Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Молитвенная лирика русских поэтов

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 1819 / 2819 20 21 22 23 24 25 26 27 28 > Следующая >>>



позволяет предположить, чтозаместоимением Ты подразумевается именно высшее начало— источник жизни исмерти. Это предположение подкрепляется авторской маркировкой местоимения

Ты, написанного вавтографесострочной буквы.

Вмолитвенном контексте имя Бога наделяется онтологиче-

ской функцией, ибо через Него возможно узреть бытие

275

. Редукция имяславского центра вмолитве— факт существенный, трансформирующий трансцендентность диалогической ситуации. «Я» лири-

ческого героя стихотворения Лермонтова уравнено с«Ты» сверх-

адресата. Отказ отфиксации божественного имени— это отказ отпроникновения вбожественное бытие, шаг кнебытию иксаморазрушению… Кподобному приему позже обратится, например, А.Ахматова. Вее «Молитве» 1915г. («Дай мне горькие годы недуга») имяславский центр вообще упразднен; самопожертвование воимя будущего России оборачивается предельным разрушением вмолитвенных просьбах гармонии личного бытия.

Редукция имяславского центра в «Благодарности» делает тонкой грань между молитвой и посланием, между религиозным исветским контекстами. Влитературоведении существует версия, чтостихотворение адресовано женщине. Эта точка зрения принадлежит В. Архипову, рассматривающему «Благодарность» как письмо к женщине, в котором слышен «крик поруганной любви о мщении»

276

. Философские категории здесь, пословам исследователя, обнаруживаются как«земные реалии, конкретные иочевидные»

277

. Подобная трактовка, однако, «лишает стих<отворение> той степени отрицания иобобщенности, какая типична для зрелого Л<ермонтова>, выдвигавшего в качестве источника зла нереальное лицо, авесь миропорядок, устроенный богом»

278



275

276

С. 83, 91.

277

278

С. 63.

ЛосевА.Ф.Имя. Сочинения ипереводы. СПб., 1997. С. 42.

АрхиповВ.М.Ю.Лермонтов. Поэзия познания идействия. М., 1965.

Тамже. С. 91. КоровинВ.И. Благодарность // Лермонтовская энциклопедия. М., 1981.





Лирическое событие в«Благодарности» имеет форму монолога, заканчивающегося императивом, провоцирующим активную позицию адресата. Финальный вызов (последняя просьба) лишен созидательного начала, он усиливает мотив саморазрушения. Коммуникативная стратегия субъекта лирического высказывания впоследней «молитве» основана навзрыве нормы влюбом ее проявлении: языковой, религиозной, этической.





Молитвенная лирика М.Ю.Лермонтова оказала значительное влияние надальнейшее развитие молитвенной лирики русских поэтов. Ситуация молитвы Божьей Матери перед иконой найдет отражение вхудожественной системе поэтессы Ю.В.Жадовской. Новнаибольшей степени получат развитие лермонтовские мотивы напряженного диалога поэта сВысшим Божественным на-

чалом. Особенно драматично молитвенный вызов миропорядку

звучит в эстетике Серебряного века. Рассмотрим особенность преломления темы «молитва поэта» влирике А. А.Ахматовой иС.А.Есенина.





Молитвенный дискурс, распахивающий границы мироздания всакральном диалоге свысшим Божественным началом, пронизывает книгу стихов Анны Ахматовой «Белая стая», где «резко усиливаются религиозные мотивы» мые сокровенные темы художественного творчества поэтессы.

279

КралинМ. М. «Хоровое начало» вкниге Ахматовой «Белая стая» // Русская литература. 1989. №3. С. 105.См. также: РедькинВ. А.Мифологиче- ское сознание ихристианская вера впоэтическом творчестве А.А.Ахматовой // Ахматовские чтения. А.Ахматова, Н.Гумилев ирусская поэзия начала

279

. Сакральное слово проникает вса-





Этотемы воспоминаний

280

: «Аюность была, какмолитва воскресная»; любви итворчества: «Дай мне выпить такой отравы, / Чтобы сделалась янемой…» (с. 75), «Всю жизнь ловить он будет стих, / Молитву губ моих надменных» (с. 79), «Все тебе: имолитва дневная, / Ибессонницы млеющий жар» (с. 110). Молитва появляется вкризисные моменты собственного бытия инациональной катастрофы («Молитва»), тихо звучит даже нафоне «пустых небес»:

«Низко, низко небо пустое, / Иголос молящего тих: / “Ранят тело

твое пресвятое, / Мечут жребий оризах твоих”» (с. 97). Она вписывается влитургический цикл (упоминаются вечерние иутренние молитвы, сама литургия, пасхальные песнопения) исоотносится сжизненным цик лом человека.

Вэтом контексте стихотворение «Ятак молилась: “Утоли…”» осознается какфакт лирико-духовного определения героини вмолитвенно-исповедальном слове. Трехчастная композиция текста отражает последовательное переживание трех временных пластов. Начальный фрагмент— «Ятак молилась…»— ретроспективен. Собственное прошлое, сквозь призму которого воспринимается сиюминутность настоящего, приобретает общечеловеческий масштаб («Нонет земному отземли…») иподготавливает восприятие открытости, незавершенности своей жизни, обращенной к Божественной воле: «Коснется ли огонь небесный?..» За доминантной линейной хронологией проступает сложное явление взаимоналожения, взаимопроникновения идаже сворачивания временных пластов. Усердное молитвословие, относящееся кпрошлому ипереживаемое внастоящем какещенесовершенное («молилась»), неизбежно соотносится сбудущим («утоли»):

«Ятак молилась: “Утоли / Глухую жажду песнопенья!”» (с. 79).

Молитвенные просьбы по природе своей перспективны, в них открывается будущее в своей охранной сакрализации. Под воздействием молитвенного дискурса происходит универсализация

ХХвека.Сб. трудов. Тверь, 1995. С. 3–27; ТименчикР.О«библейской» тайно- писи уАхматовой // Звезда. 1995. № 10. С. 201–207.

280

АхматоваА. А.Сочинения: в2 т. М., 1990. Т. 1. С. 76. Вдальнейшем

ссылки наэто издание суказанием страниц.





биографического времени, отсвет уже совершенного сакрального действа проецируется на всю жизнь.

Система молитвенно-сакральных имен, появляющихся встихотворениях книги стихов «Белая стая», включает в себя обращение кБожьей Матери, Святому Духу, Богу. Однако длямолитвенной поэтики Ахматовой характерным оказывается вынесение имени Бога за пределы собственно молитвенной ситуации; сакральное имя существует какподразумеваемое, нооно невербализуется (ср.: «Июль 1914», «Молитва», 1915). Сподобным явлением мы имеем дело ив анализируемом стихотворении; обращение кГосподу появляется уже висповедальном фрагменте монолога, вначале второй строфы. Поэтому особое значение обретает сама просьба, которая становится смысловым центром лирического события. Эта просьба определяет особый тип сакрального слова, который можно назвать молитвой поэта.

Императив «утоли» в христианской богослужебной практике имеет молитвенную семантику, в частности соотносим с названием одной из чудотворных православных икон Божьей Матери:

«Утоли моя печали». У Ахматовой мотив «утоления» проецируется

на творческий потенциал духовных устремлений, который представлен как противоречивое соединение совершенно разных понятий: «Глухая жажда песнопенья». «Глухота песнопенья», также как и «глухота жажды»,— явления разнородного масштаба, которые объединяются, казалось бы, еще более противоречивым мотивом: «утоление глухоты жажды». Насыщение сакральным смыслом молитвенной просьбы происходит на интертекстуальном уровне— на уровне молитвенного диалога поэтессы с предшествующей поэтической эпохой, в частности с поэтикой раннего Лермонтова. Как раз здесь и идет речь о лермонтовской «Молитве» 1829г., во многом открывающей для русской поэзии тему сакрального диалога Поэта с Богом.

Лирическая ситуация молитвы поэта имеет драматичную основу. Диалог художника-творца сВысшим Творцом вскрывает внутреннее противоречие творчества: поэт, наделенный Божественным даром, остро осознает силу Божественной кары заэтот дар. УЛермонтова это противоречие вносит вмолитвенный диалог богоборческие мотивы, закоторыми проступает «неземная





любовь кземле»

281

. Ещераз обратим внимание нафинальный фрагмент юношеской «Молитвы» Лермонтова. Какзаметил П.М.Сакулин, длялирического героя Лермонтова «жажда песнопенья тоже,

чтожажда бытия»

282

Но угаси сей чудный пламень, Всесожигающий костер,

Преобрати мне сердце в камень, Останови голодный взор; От страшной жажды песнопенья

Пускай, творец, освобожусь, Тогда на тесный путь спасенья

К тебе я снова обращусь.

(1, 74)

В этом контексте и появляется знаковое определение творчества как «страшной жажды песнопенья».

Нетрудно заметить, что начало стихотворения А. Ахматовой служит своеобразным продолжением «Молитвы» Лермонтова. Зареминисцированным мотивом «жажды песнопенья» вахматовском тексте проявляются основные мотивы лермонтовской

«Молитвы» 1829г. Мотив утоления жажды песнопенья восходит

кобразу «живых речей», а«глухоты песнопенья»— котстраненности поэтического самозабвения отБога (ср. уЛермонтова: «… редко вдушу входит / Живых речей твоих струя»). Ахматовское заключение «Нонет земному отземли / Инебыло освобожденья» близко подуху лермонтовской теме любви к«земле могильной». Молитвенный диалог поэта Серебряного века споэтом золотого века— своеобразная концентрация вековых поисков вситуации диалога творческой личности свысшим божественным началом. Лермонтов открыл длярусской поэзии драматичную природу молитвенного богообщения Поэта. «Ятак молилась: “Утоли / Глухую жажду песнопенья!”» — вторичный виток нереализованности

281

МережковскийД.С.М.Ю. Лермонтов— Поэт сверхчеловечества // Ме-

режковскийД.С.Втихом омуте. М., 1991. С. 408.

282

СакулинП.М.Земля инебо впоэзии Лермонтова // Венок Лермонто-

ву. М., 1914. С. 19.





молитвенных просьб о«жажде песнопенья», граничащей сжаждой бытия.

Особенность молитвенного дискурса А.Ахматовой состоит во взаимодействии ритуальной традиции богообщения и собственной эстетической позиции, основанной на сакрализации творчества, при котором рождающийся стих— это и есть молитва поэта.

«Я так молилась: “Утоли…”» следует в цикле «Белая стая» за стихот-

ворением «О, это был прохладный день…», которое заканчивается следующим образом:

Всю жизнь ловить он будет стих, Молитву губ моих надменных.

Здесь также слышны отголоски лермонтовской поэтики (ср.: «Ичасто звуком грешных песен / Я, боже, нетебе молюсь»). Таким образом, вдвух стихотворениях Ахматова (несомненно, ихтекстуальное соседство является знаковым) создает два способа реализации молитвенного слова. Содной стороны, молитва приравнена кстиху, сдругой— поэтическая самодостаточность оказывается несостоятельной, поэтому рождается молитвенный диалог героини сБогом. Вовторой своей ипостаси молитвенное событие таит всебе драматичную ситуацию непринятой жертвы. Ванализируемом стихотворении она представлена висповедальном фрагменте текста, где присутствует мотив неуслышанной илиотвергнутой молитвы. Ив этом существенное отличие ахматовской трактовки темы отлермонтовской:

Как дым от жертвы, что не мог Взлететь к престолу Сил и Славы, И только стелется у ног, Молитвенно целуя травы,—

Так я, Господь, простерта ниц:

Коснется ли огонь небесный Моих сомкнувшихся ресниц И немоты моей чудесной?

Ритуальные жесты преклонения, самоуглубления, завершающие лирическое событие, соотносят образ жертвенного дыма сжертвой духовной (именно так определяется молитва всвятоотеческой



традиции). Ивэтом отношении, какпредставляется, спорным является прямое сопоставление поэтики этого стихотворения споэтикой Тютчева, представленное вкомментарии Н.В.Королевой

283

Непринятая просьба уАхматовой стесняет границы земного бытия. Но втоже время отторжение отсакральной вертикали принимается молящейся героинейсосмирением инадеждой наБожественное участие. Творчество превращается вжизненный крест, а«жажда песнопенья»— вземное предназначение героини.





В 1925г. С.А.Есенин подготовил к печати собрание сочинений, которое увидит свет уже после его смерти. Композиция этого собрания выстраивалась с учетом жанровых особенностей произведений: лирика, маленькие поэмы и большие. В стихотворениях, вошедших в 1-йтом издания сочинений 1925г., тема молитвы или молитвенные ситуации во многом формируют особенность поэти-

ческой картины мира

Молитвенный дискурс в поэтическом тексте воссоздает особый тип взаимоотношений между молящимся героем и сакральным источником бытия. Русская лирика активно осваивает просительную и благодарственную традиции молитвословий, тем самым устанавливая ценностную иерархию между человеческой жизнью и вечными законами мироздания

Литературоведы отмечают значимость молитвенных тем и мотивов в художественном мире С.А.Есенина

284

285

286

. В автобиографии



283

АхматоваА.Собрание сочинений: в6 т. М., 1998. Т. 1. С. 765.

284

ЕсенинС.А. Полное собрание сочинений: в 7 т. Т. 1. М.: Наука: Голос, 1995.

285

АфанасьеваЭ.М. «Молитва» в русской лирике XIXвека // Русская стихотворная «молитва» XIXвека. Антология. Томск, 2000; ЯницкийЛ.С. О мо- литвенном дискурсе в лирике ХХв. // Новый филологический вестник. 2006. №1(2). С. 85–92.

286

ВороноваО.Е. Сергей Есенин и русская духовная культура. Рязань: Узорочье, 2002; ЕсауловИ.А. Творчество Есенина и православная традиция: проблемы методологии // С.А.Есенин и православие. М.: К единству!, 2010.





поэта, записанной И.Н.Розановым в 1921г., отмечается противоречивость его религиозного настроения:

Рано посетили меня религиозные сомнения. В детстве у меня

были очень резкие переходы: то полоса молитвенная, то необычайного озорства, вплоть до желания кощунствовать и богохульствовать.

И потом в творчестве моем были такие же полосы: сравните

настроение первой книги хотя бы с «Преображением»

287

В лирическом томе собрания сочинений 1925г., казалось бы, наблюдается указанное самим Есениным противоречие, переход от молитвенного настроения лирического героя к постепенному отказу от него. В стихотворениях, помещенных в начале 1-готома, наблюдается целый спектр молитвенных ситуаций. Это ритуальная молитва перед иконой; молитва за себя и молитва за другого. Молитвенные мотивы обретают также пантеистическую природу, связанную с сакрализацией природного мира. Так появляются молитва дождя и ковыля, молитва земле и молитва на алы зори. Приведем несколько примеров.

Роща синим мраком Кроток дух монастырского жителя, Кроет голытьбу… Жадно слушаешь ты ектенью, Помолюсь украдкой Помолись перед ликом Спасителя За твою судьбу. За погибшую душу мою.

«Дымом половодье», 1910 «За горами, за желтыми долами»,

1916

Я молюсь на алы зори, Задымился вечер, дремлет кот на брусе, Причащаюсь у ручья Кто-то помолился: «Господи Исусе»

«Я пастух, мои палаты…», 1914 «Задымился вечер, дремлет кот

на брусе», 1912

С.215–226; ЛепахинВ.В. Космическая и избяная литургия в лирике Есенина// Dissertationes Slavicae. XXI. Szeged, 1995. С. 301–337; ЛепахинВ.В. Религиозная лирика Есенина // Canadian-American Slavic Studies. 32. 1998. No. 1–4. P. 101–146.

287

РозановИ.Н. Воспоминания о Сергее Есенине// С.А.Есенин в воспо-

минаниях современников. М.: Худож. лит.,1986. Т. 1. С. 442.



И часто я в вечерней мгле, Смерть в потемках точит бритву… Под звон надломленной осоки, Вон уж плачет Магдалина. Молюсь дымящейся земле Помяни мою молитву О невозвратных и далеких Тот, кто ходит по долинам.

«Я снова здесь, в семье родной», «В лунном кружеве украдкой»,

1916 <1915>

Твой глас незримый, как дым Но мелкий дождь своей молитвой в избе. ранней Смиренным сердцем молюсь тебе. Еще стучит по мутному стеклу. 1916 «Голубень», <1916>

Счастлив, кто в радости убогой, Когда звенят родные степи Живя без друга и врага, Молитвословным ковылем Пройдет проселочной дорогой, «Запели тесаны дороги», <1916> Молясь на копны и стога.

«Пойду в скуфье смиренным иноком»,

<1914–1922>

В начале сборника наблюдается концентрация стихотворений, воссоздающих элементы молитвенной поэтики или молитвенного дискурса. В совокупности эти мотивы и ситуации представляют особого рода соборную молитву, к которой причастны и лирический герой, и другие молящиеся герои, и Россия, и весь природный мир.

Переломным во внутренней композиции сборника становится стихотворение «Письмо матери», где появляется мотив отказа от молитвы:



И молиться не учи меня! Не надо!

К старому возврата больше нет, Ты одна мне помощь и отрада, Ты одна мне несказанный свет…

Вслед за отказом от молитвенного слова следует еще более резкое признание героя: «Стыдно мне, что я в бога верил. // Горько мне,

что не верю теперь» («Мне осталась одна забава»

288

Ср.: Савченко Т. К. Мотивы вины и покаяния в русской поэзии ХХвека// С.А.Есенин и православие: Сб. науч. трудов Международного фонда единства православных народов. М.: ИНТЕРРОС, 2011. С.243–265.

288

). Казалось бы,





внутренняя композиция лирического тома четко следует есенинскому принципу «религиозных качелей»: то полоса молитвенная, то сознательный отказ от богообщения. Эта эстетическая установка усиливается общим лирическим настроем, проявленным в центральной части сборника. Лирический герой, у которого «сердце, тронутое холодком», с одной стороны, утрачивает какие-либо желания («Не жалею, не зову, не плачу»), с другой стороны, его охватывает волна чувственных мотивов с плотскими страстями и искушениями. Между тем в финале лирического тома появляется стихотворение 1925г. «Жизнь— обман с чарующей тоскою», лирическое событие которого передает состояние героя, доведенного до крайней стадии разочарования:

Жизнь— обман с чарующей тоскою, Оттого так и сильна она, Что своею грубою рукою Роковые пишет письмена. Я всегда, когда глаза закрою,

Говорю: «Лишь сердце потревожь, Жизнь— обман, но и она порою Украшает радостями ложь». Обратись лицом к седому небу,

По луне гадая о судьбе, Успокойся, смертный, и не требуй

Правды той, что не нужна тебе. Хорошо в черемуховой вьюге

Думать так, что эта жизнь— стезя.

Пусть обманут легкие подруги,

Пусть изменят легкие друзья.

Пусть меня ласкают нежным словом,

Пусть острее бритвы злой язык. Я живу давно на всё готовым,

Ко всему безжалостно привык. Холодят мне душу эти выси,

Нет тепла от звездного огня. Те, кого любил я, отреклися,

Кем я жил— забыли про меня.

Но и всё ж, теснимый и гонимый, Я, смотря с улыбкой на зарю,

На земле, мне близкой и любимой,

Эту жизнь за все благодарю.

17 августа 1925

<<< < Предыдущая 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 1819 / 2819 20 21 22 23 24 25 26 27 28 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]