Креативность в музыкальной культуре. Монография

мелодию, звучащую во всём. По М. Хайдеггеру, в музыке звучит голос бытия.

Философско-культурологическое исследование предполагает рассмотрение специфики музыкального бытия (философский аспект), а также анализ музыки как феномена культуры и основы музыкальной культуры (культурологический аспект). Музыка является одной из форм художественного бытия культуры: это музыкальный способ бытия, музыкальное бытие культуры.

Что представляет собой музыкальное бытие? С точки зрения русского философа А. Ф. Лосева, есть одно и единое музыкальное бытие, которое есть, во-первых, бытие, а во-вторых, эстетическое, т. е. в данном случае музыкальное бытие [126, с. 209]. В понимании А. Ф. Лосева, «чистое музыкальное бытие» есть изначальная бесформенность, хаотическое смешение всех возможных противоположностей (coincidentia oppositorum – слияние противоположностей, данное как длительно-изменчивое настоящее).

Специфика музыкального бытия – предмет исследования и современных ученых. В работе Ю. Н. Холопова «О формах постижения музыкального бытия» понятие музыкального бытия вбирает все стороны, слои и аспекты искусства звуков: 1) музыка как прикладное и несамостоятельное искусство; 2) музыка как свободное (неприкладное и самостоятельное) искусство; 3) музыка как не-искусство (чтение нараспев эпической поэмы) [222, с. 111]. Музыкальное бытие, являясь бытием-творчеством (Ю. Н. Холопов), включает в себя следующие формы: музыка как произведение искусства, как «акустическое событие» (термин К. Блаукопфа), как организм произведения (А. Ф. Лосев), как творческая деятельность; музыка как звуковая реальность,

11

творческая реальность; музыка-явление (искусство), музыка как праязык человеческий.

Что есть музыка? По определению А. Н. Сохора, музыка – это общественное явление; она представляет собой единство идеального содержания (отражение действительности) и материальной формы [199, с. 4]. Сравним его с другим определением, данным музыковедом В. Н. Холоповой: «Музыка – вид искусства, основанный на исторически сложившейся системе звукоинтонаций, через эмоциональное воздействие воплощающий какие-либо идеи, образы чувств и состояний человека, возможно – предметов и событий действительности, реализующийся в конкретных произведениях, построенных по определенным принципам композиции и преподносимых слушателю музыкантомисполнителем» [226, с. 15]. Как видно, в определении А. Н. Сохора «отражение» выступает ведущей функцией музыки,

вто время как определение В. Н. Холоповой охватывает различные аспекты данного вида искусства: интонационную природу музыки, воплощение образов и событий действительности, объективируемых в произведениях искусства,

внем присутствуют субъекты деятельности (исполнитель, слушатель), а также и сам процесс деятельности – реализация замысла композитора в продукте творчества.

Музыка представляет собой интонационный способ существования ценностей человеческого духа (эстетические, моральные, мировоззренческие), образующие ядро духовной культуры [66, с. 47]. Функциональные характеристики музыки составляют интонационную ткань культуры, интонационную (интонационно-звуковую) объективацию и осуществление ее смыслового напряжения и динамики.

Согласно А. Ф. Лосеву, возникающие из хаоса различные художественные «оформления» – скульптурные, архитектурные,

12

живописные – могут символически выражаться в музыке. Несмотря на многообразие мира художественных форм, музыка для Лосева – «первопринцип художественности вообще» [126, с. 622]. А значит, имеет право на существование мысль о музыкальном корне всех искусств. Ф. Энгельс, отводя центральное место музыке среди всех других искусств, писал, что: «в ней одной наслаждение совпадает с живым исполнением,

икруг действия по размеру соответствует античной драме»

[133, с. 226].

Всвой работе «Философия в новом ключе» С. Лангер приводит мысль Ганса Мерсмана о том, что возможности одновременного выражения противоположностей придает самые замысловатые оттенки выразительности музыки как таковой и в этом отношении выводит ее далеко за пределы всех остальных искусств [114, с. 217]. Анализируя проблему назначения музыки

иее возможностей, И. Я. Рыжкин верно отмечает, что только для музыки характерна «система особо организованных звучаний, где музыкальные звуки находятся в строго определенных высотных

(интервальных) и временных (ритмических) отношениях» [182, с. 9]. Четкая и прозрачная структура музыки, в отличие от других искусств, позволяет философу и социологу Т. Адорно выявлять общественные процессы через анализ музыкальной формы, устанавливая между ними прямую связь. Для него музыка – сгустившийся Zeitgeist (дух времени) [2, с. 25].

Искусство (в том числе музыка) оказывается одним из важных элементов современного культурного пространства, способным к гармонизации отношений человека с окружающей действительностью. Музыка оказывает значительное влияние на эстетические взгляды человека. Классическая немецкая эстетика трактует музыку как искусство, наиболее пригодное к изображению внутреннего мира человека, задача которого

13

решена совершенно автономно; как специфически современное, культурно-историческое явление [71, с. 292]. Писатель Г. Шиллинг считал, что человек на всех ступенях развития культуры обращается к музыке, когда его собственные эмоции очень сильны или когда он реагирует на сильные эмоции других

[142, с. 114].

Не раз учеными подчеркивался социальный аспект музыки. Так, по мнению французского исследователя мифа и музыки Клода Леви-Стросса, музыка играет важную социальную роль в современном обществе, а музыкальный опыт представляет собой уменьшенную модель человеческого существования. Российские ученые (М. С. Каган, А. Н. Сохор), акцентируя внимание на многообразии социальных функций музыки, указывают на широкий спектр ролевых возможностей этого искусства: от символического воплощения наиболее значительных для общества абстрактных понятий (политических, религиозных, нравственных и т. д.) до участия в самых конкретных практических ситуациях и действиях. «Воплощать социальную сущность человека, – пишет В. В. Медушевский, – музыка может именно потому, что и культуру она научилась «свертывать» в интонацию» [138, с. 43]. До размеров интонации уменьшаются культурные стили, целые художественные эпохи вместе с наполняющим их социально-мировоззренческим содержанием. Эту идею развивает другой российский исследователь, И. И. Земцовский, акцентирующий внимание на «культурной значимости» интонации как явлении, содержащем в своих истоках всеобъемлющую информацию о культуре. Интонация включает в себя: тип культуры, исторически определенный социум, жанровую функцию, характер исполнительского общения. Рассматривая музыку как свернутую культуру, исследователь представляет ее своеобразным символом

14

определенной культуры по отношению к представителям всего мира [68, с. 4].

Согласно концепции крупнейшего российского ученого, академика Б. В. Асафьева, музыка является искусством интонируемого смысла; именно наличие явления интонации соединяет все происходящее в музыке (и факты творческие, и стилевые, и эволюцию выразительных элементов, и формообразование) в единый, связанный с развитием общественного сознания, процесс [15, с. 356]. Размышляя о новых художественных замыслах, новых художественных концепциях, ученый, в же время, обосновывает правомерность появление новой интонационной лексики [См.: 16].

Музыковед В. Н. Холопова, подчеркивает, что на фоне всех предыдущих интерпретаций музыки как вида искусства

Е. М. Орлова, отмечает, что на основе понимания интонации как своеобразного «музыкального слова», как эмоциональнообразного элемента музыкальной речи вырастают две тесно связанные друг с другом гипотезы Б. В. Асафьева: об «интонационном словаре» и «интонационных кризисах» [156, с. 13]. При этом в основе каждого из понятий лежит глубоко реалистическое понимание проблемы традиций и новаторства.

С нашей точки зрения, важным моментом теории интонации является учет каждого элемента музыкальной культуры, поскольку «явление интонации связывает в единство музыкальное творчество, исполнительство и слушаниеслышание» [15, с. 357]. Идея о музыке как о специфическом языке, исторически и мировоззренчески обусловленном способе связи между композитором и слушателем еще до Б. В. Асафьева

15

высказывалась российским ученым, музыковедом, пианистом Б. Л. Яворским.

Автор фундаментальных работ в области философии музыки В. К. Суханцева доказывает, что музыка является моделью действительности. На взгляд исследователя, в музыке происходит сложнейшая и уникальная процедура воссоздания универсальных сущностей бытия через призму социокультурного опыта символизации значений чувственно и рационально осваиваемого мира. [См.: 202]. Культуролог В. А. Апрелева, определяя музыку «как выражение и предвосхищение культуры», видит в этом явлении «бытийственную целостность» [8, с. 5]. Согласно мнению И. И. Земцовского, музыка является своего рода религией, это «один из проверенных тысячелетиями, надежнейший способ общения человека с вечностью, приобщения человека к вечности, как бы регулярной "подпитки" смертного эликсиром бессмертия» [68, с. 6]. В этом автор выявляет одну из причин, объясняющих потребность в повторении определенных музыкальных актов в любом традиционном обществе.

Важную роль музыке в консолидации культуры и обеспечении ее стабильности отводит А. Н. Сохор. Отмечая способность музыки объединять людей вокруг себя, ученый указывает на следующие аргументы: доступность музыки для исполнения любым человеком рождает многообразные формы бытового музицирования; исключительная способность музыки к ритмизации действий человека и коллектива обусловлена ритмической упорядоченностью звуков, лежащей в природе музыки; обладая национальными отличиями, язык музыки в то же время является универсальным средством общения [197, с. 210]. Универсальность, заложенная в самой природе музыки, открывает широкие возможности для выявления ее творчески-созидательного потенциала.

16

Вмузыке аккумулируются духовные ценности человечества. Так, исследователь аксиологического аспекта музыки Г. Г. Коломиец пишет о процессе самосозидания как в области музыкальной культуры, так и культуры в целом, как о процессе, непосредственно связанном с формированием эстетически-ценностного отношения к музыке, передаче через нее «послания» окружающему миру, что и является основной целью художественного творчества [98, с. 75]. Автор указывает на присутствие в музыке общечеловеческих ценностей и на внутренний диалог «ценностного ядра» личности с ценностным миром музыки на основе общечеловеческих ценностей.

Взападной эстетике и музыкознании глубоко укоренилось понимание музыки как сообщения, композиторского послания, «переносчика» идей, образов, чувств. В таком представлении музыка вписывается в общую концепцию искусства как набор специфичных каналов коммуникации, представляемых как языкоподобные системы, опирающиеся на фундамент естественного языка [155, с. 357]. Музыка представляет собой язык сообщений, которые может понимать огромное большинство людей, хотя лишь немногие способны их творить. Среди всех языков одна лишь музыка объединяет несовместимые определения и является одновременно и объяснимой, и непереводимой, что делает творца музыки существом, подобным богам, а саму музыку — высшей загадкой наук о человеке, загадкой, таящей ключи к дальнейшему развитию этих наук

[118, с. 26].

Место и роль музыки в культуре общества, специфика музыкальной культуры определяются свойствами самой музыки как вида искусства, как общественного явления. Однако необходимо дифференцировать понятия «музыка» и «музыкальная культура», которые иногда идентифицируют. На

17

это, в частности, указывал специалист в области истории музыки Р. И. Грубер, акцентируя внимание на сущности музыкальной культуры, как включающей в себя музыку, а не равноценной последней [52, с. 7].

Музыка является специфической звучащей формой культуры. Она взаимодействует с системами более высокого порядка – музыкальной культурой и художественной культурой, с которыми «генетически, структурно-функционально и духовносодержательно» связана [67, с. 32].

Музыка является основой и системообразующим элементом музыкальной культуры. В качестве основы музыкальной культуры, обладая системообразующим статусом, музыка интегрирует другие элементы музыкальной культуры (субъектов музыкальной коммуникации, музыкально-творческую деятельность, музыкальные произведения) в единый, целостный организм. Тезис о музыке как основе музыкальной культуры обосновывается в работе М. Т. Усовой: «Музыкальная культура, – пишет автор, – по праву может рассматриваться как составляющая духовной культуры общества, как феномен, имеющийоснованиеммузыку, как видискусства» [211, с. 45].

Понятие музыкальной культуры на сегодняшний день не имеет однозначного определения, что обусловлено существующим

вгуманитарном научном познании многообразием подходов к определению родового понятия – культура. Музыкальная культура, как и культура вообще, осмысливается с точки зрения системного, деятельностного, структурно-функционального и других подходов.

Так, системный подход к музыкальной культуре предпринят

вопределении А. Н. Сохора, согласно которому музыкальная культура как единство музыки и ее социального функционирования является некой системой элементов, включающей в себя музыкальные ценности, все виды

18

деятельности по созданию, хранению, воспроизведению, распространению, восприятию и использованию музыкальных ценностей, а также все субъекты такого рода деятельности, учреждения и социальные институты, включая инструменты и оборудование, обслуживающие эту деятельность [197, с. 62].

В исследовании Р. Н. Шафеева музыкальная культура представлена как целостная система взаимосвязанных структурных элементов: 1) музыка как носитель духовных ценностей; 2) музыкальная теория и музыкальная критика; 3) музыкальное образование; 4) музыкальное воспитание. В содержании определения Р. Н. Шафеева проявляется аксиологический и деятельностный аспекты, где музыкальная культура представляет «совокупность духовных ценностей в области музыки в их многообразном проявлении, а также деятельность людей по созданиюипотреблениюмузыкальныхценностей» [235, с. 75].

На наш взгляд, в данной трактовке музыкальной культуры отсутствует довольно значимое звено между «созданием» и «потреблением» музыкальных ценностей. Речь идет о «транслировании». Известный факт, что произведение искусства, рожденное автором, первоначально должно обрести свое «звучащее бытие», именно в звучании музыкальное произведение обретает истинное бытие, из потенциальной музыки (нотный текст) превращается в актуальную (реальное звучание), становится доступным («услышанным») для широких масс слушателей. Именно исполнитель дает «путевку в жизнь» продукту композиторского творчества.

С точки зрения деятельностного подхода характеризует музыкальную культуру Р. А. Тельчарова, согласно определению которой, музыкальная культура общества как «продукт специфической духовно-практической деятельности человека есть выражение общественно-практической жизнедеятельности

19

людей, способ существования и функционирования их музыкального сознания» [206, с. 16].

М. И. Найдорф, представляет типологию музыкальных культур посредством схем, демонстрирующих различия между основными сложившимися вариантами музыкальных культур по признаку дифференциации в них основных культурообразующих функций [См.: 146]. Согласно автору, это четыре базовых типа музыкальных культур:

тип I (фольклорный): Композитор = Исполнитель = Слушатель;

тип II (импровизационный): [Композитор = Исполнитель] – Слушатель;

тип III (дилетантский): Композитор – [Исполнитель = Слушатель];

тип IV (концертный): Композитор – Исполнитель – Слушатель.

Как видно, если в первой схеме функции сочинения, исполнения и восприятия выполнял один субъект, то в музыкальной культуре импровизационного типа деятельность автора-исполнителя отделяется от деятельности слушателя. В музыкальной культуре дилетантского типа демонстрируется полная самостоятельность композитора, а деятельность исполнителя и слушателя совпадает. И только в музыкальной культуре концертного типа деятельность каждого субъекта строго дифференцируется. Таким образом, музыкальные культуры разных типов как части более общих культурных миров отражают присущий им историзм самой своей структурой, структурой художественной деятельности и своих художественных текстов.

В нашем исследовании мы будем опираться на определение музыкальной культуры, предложенное В. С. Цукерманом, которое,

20