Философия феминизма. Учебник

С этой же позиции двойной эксплуатации рассматривает женщину немецкий социальный философ, политолог и экономист Август Бебель (1840–1913).

Его работа «Женщина и социализм или женщина в прошлом, настоящем и буду-

щем»28, написанная в 1878 г., посвящена рассмотрению положения женщины в классовом обществе. Бебель говорит о том, что работающая женщина участвует в оплачиваемом труде и получает за этот труд плату ниже, нежели мужчина. Это нельзя объяснить ничем, кроме как желанием мужчины, эксплуатируемого капиталистом, иметь в этой эксплуатации определенные преимущества. Мужчину устраивает, что женщина получает меньший заработок за тот же труд, потому что это является аргументом эксплуатировать женщину уже в семье, требовать от женщины выполнения домашних обязанностей в полном объеме притом, что она еще имеет и денежный доход, который приносит в семью.

Если бы женщина получала заработок наравне с мужчиной, то, возможно, домашняя работа рассматривалась бы самой женщиной по-другому, но ее низкий заработок, который произвольно занижается, притом что женщина может производить такой же объем товара, как и мужчина, заставляет даже саму женщину считать, что существующее положение нормально, потому что она зарабатывает денег меньше, чем муж, и как бы дорабатывает нехватку своего заработка домашней работой.

Бебель говорит о внеэкономических источниках угнетения женщины и в качестве таковых указывает двойные стандарты морали. Эти двойные стандарты касаются не только, как отмечал либеральный феминизм, разницы норм сексуального поведения для женщины и мужчины, которое строго контролируется у женщины и допускает практически полную свободу у мужчины. Бебель говорит, что двойной стандарт морали означает и отношение мужчины и женщины к детям. Женщина рассматривается как преимущественная нянька для младенцев, притом что дети, которые сформированы и уже автономны, то есть способны сами о себе позаботиться, начинают испытывать влияние мужчины. То есть женщина участвует в воспитании детей тогда, когда это требует максимальных усилий, но имеет у детей меньше авторитета, чем отец. Женщина, вскармливающая младенцев, ухаживающая за детьми моложе трехлетнего возраста, в глазах детей менее значима, чем отец, который начинает проявлять к ним интерес с четырехлетнего возраста, который наказывает их, слово которого является решающим в семье.

Вторым внеэкономическим источником угнетения, о котором говорит Бебель, является неудобная женская одежда. Наверное, под влиянием выступлений

28 См.: Бебель А. Женщина и социализм. М.: Политиздат, 1959.

61

суфражисток, феминисток того времени, Бебель обращает внимание на то, что женская одежда менее приспособлена для выполнения трудовых функций, нежели одежда мужчины: длинные юбки, часто имеющие какую-то подкладку, узкие рукава – это то, что заставляет женщину тратить больше усилий на выполнение той же самой работы, что и мужчина.

Бебель говорит о том, что все женщины, независимо от их классовой принадлежности, имеют общие интересы, и им необходимо осознать эти интересы и перейти к групповой защите своих прав. Фактически он продолжает идею Маркса, который говорил об идеологии как классовом сознании, развитие которого приводит к тому, что люди, осознавшие свои классовые интересы, осознавшие свою принадлежность к рабочему классу, к крестьянству, способны формулировать свои интересы лучше, чем люди, не осознавшие этой принадлежности. Но у Маркса и Энгельса идеология не имеет гендерной окраски. Бебель же настаивает на том, что женщины должны осознать свои общие интересы и понять, что мужчины в их отстаивании помогать не будут. Гендерные интересы важнее, чем классовые, поскольку, будучи связанной с определенным классом, женщина будет все равно эксплуатироваться внутри этого класса мужчинами. Внутри класса буржуа женщина будет эксплуатироваться буржуа, а внутри рабочего класса женщина будет эксплуатироваться рабочими же, своим мужем.

К марксистскому феминизму мы можем отнести и аргументацию в защиту прав женщин, разрабатываемую на страницах немецкого журнала «Равенство» (Die Gleicheit), основанного группой женщин в 70-е гг. XIX в. Значимыми фигу-

рами среди них были Клара Цеткин (1857–1933), а также Роза Люксембург

(1871–1919) и Элеонора Маркс-Эвелин (1855–1898), дочь Карла Маркса. Этот журнал поставил своей целью теоретическое осмысление природы женского угнетения. Клара Цеткин в программной статье к первому выпуску журнала писала не просто о том, что женщины должны бороться за равенство и отстаивать свои политические права, прежде всего женщины должны понять, почему они оказались в таком положении, так как без понимания причины невозможно бороться со следствиями.

Журнал функционировал на протяжении 30 лет, и результатом его работы стало хорошо организованное и весьма воинственное женское движение в Германии, которое к началу XX в. было самым деятельным женским движением в Европе и Америке. Придя на поприще феминизма позже, германские женщины организовались лучше, чем английские, американские или французские женщины.

62

Клара Цеткин в статьях на страницах «Равенства» выступала против буржуазного феминизма, говоря о том, что нынешнее женское движение фактически является тремя самостоятельными движениями. Первое — это движение женщин высших слоев общества, которые выступают за получение образования, за право собственности и за обретение общего с мужчинами юридического статуса. Почему? Да потому что у этих женщин есть что наследовать, у них есть собственность, которой они могут распоряжаться. Единственную несправедливость по отношению к себе они видят в ограничении в области образования. Высшее образование требуется дамам для того, чтобы получить профессию, равную мужчинам. Клара Цеткин считает, что женщина из высшего общества, получившая юридическое или экономическое образование и престижную профессию, с таким же успехом будет эксплуатировать рабочих и направлять законы в своих интересах, как и мужчина-эксплуататор.

Второе движение объединяет женщин-буржуа и женщин интеллигенции, которые настаивают на равной с мужчинами оплате труда, так как при кризисе мужчины не могут их содержать. Цеткин считает, что эти женщины не рвутся работать, но они предпочитают работать, чем терпеть понижение уровня достатка. Жена профессора охотно будет работать журналистом или адвокатом, если муж потеряет работу или его заработок упадет, ради того, чтобы сохранить горничную, гувернантку и кухарку. Поэтому с этими женщинами нам тоже не по пути, заключает Клара Цеткин, потому что на самом деле их интересует уровень жизни, а не вопросы справедливости, и если им предложить другой способ повышения своего благосостояния, например ренту, то они охотно на это согласятся. Вопросы свободы женщины, ее интересы, по большому счету, их не волнуют.

И, наконец, третье направление женского движения, по Цеткин, — это объединение работающих пролетарских женщин, которые осознают, что их освобождение невозможно без освобождения от эксплуатации вообще. Не только Клара Цеткин, но и Элеонора Маркс настаивают на том, что женщина получит свои права тогда, когда свои права в полном объеме получит весь рабочий класс. Они готовы признать, что не стоит идеализировать рабочих — они не ангелы во плоти и охотно эксплуатируют своих жен, но интересы мужчин-рабочих и жен- щин-рабочих гораздо ближе друг другу, чем интересы женщин третьего сословия и интересы буржуа или аристократок. Невозможно освободиться женщине вне освобождения рабочего класса, считают они, сперва надо добиться определенных социальных гарантий для рабочих, а затем уже распространить эти гарантии на женщин. Поэтому женщины должны поддерживать мужчин в классовой борьбе с тем, чтобы затем мужчины поддержали их в женской борьбе.

63

Однако объективная действительность, которую так уважали марксисты, опровергла вышеприведенный тезис. На съезде СДПГ (Социал-демократической партии Германии) в 1890-е гг. женщины, имевшие членство в партии, выступили с предложением внесения в программу партии требований, касающихся интересов женщин, в частности равной оплаты труда и предоставления четырехнедельного отпуска по беременности и родам. На что мужчины однопартийцы заявили, что борьба за права рабочего класса гораздо важнее вот этих конкретных женских требований, и отказались вносить их в программу. Более того, женщинам было указано на тот факт, что они неправильно понимают свою роль в партии. На самом деле их задача — обеспечивать функционирование партийцев с максимальной эффективностью, в частности обеспечивая для этого бытовые условия…

Женское движении Германии на тот момент было не менее, а может быть и более организовано, чем СДПГ, поэтому после такого «разъяснения» роли женщины в партии начался процесс отделения женского крыла СДПГ от мужского. Женщины выступили с лозунгом: «Оказалось, что обеспечивать уют и горячий ужин гораздо важнее, нежели отстаивать женские права»! Они были возмущены тем, что проблемы эмансипации женщины, защиты ее интересов показались партийцам малозначительными и были сняты с общей повестки дня. Так, недальновидное поведение мужской части СДПГ привело к повороту немецкого феминизма от отстаивания прав рабочих для отстаивания прав женщин к отстаиванию прав женщин-работниц вне отстаивания интересов рабочего класса как такового.

После этого отхода журнал Die Gleicheit продолжает функционировать, однако его общий тон заметно изменяется. В частности, Цеткин выступает с серией статей о семье, в которых этот социальный институт признается институтом подавления женщины. Институт брака, создаваемый в рамках других институтов эксплуатации, выполняет фактически те же функции — нивелирования интересов женщин, подавления их свободы и угнетения. Среди других институтов эксплуатации назывались заводы и фабрики, обеспечивающие экономическую эксплуатацию женщины, Церковь, ответственная за идеологическую эксплуатацию, институты права и общественного мнения, создающие нравственную эксплуатацию в форме моральных законов, и, наконец, семья, которая по факту оказывается настроенной на моральное подавление женщины, лишение ее чувства собственного достоинства, не дающая осознать женщине свои интересы, отличные от интересов мужа и детей, настраивающая ее на отказ от прав.

Еще одной интересной фигурой в женском движении Германии была Лили Браун (1865–1916), которая говорила о необходимости переосмысливать цели,

64

которые преследует женское движение. Требование юридических и политических прав является не только орудием в борьбе женщины, но и ценным приобретением само по себе. Женщины борются за политические права не только для того, чтобы доказать свою самостоятельность и получить определенный статус, но и для того, чтобы пользоваться этими правами в дальнейшей своей борьбе. Получение юридических прав означает для женщины возможность изменения законодательства, которое существенно улучшит ее положение.

Лили Браун, как и многие феминистки, выступала за освобождение женщины от домашнего хозяйства. Она считала, что это освобождение женщины способны обеспечить себе сами, причем в ближайшее время. Для этого они должны кооперироваться, создавать общины, группы, комитеты, которые позволят участницам совместно воспитывать детей (по сути, создать ясли и детские сады), убирать квартиры, стирать белье, готовить пищу. Жизнь женщин того времени значительно осложняло практически полное отсутствие бытовых приборов. Именно коллективизм в такой ситуации должен был помочь женщине не только легче справляться с работой, но и осознавать свои интересы. В конечном счете чувство коллективизма — это то, что женщины могут противопоставить семье.

Мужчине важно держать женщину в семье, для того чтобы она не видела и не находила поддержки ни в чем, кроме семьи. В этом случае женщина смотрит даже на самого плохого мужчину как на опору и защитника. Необходимо разрушить эту клетку для женщины, расширить ее кругозор, — говорит Браун. Женщина вполне может найти защиту у других женщин, если женщины будут объединяться и делать это сознательно. В этом случае женщина будет знать, кто ее поддержит в случае конфликта с мужем, почувствует свою самостоятельность и уверенность в своих силах.

3.4.РОССИЙСКИЙ МАРКСИСТСКИЙ ФЕМИНИЗМ

ВРоссии женское движение ведет свое начало с 60-х гг. XIX в. и восходит

кидеям либерализма. Для российского феминизма (по отношению к середине XIX в. в России этот термин практически не употребляется) важное значение имеют два сочинения, вышедшие примерно одновременно, — «Отцы и дети»

(1862) И. С. Тургенева и «Что делать?» (1863) Н. Г. Чернышевского, в которых поднимается вопрос о «новых людях» и том обществе, которое они хотели бы

65

видеть вокруг себя. «Новые люди» — это в том числе и «новые женщины», которые хотят иметь образование, принимать участие в общественной деятельности, в том числе хотят работать.

Однако особенностью российского женского движения XIX в. было то, что в нем отсутствовали главные требования феминизма европейского — требования предоставления политических прав. Отсутствие у российских женщин этих требований объясняется отсутствием политических прав и у мужчин. В принципе, участие женщин в революционном движении второй половины XIX в. можно рассматривать, и некоторые исследователи его рассматривают, как специфические феминистические движения. То есть женщины, входящие в революционные, в том числе террористические, организации, отстаивают свои интересы, потому что чисто политических требований они выдвинуть не могли.

Но вот в конце XIX — начале XX вв. мы видим, что с приходом марксизма начинает развиваться теоретическая составляющая женского движения в России, которая фактически является феминистической. Здесь ставятся те же вопросы, что ставятся в мировом феминистическом движении. Интересным деятелем марксистского феминизма в России является Надежда Крупская29 (1869–1939), которая около 20 лет (10 лет XIX в. и 10 лет XX в.) занималась вопросами женских прав. Рассматривая положение женщины, она, во-первых, опиралась на установки немецкого феминизма и марксизма, придерживаясь убеждения, что занятость женщины в производстве вне дома является прогрессивной и эмансипационной. Во-вторых, утверждала, что классовая борьба должна иметь отдельное направление, объединяющее женщин, борющихся за свои права.

В этот период В.И. Ленин (1870–1924) вполне поддерживает идеи Крупской, в частности выраженные в большой статье «К женщинам-работницам»30 1900 г. (впоследствии опубликованной отдельной брошюрой). Ленин говорит о том, что массовая борьба против личного домашнего хозяйства является способом освобождения женщины. Действительно, женщинам стоит создавать коллективные объединения, полезные не только для решения бытовых проблем, взаимной поддержки и освобождения женщины, но и для того, чтобы показать образец социалистического хозяйства, коллективного хозяйства. Ленин соглашается с Крупской в необходимости отдельных женских организаций в рамках политических партий для привлечения женщин к политической борьбе вообще и революции в частности. Ленин говорит о женсоветах и женотделах, которые

29См.: Крупская Н.К. О работе среди женщин: сб. статей. М.; Л.: ГИЗ, 1926.

30См.: Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. М.: Политиздат, 1974. Т. 40. С. 157–158.

66

могли бы существовать при партийных ячейках, и одной из задач этих организаций было бы просвещение женщин, обучение их грамоте, разъяснение прав и возможностей.

Одной из идей Ленина является предположение о том, что вообще рабочий класс и женщин в частности можно «подтянуть» до осознания своих прав. Поскольку к началу XX в. капиталистические отношения в России еще не сложились в соответствии с классической марксисткой теорией, говорить о социалистической революции было рано. Однако Ленин полагал, что если объяснить рабочим требования социалистической революции, то их можно реализовать. Соответственно, и женщины, не осознающие своего подчиненного положения в силу забитости и необразованности, должны образовываться и развиваться, если им самим это трудно, то более сознательные женщины посредством женских объединений должны разъяснять более отсталым представительницам своего пола их интересы. Никто лучше женщин женщинам не объяснит их права и свободы.

В творчестве Льва Троцкого (1879–1940) тоже можно найти ряд положений, в которых он выступает за освобождение женщины. При этом его требования проникнуты духом нигилизма, как многие другие идеи. Троцкий полагал, что освободить женщину — это значит освободить ее от всех стереотипов предыдущего общества — перерезать последнюю пуповину, связывающую человечество с темным суеверным прошлым. В этом плане необходимо освободить женщину от капиталистической морали, от представления о каких-то ограничениях, которые бы женщина могла испытывать в проявлении своих чувств, интересов. Поэтому Троцкий фактически выступает за отмену семьи и за свободные половые отношения.

Однако центральной фигурой женского эмансипационного движения в России начала XX в. является Александра Коллонтай (1872–1952), выступающая с марксистских позиций. Известный комиссар государственного призрения, участница революционных событий 1917 г., Коллонтай фактически добилась первых декретов, защищающих интересы женщин. Это декреты 1918 г. о пол-

ной юридической независимости и равноправии женщины в браке, о легализации абортов, устранении понятия «незаконное рождение» — «незаконнорожденный ребенок», равном вознаграждении за равный труд, государственном обеспечении охраны материнства и детства.

67

Октябрьская революция 1917 г. фактически одномоментно дала женщинам России все те права, за которые европейские женщины боролись и продолжали бороться. Другое дело, что в каких-то направлениях движения потом наблюдались возвратные тенденции, в частности в вопросах, касающихся свободы репродуктивного поведения женщины. Тем не менее на момент начала 1918 г. права, предоставленные российским женщинам, во многом опережали те требования, которые были выдвинуты европейским феминизмом. Более того, многие из полученных прав российскими женщинами еще были не осознаны даже на уровне требований. Если мы посмотрим плакаты этого времени, мы увидим, как на них разъясняют женщине, зачем ей нужны те возможности, которые предоставило советское государство: зачем ей нужно образование, почему нужно ликвидировать неграмотность, почему детей правильно отдавать в детский сад, почему лучше питаться в общественных кухнях, а не дома, как ухаживать за младенцем и почему рожать следует в больницах. Эту же идею «подтягивания» сознания женщины до уровня социалистических установок можно увидеть в довоенном российском кинематографе. Такие фильмы, как «Веселые ребята», «Светлый путь», «Цирк», показывают путь эмансипации женщины, ее движение от плена стереотипов старого общества (подчиненности мужчине, функции обслуживания, низкой самооценки) к осознанию своих прав, приобретению уверенности в себе и реальному вкладу в общественное развитие.

Экономическая независимость женщины и полное участие в производстве станут возможными только при освобождении женщины от домашнего труда — эта идея коллективизма повседневной жизни является доминирующей в первые годы советской власти. Мы видим, что эти идеи коллективизма проявляются в градостроительных утопиях, когда создаются огромные дома-фабрики, где небольшие ячейки для проживания человека, собственно спальни, соседствуют с огромными публичными пространствами: читальными залами, площадками для занятия спортом, общественными столовыми, кинотеатрами. Основная идея первых лет советской власти заключалась в том, что новый человек должен освободиться от бремени быта. Быт и бытовые потребности должны удовлетворяться обществом, а не семьей.

Можно сказать, что семья в этот период на уровне идеологии отходит на второй план и мыслится где-то в духе Троцкого — это то, что должно быть пережито. Но для этого необходимо серьезно изменить сознание женщины, ее воспитание и самообразование. Поэтому та же Коллонтай пишет целый ряд работ

68

для библиотечки новой женщины, в которых разъясняет новые моральные установления для того, чтобы женщины могли в полной мере осознать ту свободу, которую они получают.

Эти установления, конечно, немножко «очень передовые» для того времени и, собственно говоря, для другого времени тоже. Например, Коллонтай говорит о том, что брак — это экономическое угнетение женщины в капиталистическом обществе, он предполагает экономическое и сексуальное подчинение и базируется на собственнической морали. Эмоциональное и психологическое неравенство в браке выгодно для мужчины и невыгодно для женщины. Поэтому на смену этому должны прийти новые нормы взаимоотношений.

Однако эти «новые нормы» оказываются в интерпретации Коллонтай слишком радикальными. Такова ее концепция «стакана воды», в которой Коллонтай утверждает отсутствие принципиальной разницы между всеми физиологическими потребностями — в пище, воде, отдыхе, сне, тепле, сексе. Из того, что сексуальные устремления являются естественными, по Коллонтай следует, что и удовлетворяться они должны так же просто, как удовлетворяется жажда. Вступить в сексуальные отношения и удовлетворить свою потребность — это не более сложный процесс, чем выпить стакан воды. Поэтому женщина должна понимать, что она свободна в том числе и в сексе. Он не грешен, не постыден, он — высшая форма человеческой активности. Поэтому необходимо сексуально раскрепощаться, а для этого наиболее передовые женщины должны практиковать сексуальные эксперименты.

Коллонтай обращает внимание на то, что культура стихийно развивается именно в этом направлении, вспоминая различные декадентские эксперименты в предреволюционной России, различные тройственные и кватро-браки интеллигенции как наиболее передовых в духовном плане представителей народа. Брак в принципе, по Коллонтай, — это то, что должно быть изжито: брак — это проявление собственнических инстинктов, это отстало и плохо. Но и любовь — это плохо и неправильно для коммунистического общества. Любовь — это настоящая опасность для нового человека, для человека коллектива, потому что всепоглощающая любовь связывает человека с другим человеком и изымает его из коллектива. Интимные отношения, эмоциональный комфорт, привязанность в половых предпочтениях — это то, что делает нас зависимыми друг от друга, а это плохо. Свободный человек и новый человек не должен быть зависим от чего-то.

69

Мы сможем преодолеть любовь, — считает Коллонтай, — именно тогда, когда не будет концентрации сексуальной энергии. Любовь, по ее мнению, связана с какими-то периодами воздержания, и если, испытывая сексуальную потребность, человек ее будет удовлетворять с первым встречным, то никакой любви не будет, потому что не будет вот этой лишней энергии, которая могла бы нас закрепощать в межличностных отношениях. Любовь подразумевает подчинение, любовь — это сверхценность, она мешает коллективу, поэтому любовь должна быть преодолена. Товарищество, а не традиционная семья должно стать формой отношений будущего.

Коллонтай инициирует и отстаивает декрет об абортах, аргументируя свою позицию тем, что рождение ребенка входит в свободу репродуктивного поведения женщины. Решение о сохранении или прерывании беременности — это личное дело женщины, мужчина никаким образом не имеет к этому отношения. Хочет женщина иметь ребенка — она будет его иметь, не хочет — значит она имеет право сделать аборт.

При этом в идеале материнство является не личным делом женщины, это ее общественная обязанность. Мужчина ребенка произвести не может, поэтому забеременевшая женщина в настоящем коммунистическом обществе будет рожать ребенка, выполняя свою общественную обязанность, заботясь о продолжении рода. Но и общество при этом будет всячески поддерживать женщину, потому что не женщине нужен ребенок, ребенок нужен обществу. Женщина, родившая ребенка, отдает его на воспитание государству, и оно полностью обеспечивает нового члена всем необходимым, кормит, обучает, воспитывает, берет на себя заботу о ребенке. Коллонтай говорила о разных уровнях заботы о детях — должны быть ясли для младенцев, детские садики для маленьких детей, школы, начиная с пятилетнего возраста, спортивные группы, обучение искусствам и ремеслам. Единственная тягота женщины, связанная с материнством, — это период вынашивания и выкармливания ребенка, первые месяцы его жизни. Это ее работа, за которую общество должно вознаграждать женщину. Очевидно, что жен- щине-работнице требуется больше внимания, нежели мужчине, ее условия труда не должны препятствовать реализации репродуктивной функции. Нужно серьезно следить за здоровьем женщины, иначе она будет работницей, но не сможет стать матерью, и в масштабах общества это представляет опасность.

70