Философия культуры. Философские основы творчества. Монография

ского дядьки», но лучше классифицировать бузину в мире растений, а дядьку — в мире приматов, хотя любой из названных объектов можно рассматривать как отдельное.

Общее отражает факт существования в явлении таких специфических черт, свойств, присущих единичному, которые позволяют эту совокупность единичных процессов и явлений разделить на определенные группы, классы. Общее может отличаться одно от другого по степени общности. Менее общее — общее — более общее — еще более общее. Чтобы не запутаться в системе общего при классификации всего многообразия предметов и процессов объективной реальности, принято выделять семейства, роды, виды, типы, классы животных, растений, технических устройств и т. д. Каждое из перечисленных средних (промежуточных) понятий можно обозначить понятием особенного. Особенное не следует путать с особенностями предмета или явления. Особенности предмета или процесса ведут нас к неповторимому, единичному. Особенное поднимает нас на новый уровень обобщения, позволяя ориентироваться в системе обобщения исследуемых явлений и процессов. Особенное не абсолютизирует ту или иную группу обобщаемых явлений. Оно указывает на её относительность в системе классификации, подчеркивая то, что общее может рассматриваться в качестве единичного. Выделяемая в процессе анализа или классификации из массива общего часть объектов может рассматриваться в качестве «единичного», которое, несомненно, будучи условно единичным, содержит в себе черты общего. «Условно единичное» и есть особенное.

«Особенное», или «условно единичное» — это философская категория для обозначения сторон или процессов, которые являются общими для одних и единичными для других предметов или явлений.

Методологическое значение категорий «единичное», «общее», «особенное» для творчески мыслящего субъекта:

1)данные категории позволяют субъекту познания (исследователю) дифференцировать явления и процессы, вычленяя в них специфические, обособляющие стороны объекта анализа, а также находить те основания, на базе которых эти явления можно объединить;

2)анализ на основе категории «единичного» может вести исследователя к признанию множества обособленно существующих уникальных, нетипичных сущих, порождающих гносеологический хаос существования специфически обособленного. Анализ на базе категории «общего» может порождать иную крайность, формируя воззрение на мир как на некий монолит, цементируемый предельно общим основанием. Фактором, снимающим недостатки крайних

61

устремлений, является категория «особенное», позволяющая рассматривать анализируемый мир явлений как сущее, дифференцированное самой природой по множеству оснований, которые приходится находить исследователю, обозначать и преподносить другим исследователям в объективированной форме;

3) рассматриваемые категории, будучи составными элементами интеллектуального познания, позволяют экономить процесс мышления. Зная «общее», исследователь может сосредоточить внимание на непознанных сторонах единичного. Познание единичного дает возможность для дальнейшего углубления знания, получения информации для дальнейших обобщений.

Следующей парой категорий, которые могут быть подспорьем в творче-

стве, выступают «явление» и «сущность».

Процесс познания идет, как известно, от явления к сущности, поскольку сущность скрыта от непосредственного восприятия. Карл Маркс в Капитале писал: «… если бы форма проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня…»41.

Явление — философская категория для обозначения проявлений сторон сущности на поверхности и через массу случайных отклонений. Явление — это способ обнаружения сущности через свойства и отношения, доступные чувствам и разуму.

Явление само по себе многообразно и представлено на всех уровнях (этапах) познавательного процесса. Явление охватывается сознанием на чувственной ступени восприятия окружающего мира как проявление физической основы бытия, воспринимаемой органами чувств. Логика включает явление в сферу мыслительной деятельности, а понять сущность осмысливаемого фрагмента бытия позволяет интеллект. Интеллектуальное осмысление включает логику, органично соединенную с диалектикой, что позволяет не только охватывать полученные знания уже известными мыслительными формами, но и творчески выявлять новые грани бытия, формулировать законы существования и мышления. Умение за явлением усмотреть сущность, за кажущейся случайностью — закономерность — формируется только у творческой личности, находящейся в непрерывном поиске нового взгляда на обыденное видение мира. Все законы бытия, выражающие сущность различных процессов, открыты и обоснованы интеллектуалами, специалистами в своих областях знания.

Все знают, что явления лежат на поверхности вещей. Но прийти и сразу всё увидеть не получается. Здесь следует остановиться на понятиях «смотреть»

41 Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 3. Книга III: Процесс капиталистического производства, взятый в целом. Ч. 2. М., 1975. С. 889–890.

62

и«видеть». Понятия «смотреть» и «видеть» имеют различное содержание. Содержанием понятия «смотреть» может быть как беспредметное созерцание, так

ицеленаправленное восприятие, поиск чего-то определенного или наблюдение нового явления. Содержанием понятия «видеть» является выделение из множества информации, поступающей в мозг через органы чувств, конкретного чувственного образа (информации), который можно закрепить в новом понятии или совместить (соотнести) с содержанием имеющегося понятия.

Содной стороны, познание представляет процесс целенаправленного восприятия, освоения объективной или субъективной реальности, то есть предполагает несвободу от цели, от поиска специфических феноменов бытия.

Сдругой стороны, это совокупность навыков видения (созерцания) мира, которые позволяют не только что-то видеть, но и обеспечивают качество видения того, что недоступно стороннему наблюдателю, когда можно смотреть и не видеть. На это обращает внимание и американский палеонтолог Нил Шубин. Он рассказал о том, как вместе со своим коллегой одновременно смотрел на один и тот же участок исследуемой поверхности почвы. Но Нил Шубин не видел ничего, кроме каменной пустыни, а его коллега находил ископаемые зубы, челюсти и даже обломки черепов42. В этом случае проявляются свобода комбинирования поступающей в мозг информации (каждый видит по-своему, свободно) и несвобода от текущего опыта, от опыта предшественников, даже от опыта предшествующих поколений созерцателей, исследователей и т. д. При совместном созерцании каких-либо аморфных структур у созерцателей в результате произвольного (свободного) комбинирования цветов и линий могут возникать причудливые образы различных вещей, предметов, видимых одним и не видимых другим человеком. Эти образы могут передаваться друг другу, но за ними нет ничего, кроме абстракции. Иное дело — конкретный поиск того, что у нас под ногами, что мы должны, обязаны видеть. С третьей стороны, если бы все люди на всё смотрели исчерпывающе внимательно, то мозг оказался бы перегруженным огромным объемом информации об окружающем мире. Сама природа познавательного процесса ограждает мозг от перегрузки. Тот, кто не желает перегружать свой мозг, не увидит ничего. Мозг исследователя, находящегося в свободном поиске, комбинирует свои ощущения в те или иные поисковые образы, перепроверяя получаемую информацию на опыте, и движется вперед в нахождении нового, неисследованного, непознанного. Ограничение познавательного процесса тем, что уже познано, сведение познания к формаль-

42 См.: Шубин Н. Внутренняя рыба: История человеческого тела с древнейших времен до наших дней. М., 2010. С. 88.

63

ному поиску соответствий тормозят процесс освоения нового. То есть если бы не было свободы индивидуального отражения действительности, то не было бы и прогресса человеческого познания.

Сущность всегда находится в единстве с явлением, ибо через явление она обнаруживается. Сущность является. Явление существенно. В объективном мире существуют различные связи и отношения, которые познающим субъектом обозначены посредством рассматриваемых категорий. Выстраивая цепочку процессов, познаваемых посредством чувств, логики и интеллекта, человек объективирует полученные знания. Для логичного изложения приобретенного

иобъективированного материала необходимы отправные, ключевые понятия, которыми и являются категории «явление» и «сущность». При этом учитывается, что грани бытия, обозначаемые как явление, не тождественны скрывающимся за явлениями глубинным связям, обозначаемым в качестве сущности. Поверхностное и глубинное отличаются одно от другого. Несомненно, что явление (поверхностное проявление) богаче сущности (законов бытия) по формам своего проявления, ибо привносит нечто иное, что идет от сущности.

Реализация законов бытия (сущности) сущего в различных условиях приводит к вариабельности того, что воспринимается наблюдателем (исследователем) как явление. Явление, выражая сущность, привносит то, что возникло не только под влиянием внутренних факторов (сущности) в различных возможных вариантах, но и то, что скорректировано участием в процессе становления под воздействием внешних условий (факторов). Вполне возможно, что явление в этом случае несет в себе частицы иной сущности, которую ещё предстоит открыть, сформулировать, объективировать. Вместе с тем явление в свое содержание, помимо частичек конкретной сущности, может включать новые моменты, черты, которые обусловлены внешними обстоятельствами и из рассматриваемой сущности не вытекают, что также дает почву для размышлений и возможных новых открытий.

Поскольку сущность проявляется лишь через явление, а последнее может передавать ее в преобразованном, так или иначе искаженном виде, в познании и в жизни нельзя ограничиваться тем, что лежит на поверхности познаваемых объектов. Проникновение вглубь изучаемого процесса невозможно без соотнесения исследуемого явления с ему подобными, чтобы выявить наиболее типичные связи, свойства и черты. Для решения этой задачи возникают потребность

инеобходимость воспроизводить сущности изучаемых вещей и процессов в сознании в форме идеальных образов, которые, благодаря объективации на материальном носителе, только и могут быть подвергнуты детальному анализу, со-

64

отнесению между собой. Этот процесс без помощи и участия интеллектуального фактора в познании невозможен.

Сущность скрытна, да и явление, как нам кажется, носит искаженный характер. Явление ничего не искажает, просто человек часто не может адекватно понять то, что перед ним предстает в результате преломления лучей, изменения скорости звука в результате изменения плотности воздушной среды и т. д. Искаженное восприятие мира переносится с образа, воспринимаемого субъектом познания, на познаваемый объект. Несовершенство восприятия, от которого не уйдешь, должно компенсироваться и компенсируется интеллектом.

Недаром говорят о единстве диалектики, логики и теории познания. Это единство достаточно явно проявляется в процессе познавательной деятельности с использованием категорий «явление» и «сущность». Понятно, что конкретным содержанием, вкладываемым в понятия «явление» и «сущность», выступает объективированное в данных понятиях знание, отображенное в сознании познающего субъекта. Общеизвестно, что человек смотрит глазами, видит мозгом, а объективированную информацию об увиденном объекте передает после её мыслительной обработки. Степень внутренней переработки получаемой информации зависит от субъекта и конкретных условий, от этапов (ступеней) познавательной деятельности, когда субъект познания, вольно или невольно, позволяет себя обмануть, ввести в заблуждение. Заблуждения, стереотипы мыслительной деятельности, уровень индивидуального интеллекта или «белые пятна» в развитии научного знания, не позволяющие дать четкое представление о процессе, затрудняют возможность проникновения к глубинным связям изучаемого объекта. На «входе» перед субъектом познания предстает явление, а на «выходе» — тот или иной уровень претензии на сущность.

Чувственный этап (ступень) позволяет получить не только адекватное отражение действительности, но и иллюзорное, видимость, кажимость.

Логический этап (ступень) может привести к истине, заблуждению и лжи, если субъект познания, основываясь на ложных установках, противоречащих практике и здравому смыслу, настаивает на познавательной значимости осмысленной им и объективированной информации. Огромную роль здесь играет личностное отношение к получаемой информации, её мыслимость или немыслимость. Как видим, процесс познания, связанный с восхождением от явления к сущности, вовлекает в русло осмысления бытия и такие категории диалектики, как «мыслимое» и «немыслимое», а вместе с ними и понятие «научная вера», поскольку научная вера выступает специфическим гносеологическим феноменом, занимающим не последнее место в логическом осмыслении бытия.

65

Интеллектуальный этап (ступень) дает возможность синтезировать получаемую информацию с ранее полученным и проверенным знанием, повторяя тем самым результаты логического этапа, но соединенного с осмыслением диалектики бытия. Интеллект — это синтез науки, диалектики и логики (диалектической логики), служащий дальнейшему познанию явлений и процессов объективной реальности. Интеллектуальное познание не только допускает, но и предполагает возможность прорыва в область непознанного, неисследованного. Проникновение в неизведанное осуществляется с помощью интеллекта. Интеллект позволяет создавать предположительные, теоретические конструкции, системы. Интеллект соотносит (проверяет) абстрактные, гипотетические знания с реальностью. Эти творения в объективированном и проверенном практикой виде представляют собой не только содержание нового (обновленного) явного знания в виде новых закономерностей и законов бытия, но и неявного, существующего в виде предположений, догадок, теоретической видимости и кажимости, теоретического призрака. Теоретическая определенность, завершенность позволяют вести речь о явном знании. Теоретическая неопределенность, расплывчатость, туманность рассуждений и выводов, имеющих право на свое существование и требующих дальнейшего осмысления и развития, указывают на наличие неявного знания. На интеллектуальном этапе познания чувства и логика являются только подспорьем, но не более. Для проникновения в сущность недостаточно обладать только знаниями, нужны ещё ум, интеллект.

Сделаем небольшое отступление и обратимся к проблеме ума (мудрости) и учености.

Современные условия бытия требуют формирования людей самостоятельных, способных ориентироваться в хитросплетениях современных жизненных ситуаций, опираясь на свои мыслительные способности, на свой ум. Задуматься над этой проблемой заставляют мыслители минувших времен, являвшие собой пример самостоятельности мысли. В стихотворении, приписываемом А. С. Пушкину, говорится:

«Всегда так будет, как бывало; Таков издревле белый свет: Ученых много — умных мало, Знакомых тьма — а друга нет!»43.

43Пушкин А. С. Полное собрание сочинений: В 10 т. Изд. 4-е. Л., 1977. Т. 1. С. 403.

66

А. С. Пушкин (или кто-то из его современников), указывая на то, что ученость и ум являются вещами, отличными друг от друга, не обращает внимания на содержательную сторону отличия, хотя и констатирует, что малая часть умных входит составным элементом в число тех, кого следует отнести к ученым. Умным, по всей видимости, можно назвать ученого, обладающего, помимо знаний, специфической способностью, позволяющей считать его умным. В сочинениях Гераклита, мыслителя Древней Греции, более двух тысяч лет назад обращено внимание на то, что «многознание уму не научает»44. У Л. Н. Толстого в дневнике есть запись, датированная 19 января 1901 г. Она гласит: «Есть люди, живущие только своими мыслями, — это мудрецы, пророки; есть — живущие только чужими мыслями — это ученые глупцы (тупицы)»45. Характеристика тупиц убийственна. Ученые «глупцы» живут только чужими мыслями, свои мысли у них отсутствуют, хотя они считают себя людьми науки. Лев Толстой был знаком со взглядами выдающегося мыслителя XVI в. Мишеля Монтеня, проводившего достаточно четкую грань между ученостью и мудростью, указывая на то, что ученость можно заимствовать у других, а мудростью нужно обладать самому. Монтень писал: «Если можно быть учеными чужой ученостью, то мудрыми мы можем быть лишь собственной мудростью»46.

Все, или почти все, ученые являются субъектами познания, все они люди грамотные, но по-разному могут использовать полученные знания. Можно обладать прекрасной памятью, усвоить огромный объем знаний, успешно решать множество типовых задач, но пасовать перед преградами, которые ещё никто не преодолевал. Умные обладают способностью мыслить самостоятельно, независимо от алгоритмов мыслительной деятельности, полученных при освоении знаний. Мыслить свободно — значит демонстрировать свободу распоряжения полученными знаниями, свободу приращения нового знания, отличного от того знания, которое уже существует. Свободная мысль демонстрирует преодоление несвободы от знания, которое либо устарело, либо не может служить основой для объяснения новых явлений и фактов. Лев Шестов отметил: «Мудрецы не больше знают, чем глупцы, — у них только больше храбрости и самоуверенности»47. Таким образом, ищущий субъект познания не свободен от персональных мыслительных способностей, от умения не ограничиваться полученным знанием, от способности идти к новому знанию по-новому. В противном случае цель

44Цит. по: Чанышев А. Н. Курс лекций по древней философии. М., 1981. С. 137.

45Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. М., 1935. Т. 54. С. 81.

46Монтень М. Афоризмы и сентенции / М. Монтень; сост. Г. В. Остапченко. М.: ООО «Издательство АСТ»; Харьков: «Торсинг», 2003. С. 257.

47Цит. по: Афоризмы. Минск.: Харвест; М.: АСТ, 2000. С. 445.

67

познания не будет достигнута. Мудрость — это глубокий ум, опирающийся на жизненный опыт48.

И у мудрецов, и у «глупцов», несомненно, существует информационный стержень их деятельности — их убежденность в истинности знания. Но у мудрецов гибкий ум, позволяющий применять знания в различных ситуациях, опираясь на свои возможности. «Глупцы» также наращивают свои знания, но слепо следуют алгоритму деятельности, определяемому усваиваемым знанием. Этот момент подмечен Мишелем Монтенем: «Только глупцы могут быть непоколебимы в своей уверенности»49. Для умного человека авторитетом при решении любых вопросов является объективная реальность, с которой он сверяет свои шаги. Для «глупого» авторитетом является полученное знание. Умный (мудрый) человек смотрит на мир своими глазами, оценивая и переоценивая, в меру своих возможностей, свое видение мира и достижения различных наук. Его противоположность — человек, не способный к самостоятельному видению реальности, — смотрит на мир через призму чужих, но не чуждых ему, взглядов.

Обратимся к одному из выдающихся мыслителей древности — Эзопу. До нас дошли его идеи, изложенные в уроках мудрости. В этих уроках мудрости содержатся алгоритмы решения множества социальных проблем, которые возникают и решаются на протяжении тысячелетий. Эзоп учил смотреть на мир своими глазами, подмечать и понимать то, что человека окружает.

Умный ученый (мудрый) открывает новое в видении мира. Это знание в дальнейшем используют те, кто претендует на ученость.

Знания о многих вещах были известны испокон веков, а законы и закономерности были сформулированы значительно позже. Возьмем для примера закон всемирного тяготения. Явления, указывающие на наличие закономерных связей, наблюдались людьми длительное время. Для его формулирования, да и много другого, нужен был интеллект такого исследователя, каким был И. Ньютон.

Возвратимся к проблеме сущности и явления. Сокрытие сущности на уровне явления широко распространено в обществе, в животном мире. В целях маскировки, сокрытия истинных намерений используется преднамеренное искажение реальности. Отдельные элементы маскировки отработаны природой в результате эволюции живых существ, что получило свое обозначение как мимикрия. Это явление получило распространение и в социальной сфере. В познании выделяют понятия «кажимость», «видимость». За этими понятиями скрывается и непреднамеренное и преднамеренное искажение воспринимаемого объекта. Видимость (кажимость) — это неадекватное, искаженное и даже в

48См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка. С. 313.

49Монтень М. Афоризмы и сентенции. М., 2003. С. 214.

68

какой-то мере извращенное восприятие объекта познания, ведущее к искаженному пониманию (восприятию) сущности. В видимости (кажимости) наличествуют верное и неверное (мираж, маскировка, мимикрия). Видимость может возникать непреднамеренно или преднамеренно, выражая намерения конкретных лиц скрыть свою сущность или сущность их действий.

Явление всегда текуче, изменчиво. Сущность же составляет нечто устойчивое, сохраняющее себя во всех изменениях. Однако, будучи устойчива по отношению к явлению, сущность не остается абсолютно неизменной. Преходящи, подвижны, текучи не только явления, но и сущности вещей. Мир движется, изменяется, а вместе с ним и меняются сущности.

Сущность — это философская категория для обозначения главного, основного, определяющего в содержании предмета, процесса или явления. Сущность — совокупность всех необходимых сторон и отношений вещи, взятых в их естественной взаимозависимости, в их бытии. Это то, без чего данная вещь не может быть сама собой.

Сущность по своему содержанию тождественна понятиям «закон», «закономерность». Если бы сущность лежала на поверхности вещей, то никакая наука была бы не нужна. Но сущность скрыта и проявляется через явления. Поэтому процесс познания идет от явления к сущности, от сущности 1 порядка к сущности 2, 3, 4 порядков и т. д. Сущность формируется на интеллектуальном уровне познания.

За сущностями разного уровня далеко ходить не нужно, они под носом аналитика. Сущности начинаются с выяснения и классификации форм и не завершаются раскрытием устойчивых связей содержания, законов функционирования систем. Процесс раскрытия внутренних и внешних связей бесконечен, а вместе с ним и бесконечен процесс восхождения от явления к сущности высокого порядка.

Методологическое значение категорий «сущность» и «явление» для субъекта творческой деятельности:

1) явления лежат на поверхности вещей, но и их нужно уметь видеть, воспринимать, для того чтобы попытаться проникнуть к сущности. Творчество нужно для того, чтобы видеть, понимать, проникать в глубину явлений и процессов бытия. Творчество необходимо для кажущегося простым перехода от явления к сущности;

2) данные категории позволяют фиксировать наличие любого сущего в различных формах его проявления, поскольку оно не может быть представлено иным способом, как через свое выражение посредством явления, а его место и роль в бытии определяются через сущность;

69

3) явление характеризует не только внешнюю, созерцаемую, фиксируемую чувствами и логикой сторону вещи или процесса, но и позволяет с помощью интеллекта проникнуть внутрь, выявить структурные связи, их качественную определенность, позволяющую формулировать законы и закономерности бытия исследуемого (изучаемого) объекта;

4) грани сущности начинают приоткрываться пытливому исследователю при попытке классификации изучаемого отдельного объекта бытия, стремлении вычленить черты общего и единичного, попутно приоткрывая глубины сущности энного порядка и увлекая вглубь к системному анализу, выявлению законов бытия и функционирования.

Категории «форма» и «содержание», «часть» и «целое», «система»,

«элемент», «структура» играют немаловажную роль в творческом мышлении и познании. Перед субъектом познания при отражении предмета или процесса посредством органов чувств предстает форма изучаемого объекта. Исследователю хотелось бы познать содержание, но содержание в познании представляет собой более глубокий уровень постижения бытия, чем форма. Когда человек что-то творит, то облачает разработанное им содержание в некую форму, и таких форм множество. Но в познании он всё-таки идет от формы к содержанию. Вместе с тем одно содержание может быть выражено в ряде форм, как это может встречаться среди растений и животных. Для того чтобы в этом разобраться, нужно получить соответствующее объемное знание. Только субъект познания, загрузивший интеллект знанием множества форм и их содержания, позволяет, анализируя содержание, восходить к той или иной форме. Но здесь уже необходимо вести речь о специфике интеллектуального познания.

Несмотря на кажущуюся простоту познавательного процесса, познание формы является проникновением в сущность начального, первого уровня. Форма — это кажущаяся поверхность вещи, на которой «расположилась» частица сущности, это сама сущность начального порядка. «Форму» ещё нужно увидеть, услышать, почувствовать — «объективировать» в индивидуальном сознании, чтобы результатами объективации поделиться с другими.

Исходным для выяснения проблемы является тезис: «Мы смотрим глазами, а видим сознанием»50. Почему? Да потому, что для осмысленного отражения нужны знания, хотя бы элементарные. Взрослый человек, начав видеть, оказывается неспособным зрительно выделить объекты, распознать или назвать их, он только говорит о массах света и цветов. На обучение видению нужны го-

50 Голдстейн М., Голдстейн И. Ф. Как мы познаем. Исследование процесса научного познания. Сокр. пер. с англ. М.: Знание, 1984. С. 38.

70