серьезные опасения, что
правительство Франции, подстрекаемое ультраколониалистами, может попытаться восстановить свой контроль в бывших владениях.
5. К 1956 г. в Марокко и Тунисе находилось значительное количество алжирских беженцев, политэмигрантов, численность которых по мере
эскалации колониальной войны в Алжире постоянно возрастала. Наличие
большого числа беженцев создавало дополнительные трудности для молодых независимых государств, которые были не в состоянии предоставить
им достаточную продовольственную помощь и кров.
6. В ходе колониальной войны бойцы АНО нередко отходили на территорию соседних стран, тем более, что многие из них ранее воевали в отрядах тунисских и марокканских партизан. До провозглашения независимости Туниса и Марокко это было чисто военной проблемой для французских войск на границах Алжира с его соседями – протекторатами Франции. После марта 1956 г. положение на границах стало международноправовой и политической проблемой Марокко и Туниса, которые не допускали преследования алжирцев колониальными войсками на своей территории. В итоге, на границах Алжира, Туниса и Марокко постоянно происходили инциденты.
Продолжение войны в Алжире постепенно ухудшило отношения
Франции со всеми арабскими странами, на территории которых находились представительства ФНО и военно-учебные центры Фронта. В этих
государствах шел набор алжирских эмигрантов (временных рабочих, учащихся и др.) в АНО. В этом отношении наиболее важную роль играли Ливия и Египет. Ливия имела самую протяженную границу с Алжиром.
С 1954 г. алжирские повстанцы получали оружие (до 1 тыс. единиц в
месяц) из Египта морем (через Марокко) и посредством верблюжьих кара-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]