Становление терминосистемы права в английском языке. Монография

Термины, обозначавшие действия как правомерные, так и неправомерные, образовывались от глаголов с добавлением суффиксов: -ð (ðingian – ходатайствовать, просить ðingð - ходатайство); -lac (reafian – грабить reaflac – грабеж, разбой); -ung (ðeofian - красть ðeofung - кража).

По полученным данным, самыми продуктивными суффиксами, использовавшимися при образовании правовых терминов-существительных, являлись такие суффиксы, как –dom (cynningdom – правление короля); -end

(demend – судья); -ere (cwellere – убийца, палач); -had (cifeshad – блуд); -ing

(crafing – требование, ходатайство); -ung (clusung – приговор, решение суда); -scipe (dryhtscipe – власть лорда, господина); -nes (cwiðnes – жалоба).

При образовании правовых терминов-прилагательных наиболее продуктивными были суффиксы: -ig (deaðscyldig – приговоренный к смертной казни); -lic (domlic – судебный); -ful (firenful – греховный); -leas (cwideleas – умерший без завещания).

Вдревнеанглийский период основным способом образования терминов-глаголов была префиксация, например: afindan – выяснить,

установить; bebeodan – объявить; gebeorgan – защищать; forspillan –

разрушить, уничтожить; miswenian – злоупотреблять (властью); unsoðian – фальсифицировать, искажать, подделывать.

Вцелом, количество префиксов, задействованных в терминообразовании, было ограниченным. Наиболее продуктивными являлись такие префиксы, как a- (abreotan – уничтожить; afylan – выполнять, например, поручение); be- (beniman – лишить чего-либо, конфисковать; behydan – сокрыть); ge- (gerihtan – правомерный, должный; gewitan –

уклоняться, отступать); for- (forsacan – отрицать, отказывать; forbeodan – запретить); mis- (misbeodan – нанести увечья, повреждения; misfeng – проступок); on- (onweald – собственность, владение); un- (unfrið - враждебность; unsidu – дурной обычай).

Так, термины, обозначавшие неправомерные действия, образовывались

сиспользованием приставок с негативным значением mis- и un-, что, видимо, было связано с необходимостью чёткого обозначения неправомерных действий, например, misdæd –проступок, грех, преступление; unlagu – злоупотребление, нарушение закона.

Наличие наиболее продуктивных суффиксов и префиксов при образовании правовых терминов, которые наделяли образованные термины права типичными значениями, свидетельствует о наличии словообразовательных суффиксальных и префиксальных типов в древнеанглийский период. Под словообразовательными типами понимаются модели образования правовых терминов, которым соответствовали типичные правовые понятия. Примером образования по суффиксальному словообразовательному типу могут служит термины, обозначавшие действия как правомерные, так и неправомерные, которые образовывались от глаголов

21

ходатайство); -lac (reafian – грабить reaflac - грабеж); -ung (ðeofian – красть

ðeofung – кража).

Количество словообразовательных суффиксальных и префиксальных типов в VII–XI века было незначительным, что видно из изложенного выше материала. Однако, сам факт появления словообразовательных типов в лексике, использовавшейся в правовой сфере, говорит о начале системной организации лексики права, поскольку, как отмечалось ранее, развитой терминосистеме присуще большое разнообразие словообразовательных типов (см. подробней стр.15).

Помимо морфологического способа, формирование новых терминов права происходило путём терминологизации слов общего или бытового употребления, т.е. уже в древнеанглийский период существовал лексикосемантический способ образования терминов.

В процессе терминологизации у слова не образуется нового значения. Слово общего употребления лишь переходит в другую сферу (в нашем случае, в сферу правового регулирования), либо сохраняя своё значение в полном объёме, либо расширяя или сужая значение (С.П.Хижняк, 1986; В.А.Татаринов, 1996).

Например, древнеанглийское слово land(o) – земля подверглось терминологизации и стало использоваться в качестве термина со значением земля как собственность. Этот переход был вызван появлением различного рода отношений по поводу владения, использования и распоряжения землёй. При этом, данное слово (land) терминологизировалось, или стало термином, сохранив свою семантику в полном объёме.

При переходе слов общебытового употребления в правовую сферу происходило зачастую и расширение значения терминологизируемого слова. Примером может служить появление термина feorm (провизия как налог). При вовлечении данного слова feorm – провизия в правовую область произошло расширение его семантики. Данный переход был связан с тем, что в феодальном обществе предметы потребления часто становились видами пошлины, поскольку налоги взымались в виде натуральных продуктов.

Достаточно часто в связи с осознанием явлений действительности в правовом аспекте, происходило и сужение значения слова при его переходе из области бытового употребления в область права. Так появился термин gylt (преступная вина): при переходе слова в сферу законности значение общеупотребительного слова gylt (вина) сузилось до значения преступная вина. Подобным же образом, при сужении значения терминологизируемого слова появился и термин dom (суждение приговор).

Вдревнеанглийский период правовые термины образовывались также при помощи синтаксического способа. В результате появлялись многокомпонентные термины права или терминологические словосочетания (терминосочетания).

Втерминологии права того времени представлены различные типы терминосочетаний, которые создавались по моделям, существовавшим в общеупотребительном языке рассматриваемого периода.

22

Так, по полученным данным, терминосочетания права подразделялись на: сочинительные (sacu and socn – юрисдикция) и подчинительные (gafoles andfenge – сборщик налогов). В обоих типах встречались либо

фразеологически связанные (clæne bæc habban – быть невиновным), либо

свободные сочетания (frið niman - добиваться мира). Среди подчинительных были представлены субстантивные и глагольные терминосочетания права,

которые могли быть беспредложными и предложными.

Наибольшее распространение имели подчинительные субстантивные беспредложные правовые терминосочетания, образованные по моделям A + N и N’s + N.

По модели A + N создавались терминосочетания, обозначавшие

преступные деяния (swicollic dæd – измена; freondleas mann – беззаконие) и

правомерные действия (folclic steor – общественное регулирование). Словосочетания типа N’s+N встречались в группах

многокомпонентных терминов со значениями преступных деяний (kynges oferhyrness – неповиновение королю); налогов (geares gafol – налог за текущий год); должностных лиц (hundreds ealdor – центурион, глава суда сотни).

Среди глагольных правовых терминосочетаний наибольшее распространение имели сочинительные беспредложные глагольные терминосочетания, образованные по модели V + N (freotes ðolian – попасть в рабство), которая использовалась для создания многокомпонентных терминов, обозначавших правомерные действия (frið niman – добиваться мира; að sellan – давать клятву, присягать); преступные деяния (synne stælan – совершать грех; æftan heawan – клеветать; sacne forhelan – укрывать виновное лицо).

Древнеанглийские правовые терминосочетания образовывались также по существовавшим в языке моделям предложных глагольных словосочетаний. Так, предложные глагольные терминосочетания были образованы по модели V + prep + N для обозначения: преступных деяний (to hamolan besciran – обрить волосы с целью оскорбления – V + to + N),

правомерных действий (on handa sellan – отдать в залог; on borh began – дать заверение, поручиться – V + on + N).

Появление в древнеанглийском языке, в целом, и в языке права, в частности, предложных словосочетаний было связано с тем, что английский язык начал из синтетического языка превращаться в аналитический. Большая часть имён существительных и прилагательных утратили присущие им окончания. Функции обозначения синтаксических отношений, некогда выполнявшиеся флексиями, приняли на себя предлоги.

Наличие типичных моделей образования терминосочетаний права для обозначения типичных правовых понятий указывает на присутствие синтаксических словообразовательных типов в языке права того периода. Однако их ограниченное количество не позволяет ещё говорить об их системообразующей роли.

23

Проведённый анализ, следовательно, позволяет придти к заключению, что в древнеанглийский период использовались 3 различных способа образования правовых терминов: морфологический, лексико-семантический и синтаксический. При этом продуктивность этих способов терминопроизводства в древнеанглийском языке была неодинаковой.

Самым продуктивным способом производства правовых терминов являлся морфологический, который был представлен префиксальносуффиксальным способом, словосложением, суффиксацией и префиксацией.

Лексико-семантический способ был представлен терминологизацией. Новые термины права появлялись в древнеанглийский период при переходе слов общего или бытового употребления в сферу правового регулирования, сохраняя, расширяя или сужая своё значение.

Что касается синтаксического способа, то многокомпонентные термины права создавались практически по всем существовавшим в древнеанглийском языке моделям. Имелись терминосочетания права с сочинительной и подчинительной связью. Подчинительная связь была наиболее характерна для субстантивных и глагольных терминосочетаний, которые могли быть как беспредложными, так и предложными. Кроме того, правовое терминосочетание любого типа могло быть фразеологически связанным или свободным.

Исследования показали также, что для древнеанглийского периода был характерен ряд словообразовательных моделей (суффиксальных, префиксальных, синтаксических), по которым образовывались термины с типичными правовыми значениями. Однако, системообразующая роль указанных словообразовательных типов была незначительна, поскольку они не отличались разнообразием и численностью, а потому не могли являться показателем системной организации лексики права того периода.

1.3.Семантические характеристики лексики права VII – XI веков

Вцелом, с точки зрения семантики правовая лексика указанного периода подразделялась на однозначные и многозначные термины.

Изучение многозначных терминов древнеанглийского права было проведено в 2 этапа. 1-й этап позволил выявить типы многозначных терминов; 2-й этап позволил установить соответствие типов многозначных терминов определенным типичным значениям правовых понятий. Необходимость двухступенчатого анализа вызвана тем, что термины по своей лексико-семантической природе разнородны. Немало учёных, занимавшихся исследованием проблемы многозначности древних слов, отмечали широкозначность древнего слова (см., например, работы Н.Н.Амосовой, 1957; Т.А.Аксёновой, 1984; Л.Ф.Бочкарёвой, 1984; Н.В.Феоктистовой, 1984).

Впервые слова широкого значения выделила Н.Н.Амосова. Особенность древних слов широкого значения заключалась в том, что для

24

них была характерна соотнесённость с понятием весьма широкого объёма, обнаруживающим высокую степень обобщённости и отсутствие иерархических отношений между элементами их смысловой структуры (Н.Н.Амосова, 1957). Широкое значение было способно покрывать широкую понятийную область представления различных явлений, без чёткого выделения лексико-семантических вариантов в своём значении, т.к. обозначаемые явления воспринимались как единое нерасчленённое целое. Такие слова назывались еще широкозначными словами с семантической доминацией (Н.В.Феоктистова, 1984, стр.134).

Об отличии многозначности древних слов и современной полисемии писали также такие исследователи, как Р.А.Будагов; С.Д.Кацнельсон; М.И.Стеблин-Каменский; В.М.Жирмунский, Л.П.Якубинский, В.З.Панфилов, Д.П.Горский, А.Г.Спиркин и др. Некоторые из указанных авторов связывали неоднозначность древних слов с их синкретичностью. Дело в том, что на ранней ступени развития в сознании человека существовал синкретичный нерасчленённый образ предмета, из которого затем по мере углубления познания действительности в человеческом сознании выделилось отвлечённое понятие свойства. Выделение того или иного признака предмета стало возможным при его сравнении с другим предметом в ходе активного воздействия человека на объекты внешнего мира в процессе его трудовой и социальной деятельности (Д.П.Горский, 1961, А.Г.Спиркин, 1954).

Что касается терминологии права древнеанглийского периода, то в рассматриваемой правовой лексике были отмечены примеры терминов, которые на первый взгляд имели разные значения, но были объединены общим смыслом. Например, «значения» термина æw – law, covenant совмещались в понятии наставление, а «значения» термина brego – ruler, chief, king, lord были объединены понятием господин. Подобных примеров, когда значение термина покрывало широкую понятийную область, без чёткого выделения лексико-семантических вариантов (ЛСВ) в своём значении, было отмечено довольно много (89,7%) в древнеанглийской терминологии права. Иными словами, в исследуемом слое правовой лексики VII – XI веков были представлены правовые термины с широким значением или широкозначные термины права.

Однако среди многозначных терминов права была выявлена группа терминов (10,3%), в семантической структуре которых прослеживалось явное движение от нерасчленённости выражаемых понятий к их более четкой дифференциации. В смысловой структуре терминов этой группы было объединено два все еще диффузных, неразграниченных значения. Значения этих терминов покрывали суженную, более четко очерченную понятийную область, нежели значения остальных обнаруженных многозначных терминов широкого значения.

Правовые термины, имевшие в семантической структуре по 2 значения, обладали особенностью - они объединяли значения определенных типов. Так, наиболее многочисленную группу составляли термины, в структуре семантики которых объединялись значения правонарушения и наказания за

25

это правонарушение: burgbryce – взлом жилища / наказание за данное правонарушение; slaly – кража / штраф за совершение кражи.

В силу своей неоднородности многозначные термины были проанализированы еще в одном аспекте, который позволил выявить, к каким типам значений относились многозначные термины древнеанглийского периода.

Нужно отметить, что данный анализ базируется на проведённом ранее подразделении терминов права на 2 большие группы: 1) термины права, встречавшиеся только в правовом контексте; данных терминов права было отмечено 55% всего объёма исследованного слоя лексики; 2) общеупотребительные слова – они же термины, т.е. общеупотребительные слова, употреблявшиеся в правовом контексте для выражения понятий права и перешедшие в разряд терминов; правовые термины данной группы составили 45% всех исследованных терминов права (см. подробней п.1.1. Особенности организации древнеанглийской лексики права).

Входе дальнейшего исследования каждая из вышеуказанных групп терминов права была разделена на 2 подгруппы: однозначные и многозначные термины права.

Врезультате получилось следующее: к 1-ой группе правовых терминов, использовавшихся только в правовом контексте, относились:

а) однозначные термины права, встречавшиеся только в правовом контексте, данных терминов права было отмечено 49% всего объёма исследованного слоя лексики; например, burhgeðingð – городской совет как юридический орган, cureāð – клятва обвиняемого, forswarung – клятвопреступление, ðeofgild – штраф в случае кражи;

б) многозначные термины права, также употреблявшиеся только в правовом контексте; термины указанной подгруппы составляли 6% всего объёма материала; например, ciricgrið – право на неприкосновенность святилища, наказание за нарушение этого права; domboc – свод законов, книга статутов, справочник правосудия; hāmsocn – нападение на человека в его доме, право подать жалобу в случае такого нападения, наказание за это преступление; mundbryce – нарушение законов опеки, защиты, штраф за нарушение этих законов.

Ко 2-ой группе терминов права, обозначенной нами как группа общеупотребительных слов - терминов, т.е. слов, использовавшихся как в бытовом, так и в правовом контекстах, относились:

а) однозначные общеупотребительные слова – они же термины права; данная подгруппа насчитывала 11% исследованных правовых терминов; например, befician – обманывать, burhwerod – население города, wundel – рана, увечье, weorcnyten – скот;

б) многозначные слова бытового, общего употребления – они же термины права, одно или несколько значений которых выражали понятия права; термины права этой подгруппы составляли 34% всего объёма исследованного материала, например, gafol – налог, обязанность, доход; isen – железо, железные инструменты, испытание раскаленным железом;

26

talu – утверждение, история, повествование, обвинение; wohdæd – преступление, проступок.

Полученные результаты показали, что многозначные термины права представляли немалую часть всего объёма исследованной древнеанглийской правовой лексики, а именно 40%, если соединить полученные данные в отношении многозначных правовых терминов обеих групп.

Далее было установлено процентное соотношение обычных широкозначных терминов и широкозначных терминов, объединяющих по 2 значения. В анализируемом материале основная часть многозначных терминов права приходилась на широкозначные правовые термины, а именно 89,7% всего объёма исследованных многозначных правовых терминов. В этой группе наибольшей частотностью отмечены термины, условно отнесённые к группе общеупотребительных слов – терминов права - 79,9% материала. Частотность широкозначных терминов, употреблявшхеся только в правовом контексте была значительно ниже - 9,8%.

Широкозначные термины права, имевшие 2 значения, составили 10,3% отобранных примеров многозначных правовых терминов. Это явление было типично для терминов, встречавшихся только в правовом контексте, а именно для 7,5% многозначных терминов права. Общеупотребительные слова - они же термины права, объединявшие 2 значения в семантической структуре, встречались значительно реже и составили 2,8%.

Указанные выше данные могут быть отображены в таблице.

Таким образом, согласно проведенному анализу, наиболее многочисленными являлись широкозначные термины права, которые относились к группе терминов: общеупотребительные слова – термины права. Это дает основание сделать вывод о вторичности правовой лексики по отношению к общеупотребительной лексике.

Полученные данные свидетельствуют о том, что как система терминология права находилась на начальном этапе своего формирования в силу специфичности семантической структуры многозначных слов. Ввиду

27

своей широкозначности многозначная лексика права того периода не коим образом не классифицировала понятий правовой сферы, а значит не выполняла той системообразующей роли, которую обычно исполняет многозначная терминологическая лексика (см. стр. 15 исследования).

Широкозначным терминам права VII-XI веков, которые составляли основную часть неоднозначных правовых терминов, предстоял достаточно сложный процесс четкого выделения лексико-семантических вариантов в их семантической структуре.

1.4.Отношения лексики права корреляционного типа VII-XI веков.

1.4.1.Лексико-семантические отношения лексики права.

1.4.1.1. Отношения вариантности и синонимии.

Проблема синонимии древних слов не является решенной в современной лингвистике. Для настоящего времени дискутируемым остается вопрос о правомерности выделения самого явления синонимии в отношении древних слов.

Так, ряд исследователей полагает, что древним языкам была присуща не синонимия, а полиномия, т.е. множественность наименований, когда одно и то же понятие выражалось с помощью разных слов (см., напр., работы А.А.Лемберской, Н.Н.Изметинской, Н.В.Феоктистовой).

С другой стороны, некоторыми авторами в отношении древних слов употреблено понятие синонимии, которая соотносится с явлением вариантности (Л.Ф.Бочкарева, Т.А.Аксенова, С.И.Шамерова). При этом вариантность определяется как лексическая, исторически изменчивая категория, которая проявлялась на всех уровнях языка (Л.Ф.Бочкарева, 1989). Различают 2 вида вариантности: внутрисловную и межсловную.

Внутрисловная вариантность допускала существование нескольких вариантов одного и того же слова, например, на морфологическом или фонетическом уровнях, т.е. она была связана с понятием тождества данного слова. Межсловная вариантность наблюдалась в отношении разных лексем, соотнесенных с каким-либо понятием (Э.Д.Головина, 1983).

Синонимия коррелировала с межсловной вариантностью, причем ряд авторов рассматривает вариантность как явление более широкое, нежели синонимия, другие же считают синонимию источником появления вариантности (Л.Ф.Бочкарева, 1989).

Согласимся с авторами, которые признают существование синонимических отношений в древних языках и полагают, что источником появления синонимии древних слов явилось явление межсловной вариантности.

Что касается правовой терминологии VII-XI веков, то было выделено 817 правовых терминов-вариантов. Далее были проанализированы

28

отношения между указанными терминами-вариантами, а именно была сделана попытка установить тождество/нетождество тех понятий права, которые они называли. При этом среди терминов встречались варианты, которые выражали одно и то же понятие без особой семантической дифференциации. Так, для выражения понятия «назначать, определять» в древнеанглийском языке существовали такие термины, как: settan, dihtan, sceawian, gelagian, genamian, gescirian, geteohian, при этом данные термины не указывали на какие-либо различные аспекты данного процесса.

Подобных правовых терминов-вариантов, употреблявшихся для недифференцированного выражения понятий права, было отмечено 94,6% всех исследованных терминов-вариантов права. В отобранном материале было выделено 2 основные группы вариантов: внутрисловные и межсловные.

Межсловных правовых вариантов, т.е. разных лексем, соотнесенных с каким-либо понятием, оказалось 60,7% всех правовых терминов-вариантов,

например, morðor/cwalu/slege – убийство; gylt/scyld – вина.

Внутрисловных правовых терминов-вариантов было отмечено 33,9%. При этом, представляется возможным выделить 5 подгрупп внутрисловных терминов-вариантов права в зависимости от варьирующих элементов, входящих в их состав:

1)аффиксальные термины-варианты (12,2%): beodan/bebeodan – приказать, повелевать; hyrian/áhýrian – нанимать, брать в наем; geweald/onweald - власть; unscæðful/unscæððig/unscæððende - невиновный;

2)фонетические термины-варианты права (8,9%): wundel/wundle –

увечья;

3)композитивные терминологические варианты права (8,8%): burhliode / burhsittende / burhwaras – граждане, горожане; sæmann /særine / brimmen / brimliðend – пират;

4)композитивно-суффиксальные варианты-термины права (3,9%): morðor/morðdǽd - убийство;

5)синтаксические варианты-термины права (0,1%): frið niman/grið niman – добиваться мира. В исследуемом материале встречались лишь единичные примеры подобных терминологических вариантов.

Среди древнеанглийских правовых терминов отмечены и синонимические варианты, т.е. термины-варианты, указывающие на разные свойства одного и того же выражаемого понятия, например, bane – убийца, совершивший тяжкое убийство // cwellere – палач // manslaga – убийца по неосторожности. Подобных лексических единиц насчитывается 5,4% всего объема исследованных правовых терминологических вариантов.

Итак, несмотря на наличие большого количества вариантов в исследуемом слое правовой лексики, основную их часть составляли варианты, которые выражали правовые понятия без семантической дифференциации. Это является свидетельством того, что процессы формирования синонимических отношений терминов находились лишь на начальном этапе их становления. Поскольку показателем системности отраслевой терминологии является хорошо развитая система именно

29

синонимических отношений, которые многосторонне отражают предмет исследования (см. подробней стр.15, 16), то можно утверждать, что древнеанглийская терминология права еще только начинала свой путь формирования как система.

1.4.1.2.Отношения антонимии

Висследуемом слое древнеанглийской правовой лексики был выявлен ряд единиц, имевших противоположные значения, что указывает на зарождение антонимических отношений в сфере права в этот период.

При исследовании антонимии правовых лексических единиц важно учитывать вид противопоставления дифференциальных сем. Критерием выделения типов антонимов является тип оппозиции: градуальная, комплементарная, противонаправленная. В результате различаются контрарные, контрадикторные и конверсивные антонимы, соответственно

(Л.А. Новиков, 1973).

Влексике древнеанглийского права были обнаружены примеры всех 3-х типов антонимов: контрарные антонимы, которые называли противоположные, однако равнопорядковые признаки: sculding – unsculding (виновный – невиновный); контрадикторные антонимы, в парах которых первый антоним предполагал наличие второго члена оппозиции: sacu – frið (война – мир); wif – wer (жена - муж); конверсивные антонимы, выражавшие противоположно направленные свойства: bucgan – cipan (покупать – продавать).

Вплане структурных различий антонимы в древнеанглийской лексике права подразделялись на разнокорневые: riht – wrang (правомерный – неправомерный); и однокорневые: ālīefedlic – unālīefedlic (законный – незаконный).

Можно сделать вывод, что антонимия в древнеанглийской лексике права была представлена различными типами. При этом пары антонимов, встречавшихся в сфере права, создавались как от одного корня при помощи антонимических аффиксов, так и при помощи разнокорневых слов. Однако пары антонимов были немногочисленны, что говорит о ещё только зарождавшихся антонимических отношениях в языке права. Поэтому существовавшие в правовой сфере антонимические отношения не могут рассматриваться в качестве фактора системной организации лексики права в древнеанглийский период.

1.4.2.Словообразовательные отношения лексики права

Словообразовательные характеристики лексики права учитываются в работе в отношениях и классификационного типа, и корреляционного типа. В древнеанглийский период словообразовательные отношения лексики права

30