В другом мире. Заметки 2014–2017 годов

У них может быть много молодых поклонников, но, как только речь заходит о серьезных отношениях, огромное число мужчин сбегает из-за страха ка­страции (в прямом смысле). Хотя, конечно, и сами женщины могут отвергать более молодых (и, воз­можно, менее развитых интеллектуально) мужчин именно из-за того, что ищут равноправных отно­шений. При этом в отношениях мужчины неред­ко наказывают этих женщин за их превосходство обидами и пассивной агрессией. Выходит, что лю­бовные отношения в возрасте сохраняют патриар­хальный рисунок, который выглядит естественно. Кажется чем-то само собой разумеющимся, что пожилые мужчины выбирают партнерок, которые намного моложе их. То, что за этим в действитель­ности стоит патриархальный структурный закон, редко выносится на обсуждение, и, конечно, муж­чин нельзя заставить выбирать коллежанок своего возраста. И если присмотреться, то прежняя ло­гика очевидна: зрелый мужчина, который живет в достатке и может выбирать из большого числа претенденток, и зрелая женщина, которая оста­ется одна. Интересно, что мужчины-феминисты, в особенности прогрессивные, начинают оправ­дываться, когда в очередной раз вступают в отно­шения с молодой женщиной. Хотя они и остаются при нарративе, что просто так вот случилось, что любовь настигла их, но в разговоре они всё равно дают понять, что осознают эту проблему, — напри­мер, когда рассказывают, какое облегчение испы­тали, узнав, что их избранница не столь молода, как выглядит. При этом они также гордятся своим уловом и получают удовольствие от того, что юные женщины по-прежнему считают их привлекатель­ными и желанными. Так что некоторые профес­сора прекрасно осознают, что своим поведением воссоздают патриархальную структуру. Однако это осознание не вынуждает их действовать иначе: они поддерживают патриархальность своим выбором. Patriarchy is here to stay.