Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Возврат из-за рубежа преступных активов теория и практика. Учебное пособие
.pdf
ратуре, пока это является существенным пробелом в рас-
1
сматриваемой сфере правового регулирования
, который
также, как и недостатки в регламентации ареста и конфискации имущества, может являться препятствием для
непосредственного возврата преступных активов из-за
рубежа в Российскую Федерацию по причине отсутствия
законодательного порядка распоряжения таким имуществом. При этом, принимая во внимание, что значительное количество стран, в которые чаще всего перемещаются преступные активы, как описано в предыдущей
главе, выдвигают условия возврата активов, связанные с
наличием в запрашиваемом государстве прозрачной системы их управления, обозначенное препятствие в деле
возврата активов для Российской Федерации может стать
непреодолимым.
Помимо этого, негативным фактором в данной связи
также выступает неприменение до настоящего времени в
Российской Федерации Кишиневской конвенции, регламентирующей механизмы управления арестованными и
конфискованными активами.
В то же время ратификация российским парламентом
2
в 2004 и 2006гг. Палермской
и Меридской3 конвенций
ООН, а также вступление России в 2003г. в ФАТФ придали импульс развитию отечественного уголовного законодательства, касающегося применения такой меры уголовно-правового характера, как конфискация.
Одноименная глава 15¹ введена в УК РФ в 2006г.
1
ПузиковР.В., ГасановаД.П. Публичные торги как механизм
реализации арестованного имущества // Вестник Тамбовского
университета. Серия: политика и право. 2016. Т.2. Вып.4 (8).
С.79—87.
2
Палермская конвенция ратифицирована Федеральным законом от 26.04.2004 № 26-ФЗ // Собрание законодательства РФ.
2004. №18. Ст.1684.
3
Меридская конвенция ратифицирована Федеральным зако-
ном от 08.03.2006 №40-ФЗ // Собрание законодательства РФ.
2006. №12. Ст.1231.
221
В нее вошли три статьи, которыми в законе регламентировано понятие конфискации как принудительного безвозмездного изъятия и обращения в собственность
государства на основании обвинительного приговора орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому, денег, ценностей
и иного имущества, полученных в результате совершения
преступлений, перечисленных в пункте «а» части первой ст.104¹ УК РФ, равно как и любых доходов от этого
имущества, за исключением тех активов, которые подлежат возврату законному владельцу. Одновременно в число предметов, подлежащих конфискации, вошли деньги,
ценности, имущество и доходы от них, в которые были
превращены или преобразованы активы, полученные в
результате совершения того же перечня преступлений.
В2014г. ст.104¹ УК РФ дополнена специальной нормой
о подлежащих конфискации активах в виде денег, ценностей и иного имущества, которые использовались или
предназначались в целях финансирования экстремистской деятельности, терроризма, организованной преступной группы, незаконного вооруженного формирования и
преступного сообщества (преступной организации)
1
. Одновременно российский уголовный закон воспринял конвенционные нормы о возможности конфискации имущества, соответствующего стоимости приобщенных преступных доходов в случае, если они были смешаны с активами
законного происхождения, равно как и конфискации эквивалента преступных активов
2
.
Рассматривая обозначенные нормы уголовного закона, следует отметить, что в целом подход отечественного
законодателя на период введения в действие главы 15¹ УК
РФ соответствовал основным международно-правовым
1
П. «в» части первой ст.104¹ УК РФ в ред. Федерального закона
от 28.06.2014 №179-ФЗ.
2
См.: ч. 3 ст.104¹ и ст.104² УК РФ.
222
источникам в сфере возврата преступных активов в порядке уголовного судопроизводства, хотя многими отечественными учеными до настоящего времени отмечаются
значительные нерешенные проблемы применения института конфискации в российском праве
1
. Вто же время необходимо обратить внимание на действующую редакцию
пункта «а» части первой ст.104¹ УК РФ, содержащую перечень преступлений, в результате совершения которых
возможно применение института конфискации. За период
с 2006г. по настоящее время обозначенная статья подвергалась корректировке 18 раз
2
, постоянно расширяя список общественно-опасных деяний. Данное обстоятельство
свидетельствует о правовой нестабильности нормы, следовательно, ее проблемном правоприменении. При этом
даже по результатам столь значительного числа поправок
по сей день остаются разночтения обозначенной статьи с
Варшавской конвенцией, содержащей более широкий перечень деяний, в отношении которых следует применять
конфискационные меры, нежели в ст.104¹ УК РФ, например, отсутствующие в ней составы преступлений мошенничества, кражи, разбоя, вымогательства, практически
всех экологических преступлений и некоторых других
деяний. Указанное может являться основанием для взаимного отказа компетентных органов в оказании между-
1
Яни П.С. Конфискация имущества и уголовная ответственность // Уголовное право. 2006. № 6. С. 131—135; Кузнецова
О.А., Степанов В.В. Межотраслевая правовая природа конфискации имущества // Журнал российского права. 2018. № 2.
С.27—37.
2
См.: Федеральные законы от 25.12.2008 № 280-ФЗ, от
04.05.2011 № 97-ФЗ, от 20.07.2011 № 250-ФЗ, от 07.12.2011
№420-ФЗ, от 01.03.2013 №18-ФЗ, от 12.11.2012 №190-ФЗ, от
28.06.2013 №134-ФЗ, от 02.07.2013 №150-ФЗ, от 02.11.2013
№302-ФЗ, от 21.12.2013 №365-ФЗ, от 28.04.2014 №179-ФЗ, от
21.07.2014 №277-ФЗ, от 31.12.2014 №530-ФЗ, от 31.12.2014
№532-ФЗ, от 03.07.2016 №324-ФЗ, от 06.07.2016 №375-ФЗ, от
26.07.2017 №203-ФЗ, от 29.12.2017 №469-ФЗ.
223
народной правовой помощи или в признании и принудительном исполнении судебного решения иностранного
государства.
В связи с этим в целях выполнения международных
обязательств Российской Федерации в сфере возврата преступных активов в порядке уголовного судопроизводства
необходимо привести редакцию пункта «а» части первой
ст.104¹ УК РФ в соответствие с Варшавской конвенцией,
максимально расширив перечень общественно-опасных
деяний, в следующем виде:
Статья 104
1
Конфискация имущества
1. Конфискация имущества есть принудительное
безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества:
а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных Особенной частью настоящего Кодекса или
являющихся предметом незаконного перемещения через
таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС либо через Государственную границу Российской
Федерации с государствами — членами Таможенного
союза в рамках ЕврАзЭС, ответственность за которое
установлена статьями 200¹, 200², 226¹ и 229¹ настоящего Кодекса, и любых доходов от этого имущества, за
исключением имущества и доходов от него, подлежащих
возвращению законному владельцу.
Поправки позволят эффективнее использовать взаимное международное сотрудничество в ходе уголовного судопроизводства для целей возврата преступных активов.
Одновременно ст.104¹ УК РФ не содержит норм, определяющих виртуальные активы в их понимании согласно
Рекомендациям ФАТФ в качестве предметов, подлежащих конфискации в результате преступной деятельности,
что, в свою очередь, оставляет вопросы в применении в
отношении них временных мер в виде наложения ареста.
224
Противоречивой является и формирующаяся в этом на-
1
правлении гражданско-правовая практика
.
В связи с этим при установлении в ходе расследования
факта использования криптовалют и иных виртуальных
активов в преступных целях, а также установления перевода такого преступного дохода в иностранные юрисдикции с использованием соответствующих криптообменников и криптобирж, применение институтов ареста и конфискации в отношении криптовалют и иных виртуальных
активов представляется проблемным по причине правовой неурегулированности данной сферы общественных
отношений в уголовно-процессуальном и гражданском
законодательстве, несмотря на техническую возможность
изъятия таких активов.
Данный вывод подтверждается отсутствием до настоящего времени соответствующих судебных решений в
российской правоприменительной практике. Вэтой связи
невозможно согласиться с мнением М.М.Долгиевой, полагающей, что в российском законодательстве «обеспечено правовое поле для применения конфискации крипто-
2
валюты как меры уголовно-правового характера»
, или с
утверждением А.Ю.Ключникова, считающего, что наложение ареста на криптовалюту должно осуществляться в
3
соответствии с частью 1 ст.115 УПК РФ
как не имеющих
под собой каких-либо юридических оснований.
1
Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного
суда от 31.07.2018 г. по делу №А57-21957/2017 криптовалюта
со ссылкой на ст.128 ГК РФ не признана объектом гражданских
прав, в то же время постановлением Девятого арбитражного
апелляционного суда от 15.05.2018 по делу №09АП-16416/2018
криптовалюта признана объектом гражданских прав «иным
имуществом».
2
Долгиева М.М. Конфискация криптовалюты // Законность.
2018. №11. С.45—49.
3
КлючниковА.Ю. Криптовалюта как предмет обеспечения по
уголовному делу // Уголовный процесс. 2018. №6. С.85—92.
225
Представляется, что изъятие криптовалют и иных
виртуальных активов, равно как и их возврат в порядке
уголовного судопроизводства, в том числе из-за рубежа,
возможен лишь при наличии формальной юридической
регламентации соответствующих процедур в уголовнопроцессуальном законодательстве, включая вопросы создания специальных криптокошельков правоохранительных органов и разработки эффективной системы оценки,
хранения, управления и изъятия в доход государства
криптовалют и иных виртуальных активов в порядке уголовного судопроизводства. Схожих точек зрения придер-
1
живаются ряд других российских ученых
.
Нововведения ФАТФ, касающиеся понятия виртуальных активов, в феврале 2019 г. нашли свое отражение в
изменениях, внесенных в тематическое постановление
Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о легализации (отмывании)
денежных средств или иного имущества, приобретенных
преступным путем, и о приобретении или сбыте имуще-
2
ства, заведомо добытого преступным путем»
, в котором
сделана ссылка не только на ряд универсальных и региональных международных договоров, включая Варшавскую конвенцию, но и обновленные в октябре 2018г. Рекомендации ФАТФ. Впервые в истории российского права
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем
1
Казаков А.А. Возможна ли конфискация криптовалюты? //
Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: материалы
XVI Международ. науч.-практич. конф. МГЮА. г. Москва,
24—25 января 2019г. М.: РГ-Пресс, 2019. С.55—59.
2
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2019 №1 «О внесении изменений в постановление
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015
№ 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных
преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества,
заведомо добытого преступным путем» // Российская газета.
07.03.2019. №51 (7809).
226
постановлении как акте официального судебного толкования употребил термины «виртуальные активы» и «криптовалюты» в контексте описания предмета преступлений,
предусмотренных статьями 174 и 174¹ УК РФ, в случаях
преобразования названных сущностей, приобретенных в
результате совершения преступлений, в фиатные денежные средства.
В этой связи определение правового статуса криптовалют и иных виртуальных активов в их понимании в соответствии с международно-правовыми стандартами ФАТФ
с внесением соответствующих изменений в гражданское,
уголовное, уголовно-процессуальное и финансовое законодательство является фактором, способным оказать
существенное влияние на противодействие перемещению
преступных активов за пределы России и их последующий возврат в страну.
Вместе с тем в принятом в 2020г. Федеральном законе
«О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о
внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации» отсутствуют нормы об установлении ответственности за нарушение закрепленных в нем
запретов, в связи с чем пока сложно прогнозировать административно-правовую и уголовно-правовую практику
в сфере оборота криптовалют.
§ 3.3. Отечественное правовое регулирование и практика
возврата преступных активов в Российскую Федерацию
с использованием международной правовой помощи
Значимым этапом в развитии отечественного права
стало включение в принятый в 2001г. УПК РФ Главы 5
«Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства». Раздел XVIII УПК РФ определяет порядок
взаимодействия судебных, прокурорских, следственных
органов и органов дознания с компетентными органами и
должностными лицами иностранных государств и между-
227
народными организациями в сфере уголовного судопроизводства. Основные положения такого порядка, касающиеся как направления, так и исполнения трансграничных
запросов о правовой помощи, содержатся в семи статьях
кодекса (ст.453—459).
Так, ст.453 УПК РФ регламентирует порядок направления запросов, обращенных к компетентным органам
зарубежных юрисдикций и их должностным лицам, о
производстве следственных и иных процессуальных действий на территории иностранного государства. При этом
в статье установлены правовые основания оказания такой
помощи, а именно: международные договоры Российской
Федерации, международные соглашения либо правовой
принцип взаимности, подтверждаемый письменными
обязательствами государственных органов, наделенных
собственным объемом полномочий в сфере уголовного
судопроизводства, среди которых поименованы органы,
осуществляющие предварительное расследование: МВД
России, ФСБ России, Следственный комитет Российской
Федерации, а также органы, выступающие от имени Российской Федерации по определенным сферам правоотношений: МИД России, Генеральная прокуратура Российской Федерации и Минюст России.
Правовое регулирование оказания международной
правовой помощи по уголовным делам осуществляется в
рамках заключенных Российской Федерацией международных договоров, в том числе Европейской конвенции о
взаимной правовой помощи по уголовным делам 1959г.,
Соглашения о правовой помощи и взаимодействии таможенных органов— членов таможенного союза по уголовным делам и делам об административных правонарушени-
1
ях 2010г.
, Минской конвенции. Кроме того, Российская
1
Соглашение о правовой помощи и взаимодействии таможенных органов— членов таможенного союза по уголовным делам
и делам об административных правонарушениях 2010 г. //
Собрание законодательства РФ. 2012. №32. Ст.4474.
228
Федерация является подписантом более 300 междуна-
1
родных договоров в сфере уголовного судопроизводства
,
включая межправительственные и межведомственные
соглашения, в которых при расследовании уголовных дел
предусматриваются формы взаимодействия, выходящие
за пределы осуществления процессуальных действий.
Подобные договоры способствуют установлению более тесных двусторонних контактов в процессе оказания
взаимной международной правовой помощи по уголовным делам, в связи с чем в них включен более широкий
перечень форм взаимодействия российских и иностранных компетентных органов, чем предусмотрено УПК РФ.
Вместе с тем отечественный уголовно-процессуальный закон не содержит норм о восприятии кодексом таких форм,
которые им не предусмотрены, однако включены в международные договоры, участником которых является Российская Федерация. Например, указанное может касаться процедур исполнения как российских, так и иностранных запросов о международной помощи, связанной с необходимостью розыска и ареста за рубежом преступных
активов. Как отмечалось выше, в том числе в ходе анализа
зарубежной практики возврата активов в порядке уголовного судопроизводства, такие возвраты, как правило, осу-
1
БаркаловаЕ.В. Международное сотрудничество органов прокуратуры в сфере уголовного судопроизводства: Учеб.-методич.
пособие / Е.В. Баркалова. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт (филиал) Университета прокуратуры Российской Федерации, 2018. С. 12. Например: Договор между Российской Федерацией и Канадой о взаимной правовой помощи
по уголовным делам от 20.10.1997, Договор между Российской
Федерацией и Республикой Корея о взаимной правовой помощи
по уголовным делам от 28.05.1999, Договор между Российской
Федерацией и Китайской Народной Республикой о правовой
помощи по гражданским и уголовным делам и другие, полный
перечень которых содержится на сайте МИД России // [Электронный ресурс]. URL: http://www.mid.ru/ (дата обращения:
13.04.2020).
229
ществляются на основе специально заключаемых на этот
счет международных договоров.
В связи с этим видится целесообразным дополнить
ст.453 УПК РФ новым пунктом 1.2, который необходимо
изложить в следующей редакции:
«Международным договором Российской Федерации
может быть предусмотрено исполнение по запросу о
правовой помощи более широкого перечня процессуальных и иных действий, включая формы взаимодействия,
не предусмотренные настоящим Кодексом».
Представляется, что в случае принятия новеллы она
будет коррелировать с предусмотренной частью 2 ст.457
УПК РФ нормой, согласно которой при исполнении иностранного запроса могут быть применены нормы законодательства иностранного государства в соответствии с
международным договором Российской Федерации или
на основе принципа взаимности.
Согласно части 3 ст.453 УПК РФ органами по направлению запросов о правовой помощи являются следующие:
Минюст России— по вопросам деятельности судов, Следственный комитет Российской Федерации, МВД России
и ФСБ России — по вопросам расследования уголовных
дел, находящихся в их производстве, Генеральная прокуратура Российской Федерации— по иным вопросам оказания международной правовой помощи, возникающим в
порядке уголовного судопроизводства.
Вместе с тем УПК РФ четко не выделяет центральные
органы в сфере международного сотрудничества как в
сфере уголовного судопроизводства в целом, так и возврата преступных активов в частности, что видится его определенным недостатком и отличает от большинства аналогичных законодательных актов зарубежных государств.
Отсутствие в УПК РФ перечня российских центральных
органов, уполномоченных рассматривать иностранные
запросы о правовой помощи, как представляется, является фактором, затрудняющим международные сношения
по уголовным делам. В настоящее время такие органы
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]