Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Бизнес из ничего, или Как построить интернет-компанию и не сойти с ума
.pdf
ЛЕОНИД БОГУСЛАВСКИЙ. ПРОЖИТЬ ТРИ ЖИЗНИ И ОСТАТЬСЯ САМИМ СОБОЙ
правильное. Опускали глаза впол, долго мялись, кряхтели, краснели. Сейчас подобных реверансов уже никто
неоткалывает.
Как не украсть миллион
Как-то Эстер Дайсон познакомила меня сочень известным американским мультимиллиардером Сэмом Зеллом. Унего было чутьли непятнадцать пуб личных компаний, он владел знаменитым Рокфеллеровским центром
вНью-Йорке. В1993году Сэм увидел вРоссии новые возможности изахотел вних вложиться. Врезультате наша
компания стала едвали непервой нароссийском рынке,
кто получил классическое венчурное инвестирование
в1994году. За1 миллион долларов мы отдали 10 процентов акций LVS Сэму Зеллу. Ивсе былобы отлично,
еслибы уэтой истории небыло печального продолжения.
Втовремя ябыл еще неочень опытным исогласился
наотложенное закрытие сделки. Мы сЗеллом пожали
друг другу руки, имы начали тратить этот миллион наразвитие LVS. Апотом случилась неприятная история. Одна
телекоммуникационная компания, вкоторую он тоже
инвестировал, обманула Зелла. Его российские парт неры
просто украли деньги. Ему это стало известно, он психанул исказал, что полностью выходит изРоссии. Азначит,
хочет вернуть итот миллион, который уже успел вложить
вLVS.
Я попал в тяжелую ситуацию, мы почти все эти
деньги натот момент уже проинвестировали. Но формально Зелл имел право отозвать инвестицию втечение
года, хоть мы ипожали руки. Пришлось очень сильно напрячься, чтобы вернуть ему этот миллион. Можно было,
91

БИЗНЕС ИЗ НИЧЕГО
конечно, зажать, это былобы справедливо, даисудиться
онибы нестали— просто списалибы эти деньги вубыток. Ноя посчитал, что нет ничего дороже репутации.
Эстер Дайсон досих пор вспоминает, что явернул эти
деньги Сэму Зеллу. Она тоже считает, что он тогда поступил некорректно, новместе с тем и япоступил правильно. В дальнейшем этот потерянный миллион для
меня многократно окупился.
О любви к теннису
Когда Сэм Зелл инвестировал внас, он настоял на том,
чтобы мы взяли опытного финансового директора изАмерики. Его звали Дэвид. Этот человек должен был наладить
нам учет, навести порядок вотчетности— вобщем, привести всоответствие смировыми стандартами финансовый блок. Дэвид действительно был классным специалистом, ноамериканцем. Поэтому однажды нечаянно чуть
нас неразорил.
Мы обслуживались вбанке «Национальный кредит»—
он был одним изнаших крупных клиентов поIT, поэтому
свои счета мы перевели туда. Однажды яуехал ссемьей
отдыхать, имне неожиданно звонит Дэвид исообщает,
что банк перестал пропускать наши платежки. Яначал выяснять, что происходит, ибыстро понял, что убанка проблемы.
Яспросил уДэвида, что унас тамсденьгами. Он ответил, что унас тамс деньгами все хорошо, всмысле
плохо. Все свободные средства он скопил насчету именно
в«Нацио нальном кредите».
— Нозачем?— недоумевал я.— Случиться может
что угодно. Нельзя класть все яйца водну корзину.
92

ЛЕОНИД БОГУСЛАВСКИЙ. ПРОЖИТЬ ТРИ ЖИЗНИ И ОСТАТЬСЯ САМИМ СОБОЙ
— Леонид, потому что там процент по депозиту
больше! Ноты неволнуйся, яуже подключил юристов
изBaker McKenzie, они занимаются этим вопросом,—
стаким исключительно американским оптимизмом ответил Дэвид.
История проБ&М четко дала понять, что финансовый
директор непонимает местной специфики. Ясрочно сел
всамолет иполетел вМоскву. Подороге вспомнил, что мой
парт нер потеннису рассказывал, будто знаком с«крышей»
«Нацкредита». Это были такие отчаянные московские полубандиты-полухулиганы. Неизсерьезной организованной
преступности нацио нального масштаба, апросто ребята, которые только что поднялись вкриминальном поле. Оказалось, что они играли втеннис втомже загородном клубе,
что имы смоим товарищем. Яему рассказал просвою
проблему. Он пообещал устроить сними встречу.
Говорить сомной пришли двое крепких парней.
Они действительно стали помогать втой ситуации
лучше всякого Baker McKenzie. Всего за30 процентов
скаждого рубля пообещали вернуть деньги. При этом
сказали, что лично им денег ненадо, ноесть теннисный
клуб, куда мы ходим. Так вот, эти 30 процентов пойдут
натеннис.
Наследующий день мне позвонил зампред банка ипообещал проблему решить. Предложил разбить всю сумму
надесять платежек ипривезти ихкнему. Процесс пошел,
ноначетвертой платежке прекратился. Мой контактный
человек объяснил, что все закончилось, крепкие ребята
вышли изигры. Стех пор яихнигде иникогда больше
невидел, ноостался доволен, что хоть что-то сихпомощью сумел вытащить. Ида, 30 процентов действительно
отдал натеннис.
93

БИЗНЕС ИЗ НИЧЕГО
О правде и порядочности
Многие считают, что бизнес как-то особенно меняет людей. Мне кажется, что кардинально янигде неизменился.
Просто нарабатывал опыт вопределенных жизненных ситуациях, иэтот опыт позволял мне все более успешно двигаться вперед. Базовая моя парадигма осталась неизменной. Оглядываясь назад, вижу себя чуть менее опытным,
наивным, нотакимже.
Есть такое слово— «ботаник». Считается, что это качество несовместимо сбизнесом. Особенно если говорить
необуровне интеллекта человека, аоего этических стандартах. Ноя, пожалуй, все эти годы был именно ботаником, при этом мне как-то удавалось вести успешный бизнес. Например, Березовский никогда ботаником небыл.
Он понимал, что вычеркнуть друга избизнеса исходя
изкаких-то своих интересов— это нехорошо, ноесли
нужно для его дела, тоон наэто шел. Ябы наэто никогда вжизни несогласился. Как выразился однажды еще
один наш компаньон по«ЛогоВАЗу» Самат Жабоев: «Леня
нехочет быть хулиганом. Мы хотим, аЛеня нехочет».
Да, янехотел быть хулиганом, хотя вырос водном изсамых хулиганских районов Москвы— Благуше. Возможно,
многие вещи несовершал лишь потому, что немог для
себя двигать ту границу, докоторой можно быть жестким,
правдивым иоткровенным. Небыл уверен, что, переступив эту черту, ясмогу вернуться назад.
Иногда это качество помогало, нобывали случаи, когда
оно сильно мешало. Приведу пример. Речь уже омоем инвестиционном этапе. Кнам первым нарадар попала компания «ВКонтакте». Ей было всего два месяца отроду, они
только сайт запустили. Мы тогда мониторили рост трафика
94

ЛЕОНИД БОГУСЛАВСКИЙ. ПРОЖИТЬ ТРИ ЖИЗНИ И ОСТАТЬСЯ САМИМ СОБОЙ
наразличных ресурсах, чтобы понять, где возникает
какая-то интересная бизнес-модель. Изаметили, что уВК
сильно вырос трафик буквально задва месяца. Мы сними
встретились иначали говорить проинвестиции. Стало понятно, что нужна довольно приличная сумма потем временам. Унас таких денег небыло, иязанял такую позицию,
что раз нет таких денег, точто ябуду морочить ребятам
головы итратить ихвремя. Считал, что нужно делать лишь
те сделки, накоторые уменя деньги реально есть.
Это была ошибка. Юрий Мильнер действовал иначе:
сначала подписывал соглашение, апотом искал деньги.
Ставя свою подпись, он незнал, найдетли вообще эти
деньги. Носсоглашением наруках ему уже было гораздо
легче ихнайти. Он ходил познакомым, порынку ивитоге
добивался своего. Иэто правильная тактика. Амое решение тогда было совершенно ботаническое, исейчас яэто
понимаю.
Новсе это вовсе незначит, что нужно стремиться быть
накого-то похожим. Есть ведь итакие люди, которые ради
достижения цели готовы абсолютно навсе. Можно обыграть всех вдензнаках, нопри этом окружающие будут
считать, что ты подонок последний. Это выиграть или
проиграть?
Ты никогда несможешь стать кем-то другим, поэтому
нужно быть самим собой. Просто ставишь себя внутри
этой шкалы натоместо, куда твое воспитание, ценности,
мораль, этика позволяют. Носовременем ты получаешь
опыт, итвое положение наэтой шкале неизбежно корректируется. Раньше моя этическая граница соответствовала
отметке «наивность». Стех пор янепоменял свои базовые качества, нонаучился защищать свои позиции итребовать жесткого соблюдения правил игры.
95

БИЗНЕС ИЗ НИЧЕГО
Недавно уменя был диспут наэту тему содним известным бизнесменом. Мы заключили некоторый формальный договор, который ему всилу определенных обстоятельств непринес того, что он хотел. Поэтому ему
показалось, что будет справедливо, если япересмотрю
сделку. Ноянесогласился. Для меня этически правильно
сделать так, как мы договорились. Он всвоей парадигме
прав, иявсвоей прав. Он даже может считать меня непорядочным человеком, потому что вего парадигме ядолжен пойти ему навстречу, ведь его ожидания неоправдались. Авмоей парадигме мы должны действовать точно
всоответствии сдоговором, который он прочитал иподписал.
Понимаю, что бизнес— среда жесткая. Это вовсе
незначит, что нужно быть волком— явот точно неволк.
Нояперестал быть барашком. Считаю, что нужно уходить
отпонятий кформальным критериям. Вот наша страна
управляется попонятиям, иэто сильно мешает ей развиваться.
Как выбирать покупателя?
LVS пытались купить. IBM, ЕDS, PricewaterhouseCoopers.
Оценка была примерно одинаковая. Нодля меня была
важна нетолько цена, ноисобственное профессио нальное
будущее. Поэтому ястал выяснять, как работают ихкомпании вразных странах. Поехал вчешский ивенгерский IBM.
Предложение было вроде привлекательное: мы покупаем
твою компанию, аты становишься генеральным директором IBM вРоссии. Вот только напримере Венгрии иЧехии оказалось, что генеральный директор регио нального
подразделения— восновном администратор. Почти все
96

ЛЕОНИД БОГУСЛАВСКИЙ. ПРОЖИТЬ ТРИ ЖИЗНИ И ОСТАТЬСЯ САМИМ СОБОЙ
бизнес-решения принимают руководители направлений
бизнеса вШвейцарии иГермании. Агендиректор сидит
вкрасивом кабинете, встречается сважными клиентами,
всех опекает. Мне это показалось неинтересным.
ВPricewaterhouseCoopers все было по-другому. Яувидел реальную возможность вырасти. Уменя всегда была
цель, мечта— достичь международного уровня. ВLVS мы
быстро поняли, что выйти намеждународный рынок российской IT-компании, сис темному интегратору, практически невозможно. Однажды мы были очень близки ктому,
чтобы заключить контракт сочень крупной канадской
компанией нато, чтобы написать приложение наOracle.
Врезультате глава компании сказал своему IT-директору:
«Ты сума сошел русских приглашать? Вот если индусы
провалятся, несделают проект, томне заэто ничего небудет. Аесли русские облажаются, совет директоров мне
скажет: “Ты, наверное, пьяный был, когда сними заключал договор?”»
Продать свою компанию именно PwC истать в ней
старшим парт нером— вэтом яувидел еще один шанс совершенствоваться. Эти ожидания вомногом оправдались.
Унас был крупнейший контракт с«Газпромом» насоздание сис темы бухгалтерского учета ирасчетов загаз. Это
был потрясающий опыт. Переговоры шли целый год.
Заэто время мне удалось преодолеть разницу менталитетов, помочь таким разным бизнес-культурам найти общий
язык. Уменя настене досих пор висит последняя страница договора, подписанная мной итогдашним главой
«Газпрома» Ремом Вяхиревым. Врамках этого проекта мы
создали крупнейшую практику SAP вРоссии.
К1999году яв PwC достиг многого иснова попал
вситуацию, похожую нату, что сомной приключилась
97

БИЗНЕС ИЗ НИЧЕГО
вУниверситете Торонто. Уменя была шикарная зарплата,
должность управляющего парт нера. Мне надо было просто несделать допенсии какой-нибудь глупости инапенсии доконца жизни получать 120–130 тысяч долларов
вгод. Новкакой-то момент явдруг почувствовал, что
опять начинаю «охранять периметр». Работа становилась
для меня все менее интересной.
Уменя были деньги отпродажи LVS, поэтому яначал потихоньку делать небольшие инвестиции, невпадая вконфликт интересов сPwC. Ярешил создать фонд,
инвестиционную компанию, истал делиться этими мыслями сосвоими знакомыми. Это вообще очень важный момент— любой бизнес начинается сразговоров. Ты просто
общаешься сразными людьми, оповещаешь окружающий
мир освоих интересах. Очередной такой разговор состоялся
самериканцем Джефом Мински, который когда-то работал
унас вLVS. Ивдруг спустя какое-то время он мне звонит
иговорит, что вМоскве аналогичный проект обсуждает
известный инвестор Дэвид Миксер, основатель ивладелец
инвестиционной компании Rex Capital. Ичто он сейчас как
раз в«Марриотте», авечером улетает вАмерику. Ичто если
яхочу, он может нас познакомить. Был декабрь 1999года.
Ябросил все дела ирванул в«Марриотт». Дэвид Миксер познакомил меня сМайклом Калви (Baring Vostok)
иЧарли Райаном (UFG). Они уже начинали регистрацию
инвестиционной компании скапиталом 20 миллионов
долларов, было более 10 инвесторов. Все иностранцы. «Ты
участвуешь? Какой суммой?»— спросил Майк. «Асколько
инвестирует Миксер?»— спрашиваю я. «Миллион».—
«Тогда ядам полтора». Наследующий день, узнав омоем
решении, Миксер удваивает свой вклад, иони предлагают
мне возглавить компанию.
98

ЛЕОНИД БОГУСЛАВСКИЙ. ПРОЖИТЬ ТРИ ЖИЗНИ И ОСТАТЬСЯ САМИМ СОБОЙ
Нотеперь надо было уже точно уходить изPwC. Спотерей зарплаты вдва споловиной раза ибольшой пожизненной пенсии. Наверное, это был самый большой риск
завсю мою предпринимательскую историю. Почему яего
насебя взял? Уменя есть такая особенность характера:
япочему-то небоюсь неудачи. Ясчитаю, что могу все потерять иначать снуля. Эта уверенность, может, ибезосновательная, ноона позволяет мне делать такие шаги.
Явсегда считал себя достаточно сильным, чтобы упасть
иподняться.
Почему «Яндекс»?
Если вы помните, в2000году «Яндекс» вовсе небыл поисковиком номер один. Впереди были «Рамблер» идаже
«Апорт», окотором сейчас уже никто невспомнит. При
этом все участники зарождающегося рынка были вглубоком минусе. Упоисковиков небыло модели монетизации. Контекст придумали позднее. ВСША Google еще
пешком ходил, пользовались Yahoo, ноиYahoo небыл
прибыльным.
Тем неменее, глядя намировой бум доткомов, российские инвесторы ринулись вкладывать деньги впервые
проекты Рунета. Поисковик «Апорт» сдвумя популярными
порталами @Rus иOmen.ru еще в1998году был куплен израильским инвестором, ав2000-м перепродан за 25миллионов долларов Golden Telecom. «Рамблер» достался альянсу
«Русских фондов» иOrion Capital Advisors Limited. «Апорт»
попросту убили, а«Рамблер» врезультате неграмотного
управления очень скоро уступил свое лидерство.
Свободным отинвесторов оставался «Яндекс», так
что выбора унас особого небыло. Нодаже еслибы он
99

БИЗНЕС ИЗ НИЧЕГО
ибыл, мыбы все равно выбрали «Яндекс». Нанас большое впечатление произвела команда— яимею в виду
прежде всего Аркадия Воложа иИлью Сегаловича. Эти
люди были максимально мотивированы, они вселяли
уверенность, что так или иначе приведут свою компанию
куспеху. Нам оставалось только им поверить ивдальнейшем немешать.
Как инвесторы оценивают тот или иной бизнес винтернете? Зачастую это очень субъективно— понравилась
команда ипродукт. Афинансовые результаты вторичны.
Мы делали сделку наощущениях. Мы оценили «Яндекс»
в10 миллионов долларов, хотя почисто формальным параметрам это много. Когда кнам вru-Net пришли инвесторами Intel Capital иIFC, они сказали, что «Яндекс» вообще ничего нестоит.
Примерно такая же история была и с «Озоном».
Новотличие от«Яндекса» в«Озоне» небыло сверхмотивированной команды. Оба проекта были своего рода экспериментальными при более крупных фирмах, которые
занимались торговлей оборудованием иразработками
софта: «Яндекс» вышел изкомпании Comptek, а«Озон»—
из«Рексофт». Новпервом случае Аркадий Волож решил
уйти изстабильного бизнеса исделал на«Яндекс» свою
персональную жизненную ставку. Вовтором не менее
сильный предприниматель Саша Егоров просто продал
нам «Озон», асам нестал связывать сним свою судьбу. Поэтому нам пришлось самим налаживать в«Озоне» управление иразвивать этот проект.
В «Яндексе»же мы получили 35 процентов акций
занемаленькие по тем временам 5,27 миллиона долларов. Мы изначально собирались полностью доверить
управление этим бизнесом егоже собственной команде.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
