Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Введение в российскую генеалогию. Учебное пособие
.pdf
Лекция 6. Российское титулованное дворянство в XVIII — начале ХХ ве-
91
ка
бернатор князь Дмитрий Владимирович Голицын, в 1848-м —
внуки генералиссимуса А. В. Суворова.
Александр II пожаловал в князья в 1856 году председателя
Государственного совета Алексея Федоровича Орлова, а в
1871 году — титулом «светлости» канцлера Александра Михайловича Горчакова, князя-Рюриковича. Больше пожалований не было, но чтобы сохранить пресекавшиеся княжеские
фамилии, приходилось давать право носить их боковым родственникам, что привело к появлению таких князей, как Барк-
лай-де-Толли-Веймарн, Воронцовы-Шуваловы, ЛопухиныДемидовы, Меншиковы-Корейши и Салтыковы-Головкины.
Вместе с тем главными носителями княжеского титула оставались наследственные, или, как их стали называть с конца
XVIII века, сиятельные князья. Значительную их часть, как и
прежде, составляли Рюриковичи. Многие из них к началу Петровской эпохи оставили государеву службу, превратившись в
дьячков, однодворцев, приживалок и прочий деклассированный элемент. В этой связи возникла необходимость проверять
и подтверждать право потомков Рюрика на княжеское достоинство, чем активно занимался департамент Герольдии Сената
(до 1848 года — Герольдмейстерская контора).
По подсчетам Л. Е. Шепелева, на начало XVIII века в России насчитывалось 47 княжеских родов из Рюриковичей, 11 из
которых угасли к 1880-м годам. На начало ХХ века продолжали существовать следующие роды официально признанных
князей Рюриковичей: Бабичевы, Барятинские, Белосельские-
Белозерские, Вадбольские, Волконские, Вяземские, Гагарины, Горчаковы, Гундоровы, Долгоруковы, Друцкие, Дуловы,
Елецкие, Звенигородские, Касаткины-Ростовские, Козловские, Кольцовы-Мосальские, Кропоткины, Лобановы-Ростовские, Львовы, Массальские, Мышецкие, Оболенские,
Путятины, Сонцевы-Засекины, Ухтомские, Хилковы, Шаховские, Шехонские, Щепины-Ростовские, Щербатовы,
Щетинины. В XIX веке право именовать себя князьями из
потомства древнего варяга получили отдельные представители
ряда польских родов, в том числе «утративших подтверждающие документы в ходе мятежей», а именно Друцких-Любец-
II. Дворянство Российской империи (XVIII — начало ХХ века)
92
ких, Огинских, Святополк-Мирских и Святополк-Четвертинских.
Ряд родов, ведущих свое происхождение от Рюриковичей,
пресекаясь, передавал свои фамилии другим (Одоевские-Мас-
ловы, Прозоровские-Голицыны) или наоборот, добавлял к
своим фамилиям угасавшие — с целью их сохранения (Гага-
рины-Струдза, Оболенские-Неледицкие-Мелецкие, Шаховские-Глебовы-Стрешневы). Один из князей Волконских по-
лучил по высочайшему соизволению фамилию деда по матери
Репнин, без сохранения отцовской. Наконец, такие фамилии
князей-Рюриковичей, как Дашковы, Друцкие-Соколинские-
Гурко-Ромейко, Засекины, Ромодановские-Ладыженские,
Тюфякины, Шелешпанские, пресеклись в имперскую эпоху.
Среди княжеских династий, имеющих иноземное происхождение, выделялась группа фамилий, признанных «сопричисленными» к потомству Рюрика и тем, кто получил титул от
высочайшей власти. Особое положение занимали здесь Гедиминовичи — Голицыны, Корибут-Воронецкие, Куракины,
Сангушко, Трубецкие, Хованские. Сюда же следует отнести
еще один литовский княжеский род — Гедройцев. Эти роды
не пресекались до 1917 года, а Голицыны оказались столь велики как род, что их представители чаще других участвовали в
деле сохранения угасших фамилий
33
. Из представителей кня-
жеских династий других народов очень немногие ставились
монаршей волей в равное с Рюриковичами, Гедиминовичами и
светлейшими положение. Такой чести удостоились польский
род Зайончеков (1818), молдавский — Кантакузенов (1892),
три казахских рода Чингисов (1847, 1853 и 1870), дагестанский — шамхалов Тарковских (1849) и грузинские — Багра-
тионов (1803), Дадиановых (1801) и Цициановых (1800). Из мно-
гочисленных татарских и мордовских княжеских родов (многие из которых превратились в обычных крестьян к рубежу
XVIII—XIX веков) в княжеском достоинстве в 1798—1801 годах утвердили Мещерских, Урусовых, Черкасских и Юсупо-
33
Следует добавить еще княжескую фамилию Голицыных-Голов-
киных.
Лекция 6. Российское титулованное дворянство в XVIII — начале ХХ ве-
93
ка
вых (последнюю фамилию в 1885 году унаследовал с княже-
ским титулом граф Сумароков-Эльстон).
Князьями более «низкого сорта», чем Рюриковичи, жалованными и приравненными к ним были представители иностранных княжеских родов, принявших российское подданство, либо российские подданные, получившие титулы от иностранных правителей. Еще ниже был статус многочисленных
грузинских князей (составлявших 56 % всех носителей княжеского титула в Империи), а также князей татарских, которые
по своему положению были даже ниже баронов.
О князьях, представлявших народы, вошедшие в состав
Российской империи, будет сказано ниже, а здесь ограничимся
перечислением иностранных князей, ставших русскими, и русских, ставших иностранными князьями. К первым следует отнести героя 1812—1814 годов прусского князя П. Х. Витген-
штейна (1834) и князя Римской империи Х. Г. Сайн-Витгенштейн-Берлебурга (1869). Ко вторым кроме вышеназван-
ных екатерининских фаворитов можно добавить лишь Демидовых-Сан-Донато, причем пользоваться княжеским титулом
в российских пределах было разрешено лишь одному из них.
Наконец, князьями называли себя еще и представители
правящей династии. Великими князьями по «Уложению об императорской фамилии» 1797 года считались прямые мужские
потомки (до праправнуков) здравствовавшего и умерших императоров. Соответственно великими княгинями были супруги
великих князей и дочери императоров до замужества. В 1885 году,
когда императорская фамилия стала существенно разрастаться, для потомков ниже внуков статус был понижен — они
являлись лишь князьями императорской крови. Для потомков
от морганатических браков были придуманы особые фамилии:
супруга несостоявшегося императора Константина Павловича
польская дворянка И. Грудзинская с детьми стали князьями
Ловичскими, а вторая жена Александра II княгиня Е. М. Долгорукова с их детьми — князьями Юрьевскими.
Графский титул. В отличие от княжеского титула, граф-
ское достоинство приобреталось в России только путем пожалования царской властью, что та делала около 120 раз. Однако
II. Дворянство Российской империи (XVIII — начало ХХ века)
94
к рубежу XIX—ХХ веков в России числилось примерно
310 графских родов (княжеских — 250), и это с учетом того,
что многие сиятельные фамилии прекратились. Значительную
часть графских семей составляли те, чей предок получил право на титул в европейских государствах, а потом он сам либо
его потомки были пожалованы правом на обращение «Ваше
сиятельство» (с конца XVIII века) и на то, чтобы называться
графом соответствующего государства. Отдельную часть носителей титула составляли многочисленные польские и финляндские графские роды.
Появление графского титула при Петре I, безусловно, было
частью политики по формированию у дворянства сословного
сознания и усилению их служебной активности. Великий преобразователь пожаловал титул «графа Российского царства»
шесть раз: в 1706 году — полководцу Борису Петровичу Ше-
реметеву за усмирение астраханского восстания, в 1709 году
— канцлеру Гавриле Ивановичу Головкину, в 1710 году —
адмиралу Федору Матвеевичу Апраксину и его брату Петру,
боярину Ивану Алексеевичу Мусину-Пушкину и своему воспитателю Никите Моисеевичу Зотову, в 1721 году — генералу-фельдцейхмейстеру Якову Вилимовичу Брюсу. Еще один
брат Апраксиных, Андрей, в 1722 году стал уже графом Российской империи, как и Петр Андреевич Толстой в 1724 году.
Однако первые графы из русских получили свои титулы от
императоров Священной Римской империи: в 1701 году фельдмаршал Федор Алексеевич Головин, в 1702-м «бомбардирской роты поручик» Александр Данилович Меншиков
(ставший затем князем), в 1707-м — вышеупомянутый Г. И. Головкин (единственный в Петровскую эпоху случай подтверждения графского титула еще и на родине) и в 1715 году
— посол царя в Вене Андрей Артамонович Матвеев.
Очевидно, что в правление первого российского императора графами становились за заслуги, которые признаны и историей. К эпохе «дворцовых переворотов» это относится в
меньшей степени. Екатерина I за свое короткое царствование
успела облагодетельствовать графским титулом своих родных
братьев Скавронских, сродственника А. Д. Меншикова гене-
Лекция 6. Российское титулованное дворянство в XVIII — начале ХХ ве-
95
ка
рала-полицеймейстера Антона Мануйловича Девиера и троих
баронов Левенвольде; Петр II в 1728 году — БурхардаХристофора фон Миниха, которому еще предстояло отметиться в нашей истории. Анна Иоанновна сделала графами
своих дядю и двоюродного брата по матери, московских градоначальников В. Ф. и С. А. Салтыковых (в 1730 и 1732 годах), канцлера А. И. Остермана, способствовавшего ее воцарению, и первого нашего прокурора П. И. Ягужинского (обоих — в 1731 году). Графами Римской империи стали фаворит
Анны Ивановны Эрнст Иоганн фон Бирон (1730) и генералфельдмаршал (уже окончательно присоединивший к России
Азов) Петр Петрович Ласси (1740).
Понятно, что заслуги многих новых графов неоднозначно
оценивались новыми правителями и их фаворитами. Родне
петровского «дядьки» Н. М. Зотова запретили именоваться
графами и вернули это право только в 1803 году. В 1727 году
были лишены титулов А. М. Девиер и П. А. Толстой (первый
получил его обратно в 1743 году, внукам Толстого возвратили
лишь в 1760-м). Елизавета начала свое царствование, лишив
графского достоинства в 1742 году Миниха (возвращено в
1761-м), Остермана (возвращено в 1762 году сыновьям) и Левенвольде (возвращать было уже некому). Сама дочь Петра I
сделала графами тайного советника П. М. Бестужева-Рю-
мина, своего фаворита Алексея и его брата (последнего гетмана Украины) Кирилла Григорьевичей Разумовских (1744), а
также ряд выдвиженцев из лейб-кампанской роты, обеспечившей
ей престол: И.С. и А. С. Гендриковых, И.М. и А. М. Ефимовских,
А. И. Румянцева (отец полководца П. А. Румянцева-Задунай-
ского), А. И. Ушакова (к флотоводцу отношения не имеет),
Г. П. Чернышева и П.И. и А. И. Шуваловых. В 1744 году лейбкампанец М. И. Воронцов и лейб-медик Г. Лесток стали гра-
фами Римской империи. В конце елизаветинского правления
графом Российской империи стал еще и генерал-фельдмаршал
А. Б. Бутурлин, а графами Римской — И. И. Воронцов и
А. С. Строганов.
В длительное правление Екатерины II графский титул жаловался не часто, да и те из ее фаворитов, которым он был
II. Дворянство Российской империи (XVIII — начало ХХ века)
96
присвоен, имели заслуги не только лично перед царицей.
В 1762 году императрица отблагодарила графским достоинством пятерых братьев Орловых за помощь в получении престола. В 1767 году графами стали Петр и Никита Ивановичи
Панины, в 1776-м — Григорий Александрович Потемкин и в
1789-м — Александр Васильевич Суворов. Конец царствова-
ния Екатерины II отмечен пожалованиями графского достоинства менее известным личностям — генералам, бывшими
наместниками в Польше (М. Н. Кречетников, 1793), на Кавказе (П. С. Потемкин, 1795) и в Лифляндии (И. Е. фон Ферзен,
1795). Незаконнорожденный сын Екатерины II А. Г. Бобрин-
ский стал графом по указу Павла I, через шесть дней после
смерти императрицы.
Графами Римской империи в екатерининское правление
стали: Д. М. Матюшкин (1762), А. С. Мусин-Пушкин (1779),
А.А. и И. А. Безбородко (1784), А. М. Дмитриев-Мамонов
(1788), А. В. Суворов (1789, через две недели ставший графом
Российской империи), А. Н. Зубов с четырьмя сыновьями (в числе
которых царицын фаворит Платон, 1793), Я.В. и И. В. Завадов-
ские (1794) и трое братьев Морковых (1796). Кроме того, австрийский император пожаловал в XVIII веке графское достоинство ряду остзейских баронов, а российские правители подтвердили их право на этот титул.
Павел I за четыре с небольшим года у власти роздал больше двух десятков графских титулов Российской империи (в том
числе и «римским» графам). Среди тех и других — как известные государственные деятели, так и персоны, чьи фамилии мало что говорят даже профессиональным историкам. Поэтому просто перечислим удостоенных в алфавитном порядке:
А. А. Аракчеев, Безбородко, А. Г. Бобринский, Ф. Ф. Буксгевден, Воронцовы, И. В. Гудович, Ф. П. Денисов, А. М. Дмитриев-Мамонов, Завадовские, М. Ф. Каменский, М. В. Каховский, В. П. Кочубей, И. П. Кутайсов, Г. Г. Кушелев, А. Ф. Ланжерон, статс-дама Ш. К. фон Ливен, Ю. П. Литта, А. И. Му-
син-Пушкин, К. фон дер Остен-Сакен, П.-Л. фон дер Пален,
Ф. В. Ростопчин, Я. Е. Сиверс, А. С. Строганов. Многочис-
ленные пожалования не изменили отношения к Павлу I дво-
Лекция 6. Российское титулованное дворянство в XVIII — начале ХХ ве-
97
ка
рянства в целом: не случайно заговором против царя руководил граф Пален.
В XIX веке пожалований было больше, чем в XVIII, хотя
такой «массовости», как при Павле I, уже не наблюдалось.
При Александре I графский титул присваивался 15 раз, при
Николае I — 35 раз, при Александре II — 19 раз. После 1881 года
титул жаловался лишь пять раз: трижды Александром III и
дважды (в ХХ веке) Николаем II. Значительно большее число
лиц становилось графами за заслуги перед Отечеством, а не
только вследствие личного расположения монарха (хотя и это
бывало, особенно в правление Николая I).
Своеобразной традицией стало возведение в графское достоинство за беспорочную службу во главе финансовой системы Империи. Началась эта традиция с государственного казначея, действительного тайного советника барона А. И. Ва-
сильева (1801)34, далее графами становились министры финансов: Д. А. Гурьев (1819), Е. Ф. Канкрин (1829), Ф. П. Вронченко (1849). Последние два пожалования министрам финансов состоялись уже после ухода их с данного поста: М. Х. Рейтерн, управлявший казной при Александре II (1862—1877),
получил свой титул от Александра III в 1890 году как статссекретарь и член Государственного совета, а самый выдающийся российский финансист — Сергей Юльевич Витте
(1892—1903) — в 1905 году, после подписания Портсмутского
мира с Японией. Условия мирного договора определили прозвище, присвоенное недоброжелателями последнему российскому графу — «Полусахалинский». Таким образом, из 13 министров финансов России в XIX веке шестеро получили графский титул.
Представителей других ведомств жаловали реже. Графами
стали: руководители почтовых служб, департамента — Э.-Ф.В. Адлерберг (1847) и министерства — И. М. Толстой (1871),
шеф жандармов А. Х. Бенкендорф (1832), министры народного просвещения С. С. Уваров (1846) и И. Д. Делянов (1883);
34
В 1802 году он стал первым министром финансов и оставался на
посту до 1807 года.
II. Дворянство Российской империи (XVIII — начало ХХ века)
98
министр государственных имуществ (осуществивший реформу управления государственными крестьянами) П. Д. Киселев (1839), министр внутренних дел Л. А. Перовский (1849).
В графское достоинство возводились члены Государственного
совета, руководившие там Департаментами: законов М. М. Спе-
ранский (1839) и Д. Н. Блудов (1842), гражданских и духовных
дел Н. С. Мордвинов (1834), государственной экономии
Д. М. Сольский (1902), а также статс-секретарь М. П. Корф
(1872). Титул жаловался также председателям Комитета министров: Н. Н. Новосильцеву (1835), П. Н. Игнатьеву (1877) и
П. А. Валуеву (1880). Пребывая в этой же должности, стал
графом и С. Ю. Витте.
Как видно, вклад вновь пожалованных графов во внутриполитическое развитие России монархи и история оценивали в
основном одинаково. В этой связи особо следует отметить тех
высших чиновников, с чьими именами непосредственно связаны Великие реформы 1860—1870-х годов: С. С. Ланского
(1861), Д. А. Милютина (1878) и Я. И. Ростовцева (за заслуги
последнего титул получила в 1861 году его вдова с нисходящим потомством). Дипломатическая служба принесла титулы
лишь посланникам в Париже — К. И. Поццо ди Борго (1826) и
Лондоне — Ф. И. Бруннову (1871), что неудивительно, поскольку послами очень часто становились особы, титулованные по рождению.
Главными получателями титула оставались по-прежнему
военные. Самая яркая плеяда здесь — военачальники Отечественной войны 1812 года: Михаил Богданович Барклай-де-
Толли (1814), Леонтий Федорович Беннигсен (1813), Петр
Петрович Коновницын (1819), Михаил Андреевич Милорадо-
вич (1813), Матвей Иванович Платов (1812) и Александр
Петрович Тормасов (1816). Михаил Илларионович Голени-
щев-Кутузов в 1812 году стал князем, а графский титул получил в 1811 году за турецкую кампанию. Здесь следует упомянуть еще двух героев 1812 года — командующего артиллерией
в Бородинском сражении Николая Николаевича Раевского и
ставшего затем покорителем Кавказа Алексея Петровича Ермолова. Они (согласно преданию) отказались сначала от граф-
Лекция 6. Российское титулованное дворянство в XVIII — начале ХХ ве-
99
ка
ского, а затем и княжеского титулов, полагая, что их фамилии
уже значат много без всяких прибавок.
Среди пожалованных графским титулом генералов выделяется еще ряд лиц, оставивших значительный след в нашей
военной истории XIX века. Это полководцы Русско-иранской
1826—1828 годов и Русско-турецкой 1828—1829 годов войн
И. И. Дибич-Забалканский (1827) и И. Ф. Паскевич-Эриван-
ский (1828), герой Севастопольской обороны инженер Э. И. Тот-
лебен (1879) и командовавший Кавказской армией в Русско-
турецкой войне 1877—1878 годов М. Т. Лорис-Меликов (1878;
более прославился как фактический руководитель российского
правительства в 1879—1880 годах). К ним можно причислить
военачальников, руководивших армиями на Северном Кавказе, — Н. И. Евдокимова (1859) и Н. Н. Граббе (1866).
Иногда отмечались заслуги по управлению отдельными
регионами — сибирского генерал-губернатора Н. Н. Муравь-
ева-Амурского (1852) и санкт-петербургских — С. К. Вязьмитинова (1818; он также был первым российским военным ми-
нистром) и П. К. Эссена (1833). Графским титулом была отмечена деятельность адмирала Ф. В. Литке (1866), осваивавшего
северные просторы державы. Чаще всего отмечались заслуги
лиц, управлявших польскими и другими западными землями.
Графское достоинство за службу в тех краях получили: подольский и волынский генерал-губернатор В. В. Левашов
(1833), член комиссии прошений Царства Польского С. Кос-
саковский (1843), подольский предводитель дворянства
К. М. Пржездецкий (1843), «исправлявший должность наместника Царства Польского» А. Н. Лидерс (1862) и варшавский
генерал-губернатор П. Е. Коцебу (1874). Самая горькая слава
досталась виленскому генерал-губернатору М. Н. Муравьеву
(1865). Александр II, опасаясь реакции общества, не решился
даровать подавителю польского восстания 1863—1864 годов к
фамилии приставку «Виленский». Само же общество присвоило ему другую вторую часть фамилии — «вешатель».
Заслуги большей части остальных графов были более очевидны монархам, чем потомкам. Никто не мог запретить царям превозносить своих придворных или особо приближен-
II. Дворянство Российской империи (XVIII — начало ХХ века)
100
ных генералов. Правда, собственно придворные заслуги были
отмечены графским титулом в XIX веке лишь в отношении
воспитателя Николая I М. И. Ламздорфа (1817), обер-егермейстера В. Д. Олсуфьева (1856), обер-камергера А. И. Рибопьера
(1856), камер-фрейлины А. С. Протасовой (1801) и статсдамы Ю. Ф. Барановой (1846). Из прочих царских любимцев
следует выделить А. Ф. Орлова, уже после получения графского титула в 1825 году прославившегося как жандарм и дипломат; П. А. Клейнмихеля, ставшего графом в 1839 году и
позже руководившего постройкой железной дороги Санкт-Петербург — Москва; и члена негласного кабинета Александра I
Г. А. Строгонова, получившего свой титул уже от Николая I в
1826 году.
Остальных графов удостоим лишь перечисления: Н. А. Та-
тищев (1801 г.), Ф. В. фон дер Остен Сакен (1821 г.), А. И. Та-
тищев, Д. Д. Курута, А. И. Чернышев (все — в 1826), К. Ф. Толь,
К. И. Опперман (оба — 1829), И. В. Васильчиков (1831), А. П. Ни-
китин, Ф. В. Ридигер (оба — 1847), Д. Е. фон дер Остен Сакен, Е. В. Путятин (оба — 1855), С. П. Сумароков (1856),
А. А. Баранцев (1881) и А. А. Белевский (1884).
Перечислять всех носителей графского титула, получивших его от иностранных правителей и подтвердивших свое
право называться графами в России, большой необходимости
нет. Отметим особо министра иностранных дел России с 1818
по 1856 год К. В. Нессельроде и героя Отечественной войны
П. Х. Витгенштейна.
Баронский титул. Самый низший в иерархии дворянских
титулов в России является, вопреки логике, и самым редким.
Само понятие «барон» пришло из Западной Европы и понималось в древней и средневековой Руси как синоним «вольного
господина». Обращение к баронам «Ваше благородие» соответствовало тому, как называли дворянина вообще35. Основная
масса дворян, пользовавшихся баронским титулом, — это остзейцы, представители финского и польского дворянства, а
35
Исключение составляет род баронов Черкасовых, к которым об-
ращались «Ваше высокородие».
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]