Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Иван Ефремов в контексте духовных конфликтов ХХ века. Монография
.pdf
но дискуссии 1920-х гг., времени его молодости, нашли отражение в
его творчестве.
Изящнее всего, на наш взгляд, Ефремов поступил с термином
«государственный капитализм». Одна из героинь романа, социолог
Чеди Даан, произносит длинную тираду, доказывая, что «на Тормансе
мы встретили олигархическое общество, возникшее из государственного капитализма, потому что здесь есть остатки религии и очень плохо поставлено дело воспитания»1. Аргументы не очень убедительные:
наличие «остатков религии» в СССР не отрицала и официальная пропаганда. И вся длинная тирада Чеди дезавуируется лишь одной репликой начальника экспедиции Фай Родис: «…не совсем ясна грань между госкапитализмом и муравьиным лжесоциализмом. Может быть,
общество Торманса возникло из второго?»2 Хотя первоначально Ефремов хотел сделать главной героиней «Часа Быка» Чеди Даан, в
окончательном варианте ей досталось амплуа барышни-инженю, а
главной героиней стала Фай Родис. Тем самым автор недвусмысленно
намекает читателю, кто из его героев прав.
Иногда слова «капитализм», «капиталистический» используются
в достаточно странном контексте:
«– Хороши же эти правители! – возмущенно воскликнула Чеди. –
Они боятся!
– Того же, чего боялись все воспитанные капитализмом, проникнутые завистью принужденного неравенства. Боятся конкуренции, –
печально ответила Фай Родис»3.
Подождите, но ведь конкуренция – одна из базовых черт капитализма? Можно, конечно, заметить, что тормансианский капитализм –
государственный и монополистический, но, скорее, Ефремов осознанно употребляет этот термин таким образом, чтобы дать понять читателю: тормансианский капитализм не совсем такой (или совсем не такой), каким является капитализм в работах Маркса и Энгельса. Да и
капитализм ли это, если на протяжении всего романа даже мимоходом
не упоминается частная собственность. Лишь мельком отмечается, что
на заводах и фабриках командуют «змееносцы» – сановники высокого
ранга4. Кому принадлежат фабрики и заводы, школы и больницы, зем-
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 128.
2
Там же. С. 129.
3
Там же. С. 79.
4
Там же. С. 318.
51
ля – не уточняется, но замечается, что тормансиане не знают, как добыть материальные блага иначе, чем из рук государства1.
Понимание социально-экономического устройства СССР как государственного капитализма начало формироваться еще в 1920-е гг.
Впервые на это указал еще в начале 1920-х гг. Карл Каутский, затем к
такому же выводу пришли немецкие «левые коммунисты» Г. Гортер,
О. Рюле, К. Корш. Они исходили из того, что при сохранении наемного характера труда и отчуждении трудящихся от экономического и
государственного управления переход средств производства в руки
государства означает не уничтожение капитализма, а всего лишь его
бюрократическую трансформацию2. В 1930-х гг. данную точку зрения
отстаивали некоторые из левых социал-демократов (Ф. Адлер) и «левых коммунистов» (Г. Мясников). Аналогичной точки зрения придерживалась американский политический философ российского происхождения Р. Дунаевская (1910–1987), бывшая в 1937–1938 г. секретарем
и стенографисткой Л. Троцкого. Это привело ее к разрыву с Троцким,
поскольку тот продолжал считать СССР деформированным рабочим
государством. Впоследствии концепция государственного капитализма как социально-экономического строя СССР была обоснована
Т. Клиффом и стала ключевой для основанной им Социалистической
рабочей партии Великобритании и одного из направлений в троцкизме –
«Международной социалистической тенденции»3. Подобная точка
зрения на социально-экономический строй СССР встречается до настоящего времени и в академических кругах4.
Впрочем, для того чтобы прийти к ней, было не обязательно
знакомиться с изданиями зарубежных левых социал-демократов или
троцкистов. Американские бизнесмены и топ-менеджеры, посетившие
СССР в 1958 г., вернулись в США с убеждением, что в СССР не соци-
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 305.
2
Гусев А.В. СССР в оценке несоветского марксизма / Социальная история. Ежегод-
ник. 2009. СПб.: Алетейя, 2010. С. 418–423.
3
Клифф Т. Государственный капитализм в России. Л.: Социалистический рабочий,
1991. 288 с. (первое издание книги вышло в 1948 г. как внутренний документ Революционной Коммунистической партии Великобритании под названием «The Nature of
Stalinist Russia» («Природа сталинской России»).
4
См., напр.: Beznin M.A. State capitalism and social classes: the cultural landscape of the
soviet village in the stalinist and post-stalinist eras / M.A. Beznin, T.M. Dimoni // The Soviet and Post-Soviet Review. Vol. 4. № 3. 2016. P. 301–337.
52
ализм, а государственный капитализм1. Таким образом, настоятельной
необходимости намекать, что тормансианская олигархия выросла
именно из «муравьиного лжесоциализма», а не из государственного
капитализма, у Ефремова, строго говоря, не было.
Множество рассыпанных в тексте романа «Час Быка» деталей,
касающихся быта, нравов, цензуры, манипуляций с исторической памятью, террора и пыток, оставляют в целом мало сомнений относительно того, что Ефремов описывал то общество, в котором он жил, а
не «муравьиный лжесоциализм» КНР (впрочем, и СССР 1930-х –
1950-х гг., и КНР при Мао Цзэдуне – это сталинистские системы, различия между которыми не носят принципиального характера).
Приведем лишь несколько характерных черт политической, общественной и повседневной жизни Торманса, живо напоминающих
сталинский и послесталинский Советский Союз.
Неумеренная и нездоровая экзальтация вокруг каждого из высказываний высших руководителей: «В телепередачах и радиоинформации очень много внимания уделялось небольшой группе людей,
их высказываниям и поездкам, совещаниям и решениям. Чаще всего упоминалось имя Чойо Чагаса, соображения которого на разные темы общественной жизни, прежде всего экономики, вызывали
неумеренные восторги и восхвалялись как высшая государственная
мудрость»2.
Присвоение имен руководителей различным учреждениям:
«У нас любой институт, театр, завод может быть назван именем вели-
ких, которые не имеют никакого отношения ни к науке, ни к искусству, вообще ни к чему, кроме власти»3.
Переименования приобретают гротескный характер:
«– Вас назвали по имени планеты! – воскликнула Родис. – Удачное имя для жены верховного владыки…
– Что вы! Планету назвали моим именем.
– Не может быть! Переименовывать планету с каждой новой
властительницей – какой громадный и напрасный труд в переписке
всех обозначений, сколько путаницы в книгах!
1
«Роковая ошибка советского капитализма». Почему американцы не увидели в СССР
социализма // КоммерсантЪ-Власть. 2014. № 25. 30 июня. С. 50.
2
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 74.
3
Там же. С. 337.
53
– Хлопоты с изменением имен – пустяк! – вмешался Чойо Чагас. –
Нашим людям не хватает занятий, и всегда найдутся работники»1.
Репрессии и террор являются частью повседневной жизни и одним из основных способов управления:
«[Фай Родис]: А если обнаружится, что вы воспользовались общением с нами, чтобы передавать своим друзьям нашу информацию?
[Таэль]: Обвинят в государственной измене. Арестуют, будут
пытать, чтобы я выдал участников. Тех будут пытать в свою очередь,
они выдадут остальных и еще несколько сот непричастных, просто
чтобы избавиться от невыносимых мук. Затем всех уничтожат»2.
«Гребенка террора время от времени прочесывала массы «джи»,
сановников – «змееносцев», ученых и «глаз владыки», оставляя неизгладимый ужас»3.
Существует суровая цензура, книги, написанные в прежние исторические периоды, уничтожаются или передаются в спецхраны:
«Когда владыкой стал Чойо Чагас,… прежние книги под угрозой тяжкой кары изъяли из всех библиотек планеты, связали в сетки с камнями и утопили в море. Одиночные экземпляры переданы в специальные
хранилища, где их нельзя ни читать, ни копировать. Запрещено всем,
кроме особых доверенных лиц... Здесь существует чудовищная система фильтрации. В каждом Доме Зрелищ, на телевидении, радио у них
сидят «глаза владыки». Они вправе остановить любое зрелище, выключить всю сеть, если кто-нибудь попробует передать неразрешенное. Могут убить за пение неразрешенных песен. У «глаз владыки»
есть список, что можно исполнять и чего нельзя…»4
Литература и телепередачи поэтому в массе своей бездарны и
служат прославлению владык:
«Здешние писатели ловко научились отвлекать и развлекать, пересказывая сотни раз одно и то же. Они же пишут и для телепередач,
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 139. Вопрос о переименовани-
ях городов и улиц, поднятый участниками передачи Ленинградской студии телевидения
«Литературный вторник», прошедшей в «живом эфире» Центрального телевидения
4 января 1966 г., вызвал скандал. Передачу признали «идейно порочной», директор Ленинградской студии телевидения Б.М. Фирсов был освобожден от работы. См.: Фирсов
Б.М. Разномыслие в СССР. 1940-е – 1960-е годы: история, теория и практики. СПб.:
Изд-во Европейского ун-та в Санкт-Петербурге: Европейский Дом, 2008. С. 437–440.
См. стенограмму передачи: там же, с. 462–490.
2
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 265.
3
Там же. С. 285.
4
Там же. С. 354.
54
восхваляют счастье жить под мудрым руководством Чойо Чагаса, якобы избавившим их от скверного прошлого»1.
Гуманитарные и социальные науки скованы в своем развитии,
поскольку статистика засекречена, и историю разрешено излагать
лишь в том виде, в каком хотят ее представитель правители:
«– Владыки Ян-Ях не разрешают никому изучать так называемые запретные периоды истории…
– Есть ли возможность добыть подлинные факты?
– Лишь косвенным путем, в рукописных мемуарах, в литературных произведениях, избежавших цензуры или уничтожения»2.
Агрессивный дискурс речей официальных пропагандистов Торманса живо напоминает проработочные кампании 1920-х – 1950-х гг.3,
непрерывно отравляя духовную атмосферу: «идиотские критические
замечания, поношения, шельмование людей на производстве или в
сферах искусства и науки пронизывали всю жизнь планеты»4.
Хамство, грубость и невоспитанность являются чертой повседневной жизни Ян-Ях, напоминая описание советской повседневности
у А. Зиновьева5 (хотя А. Зиновьев, в отличие от И. Ефремова, исходит
из антропологического пессимизма, полагая, что дурное общественное
поведение предопределено в большей мере человеческой природой):
«Тормансиане шли по улице навстречу как попало, не придерживаясь
определенной стороны. Те, кто посильнее, нарочно шли напролом,
расталкивая встречных, заставляя тех шарахаться в сторону, и грубо
огрызались на упреки. Везде, где проходы стесняли толпу,… крепкие
мужчины и женщины расталкивали более слабых сограждан, стараясь
пройти первыми»6. Особенно распространено хамство в общественных
ных местах среди обслуживающего персонала: «Она теряла аппетит от
необъяснимой неприязни женщин, раздававших пищу. В жизни Торманса любая зависимость от человека отзывалась унизительной. Тот,
кого просили, издевался и куражился, прежде чем исполнить свою
прямую обязанность»7.
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 353.
2
Там же. С. 143.
3
Там же. С. 79, 80.
4
Там же. С. 291.
5
Зиновьев А. Коммунизм как реальность. М.: Центрполиграф, 1994. С. 65.
6
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С.291, 292.
7
Там же. С. 318.
55
Еда в местах общественного питания отвратительна, поскольку
тормансиане, напуганные Веком Голода, стремятся «произвести как
можно больше еды из каждого продукта, добавляя туда несъедобные
вещества», а работники столовых воруют1.
Однако нельзя назвать Торманс исключительно слепком сталинского СССР. К чертам, типичным для 1930-х – 1950-х гг., И. Ефремов
добавляет некоторые «оттепельные» реалии. Астронавигатора «Темного пламени» Вира Норина (вероятно, alter ego автора) приглашают в
«мастерскую» медико-биологического института: так называются вечерние собрания научных сотрудников, на которых они проводят дискуссии или развлекаются2. Непринужденность и смелость дискуссий
первоначально удивили землянина. «Лишь позднее до него дошла
психологическая тонкость политики Чойо Чагаса: пусть выговариваются – они все равно не могут не думать о положении общества, –
пусть разражаются пустыми речами, зато не будут создавать конспиративных организаций, борьба с которыми привела бы к нежелательным изъятиям из среды ценных для государства интеллигентов»3.
Эта «мастерская» живо напоминает споры физиков и лириков
начала 1960-х гг. или клуб «Под интегралом» новосибирского Академгородка (1963–1968), бывший одним из символов «оттепели». По словам А. Бурштейна, одного из создателей клуба, в нем «регулярно проходили обсуждения наболевших острых вопросов общества. Совершенно открыто высказывались любые мнения безо всякой цензуры»4.
Но после первого фестиваля авторской песни в марте 1968 г., на котором выступил А. Галич, клуб был закрыт.
На время «оттепели» указывает и такая деталь, как борода инженера Хонтээло Толло Фраэля, или Таэля, приданного землянам для
помощи в получении информации: «человек, бледнее обычного тормансианина, с густой и короткой черной бородой»5. Как отмечает
Н.Б. Лебина, среди «денди хрущевского времени» ношение бороды
стало считаться стильным в конце 1950-х – начале 1960-х гг. Это было
связано как со стремлением приблизиться к западным стандартам
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 303.
2
Там же. С. 376.
3
Там же. С. 390.
4
Анатолий Бурштейн: «Я обвинял население Академгородка в пассивности». URL:
https://academ.info/news/24661(дата обращения 01.11.2018).
5
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 140.
56
внешнего облика (мода на Э. Хемингуэя), так и с популярностью таких видов отдыха, как туризм и альпинизм, а также с увеличением
престижа профессии геологов, часто не брившихся в экспедициях изза обилия мошки. При этом ношение бороды далеко не старыми мужчинами приобретало характер протеста, вызова сталинскому времени1.
Впрочем, после свержения Н. С. Хрущева ношение бороды стало приобретать иное символическое значение, как обращение к русской религиозно-этнической духовности2.
Характерной чертой «оттепельного» дискурса была война с мещанством: ей отдали дань и Н. Розов (молодой герой его пьесы «В поисках радости» шашкой рубит полированную мебель, ассоциирующуюся с мещанским бытом), и братья Стругацкие («нищие духом» в
повести «Стажеры», «идеальный потребитель» в «Понедельнике»),
хотя мещанство виделось им прежде всего как ограниченность интересов и пренебрежение творческим началом. Упоминание о мещанстве в
«Часе Быка» выглядит довольно странно и на первый взгляд производит впечатление искусственной и поспешной вставки. Чойо Чагас
спрашивает Фай Родис, кого на Земле называли мещанами. Та отвечает, что это люди, «которые умеют только брать, ничего не отдавая»,
причем они берут в ущерб другим людям, природе, всей планете. Чойо
Чагас отвечает, что «это похоже на моих сановников», и после обмена
несколькими репликами сцена завершается3.
Введение этой небольшой сцены представляется не случайным и
показывает, на наш взгляд, что И. Ефремов понял природу советского
мещанства 1950-х – 1960-х гг. и характер конфликта с ним глубже
«шестидесятников». Социокультурный характер мещанства периода
«оттепели» был иным, чем в 1920-е гг. Н. Лебина отмечает, что «мурло мещанина» 1950-х – 1960-х гг. – «это лица “наследников Сталина”,
приверженцев большого стиля»4. Борьба против сталинского ампира,
большого стиля была символической борьбой против повседневного
сталинизма. Выступая за минимализм в быту, «шестидесятники» сознательно или неосознанно отстаивали те ростки свободы, что появились вместе с «оттепелью». Реплика же Ефремова – один из немногих
1
Лебина Н.Б. Повседневность эпохи космоса и кукурузы: деструкция большого стиля:
Ленинград, 1950–1960-е годы. СПб.: Крига; Победа, 2015. С. 334–336.
2
Там же. С. 337.
3
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 364.
4
Лебина Н.Б. Повседневность эпохи космоса и кукурузы. С. 60.
57
случаев в культуре 1960-х гг., когда прямо отождествляется номенклатурный чиновник-сталинист и мещанин.
Аллюзии И. Ефремова были расшифрованы КГБ, но не сразу.
После выхода «Часа Быка» книжным изданием (подписано к печати
6 мая 1970 г.) председатель КГБ Юрий Андропов в письме в ЦК КПСС
28 сентября 1970 г. прямо обвинил писателя в том, что он «под видом
критики общественного строя на фантастической планете “Торманс”
по существу клевещет на советскую действительность»1. Возможно,
что настоящей целью атаки на роман И. Ефремова был не столько сам
писатель и его роман, сколько редактор «Молодой гвардии» А. Никонов и другие члены редакции, подозреваемые в принадлежности к
«русской партии» (движению русских этнонационалистов) и связанные с группой А. Шелепина2. В ноябре 1970 г. И. Ефремов писал
А. Бритикову: «Меня собирались приглашать для разговора наверх, но
пока, видимо, надо им разобраться, что же с «Молодой гвардией».
Может, и мне тут влетит заодно!»3 Тогда же был смещен главный редактор журнала А. Никонов, а двое его заместителей уволены. Удар по
«Молодой гвардии» мог быть связан не только с «чисткой» группы
А. Шелепина, но и с ликвидацией существовавших тогда «полюсов»
общественно-литературной полемики. В феврале 1970 г. был смещен
со своего поста А. Твардовский, редактор «Нового мира» – журнала,
олицетворявшего либеральное направление в тогдашней общественнолитературной жизни. Чтобы не дать слишком усилиться противоположному направлению, было решено нанести удар по «Молодой гвардии». Впрочем, от смены редактора идейная ориентация новой редколлегии этого журнала не изменилась.
И. Ефремов был, скорее всего, обеспокоен очередной схваткой в
верхах, поводом для которой был в том числе и его роман (вероятно,
его попросили помочь журналу и издательству, замолвив за них слово), и написал письмо в ЦК КПСС. Подробности беседы И. Ефремова
в ЦК КПСС известны со слов его вдовы, Таисии Ефремовой, изложенных писателем А. Измайловым (таким образом, это двойной или даже
тройной пересказ, неизбежно сопровождающийся искажениями). Так,
1
Орехова Е. Смотрели за каждым. О романах «Ивана Ефремова «Туманность Андро-
меды» и «Час Быка» / Е. Орехова, А. Петров // Вопросы литературы. 1994. № 3. С. 240.
2
Митрохин Н. Русская партия. Движение русских националистов в СССР. 1953–
1985 годы. М.: Новое литературное обозрение, 2003. С. 118, 341–344.
3
И.А. Ефремов – А.Ф. Бритикову [Москва, 20 ноября 1970] / Переписка… С. 1224.
58
согласно рассказу Т. Ефремовой, письмо было направлено министру
культуры П. Демичеву. Но П. Демичев стал министром культуры лишь
в 1974 г., а в то время, о котором идет речь (конец 1970 г.), он был
секретарем ЦК КПСС. Таким образом, письмо (если оно было написано) было направлено секретарю ЦК КПСС П. Демичеву. Он принял
И. Ефремова, и между ними состоялась доброжелательная (по словам
И. Ефремова, в пересказе Т. Ефремовой) беседа. «Петр Нилыч говорил, что эту книгу надо издавать миллионными тиражами. Только
нужно сделать кое-какие правки, чтобы не было ненужных аналогий:
вот у вас на Тормансе правление коллегиальное, Совет Четырех, а надо бы подчеркнуть единовластие Чойо Чагаса. Ну и разные другие поправки... Иван Антонович выправил текст, но Совет Четырех так и оставил»1. Возможно, И. Ефремову удалось найти нужные слова, чтобы
убедить собеседника; но, скорее всего, писателя, демонстрировавшего
внешнюю лояльность, решили не трогать, поскольку у ЦК КПСС и
КГБ в тот момент было достаточно хлопот с А. Солженицыным и другими писателями-диссидентами.
В конце декабря 1970 г. И. Ефремов оценивал ситуацию оптимистично: «нападение отведено самыми высокими инстанциями» и
«”Час Быка” можно пропагандировать2. Но его оптимизм был преждевременен. Роман было запрещено не только переиздавать, но и упоминать в прессе (хотя из общедоступных библиотек он, по-видимому, не
изымался или изымался не изо всех). Глухое молчание вокруг этого
произведения И. Ефремова сохранялось более 15 лет. Лишь в 1988 г.
«Час Быка» был переиздан.
1
Измайлов А. Туманность // Нева. 1990. № 5. С. 180. Следует ли понимать слова «вы-
правил текст» так, что И. Ефремов после выхода книги подготовил еще одну редакцию
«Часа Быка»? Но подобная редакция, усеченная и лишенная острых мест по сравнению с изданием 1970 г., неизвестна.
2
И.А. Ефремов – В.И. Дмитревскому [Декабрь 1970] / Переписка… С. 1244.
59
Глава 4. «СЕРЫЕ АНГЕЛЫ»: ПОДПОЛЬЕ В СССР?
Несмотря на плотный (но не тотальный) контроль правящей
олигархии за общественной и частной жизнью Торманса, на планете
существует оппозиционное подполье. «С вами хотят увидеться Серые
Ангелы», – сообщает Фай Родис Таэль. Это «очень древнее тайное
общество», поясняет он1. Внешность у подпольщиков мрачноваторомантическая: «восемь человек с суровыми даже неулыбчивых тормансиан лицами, в темно-синих плащах… У каждого на большом
пальце правой руки было широкое кольцо из платины… – Последнее
рукопожатие смерти – для тех, на кого падет наш выбор»2. Программа
же этого общества состоит «в необходимости террора, в переходе от
единичных действий к уничтожению вредоносных людей, которые
необычайно размножились в последнее время!»3 Фай Родис возражает
им, что террор без политической и социально-экономической программы принесет лишь вред, и ее советы были выслушаны (хотя в какой мере приняты, И. Ефремов оставил неясным).
В те же годы, когда И. Ефремов писал «Час Быка», Аркадий и
Борис Стругацкие опубликовали роман «Обитаемый остров»4. Исследователь космоса, молодой землянин XXII века Максим (в журнальном варианте романа он носит фамилию Ростиславский, в книжном –
Каммерер) попадает на планету Саракш, в Страну Отцов, становится
гвардейцем Легиона, а затем подпольщиком-террористом. Некоторое
сходство в ситуациях, в которые попадают герои «Часа Быка» и «Обитаемого острова», а также известное сходство в описаниях тоталитарных режимов Торманса и Страны Отцов породили слухи о том, что
якобы «Час Быка» на самом деле написан Стругацкими или же Стругацкие позаимствовали ряд сюжетных поворотов для своего романа у
Ефремова, знакомившего их с рукописью «Часа Быка»5. Слухи эти
охотно разносились «доброжелателями», стремившимися поссорить
Стругацких и Ефремова, и, вероятно, внесли свой вклад в охлаждение
1
Ефремов И.А. Час Быка. М.: Молодая гвардия, 1970. С. 340.
2
Там же. С. 368, 369.
3
Там же. С. 369.
4
Первая публикация романа (без глав 15–17) состоялась в 1969 г. в журнале «Нева»:
Стругацкий А., Стругацкий Б. Обитаемый остров // Нева. 1969. № 3. С. 86–130; № 4.
С. 85–127; № 5. С.90–140.
5
См.: Еремина О. Иван Ефремов, С. 585; И.А. Ефремов – А. Ф. Бритикову [Москва,
4 августа 1969] / Переписка… С. 1080.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]