Формирование музейного пространства города музей на службе обществу. Монография

плодов, льна, конопли, растительных масел и проч. <…> Второй отдел – заводской и мануфактурный: фабричные изделия в разных степенях их выработки, как то сукна, холсты, полотна, сарпинки, циновки, кожа, пеньковые ткани, канаты, веревки, крахмал, поташ и т. п. <…> Третий – модельный: модели различных орудий, преимущественно земледельческих и сельскохозяйственных, напр.: сох, борон, цепов, веялок, молотилок, сеялок и проч. <…> Четвертый отдел состоял из одежды и домашней утвари: современные и древние одежды, украшения, уборы и разные предметы древнего и нынешнего хозяйства, древние монеты. <…> Пятый отдел животного царства: чучелы и скелеты различных животных, кости, панцири, чешуи ископаемых организмов; коллекции: насекомых, яиц, гнезд, раковин и проч. <…> Шестой отдел растительного царства: гербарий местной флоры, корни и плоды красильных, лекарственных, ядовитых и съедобных диких растений, обрубков растительных стволов, окаменелых деревьев и проч. <…> Седьмой отдел – минералогический: образцы: почв, горных пород, горючих веществ, минералов и проч. в этом роде» [14, с.95]. Настоящий проект отличает четкость и продуманность структуры музейной экспозиции. На заседании Комитета проект В.А. Ауновского получил не только одобрение, но и поддержку, в результате чего был предпринят первый реальный шаг по организации музея: было решено «обратиться с просьбою ко всем лицам, имеющим возможность помочь делу устройства в Симбирске местного музея, в особенности к заводчикам, фабрикантам и вообще лицам, занимающимся производством в губернии каких-либо изделий, образцы которых желательно было бы иметь в музее, постановив в то же время: все пожертвования, как материальные, так и денежные записывать в шнуровую книгу, особо для сего заведенную, и немедленно публиковать в местных губернских ведомостях, что и было исполнено» [15]. В данном обращении комитет привел подробный список тех предметов и веществ, которые хотел бы видеть среди экспонатов музея от каждой категории лиц. Симбирское общество откликнулось на просьбу, и был начат сбор экспонатов.

Собирание экспонатов для проектируемого музея происходило по принципу «с миру по нитке»: жители активно в этом участвовали. Интересный факт, что о любом пополнении коллекции и о лице, которое его сделало, было напечатано в местных губернских ведомостях. Например, в «Симбирских Губернских Ведомостях» за 1871 г. был опубликован материал о том, что «Симбирский купец Акчурин представил в музей со своей фабрики превосходную коллекцию шерстей в разных степенях их выработки. Пристав 1 стана Симбирского уезда г. Золотухин выслал в музей горючий сланец из с. Ундор, горшечную глину и серный колчедан, сани-развальни и дровни, две

31

кошмы, черную и серую, две пары валенных сапог. Жена одного из землевладельцев Буинского уезда, прислала в музей три картины, прекрасно нарисованные ею цветными карандашами, протоиерей г. Сенгилея – Ксенофонт Степанович Базилевский – выслал 4 грамоты, датируемые XVIII веком» [175, с.4]. Такой подход подчеркивал значимость организации музея не только для культурного пространства губернии, но и для общественности, которая так активно поддержала этот проект. Но после волны пожертвований от населения, отмеченных заметками за 1871 г., никаких новых сведений по этому вопросу обнаружено не было, как и о дальнейшей судьбе самого проекта и собранной коллекции.

Так, проект музея статистического комитета был подготовлен, проработан, одобрен и поддержан и властями, и общественностью, принявшей участие в сборе коллекции музея, но, к сожалению, он не был реализован. Этот момент можно объяснить тем, что идеологом формирования музея был секретарь статистического комитета Владимир Александрович Ауновский. Работа по проекту велась до тех пор, пока он находился на службе в Симбирске и мог лично им заниматься. Но в связи с переводом по службе В.А. Ауновский уехал из Симбирска в 1872 году, и дело организации музея остановилось.

В результате проведенного анализа, можно выделить основные тенденции взаимодействия музея и культурного пространства города в период 30 – 70-е гг. XIX в. в Симбирске: 1) идея организации музеев сформировалась во властных структурах, то есть сверху; 2) большое значение для организации и существования музеев имела личность идеолога. Этот момент мы могли наблюдать как в случае с Симбирским губернским музеумом, так и в случае с музеем Симбирского статистического комитета (В первом эпизоде идеологом выступал Петр Михайлович Языков, во втором – Владимир Александрович Ауновский); 3) не была четко проработана и обоснована научная концепция организуемого учреждения и складывающейся коллекции. В то же время были сделаны попытки спроектировать музейные экспозиции посредством подготовки правил размещения предметов. Следует отметить, что были предприняты попытки ранжирования, упорядочивания предметов. На этом же этапе формирования музейной сети города были применены правила первичного учета экспонатов.

Второй этап музейного строительства в городе определен временными рамками XIX – 1923 г. Необходимо отметить, что формирование музейной сети Симбирска на данном этапе шло в общероссийском русле и отвечало общим тенденциям. Отличительным представляется то, что инициатива организации музейных учреждений в это время переходит от властных структур к общественности. В.Н. Поливанов одной из ее задач Симбирской губернской

32

учёной архивной комиссии сформулировал организацию музея, что озвучил в день торжественного открытия Архивной комиссии 30 июля 1895 г. [48].

Первые поступления предметов были сделаны для музея Архивной комиссии в этот же день. Среди дарителей были такие люди как губернатор В.Н. Акинфов, сам В.Н. Поливанов, французский археолог барон Де-Бай, князь С.М. Баратаев, представители Императорской археологической комиссии и др. Согласно проекту, экспозиция музея комиссии изначально включала «следующие отделы: а) нумизматический (пожертвования Толстого); б) церковно-археологический; в) старинные книги, рукописи и грамоты; г) отдел раскопок (перечисленные могильники); д) отдел старинных карточек, видов гравюр и портретов; е) кости ископаемых животных; ж) отдел оружия (пушки, кольчуги и пр.); з) разные предметы старины» [77, л.2 об.]. Определили дату официального открытия – 1 января 1896 г., но интерес к музею был настолько значителен, что свои двери для посетителей он открыл уже в конце 1895 г. Несколько месяцев спустя, в марте 1896 г., В.Н. Поливанов имел аудиенцию у Николая II в Зимнем дворце. Он поведал императору об организации музея и отметил, что музеем «заметно начинает интересоваться местное общество и простонародье» [49]. Приведенный факт доказывает не только культурноисторическую значимость музея, но и его важность для социума.

В первое время своего функционирования музей размещался в одном из помещений Дворянского собрания, после «в заседании комиссии 8 минувшего августа сообщено было о приискании новой квартиры на Покровской улице, в доме г. Гельшерта» [80, л. 10], а по прошествии двух лет он занял комнаты второго этажа дома, расположенного на пресечении ул. Стрелецкой и ул. Сенной в г. Симбирске.

Важно подчеркнуть, что Музей архивной комиссии непрерывно пополнялся самыми разнообразными экспонатами: от старинных предметов быта, до геологических коллекций и археологических находок. К примеру, в 732 фонде ГАУО хранится опись коллекции горных пород, которую передала контора гидрологических исследований Степных областей Отдела земельных улучшений Министерства земледелия [83, л.1–2]. Там же есть заметка о том, что собирание коллекции музея явилось делом общим, в котором приняли участие все слои населения: «доставили бивни мамонта от крестьянина Василия Яковлевича Инвалидова д. Матрунина» [79, л.41]. В «Описании состояния и деятельности СГУАК за 1898 г.» есть информация о том, что «относительно пополнения музея вновь поступившими предметами старины истекший год был так же богат, как и предыдущий. Своим пополнением музей обязан деятельным заботам членов Комиссии, собиравших отовсюду предметы старины, а равно и участию посещавших музей жителей города и уездов, всегда относившихся с

33

живым интересом к развитию этого молодого учреждения. Вновь приобретены две витрины…; но за всем тем остается еще немало предметов не размещено за недостатком витрин» [80, л.10]. Авторы того времени отмечают, что экспозицию музея активно посещали местные жители, особенный интерес проявляли учащиеся. В результате архивных изысканий обнаружены следующие данные за 1898 г.: «Музей открыт для публики ежедневно с 10 до 2 часов пополудни бесплатно. Всех посетителей за отчетный год было 3400, считая в том числе: воспитанников классической гимназии – 170; воспитанников духовной семинарии – 160; воспитанниц женской гимназии – 80; воспитанниц епархиального училища – 60; воспитанников кадетского корпуса – 90; воспитанников духовного училища – 120; воспитанников городских училищ – 300 и воспитанников исправительного кружка – 35. Всего посетителей было более против прошлого года на 1472» [81, л.13–13 об.]. Приведенные цифры говорят о спросе на музей среди жителей губернии, их интересе к организованной музейной коллекции, что подтверждает значение музея не только для развития культурного пространства территории, но и для общественности.

Мысль об организации еще одного музея в городе появилась в феврале 1902 г. В № 16 «Симбирских губернских ведомостей» была опубликована статья А.В. Кудрявцевой о том, что в Симбирске нет учреждений, необходимых для постановки качественного воспитательного процесса: детского сада, площадки для детских игр, зимнего катка, библиотеки, и «у нас нет музея пособий по естествознанию, физических приборов, картин, чучел, коллекций и т.п., столь необходимых каждому решительно при дошкольном обучении ребенка» [138]. Представители интеллигенции, занялись созданием проекта устава семейно-педагогического кружка, куда разместили статью о музее. Д.А. Равикович, выявляя особенности создания местных музеев, определила, что «Симбирский музей, задуманный местным семейно-педагогическим кружком как собрание наглядных пособий, принял характер музея местного края, наряду с общеобразовательными материалами храня коллекции и предметы по географии, этнографии, археологии, истории, статистике, городскому хозяйству Симбирска, сельскому хозяйству, заводской и кустарной промышленности края» [219, с.167]. Рассматриваемый музей изначально создавался для нужд общества, для служения обществу, как социальный институт.

В марте 1903 г. на общем собрании кружка, руководствуясь необходимостью перенести вопрос о формировании музея из области проекта в плоскость практической реализации, была создана музейная комиссия из 8 человек. Этому органу было необходимо предметно заняться переводом идеи о

34

музее в практическую плоскость, заняться подготовкой его экспозиции, но средства и помещения для этого дела отсутствовали. Несмотря на это, коллекция музея постепенно формировалась: пожертвования делали не только члены комиссии, но и другие участники кружка. В результате, коллекция пополнилась: несколько ящиков с насекомыми, кокосовый орех, кость мамонта, электрическая машина и т.д. В силу отсутствия помещения, все предметы разместились на частных квартирах. Городское самоуправление было готово помочь с помещением и денежным содержанием, но, отмечалось, что «дело это пойдет хорошо лишь в том случае, если местная интеллигенция примет в нем деятельное участие, как пожертвованием предметов и денежных средств, так и личным трудом» [121, с.10]. Приведенный пример подчеркивает повышение влияния общественности в музейном процессе.

Так, активная деятельностная позиция местной интеллигенции дала первые результаты – в декабре 1906 г. вопрос организации музея был внесен в повестку дня для обсуждения Городской думой с пометкой о благоприятном заключении Городской управы. С докладом выступил председатель училищной комиссии М.А. Волков [121, с.11–12], доказывая, что музейное учреждение должно иметь не только образовательную направленность, но и местный краеведческий компонент. По этой причине наряду с собраниями по всем отраслям естественных наук, в коллекцию музея планировалось включить коллекции, раскрывающие местную специфику. М.А. Волков рассказал планы по организации работы с посетителями в музее, которая состояла как из систематических чтений, лекций и бесед, так и организации детского сада, образцовой начальной школы с грамотным сочетанием и подачей детских игр, гимнастики, научных прогулок и экскурсий. Выступающий спроецировал на образ музея образ будущего народного университета в Симбирске. По его замыслу, именно при такой широкой и разнообразной программе музей быстрее сможет найти благотворителей, которые готовы потратить свой финансовый и временной ресурс на его организацию.

Городская дума Симбирска на заседании 8 декабря 1906 г. решила «отвести под помещение педагогического музея в распоряжение семейнопедагогического кружка зал при доме, бывш. Егорова и назначить пособие 200 руб.» [51, с.88]. В ответ на это настоящее собрание «1-го февраля сего 1907 года постановило благодарить Городскую Думу за отвод зала при доме бывшего Егорова под помещение педагогического музея и за ежегодное пособие в 200 р.» [63, л.17]. К сожалению, экспозиция там так и не была размещена, «пристанище музей нашел себе в квартире библиотеки кружка, подвальном этаже дома, бывшего Филипп, заняв здесь одну маленькую и низенькую комнату, комната была сухая, что немаловажно для музея,

35

отказавшись от более просторного помещения, предложенного Городской Думой в Гончаровском училище, доме бывш. Егорова, т.к. это помещение не было изолировано от классных комнат и не давало возможности охранять экспонаты от детей и заниматься работами по изготовлению препаратов. В начале 1907 г. библиотека переехала на верхний этаж, а музей занял обе комнаты нижнего этажа» [52, с.496]. Руководителем музейного учреждения и председателем музейной комиссии стал П.А. Беркос. Благодаря финансированию, полученному от Городской управы и Н.П. Пастухова, были закуплены шкафы, коллекции чучел птиц, важные для работ в музее инструменты. По средствам пожертвований в музее появились как отдельные предметы, так и целые коллекции. В период, когда музей не был еще открыт для публики, в него уже начали заглядывать учащиеся. В какие-то дни количество посетителей, особенно данная статистика касается праздничных дней, доходило до 100, что свидетельствует об интересе к этой музейной коллекции и подтверждает ее необходимость. Нашлись добровольцы, выразившие желание участвовать в организации музея своим личным трудом. На современном языке – «волонтеры».

Важной и первоочередной задачей рассматриваемого музея явилось ознакомление местных жителей с «естественной историей вообще и с местными особенностями природы, в частности, в научно-теоретическом и практическом отношениях» [285, с.183]. Другими задачами музея было коллекционирование, а также научная работа по исследованию местной флоры, фауны, истории, а также организация экскурсий. При наличии членства в музее разрешалось пользоваться музейным собранием, музейной библиотекой, а также заниматься научной работой в его помещениях. В 1913 г. при музейном учреждении был организован платный кинематограф для показа учебных фильмов, а в 1914 г. открыт зоопарк с 50 мелкими животными. Музей в данном примере демонстрирует свою социальную ориентированность, предлагая достаточно широкий спектр услуг, тем самым повышая свою значимость как в общественной жизни города, так и в культурном пространстве.

В 1908 г. был разработан устав, который превратил музей в самостоятельное учреждение, а также предоставил «гарантию в прочности существования и твердую опору в других учреждениях, жизни которых не грозят никакие случайности» [52, с.496]. Было принято решение о развитии и расширении границ музея как в отношении преследуемых задач, так и в аспекте состава, что привело к мысли организовать не городской, а областной музей, который по прошествии времени обслуживал бы все Среднее Поволжье и включал бы в себя образцы животного, растительного и минерального царств всего этого края. Симбирский областной музей 7 апреля 1909 г. превратился в

36

законное учреждение. Председателем правления и руководителем музея был избран снова П.А. Беркос.

Для более глубокого понимания задач музея, границ его деятельности важно обратить внимание на состав устава. В первом разделе устава прописаны цели и сформулированы коррелирующие с целями задачи «ознакомление взрослого и учащегося населения местного (средне-поволжского) края с естественной историей вообще и с местными особенностями природы в частности, в научно-теоретическом и практическом отношениях» [64, л.53–57]. Цели и задачи рассматриваемого музея схожи с целями и задачами современных музеев. Так, изучая данный документ, важно отметить, что уже более столетия назад Симбирский областной музей имел своей целью, помимо собирания коллекции, реализацию педагогической, воспитательной работы, выполняя функции социального института, выстраивая взаимодействие с общественными и государственными структурами.

Подтверждено фактами, что в Симбирске был организован и Церковный музей, или Древлехранилище, ведущее отсчет своей истории с января 1914 г., когда было образовано Симбирское Епархиальное, Церковное, Археологическое Общество и его комитет. Помимо прочего данное общество занималось «изучением церковно-религиозной жизни Симбирского края в прошлом и настоящем, сохранением и изучением памятников церковной старины Симбирской епархии и образованием церковно-археологического древлехранилища из письменных и вещественных памятников церковной старины» [295, с.1–8]. Уже на начальном этапе были закуплены шкафы, витрины, рамы для Древлехранилища и библиотеки.

Для ускорения процесса сбора коллекции Древлехранилища, в местном органе печати – газете «Епархиальные Ведомости» – периодически публиковались обращения к епархиальному духовенству с пожеланием о передаче вышедших из употребления «церковных предметов и бумаг, имеющих характер давности, с указанием, по возможности, исторических и других сведений о доставляемых памятниках церковной старины» [295, с.1–8]. На первых порах коллекцию Древлехранилища пополнило собрание духовной консистории и другие пожертвования. Организация этого музея в Симбирске говорит о расширении музейного пространства в городе и вовлеченности некоторых слоев общества в процесс его создания, что в очередной раз доказывает значимость общественной составляющей музейного учреждения. Среди посетителей рассматриваемого музея были различные слои населения: от духовенства до частных лиц, завсегдатаями здесь были воспитанники духовной семинарии, изучавшие памятники старины с помощью пояснений председателя комитета Общества. Собрание предметов спустя год существования стало

37

настолько богатым, обширным и разнообразным, что было принято решение составить и опубликовать каталог коллекции.

Одним из первоочередных вопросов был вопрос помещения, решение которого затягивалось и усложнялось ввиду военного времени. Собрание Древлехранилища временно поместили в комнатах Симбирской Духовной семинарии на ул. Большой Саратовской, после – на ул. Нижней Чебоксарской. «Согласно постановлению Симбирского Епархиального Съезда от духовенства и церковных старост от 12 июня сего года…с августа месяца сего года из временного помещения при духовной семинарии Симбирское Епархиальное Древлехранилище переведено в деревянный Епархиальный дом» [295, с.1–8]. Накануне объединения с другими музеями в 1918 г., коллекция Древлехранилища «поместилась где-то на частной квартире» [55, л.12–13].

В некоторых архивных документах обнаружены данные еще об одном педагогическом музее, существовавшем в городе, вследствие чего в краеведческой литературе возникает путаница. Вопрос следующего характера: выявленная информация говорит об одном и том же или двух разных музеях, обозначаемых в документах педагогическими? Предположительно, речь ведется все же о двух различных музеях. Сформулируем гипотезу о том, что педагогическим изначально называли Симбирский областной музей по причине того, что организовывался он как музей семейно-педагогического кружка, подтверждением тому являются два факта: первый – название доклада М.Ф. Суперанского «Об устройстве педагогического музея»; вторым фактом можно считать то, что в журналах заседаний Симбирской Городской думы рассматриваемый музей называется педагогическим: «Об избрании членов в Комиссию по заведыванию педагогическим музеем», «О пополнении Комиссии по заведыванию педагогическим музеем», «Об отводе помещения для педагогического музея». Таким образом, напрашивается вывод о том, что педагогическим Симбирский областной музей назывался, но в период организации (возможно как краткое рабочее название), в последующем в отношении него такое наименование не применялось.

Непосредственно педагогический музей появился позднее. В процессе проведения изысканий выявлена запись размышлений очевидца тех событий о музеях в Симбирске: «Приходилось ли Вам, граждане, посещать местные музеи. Музей Архивной комиссии, Областной Естественно-Исторический, Церковно – Археологический и, наконец, Педагогический <…> Музей Архивной комиссии – угол Сенной и Стрелецкой. Музей более обширный Областной Естественно-Исторический. Церковно-Археологический помещается где-то на частной квартире, Педагогический помещается на частной квартире бывшего директора Народных училищ, а теперь переведен в

38

Высшее Начальное Училище, где и лежит без всякого употребления» [55, л.12–13]. Настоящая заметка дает подтверждение существования Педагогического музея, который перечислен наряду с Областным, в отношении которого были предположения, что он именуется педагогическим.

Одно из доказательств существования педагогического музея содержится в докладе П.Я. Гречкина, сделанном в 1918 году, на собрании, посвященному объединению музеев, где докладчик перечислил музеи, коллекции которых планировалось соединить в единую: историко-археологический музей архивной комиссии, естественно-исторический музей, церковный и педагогический [56, л.14–16]. Здесь фигурируют четыре музея. Необходимо обратить внимание на то, что областной естественно-исторический и педагогический в этом документе в очередной раз названы как отдельные музеи. Таким образом, версия о том, что название «педагогический» относится к Симбирскому областному музею становится несостоятельна.

Еще один источник, содержащий информацию по вопросу педагогического музея – журнал Симбирской Городской думы: Училищная комиссия обратилась в Городскую думу в 1912 г. с надеждой получить разрешение открыть музей наглядных пособий, который в последствии стали называть педагогический. Среди архивных документов также обнаружено обращение Директора народных училищ в Земскую управу: «Вследствие этого я нахожу необходимым обратиться в Губернскую Земскую Управу с покорнейшей просьбой, не признает ли она возможным исходатайствовать у Очередного Губернского Земского Собрания педагогическому музею Симбирской дирекции народных училищ ежегодное пособие в размере 300 руб. из земских сумм» [75, л.1 об.2]. Анализируя приведенную информацию и факты, можно сделать вывод, что именно рассматриваемое музейное учреждение и названо при объединении педагогическим музеем, ввиду того, что цель его организации была в большей степени педагогической – сделать процесс обучения наглядным. Кроме того, тематическая направленность коррелирует с направленностью учреждения, при котором он был образован.

Впервые годы Советской власти в Симбирске (декабрь 1917 г.) новых музеев в городе до 1924 г. образовано не было. В силу особенностей политической ситуации предполагалась организация новых музеев и реорганизация действующих. Одновременно с этим шел процесс закрытия музеев, идейная составляющая которых не соответствовала требованиям и веяниям времени. В первую очередь реорганизации подверглись церковные музеи.

В1918 г. Губернский комиссариат просвещения выносит решение о соединении экспозиций всех Симбирских музеев в единый Народный музей с

39

единым руководством [57, л.52]. В этот время создание государственных органов по управлению музеями явилось первым шагом по сохранению культурного-исторического наследия территорий. Объединенный Симбирский музей несколько раз менял свое наименование: Народный, Пролетарский, Естественно-исторический, а с 1932 г. – Краеведческий. В октябре 1918 г. художественные произведения разместили в доме Е.М. Перси-Френч, организовав Пролетарский художественный музей, областной Художественный музей открыт 25 июля 1920 г. Второй этап формирования музейной сети в городе завершается 1923 г., в котором был создан первый музей с явно выраженной идеологической направленностью – Историко-революционный.

Так, второй период развития музейной сети в Симбирске, начавшись в конце XIX в., завершается в 1923 г. и отличается следующими характеристиками: 1) разворачивается активная деятельность по организации новых музеев в трудный для страны период, выделяется стремление обратиться к прошлому культурно-историческому и социальному опыту, чтобы сохранить культурно-историческое наследие, сохранив культурную самобытность народа, как значимый фактор народного единства; 2) представители интеллигенции и общественные организации демонстрируют активную позицию; 3) важными задачами музеев становятся обучающая, воспитательная, научноисследовательская; 4) первоочередной задачей при организации музейного учреждения стала подготовка концепции музея; 5) процесс собирания коллекции, а также решения финансовых вопросов и вопросов поиска помещений для размещения экспозиции шли параллельно друг другу.

Таким образом, катализатором возникновения музейной сети в провинциальных городах стоит считать Высочайшее Его Императорского Величества распоряжение о создании выставок изделий в губернских городах (25 августа 1836 г.). Организуемые выставки ставили целью продемонстрировать особенности той губернии, где они образованы. Данный документ имеет большое значение для рассмотрения вопросов истории музейного дела на различных территориях страны, не исключение и Симбирская губерния, так как именно такие выставки в результате оформлялись в «музеумы».

Важно подчеркнуть, что тенденциями взаимоотношений музея и культурного пространства в провинциальном городе в XIX – начале XX в. являются: 1) отображение в музейных экспозициях самобытности и особенностей культурно-исторических традиций территории; 2) возрастание значения музеев в культурном пространстве города на протяжении истории развития музейного дела; 3) активное участие в организации и работе музеев принимали органы управления и общественность, подвижность которых

40