Фольклор в статьях и письмах Н.В. Гоголя. Учебное пособие

шенно без всякой нужды…, так что слушающие наконец все отходят, произнесши: «Ну, брат, ты, кажется, уж начал пули лить»

[3: УI; с. 71]).

В письме к С.П. Шевырёву от 7 апреля 1843 года из Рима Гоголь характеризует себя как человека, «которому можно все говорить» открыто, «не опасаясь ни в каком случае, никакими словами, нанести неудовольствие». И тут же к месту приводит подходящую пословицу: «Как жаль, что до сих пор никто не мо-

жет понять, что мне нужно метить не в бровь, а прямо в глаз

(здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: ХII; с. 158]. По существу об этом же он пишет в письме к другому адресату — тетке поэта Ф.И. Тютчева — Н.Н. Шереметевой от 15 марта 1844 года из Ниццы: «Пишите проще, как можно, и называйте всякую вещь своим именем, без обиняков, не в бровь, а прямо в глаз…»[3: XII; с. 272] (ср. то же у Снегирёва: «Не в бровь, а в самый глаз» [17: с. 183]). В том же письме к С.П. Швыреву, по сути говоря о том же, призывая своего корреспондента к открытости в отношениях, Гоголь ссылается на другую народную пословицу: «А все-таки на грех мастера нет, он может случиться со всяким, и потому во всяком случае мы должны указывать смело друг другу наши заблуждения и наводить любовно на прямую дорогу, а потому, ради Бога, говори и пиши мне всё» [3: ХII; с. 160] (ср. у Снегирёва: « На грех мастера нет» [17: с. 170]).

Целые россыпи народных пословиц мы находим и в других письмах Гоголя 40-х – начала 50-х годов. Так, в письме к художнику А.А. Иванову Гоголь, беспокоясь о его здоровье, советует ему во всем придерживаться народной мудрости: «А самое главное, советую вам не думать просто и махнуть рукой на всё хотя в продолжение вашего лечения, что необходимо для его полного успеха. А там подумаем обо всем, утро вечера мудренее» [3: ХII; с. 182]. Еще раз Гоголь вспомнит эту пословицу в письме к С.П. Шевырёву от 2 февраля 1844 года из Ниццы, где он пишет, что надеется взять деньги на 2-е издание «Мертвых душ» у своего друга поэта Н.М. Языкова: «Деньги пока можно взять у Языкова, что я думаю, ты уже сделал, а потом… утро вечера мудре-

101

нее» [3: ХII; с. 252] (то же у Снегирёва: «Утро вечера мудренее»

[17: с. 265]).

Еще одна известная пословица встречается в письме Гоголя к писателю С.Т. Аксакову (который и сам был блестящим знатоком фольклора [25: с. 62–75]) от 24 мая 1843 года из Гастейна, где писатель, в частности, размышляет о своем характере: «Дурное, если есть у меня, то уж его никак не спрячешь: шила в мешке не утаишь (курсив Гоголя. – С.Д.); оно где-нибудь да выткнется непременно» [3: ХII; с. 185] (то же у Снегирёва: «Шила в мешке не утаишь» [17: с. 288]).

Письмо к А.О.Смирновой (Россет) от 4 июля 1843 года из Баден-Бадена Гоголь начинает шутливо перефразируя известную пословицу: «Каша без масла гораздо вкуснее, нежели Баден без вас»[3:ХII;с.203](ср.уСнегирёва:«Кашумасломнеиспортишь» [17: с. 133]). А в письме к своему другу поэту Н.М. Языкову от 4 ноября 1843 года из Дюссельдорфа Гоголь, радуясь, что на поэта вновь снизошло вдохновение и потому для него «не так далеко время писания и работы», замечает: «Остается испросить вдохновения. Как это сделать? Нужно послать из души нашей к нему стремление: чего не поищешь, того не найдешь (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.), говорит пословица» [3: ХII; с. 233] (ср. у Снегирёва: «Чего не поищешь, того не сыщешь» [17: с. 279]).

Вписьме к В.А. Жуковскому от 2 декабря 1843 года из Ниццы Гоголь сообщает поэту о продолжении работы над «Мертвыми душами», и при этом опять-таки перефразирует пословицу: «Я продолжаю работать, то есть набрасывать на бумагу хаос, из которого должно произойти создание «Мертвых душ». Труд

итерпение, и даже приневоливание себя, награждают меня много» [3: ХII; с. 239] (ср. у Снегирёва: «Терпение и труд все пере-

трут» [17: с. 252]).

Вписьме к Н.М. Языкову от 21 декабря 1843 года (2 января 1844 года) из Ниццы Гоголь просит его «ссудить тремя тысячами на полгода», но, понимая, что его просьба может быть для его друга затруднительна, тут же находит для Языкова оправдание в народной мудрости: «Если найдутся у тебя лишние деньги, то дай

102

знать об этом Шевырёву… . Если же не случится, то на нет, как говорится, и суда нет» [3: ХII; с. 244] (то же у Снегирёва: «На нет

исуда нет» [17: с. 172]).

Вписьме к А.А. Иванову от 18 марта 1844 года из Ниццы содержится еще одна довольно редкая пословица в виде авторского афоризма. Советуя художнику поскорее закончить свою картину «Явление Мессии» («Явление Христа народу»), Гоголь ссылается на «важную истину»: «Притом вот вам еще одна очень важная истина…: «Пока не сделаешь дурно, до тех пор не сделаешь хо-

рошо» [3: ХII; с. 273] (ср. у Даля: «От добра до худа один шаток»; «Добро под рукой, а он худа, как клада, ищет» [18: с. 124; 125]).

Вписьме к С.Т. Аксакову от 16 мая 1844 года из Франкфурта, размышляя о таком значимом для его творчества мифологическом персонаже, как чёрт (в гоголевской орфографии — «чорт»), Гоголь приводит сразу несколько пословиц и поговорок о черте: «А как только наступишь на него, он и хвост подожмет (курсив мой. – С.Д.) (ср. у М.И. Михельсона: «Поджавши хвост» [21: т. 2. с.53].–С.Д.).Мысамиделаемизнеговеликана;авсамомделеон чорт знает что (здесь и ниже курсив Гоголя. – С.Д.). Пословица не бывает даром (ср. у Даля: «Пословица недаром молвится» [18;

С. 971]. – С.Д.), а пословица говорит: Хвалился чорт всем миром овладеть, а Бог ему и над свиньей не дал власти» [3: ХII; с. 300] (ср. у Снегирёва: «Хвалился черт всею вселенною овладеть, а Бог ему и над свиньей воли не дал» [17: с. 267]). В том же письме Гоголь использует еще две пословицы, встречающиеся и в других письмах (см. выше): «Дареному коню в зубы не глядят», «Яблоко от яблони не далеко падает» [3: ХII; с. 301-302].

Несколько пословиц и поговорок встречается в письме Гоголя к А.О. Смирновой (Россет) также от 16 мая 1844 года из Франкфурта (показательно, что в один и тот же день писателю приходит на ум сразу много русских пословиц и поговорок). Предупреждая своюкорреспонденткуотом,чтоонейговорятмногодурного,писатель замечает: «Конечно, это говорят не те, которые вас коротко знают, а светские болтуны и пустые люди…, но дыма без огня не бывает (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: ХII; с. 304] (ср. у

103

М.И. Михельсона: «Нет дыма без огня» [21: т. 1; с. 715]). Еще раз Гоголь вспомнит эту пословицу в письме к сестре – О.В. Гоголь – от 4 марта 1847 года из Неаполя, где писатель просит ее сообщать ему мнения полтавских читателей о его книге «Выбранные места из переписки с друзьями»: «Никакими толками и замечаньями неследуетпренебрегать….Сначалакажетсянеправда,акаквсмотришься получше, увидишь, что дыма без огня не бывает…»

[3: ХIII; с. 240].

ВсвязисослухамиоСмирновой-РоссетГогольвтомжепись- ме ниже перефразирует и другую поговорку: «Подлить масла в огонь»: «Я был раза два тоже свидетелем, как вы подлили масла

вогонек, который уж было совсем потухнул» [3; ХII, 304] (ср. у М.И. Михельсона: «Огонь маслом заливать, лишь огня прибавлять», «Маслом огонь не заливают» [21: т. 1; с. 730]). Еще ниже

втом же письме Гоголь приводит еще одну поговорку: «Плясать под дудку»: «Смотрите, вы всё бы хотели поворотить круто, всё взять приступом, а не сдается — вы тотчас же назад, да и сами иногда давай подплясывать под дудку того, которого вы прежде хотели заставить плясать» [3: ХII; с. 304] (ср. у М.И. Михельсона: «Плясать по (чьей-либо) чужой дудке» [21: т. 2; с. 46]). Гоголь и раньше, в первом томе «Мертвых душ» использовал эту поговорку, характеризуя зятя Ноздрёва — Мижуева: «Белокурый был один из тех людей, в характере которых на первый взгляд есть какое-тоупорство.Ещенеуспеешьоткрытьрот,какониужегото- выспоритьи,кажется,никогданесогласятся…плясатьпочужой дудке (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.); а кончится всегда тем, что… глупое назовут умным и пойдут потом поплясывать как нельзя лучше под чужую дудку, словом, начнут гладью, а кончат гадью (еще одна меткая пословица. – С.Д.)» [3: УI; с. 69].

Идальше в том же письме поговорки сыплются как из рога изобилия. Наставляя свою корреспондентку быть терпеливой и призывая ее брать и в этом отношении пример с Творца («Сколько терпенья видно у Бога во всяком деле!»), Гоголь в то же время упрекает ее: «А у вас терпенья и в маковое зернышко нет…» [3: ХII; с. 305] (ср. у Даля: «За терпенье дает Бог спасе-

104

нье» [18: с. 117]). В другом месте письма, возвращаясь к нелепым слухам о Смирновой (Россет), Гоголь не хочет им верить: «Да развесь я только уши — так мне с обеих сторон наговорят о вас таких подробностей, о которых вы и не подумаете…» [3: ХII; с. 308] (ср. у М.И. Михельсона: «Развесить уши» [21: т. 2; с. 168], у Даля: «Пусти уши в люди, всего наслушаешься» [18: с. 687]). Продолжая эту мысль, Гоголь в то же время предостерегает адресата своего письма от неискреннего и показного самобичевания: «… не считайте также, что вы стали на высокую ступень христианского совершенства тем, что имеете духу сказать: у меня слишком черна душа… . Мы только так говорим, а как станет ктонибудь нас колоть этой чернотой…, мы тотчас на попятный двор (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: ХII; с. 308] (то же в письме к С.Т. Аксакову от 12 ноября 1844 года из Франкфурта: «Вы не дали мне ответа на то (письмо. – С.Д.), которое я писал к вам назад тому четыре месяца, где посылал весьма справедливый выговор Щепкину за то, что он надул меня, то есть вызвался сам вперед и отважно вместе с сыновьями доставить мне просимые мною критики и потом вместе с ними попятился на попятный двор» [3: ХII; с. 370]. Еще раз эта поговорка встречается в письме Гоголя к матери от 16 февраля 1847 года из Неаполя: «А на практике и в деле, где нужно именно показать человеку, что он живет, точно, во Христе, вы, как говорится, на попятный двор (курсив Гоголя. – С.Д.) [3: ХIII; с. 221]. Гоголь и ранее использовал эту поговорку в первом томе «Мертвых душ», когда Чичиков говорит Ноздреву: «Ну вот видишь, вот уж и нечестно с твоей стороны: слово дал, да и на попятный двор» [3: УI; с. 78] (ср. у М.И. Михельсона: «На попятный двор (уйти)» [21: т. 1; с. 612]).

В письме к Н.М. Языкову от 15 июня 1844 года из Франкфурта Гоголь перефразирует сразу две пословицы: «Поверь, что

всякий человек есть кулик, и если вытащит нос, то непременно

загрузит хвост (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: XII; с. 326] (ср. у Даля: «Нос вытащит — хвост увязит; хвост вытащит — нос увязит (докучн. сказка о журавле)» [18: с. 144], у М.И. Михельсо-

на: «Всяк кулик в своем болоте велик»; [21: т. 1; с. 140]).

105

Вписьме к А.С. Данилевскому от 15 августа 1844 года из Остенде Гоголь говорит о своей любви к родине, к России, опятьтаки перефразируя пословицы и поговорки: «… мне Россия и всё русскоестало милей, чемкогда-либо прежде,но спустымируками

янемогуехать:мнебудетиродинаневродинуи,радостноесвиданье со всеми близкими не в свиданье радостное…» [3: ХII; с. 336].

Вписьме к А.О. Смирновой (Россет) от 26 августа 1844 из Остенде, применяя к случаю известную пословицу, Гоголь советует ей не вести со своими собеседниками «соблазнительные разговоры», а незаметно перевести беседу на другую тему: «Тог-

да будут и волки и овцы сыты и целы» [3: ХII; с. 339]. Еще раз Гоголь вспомнит эту пословицу в письме к актеру М.С. Щепкину от 10 июля 1847 года из Франкфурта: «Теперь осталось всё при своем.Иовцыцелы,иволкисыты»[3:ХIII;с.348](ср.уМ.И.Ми-

хельсона: «И овцы целы, и волки сыты» [21: т. 1; с. 379]).

Вдлинном письме к С.П. Шевырёву от 14 декабря 1844 года из Франкфурта использована всего одна, но зато довольно редкая пословица,точногосоответствиякоторойненаходитсяниводном фольклорном сборнике: «.. всё зависит от умных распоряжений. Пословица говорит: «Не штука дело, штука разум» [3: ХII; с. 397] (ср. у Даля: «Разум – душе во спасенье, Богу на славу»; «Без дела жить, только небо коптить» [18: c. 430; 500]).

Еще раз ссылается на народную мудрость Гоголь в письме

кС.Т. Аксакову от 22 декабря 1844 года из Франкфурта в связи с брошюрой его сына К.С. Аксакова «Несколько слов о поэме Гоголя “Мертвые души“» (М., 1842), которой в целом Гоголь остался недоволен, хотя некоторые положения статьи, например, связь его поэмы с гомеровской традицией, писателю были близки:«”Чемушибся,темилечись“,говорится,атаккакон(К.С.Аксаков. – С.Д.) опозорился в глазах света на мне (написавши статью о «Мертвых душах»), то мною же должен быть подтолкнут на прославление в глазах того же света» [3: ХII; с. 407] (то же у М.И. Михельсона: «Чем ушибся, тем и лечись» [21: т. 2; с. 527]).

Вписьме к Н.М. Языкову от 2 января 1845 года из Франкфурта, обвиняя российских профессоров в том, что они «заняты

106

только своим собственным краснобайством» и не помышляют о том, «чтобы образовать человека», в подтверждение своей мысли Гоголь приводит подходящую по смыслу пословицу: «Не умея ни поучать, не наставить, они умеют только, рассердившись, выбранить кого-нибудь, а потом сами жалуются на то, что не принимаются слова…, позабыв, что если скверен приход, то в этом поп виноват, а не кто другой» [3: ХII; с. 445] (ср. у М.И. Михельсона: «Каков поп, таков и приход» [21: т. 1; с. 394]). В том же письме Гоголь советует, чтобы «наделать добра на всяком поприще», знать хорошо национальный характер и натуру русского человека (и при этом призвать на помощь народную мудрость, меткое народноеслово),чтобыподтолкнутьегонадобрыеизначимыедела: «Да его (русского человека. – С.Д.) стоит только хорошенько попрекнуть, назвав его бабой и хомяком, загнуть ему знакомую поговорку (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)…, как из него уже вмиг сделается другой человек» [3: ХII; с. 445]. Что и говорить, рецепт несколько наивный, но писатель верил в его действенность.

В письме к художнику А.А.Иванову от 9 января 1845 года из Франкфурта, советуя ему не впадать в уныние из-за отсутствия денег и надеяться на помощь друзей, Гоголь опять-таки ссылается на народную мудрость: «На свете не без добрых людей; тому же, кто занят твердо и деятельно своим делом, тому всякий поможет» [3: ХII; с. 450] (ср. у М.И. Михельсона: «Свет (на свете) не без добрых людей» [21: т. 1; с. 232]).

В письме к В.А. Жуковскому от 24 июля 1845 года из Карлсбада, жалуясь на свое здоровье и не очень веря в чудодейственную силу минеральных карлсбадских вод, Гоголь вспоминает известную пословицу: «Тут середины нет: либо пан, либо пропал, так, по крайней мере, гласят все медицинские описания карлсбадскихвод»[3:ХII;с.503].Посуществуотомжеиссылкойнатуже пословицу Гоголь пишет и Н.М. Языкову на следующий день — 25 июля того же года: «Одним словом, либо пан, либо пропал» [3: ХII; с. 507] (ср. у Снегирёва: «Либо пан, либо пропал, либо полон двор, либо корень вон, либо сена клок, либо вилы в бок, либо в стремя ногой, либо в пень головой» [17: с. 150]).

107

Вписьме к А.П. Толстому от 1 декабря 1845 года из Дрездена, Гоголь, продолжая тему собственной болезни, так занимавшую его в предыдущих письмах того же года к другим адресатам, сообщает, что и в медицинских вопросах, как и во всем остальном, он полагается на народную мудрость: «Обсудивши и подумавши обовсемстрого,ярешилвнутреннопоследоватьпословице:«Лю-

дей расспрашивай, а держись своего разума». Умными советами воспользуйся, а изучай в то же время свою собственную натуру» [3: ХII; с. 524] (ср. у Даля: «На то человек на свет родится, чтоб жить своим умом»; «Чужим умом жить, добра не нажить», «Ум за морем не купишь, коли его дома нет», «Всяк Еремей про себя разумей», «У каждого свой царь в голове», «Живи всяк своим умом! Слушай людей, а делай свое!» [18: с. 440]).

Вписьме к А.О. Смирновой (Россет) от 27 января 1846 года из Рима сообщая о недовольстве русских художниковпенсионеров Академии Художеств в Риме их новым директором — грубым и высокомерным Л.И. Килем (обрусевшим немцем), Гоголь ссылается на усеченный вариант известной пословицы, использованной им ранее в полной форме в первом томе «Мертвых душ»: «…все до единого из художников им (Л.И. Килем. – С.Д.) недовольны. Человек ни то, ни сё и, кроме того, страшно предубежден противу русских…(курсив Гоголя. – С.Д.)» [3: ХIII; с. 34]. То же о Манилове: «Есть род людей, известных под именем: люди так себе, ни то, ни сё, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.),

по словам пословицы» [3: УI; с. 24] (ср. у Даля: «Ни в городе Богдан, ни в селе Селифан» [18: с. 257], у М.И. Михельсона: «Ни то, ни сё» [21: т. 1; с. 699]).

Вконце письма к матери — М.И. Гоголь — от 10 августа 1846 года из Остенде, писатель, приоткрывая родному и близкому человеку некоторые черты своего характера, признается: «И все вещи, даже несравненно больше огорчающие человека, с меня — что с гуся вода (курсив мой. – С.Д.). Стыдно вам до сих пор так знать меня мало…» [3: ХIII; с. 95]. То же в «Женитьбе» (Кочкарев

оПодколесине): «С него всё это так, как с гуся вода...» [3: У; с. 55]

108

(ср. у М.И. Михельсона: «Как с гуся вода (следов не оставляет)» [21: т. 1; с. 406]).

Вписьме к матери — М.И. Гоголь — от 16 февраля 1847 года из Неаполя писатель, уже в который раз, просит свою сестру Елизавету пересылать ему сведения «о быте и образе жизни тех людей, которые живут не в вашей деревне»: «Все эти подробности мнеоченьнужны…».Нотутже,ссылаясьнанароднуюпоговорку, сетует, что его просьба пропадает втуне: «…слова мои пропадают даром, как вода, которую льют в решето (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: ХIII; с. 221] (ср. у М.И. Михельсона: «(Дурака учить, что) решетом воду носить» [21: т. 1; с. 269]).

Вписьме к А.О. Смирновой (Россет) от 22 февраля 1847 года из Неаполя в связи со своей книгой «Выбранные места из переписки с друзьями» Гоголь вспоминает еще одну поговорку: «С московскими моими приятелями об этом (о книге. – С.Д.) не рассуждайте. Они люди умные, но многословы и от нечего делать

толкут воду в ступе» [3: ХIII; с. 224] (ср. у М.И. Михельсона: «Воду толочь» [21: т. 1; с. 112]).

Вписьме к П.А. Вяземскому от 28 февраля 1847 года из Неаполя, прося своего адресата отредактировать свою книгу «Выбранные места…» и «выбросить все неприличные и заносчивые выражения» из нее, Гоголь опять-таки ссылается на народную мудрость: «Нет вещи, которой бы нельзя было сказать, если только умеешь сказать поосмотрительней и полегче. Пословица недаром говорит: «Тех же щей, да пожиже влей» [3: ХIII; с. 227]. Еще раз Гоголь вспомнит ту же пословицу в письме к А.О. Россету от 15 апреля 1847 года из Неаполя, опять-таки в связи со своим пожеланием, «…чтобы Вяземский снабдил своими замечаниями и поправками»книгу«Выбранныеместа…»:«Неуспехсамыхвеликодушных и благодетельных действий происходит собственно от неразумия нашего. Именно от того, что беспрестанно позабываем умную пословицу: «Тех же щей, да пожиже влей» [3: ХIII; с. 281] (ср. у Снегирёва: «Тех же щей, да пожиже влей» [17: с. 257]).

Несколько раз в своих письмах Гоголь вспоминает другую народную поговорку: «Выносить сор из избы». Так, в письме

109

к А.М. Виельгорской от 16 марта 1847 года из Неаполя Гоголь, прося ее сообщать ему все толки и мнения о книге «Выбранные места…», успокаивает ее: «Не бойтесь, я не вынесу из избы сору (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.)» [3: ХIII; с. 256]. О том же он просит и писателя В.Ф. Одоевского в письме от того же 16 марта: «Не бойся, я не вынесу из избы сору и ни на кого не рассержусь, хотя бы он выразился обо мне, как об наипрезреннейшем человеке» [3: ХIII; с. 259] (ср. у М.И. Михельсона: «Из избы сору не выноси, а под лавку копи» [21: т. 1; с. 365]).

ВписьмекА.О.Смирновой(Россет)от20мая1847годаизГенуи Гоголь, говоря о слишком пристрастном и чрезмерно восторженном отношении к нему со стороны семейства Аксаковых, не без чувства досады ссылается на народную поговорку: «Я видел

ссамого начала, что они способны залюбить не на живот, а на смерть» [3: ХIII; с. 313] (ср. у М.И. Михелсона: «Не на живот рождается, а на смерть» [21: т. 1; с. 661]).

Вписьме к художнику А.А. Иванову от 28 декабря 1847 года из Неаполя, Гоголь, сожалея о том, что он поторопился с публикацией своей книги «Выбранные места…», вспоминает к месту народную пословицу: «Нужно было не соваться прежде, чем не сделаешь свое собственное дело (курсив Гоголя. – С.Д.), и копаться около него, закрывши глаза на всё, по пословице: «Знай,сверчок, свой шесток!» [3: ХIII; с. 418] (то же у Снегирёва: «Знай сверчок свой шесток!» [17: с. 120]).

Вписьме к П.А.Плетнёву от 21 января 1850 года из Москвы Гогольиспользуетсразутрипословицыипоговорки(двеизних— в перефразированном виде): «Конец — делу венец», «За словом в карман не полезет», «Дареному коню в зубы не смотрят». Сообщая известному критику и издателю о своей напряженной и затянувшейся работе над вторым томом «Мертвых душ», Гоголь сетует: «Конец делу (здесь и ниже курсив мой. – С.Д.) еще не скоро» [3: ХIУ; с. 160]. Еще раз Гоголь вспомнит и перефразирует эту поговорку в письме к А.А. Иванову от 16 декабря 1850 года из Одессы. Желая художнику, чтобы он в новом, 1851 году, закончил наконец свою многолетнюю работу над картиной «Явление Хри-

110