Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Введение в российскую генеалогию. Учебное пособие
.pdf
Лекция 8. Купечество и предпринимательство до середины XIX века
131
ских текстильных производств Бурылины, Гандурины, Полушкины, Зубковы, Гарелины. Тем не менее XVIII век дал
немало фамилий купцов-мануфактуристов: Гребенщиковы,
Твердышевы, Бутримовы, Тучковы, Сахаровы, Спиридоновы, Старцовы, Емельяновы, Докучаевы, Тележниковы.
Не последнюю роль в организации торгово-промышленного предпринимательства играли в России XVIII века иностранцы. Одну из первых в России ситценабивных фабрик основали англичане В. Чемберлен и Р. Козенс, подобное же дело
наладили датчанин Лиман и немка К. Шейдеман. Фарфоровую фабрику организовал англичанин Франц Гарднер, кожевенную — немец И. Кёстнер, зеркальную — И. Шопенгауер,
канатную — И. Флюг. В середине XVIII века 31 европейский
купец попросился в российское подданство для продолжения
предпринимательской деятельности на новой родине. Среди
них — два представителя Кенигсберга, Иоганн Вессель и Иоганн Михель Груммерт. Правда, здесь трудно что-либо говорить о династиях. Исключением следует признать начало деятельности висбаденских купцов Амбургеров, ставших в дальнейшем основателями торгового дома в Санкт-Петербурге.
Первая половина XIX века, традиционно понимаемая как
эпоха кризиса крепостной системы хозяйства, отмечена дальнейшим ростом отечественного предпринимательства и новыми попытками правительства примирить объективные потребности экономического развития страны со стремлением
укрепить оформленную в конце XVIII века сословную иерархию. Указом Павла I, изданным 27 марта 1800 года, для купцов, пробывших в первой гильдии не менее 12 лет, было введено звание коммерции советника, дававшее право на VIII чин
с обращением «Ваше высокоблагородие», ношение дворянского мундира, шпаги и приезд к императорскому двору. Звание
давалось лично и пожизненно как акт высочайшей монаршей
милости. За полвека его существования оно присваивалось 258
раз (с учетом введенного в 1832 года звания мануфактур-со-
ветника). В 1824 году для купцов первой гильдии, занимающихся заграничной оптовой торговлей либо кредитным промыслом, добавились почетные звания негоцианта и банкира.
III. Российские купцы и предприниматели в XV — начале ХХ века
132
На пополнение состава лиц, активно занимавшихся торговлей и заведением промышленных предприятий, правительство Александра I ответило существенным повышением минимального объявленного капитала, дающего право на приписку к гильдиям. «Пропуск» в первую гильдию предполагал
наличие 50 тыс. рублей, во вторую — 20 тыс. и в третью —
7 тыс. При этом постоянно росла ежегодная пошлина, определенная «Жалованной грамотой» в 1 %: 1,25 % в 1797 году,
1,75 % в 1810-м, 4,75 % в 1812-м и 5,225 % в 1818 году. В 1821 го-
ду прибавилась еще и пошлина за купеческие книги. Правда, в
1806 году доступ в гильдии был открыт и дворянам.
Со знаменитым министром финансов Е. Ф. Канкриным
связано проведение в 1824 году еще одной гильдейской реформы. Параллельно с царским Манифестом, позволившим
открывать промышленные предприятия всем категориям населения (включая все категории крестьянства), были введены
шесть разрядов обложения за предпринимательскую деятельность, включавшего в себя выкуп свидетельства и «билета на
лавку» (последняя сумма шла в городскую казну). Свидетельства обходились трем гильдиям купечества соответственно в
2200, 880 и 132—200 рублей, а билеты на лавку — в 75—
100 рублей (1—2-я гильдии) и 50—75 рублей (3-я). Для трех
«родов» торгующего крестьянства ставки за билеты были такими же, а свидетельства — дороже: 2600, 1100 и 400 рублей.
Гильдейская реформа признается историками неудачной, поскольку Николай I в первые годы своего царствования поддался требованиям купечества о сохранении своих сословных
преимуществ и приостановил выдачу свидетельств крестьянам. Правда, купцы боролись не за сохранение чистоты сословия, а против конкуренции.
Важным шагом в завершении оформления сословного состояния купеческой, промышленной и банкирской верхушки
стало введение в 1832 году нового сословия — почетного гражданства, потомственного и личного. Купцы, награжденные
орденами, коммерции и мануфактур-советники, лица, состоявшие в первой гильдии беспорочно 20 лет, могли претендовать
на потомственную принадлежность к новому сословию наряду
Лекция 8. Купечество и предпринимательство до середины XIX века
133
с обладателями ученых степеней и детьми личных дворян и
духовенства. Права почетных граждан были очень близки к
дворянским (включая государственную службу), но не позволяли приобретать крепостных. Создавая новое сословие, правительство рассчитывало оградить дворянство от чрезмерного
роста, но при этом сохранить у купечества стимул к общественной деятельности. Новое сословие позволило в дальнейшем решить проблему сословного обустройства чиновников
средних классов и младшего офицерства.
Принятые меры, безусловно, повлияли на состав купечества. Многие московские семьи не смогли оправиться от потрясений Отечественной войны 1812 года. Попытка правительства вести фритредерскую политику (то есть, значительно снизить пошлины на европейский импорт) разорила многих фабрикантов в первое послевоенное десятилетие (в 1822 году
вновь ввели запретительные пошлины). Наконец, значительно
ослабли позиции дворянских предпринимателей, особенно в
металлургии — русские чугунные болванки, несмотря на всю
их дешевизну, не выдерживали конкуренции с британской сталью.
В то же время первая половина XIX века стала периодом
формирования династий русских текстильных фабрикантов,
многие из которых имели крепостное происхождение (см. выше). Еще одним источником формирования русской буржуазии в легкой промышленности стало старообрядчество.
В XVIII столетии гонения на православных, отвергавших обряды, установленные патриархом Никоном, утихли, но староверы вынуждены были согласиться на двойное налогообложение как плату за право на спокойное существование. Необходимость зарабатывать больше, крепкие внутриобщинные связи (прежде всего у беспоповцев Рогожинской, Федосеевской и
Преображенской общин), помноженные на старообрядческую
этику (не позволявшую пьянствовать и роскошествовать), сделали предпринимательские династии из староверов более устойчивыми к воздействиям экономической конъюнктуры и
прочих внешних обстоятельств. Наиболее известными династиями фабрикантов (как поповцев, так и беспоповцев) были
III. Российские купцы и предприниматели в XV — начале ХХ века
134
Гучковы, Прохоровы, Бардыгины, Рябушинские, Коноваловы41, Осиповы, Рахманины, Шелапутины, Хлудовы. На ниве
книгоиздательства раскрылся талант старообрядца Кузьмы
Терентьевича Солдатёнкова.
Однако самой известной династией фабрикантов из раскольников являются Морозовы. Ее основателем был крепостной крестьянин помещика Рюмина из подмосковного села Зуева Богородского уезда
42
, Савва Васильевич Морозов (1770—
1862). Ткач шелковой мануфактуры Кононова, С. В. Морозов в
1797 году основал собственное дело, использовав в качестве
начального капитала пять рублей, полученные в приданое.
Владелец небольшого производства не гнушался самостоятельно, с котомкой за плечами, ходить в Москву, предлагая
свои ажурные ткани тамошним помещикам. В 1820 году мануфактурист с сыновьями выкупился на волю, расширил свое
производство, перейдя в 1830 году к производству шерстяных,
а в 1847-м — и хлопчатобумажных тканей.
У С. В. Морозова было пятеро сыновей. Старший Елисей
(1798—1868) отделился от отца уже в 1837 году, открыв недалеко от его фабрики собственную, красильную. В дальнейшем
появилась ткацкая, и в 1872 году — бумагопрядильная фабрика, которой руководил уже внук родоначальника — Викул
Елисеевич (ум. в 1894). В. Е. Морозов со своими пятью сыновьями и женой основал в 1882 году паевое товарищество,
капитал которого составлял к 1913 году 10 млн рублей, а на
фабрике трудились 11 тыс. рабочих. По пути создания собственных фабрик пошел выделившийся в 1842 году и второй
сын — Захар (1802—1857), создавший в 1855 году паевое товарищество «Компанию Богородско-Глуховской мануфактуры». Сыновья Захара, Андрей и Иван, построили еще красильную и набивную фабрики и первыми в России обратили вни-
41
Коноваловы послужили прототипами героев эпопеи В. Мельнико-
ва-Печерского.
42
Богородск — ныне Ногинск, село Зуево стало частью города Оре-
хово-Зуево.
Лекция 8. Купечество и предпринимательство до середины XIX века
135
мание на ниточное производство. Дело умершего в 1888 году
Ивана продолжили сыновья Давид и Арсений, успевшие, в
свою очередь, сделать директорами в начале ХХ века собственных сыновей. К 1913 году на фабриках компании работало
около 13 тыс. человек, а по количеству крутильных веретен
она была первой в Московском промышленном районе.
Третий сын Саввы Васильевича — Абрам (1807—1856) —
также не пережил отца; четвертый, Иван (1812—1864), мануфактурного дела не любил. Поэтому свое главное детище —
Зуевскую (в дальнейшем Никольскую) мануфактуру — родоначальник передал младшему отпрыску, Тимофею Саввичу
(1823—1889), вместе с сыновьями Абрама — Абрамом и Давидом. Тимофей создал еще и Тверскую мануфактуру, которую в 1872 году передал племянникам. После смерти Абрама
Абрамовича в 1892 году Тверской мануфактурой долго управляла его супруга Варвара, дочь фабриканта Хлудова. Сама же
Никольская мануфактура прославилась в 1885 году знаменитой стачкой, после которой в России появилось рабочее законодательство. Порядки изменились в лучшую для рабочих
сторону, когда фабрику после смерти отца возглавил Савва
Тимофеевич Морозов (1861—1905), известный своей финансовой поддержкой социал-демократов. С. Т. Морозова от
управления фабрикой отстранила мать, что по ряду свидетельств и послужило одной из причин его самоубийства.
Таким образом, клан Морозовых владел четырьмя крупными текстильными производствами, не составлявшими тем
не менее единого концерна. Столь широкое и поступательное
развитие одной семьи было в России скорее исключением, чем
правилом.
Ситценабивная фабрика, основанная в 1799 году в Москве
бывшим монастырским крестьянином Василием Ивановичем
Прохоровым (совместно с шурином Ф. Резановым заведшим в
1813 году шерстяное производство), положила начало семейному делу, которое за XIX век испытало много взлетов и падений. Пожар 1812 года, либеральные тарифы и смерть основателя в 1815 году поставили дело на грань разорения. Ситуацию спасла бумаготкацкая фабрика, купленная в 1816 году.
III. Российские купцы и предприниматели в XV — начале ХХ века
136
Руководил предприятием второй сын родоначальника Тимофей — один из пионеров профессионального образования в
России. Последнее его настолько увлекло, что он отошел от
дел, передав их братьям — Ивану, Константину и Якову. В руках Якова сосредоточилось управление к середине столетия,
когда фабрика пережила новый кризис, связанный с прекращением поставок хлопка из США в 1860-х годах. Дела вновь
поправились при сыне Якова — Иване, при котором в 1874 году было создано паевое товарищество Прохоровской трехгорной мануфактуры — знаменитой Трехгорки под Москвой.
Дело продолжили сыновья Ивана — Сергей и Николай. Последний в начале ХХ века приобрел треть паев Большой Ярославской мануфактуры (см. выше) и мануфактуру Хлудова,
был удостоен потомственного дворянства и награжден французским орденом Почетного легиона.
Текстильная отрасль, с которой начался в 1820—1830-е
годы промышленный переворот, позволила оформиться и ряду
других промышленных династий, просуществовавших до революционных потрясений начала ХХ века. Среди них — серпуховские полотняные и ситцевые фабриканты Коншины,
торговцы и хозяева прядильной мануфактуры Крестовниковы
(в дальнейшем ставшие мыло-стеариновыми фабрикантами),
владельцы бумагопрядилен и ситцевых фабрик Бурылины,
Гарелины, Зимины, Разореновы, Малютины, Хлудовы, Шибаевы, Шорыгины, Красильщиковы, владельцы суконных
фабрик Гучковы и Бахрушины, шелкоткацкого производства
— Рогожины и Сапожниковы и другие.
В тяжелой промышленности таких ярких взлетов не было,
тем значительнее выглядит на этом фоне деятельность купцов,
Мальцовых, происходивших из черниговских дворян. Попытки основать производство стекла и хрусталя отмечались
еще в Петровское время. При Екатерине II Мальцовым вернули потомственное дворянство, и именно тогда раскрылся их
предпринимательский талант. В 1790 году в родовом селе
Дятьково (Орловская губ.) стараниями Ивана Акимовича
Мальцова (ум. в 1853) появился хрустальный завод, а в 1828 году был приобретен (у Демидовых) еще и Людиновский же-
Лекция 8. Купечество и предпринимательство до середины XIX века
137
лезоделательный (Калужская губ.). На Людиновском заводе
были изготовлены рельсы для Николаевской железной дороги.
Расцвет промышленного района, располагавшегося на
стыке нескольких губерний (ныне он почти полностью входит
в Брянскую область), связан с именем Сергея Ивановича
Мальцова (1810—1894), дослужившегося к 1849 году до генерал-майора и после полностью посвятившего себя предпринимательству. В промышленном районе площадью более 200 тыс.
десятин уже к середине 1850-х годов действовало 22 крупных
завода (металлургический, машиностроительный, стекольнохрустальный, по производству мебели, посуды, стройматериалов, напитков). Далее мальцовская «империя», прозванная современниками «русской Америкой», обрела свои законы, форму для рабочих, полицию и даже денежные знаки. Правда, уже
С. И. Мальцову было суждено увидеть крах своих начинаний
— несмотря на вложение огромных средств в модернизацию,
он не получил от правительства заказов на рельсы и паровозы.
В 1888 году фирма была признана несостоятельной, а после
смерти владельца преобразована в акционерное общество.
Первая половина XIX века стала временем формирования
не только промышленных, но и торговых династий. В России
появлялись кожевенные, суконные, кофейные, чайные и другие «короли», специализировавшиеся именно на торговле.
Среди них Губкины, Бардыгины, Щукины, Кувшиновы,
Шоршоровы, Найденовы, Бахрушины (кроме производства
они вели обширную кожевенную торговлю). Наиболее известной следует признать династию Елисеевых, имя которых даже
в советское время носили крупнейшие продовольственные магазины Москвы и Петербурга. Среди чаеторговцев выделяются
Боткины. Основатель династии Конон Боткин был в XVIII веке
торопецким купцом. Его сыновья Дмитрий и Петр перебрались в Москву. С именем Петра Кононовича Боткина связано начало московской торговли чаем. Из его продолжателей
наиболее известен Василий Петрович — не только как коммерсант, но и как публицист-западник, хотя в фирме «Петра
Боткина сыновья» паи принадлежали еще троим братьям. Самый младший, Михаил, стал владельцем крупного сахарного
III. Российские купцы и предприниматели в XV — начале ХХ века
138
завода. Другие отметились как меценаты и коллекционеры
произведений искусства. Еще один брат — Сергей Петрович
— прославил фамилию как крупный ученый-медик (его имя
носит одна из старых московских больниц), а его сын, Евгений, был лейб-медиком семьи Николая II и разделил в 1918 году участь своих пациентов.
В первой половине XIX века получила новый импульс к
своему развитию третья составляющая предпринимательства
— кредитная. Ростовщическое дело в русской купеческой среде никогда большим уважением не отличалось, а старообрядцы его открыто презирали. Тем не менее огромную роль в аккумуляции капиталов играл откупной промысел — купеческое
посредничество в уплате казенных пошлин за организацию
торговли спиртным. Будучи откупщиками, составили свои начальные капиталы Яковлевы, Мамонтовы (больше известные
как меценаты), Злобины, Губонины, Кокоревы. Последний
род особенно прославил Василий Александрович (1817—
1889), который свои деньги, нажитые на откупах, особенно в
период Крымской войны43, в пореформенное время вкладывал
в открытое им Русское общество пароходства и торговли, создание Волжско-Камского банка, строительство керосинового
завода под Баку, а также организацию приюта для русских
живописцев. В. А. Кокорев опубликовал ряд работ по экономической политике, к его идеям реорганизации откупного
промысла прислушивалось и правительство, реформируя эту
политику.
Собственно банкирский промысел редко становился уделом русских предпринимателей. Правда, стараниями отдельных купцов в провинциальных городах появлялись банки. Так,
К. Амфилатов открыл подобное заведение в г. Слободском
под Вяткой, И. Савин — в Осташкове Тверской губ., Н. Жуков
— в Порхове Псковской губ., крупные сибирские торговцы
43
Моряки-черноморцы по окончании войны три дня пировали за его
счет.
Лекция 8. Купечество и предпринимательство до середины XIX века
139
Поповы — в нескольких городах Сибири. На деньги откупщика П. Д. Ларина, жившего в XVIII веке, казна в 1817 году открыла «Ларинский» банк в селе Любучи. Однако эти банки
были скорее кассами взаимопомощи для торговцев, испытывавших временные затруднения, чем настоящими учреждениями коммерческого кредита.
По-иному обстояло дело в городах юга России, где появлялись частные банкирские дома, принадлежавшие формировавшимся династиям. Крупнейшими были одесские заведения
Ф. Родоконаки, М. Ефрусси и Рафаловичей. Помимо Одессы,
к середине XIX века банкирские династии стали формироваться в Бердичеве.
Огромную роль во всех отраслях предпринимательства играли иностранцы. Большинство из них по-прежнему не «пускало корней» на русской почве, хотя и оставляло яркий след в
истории нашей экономики. Таковы англичанин Чарльз Берд,
на заводе которого был создан первый российский пароход и
отлит купол Исаакиевского собора, шотландец Р. Смит, основавший завод по производству паровых котлов, француз П. Гужон, первым применивший машины в шелкоткацком производстве, французский парфюмер Г. Бракар и его соотечественник кондитер А. Сиу, швейцарский часовщик Павел Буре.
В то же время происходит зарождение и ряда династий
иностранных предпринимателей. Крупнейшим банкирским
домом в Санкт-Петербурге стал выросший из магазина модной
одежды торговый дом И. В. Юнкера, основанный в 1818 году.
Братья основателя распространили операции и на Москву.
Лишь в 1912 году дом «Юнкер и Кº» влился в Коммерческий
банк в Москве. Яркими династиями стали фамилии немецких
текстильных фабрикантов Рабенек и Кноп. Людвиг Кноп, выходец из мелких бременских купцов, превратился к середине
XIX века в главного поставщика английского машинного
ткацкого оборудования на мануфактуры центральной России,
включая заведения Морозовых, Коншиных и Хлудовых.
В 1857 году теперь уже Лев Герасимович Кноп основал крупнейшую в России Кренгольмскую мануфактуру под Нарвой.
III. Российские купцы и предприниматели в XV — начале ХХ века
140
К началу ХХ века сыновья основателя, действительные статские советники Андрей и Федор Львовичи Кнопы входили в
правления десятка мануфактурных компаний и прочих фирм,
состояли в правлениях нескольких банков. Об их влиянии на
текстильную отрасль говорит поговорка, бывшая в ходу в России: «Где церковь, там и поп, где фабрика, там и Кноп».
Однако самой богатой иностранной семьей следует признать уроженцев княжества Вальдек — Штиглицев. В конце
XVIII века в Россию прибыли братья Николай (основавший
торговый дом) и Бернгард (занявшийся откупами) Штиглиц.
Третий брат, Людвиг, прибывший немного позже, продолжил
дело Николая, а затем превратился в банкира, создав капитал
на торговле в период войн с Наполеоном. Людвига Штиглица
и его сына Александра называют последними придворными
банкирами России. Действительно, ссуды Николаю I позволили Штиглицам обрести в 1826 году баронский титул. Александр, унаследовав от отца в 1843 году 18 млн рублей, продолжил его дело только после настойчивых просьб царя. Тем
не менее именно А. Л. Штиглиц снискал славу и промышленника, и создателя железных дорог, и первого управляющего
Государственного банка, и мецената, и благотворителя. Значительная часть его 38-милионного состояния в 1884 году пошла
на поддержку созданных им больниц, приютов и училищ, в
том числе Петербургского училища технического рисования,
носившего до революции его имя.
Таким образом, в первой половине XIX века процесс формирования предпринимательских династий приобретает более
устойчивые черты, чем ранее, но отличается еще большей социальной пестротой своих основателей, чем в прежнее время.
Лекция 9. РОССИЙСКОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО
В КАПИТАЛИСТИЧЕСКУЮ ЭПОХУ
История российского капитализма в Новое время насчитывает всего 56 лет — от Великой крестьянской реформы 1861 года до Октябрьской революции. За это время, сравнимое с жизнью одного поколения, вряд ли могли бы в полной мере сло-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]