Коррупция в России. Стратегия, тактика и методика борьбы. Учебное пособие

(по М. Маслоу), чем обеспечение себя заработной платой. В целом же оценивать экономическое положение российского адвоката по его лучшим представителям (например по тем же упомянутым Генри Резнику, Анатолию Кучерене, Михаилу Барщевскому, хотя последний уже и снял адвокатскую мантию) примерно то же самое, что оценивать семейный бюджет водителя трамвая, глядя на федерального министра транспорта, транслируемого по Первому каналу, или поспешно решить, что каждый актер провинциального театра получает гонорары не меньше, чем Николай Басков, а каждый конферансье – соответственно, чем Евгений Петросян. Поэтому для среднего российского адвоката размер оплаты его участия в уголовном процессе по назначению органов следствия, дознания или суда является основным источником поступления финансовых средств. Через несколько лет финансовая струя из этого источника станет совсем тоненькой и не сможет утолять экономическую жажду адвокатуры, потому что Правительство РФ по традиции оставит проблемы адвокатуры (богатой и наглой по мнению обывателя, которое мало отличается от мнения руководства страны на сегодняшний день) на десерт. Большинству адвокатов станет невыгодно принимать поручения руководителей адвокатских образований на участие в уголовном процессе по заявкам государственных правоохранительных органов, адвокатура, едва встав на ноги в начале двадцать первого века, вновь экономически ослабнет, растеряет даже тот кадровый ресурс, который у нее имеется на сегодняшний день. Естественный отбор, который в условиях рыночной экономики особенно сильно реализует свои законы в рядах адвокатуры, не находящейся на прямом иждивении государства, оставит три основные категории адвокатов: (а) высокооплачиваемых, которые не особенно гибко реагируют на размеры выделяемых на проблемы адвокатуры бюджетных средств – эта категория адвокатов будет работать как и раньше, за тем исключением, что их, возможно, в принудительном порядке обяжут участвовать все в тех же судебных заседаниях и следственных действиях по назначению и практически бесплатно – в любом случае по причине своей малочисленности данная категория представителей российской адвокатуры ни отрицательного ни положительного влияния на уровень коррупции в отечественном государственном аппарате не окажет; (б) адвокатов низшего звена, приближающихся по своему положению к маргиналам от юриспруденции – представители этой группы будут максимально многочисленны, они будут готовы браться за любую работу, в том числе и оказывать пособническую деятельность в коррупционных связях – деятельность этой группы адвокатов серьезно повысит уровень коррупции российского государственного аппарата; и (в) начинающие адвокаты, которые практически не зарабатывают на адвокатуре средств к существованию, но и не ставящие перед собой такой цели. К этой

41

последней группе относятся адвокаты, вышедшие из помощников и стажеров адвокатов, а так же иные новички в адвокатуре, имеющие лишь необходимый для присвоения статуса адвоката двухлетний минимум юридического стажа или около того. Цель работы представителей последней из названных групп адвокатов заключается в получении юридического стажа и навыков профессионального мастерства. Фактически это немногочисленная и по своей сути переходная группа – ее представители со временем становятся либо высокооплачиваемыми адвокатами либо адвокатами низшего звена либо при условии сохранения низкой оплаты услуг адвокатуры со стороны государства – оставят адвокатское поприще. Эта группа так же немногочисленна как и первая и оказывает небольшое влияние на уровень коррумпированности государственного аппарата. Отрицательное коррупциогенное влияние представителей этой группы начинается после их примыкания к группе адвокатов низшего звена. Основная же опасность занижения оплаты труда адвокатов, участвующих в уголовном процессе по назначению (а именно к фактическому занижению приведет в итоге остановка роста такой оплаты на фоне роста минимального размера оплаты труда по стране), заключается в том, что основная масса адвокатов, составляющих ее костяк, обычных «средних» адвокатов, не элиты (много элиты общество все равно не потянет, элиты всегда мало в любом сообществе, в том числе и в адвокатуре), но и не нищенствующих правоведов, адвокатуру покинет: квалифицированный специалист всегда найдет себе место с более или менее достойным размером оплаты труда. И вот когда этот костяк адвокатуры, не получая должного вознаграждения за услуги, оказываемые обществу, перейдет на работу в другие сферы юридической деятельности, когда он будет заменен злокачественной тканью лиц, получивших статус адвоката и готовых работать за мелкие подачки, тогда государственный органы ощутят мощный коррупционный натиск в свою сторону. Труд адвоката именно потому и оплачивается низко клиентом, что низкого качества. Такой адвокат, представляя собой плохого специалиста в области права, предлагает при обращении к нему за юридической помощью клиента, решить дело не по закону, а по знакомству, предлагая каждому из государственных служащих, в компетенции которого имеются полномочия по указыванию влияния на исход конкретного дела, взятку. Авось кто-либо и согласится. Количество таких предложений со снижением бюджетной поддержки адвокатуры возрастает, причиной чему вымывание порядочных специалистов из рядов адвокатуры. Рост количества коррупционных предложений влечет рост коррупционных согласий на эти предложения, в результате чего коррупционные связи зарождаются, крепнут и функционируют, разъедая государственный аппарат. И только сильная, богатая и уверенная в себе адвокатура, способная в силу выполнения этих

42

условий к самоочищению, есть путь к снижению уровня коррумпированности российского чиновничества.

Оставив в стороне отечественную адвокатуру затронем вопрос экономической обеспеченности российского сотрудника правоохранительных органов в общем. Принципиально невысокая заработная плата такого сотрудника, являющегося одновременно и потенциальным субъектом коррупции и наиболее активным субъектом борьбы с нею по должности, не воспринимается как таковая высшим руководством этих самых правоохранительных органов. Так генеральный прокурор Российской Федерации Юрий Чайка отмечает, что сегодня имеет место резкое омоложение правоохранительных структур. По его мнению «многим следователям и дознавателям не хватает элементарного опыта и знаний. Уровень подготовки их руководителей зачастую так же невысок»3. Наблюдаем не что иное, как точку равновесия на графике спроса и предложения юридического труда. Предложение на рынке труда есть, в России немало квалифицированных и опытных юристов, но они не согласны предоставлять свою рабочую силу в качестве товара такому покупателю, как государство в лице его правоохранительных органов. За предлагаемый размер оплаты труда силовые ведомства способны навербовать среди населения, имеющего дипломы по юридическим специальностям (хотя это давно уже не обязательно для замещения должности следователя) только тех, кто не нашел себе иного рода занятий, оплачиваемого выше. Поэтому должности следователей и дознавателей замещены вчерашними студентами, не имеющими опыта практической деятельности. Редкие энтузиасты, работающие все-таки за небольшую заработную плату в правоохранительных органах, составляют незначительную долю и не могут повлиять на кадровую ситуацию. Кроме того, многие из профессионалов высокого класса в отечественных правоохранительных органах есть пережиток советского государства. Тогда работник выбирал поле трудовой деятельности более по душе, чем по зарплате, так как оплата труда между различными министерствами разнилась не сильно. Сейчас же эти сотрудники правоохранительных органов, профессиональное становление которых прошло в советское время, удержавшиеся в эпоху реформ от перехода в частную сферу деятельности, неуклонно приближаются к пенсионному возрасту. Остающиеся же после них правоохранительные органы режут глаза своему руководству вроде бы ниоткуда взявшимся омоложением. Интересно отметить, какой метод борьбы со сложившейся ситуацией видит руководство Генпрокуратуры. Может быть все-таки увеличение заработной платы для привлечения специалистов, имеющих опыт практической работы? Или увеличение штата должностей?

3 Шаров А. Следователь заплатит за ошибки // Парламентская газета. 29 мая 2008 г. № 36-37. с. 4

43

Мера экстенсивная, на фоне раздутого государственного аппарата спорная, но хотя бы объяснимая желанием снизить нагрузку на уже работающих следователей, уровняв величину оплаты труда с тяжестью этого самого труда, одновременно увеличив занятость по стране. Нет, такие меры не предлагаются. Предлагается… еще более понизить размер дохода следователей и дознавателей. Генеральный прокурор отметил, что «по результатам проверки большое количество следователей и дознавателей, незаконно преследовавших граждан, получили дисциплинарные взыскания. Но этого, по мнению Генерального прокурора, мало. Глава надзорного ведомства считает, что недобросовестные сотрудники правоохранительных органов должны быть наказаны еще и рублем. Юрий Чайка дал указание изучить вопрос о возможности предъявления им регрессных исков от лица государства»4. Какие выводы можно сделать из приведенной позиции Генпрокурора? Вопервых прошу обратить внимание на то, что при характеристике следователей, к которым предлагается предъявлять регрессные иски, ключевыми словами является не суровое «незаконно преследовавших граждан», а несколько теряющееся на этом фоне «получили дисциплинарные взыскания». Если следователь умышленно и злостно нарушил закон и преследовал граждан с использованием служебного положения, то он уже не подлежит никаким дисциплинарным взысканиям, а сам становится обвиняемым, подсудимыми и осужденным. Если же следователь получил дисциплинарное взыскание по службе, то в его действиях имеются нарушения уголовно-процессуального закона, но они не образуют состава преступления. С министерской высоты не всегда видно, как именно привлекаются следователи к этой самой дисциплинарной ответственности. На стадии возбуждения уголовного дела, в ходе его расследования лицо, ведущее следствие или дознание, безусловно призвано установить объективную истину по делу. Но в большинстве случаев следственно-криминалистические ситуации далеки от идеала и истина только приближается к объективной. И никакой следователь не может достоверно знать, виновен или нет гражданин, которого он привлекает к уголовной ответственности. Он только ориентируется на добытые по делу доказательства. На них же ориентируются и прокурор, адвокат, судья. И никто из них достоверно не знает, совершило ли лицо, фигурирующее по уголовному делу, вменяемое преступление. Достоверно знает только очевидец. Сотрудники же правоохранительных органов знают о преступлении опосредованно, через изучение доказательств. Однако предположение следователя о том, что именно лицо, привлекаемое им к уголовной ответственности, совершило конкретное преступное деяние, является законным и обоснованным. Если нет, то этот следователь преступник, действующий не в интересах государства и общества, а в своих личных интересах,

4 Шаров А. Следователь заплатит за ошибки // Парламентская газета. 29 мая 2008 г. № 36-37. с. 4

44

подлежащий уголовной репрессии. Такой следователь, как мы уже выше указали, выговор не получит. Или его деятельность навсегда останется латентной, или он будет осужден и уволен из органов. Если же следователь действовал на момент совершения следственных действий добросовестно, но не приложил достаточно усилий для приближения установленной истины к объективной, не смог (не успел) собрать необходимые доказательства, ошибся (от усталости, работая четвертый месяц до двух ночи) при составлении текста протокола следственного действия, либо халатно сработал в суде надзирающий прокурор (который тоже ведь может оказаться молодым и неопытным), либо дело попало на рассмотрение неграмотному судье (не обязательно по глупости, но может до назначения на судейскую должность человек десять лет работал юрисконсультом в банке и уголовное дело видел только по телевизору) и прочее, прочее, прочее. И во всех этих случаях руководство Генеральной прокуратуры предлагает наказывать следователя и дознавателя (помним: молодого и неопытного). Причем уже наказанного в дисциплинарном порядке. Можно утверждать, что сегодня ни один следователь или дознаватель не прошел профессиональный путь без того, чтобы по его делу не был вынесен хотя бы один «белый», то есть оправдательный приговор. Вспомним: следователь получает маленькую зарплату. Если же к нему государство вчинит регрессный иск, а по данным Генпрокуратуры, только за 2007 год по решению суда невинно пострадавшим от уголовного преследования из казны заплатили более 120 миллионов рублей5, размер дохода такого государственного служащего значительно сократится. Вспомним, что этот следователь уже привлечен к дисциплинарной ответственности, то есть в течении года не будет получать премий и тринадцатую зарплату. Вкупе все это так обрушит уровень дохода российских следователей и дознавателей, что на передовую борьбы с преступностью придется вербовать и вовсе лиц, даже не знаю с какими сформулировать характеристиками. Но в любом случае – еще худших профессионалов, чем уже имеем сегодня. Легче всего в масштабах страны переложить ответственность за системное нарушение закона на низовые должности, обязав их расплачиваться за… молодость и неопытность. И необходимо отдавать себе отчет, что следователь и дознаватель, обязанный из своего скудного жалования еще оплачивать регрессный иск бывшему обвиняемому на фоне лишения возможности получить хотя бы небольшую премию, никем не отстраняется от обязанности содержать себя и свою семью. Человек все равно будет искать источник дохода. Либо путем увольнения со службы и перехода в частный сектор экономики, либо путем поиска коррупционных источников, финансовые потоки из которых с лихвой покроют

5 Шаров А. Следователь заплатит за ошибки // Парламентская газета. 29 мая 2008 г. № 36-37. с. 4

45

инициированные руководством Генпрокуратуры регрессные иски. Поэтому, перекладывая ответственность на плечи рядовых исполнителей, руководство силовых структур показывает свое непонимание сложившейся ситуации и толкает своих подчиненных в пучину коррупции, из которой, наоборот, обязано вытащить.

Правовое воспитание и обучение населения.

Такие объекты социально-духовной действительности, играющие определяющую роль в процессе применения права и обеспечения правопорядка, как правосознание и правовая культура не являются изначально заложенными в общественной либо индивидуальной психике. Правосознание и правовая культура личности, группы, общества формируется постепенно. Основополагающую роль в их формировании играют правовое воспитание и обучение.

Правовое воспитание – система мероприятий, воздействующих на психику человека, в целях формирования высокого правосознания и правовой культуры.

Правовое обучение – передача и усвоение правовых знаний, ориентирование обучаемого на их использование.

Современное российское общество характеризуется чрезвычайно сильным уровнем деформации правосознания своих граждан. Население страны, постоянно страдая от неправомерных действий и поборов коррумпированного чиновничества, в свою очередь само не привыкло думать иначе. Взятка кажется чем-то привычным, обыденным и даже нормальным. Если россиянину необходимо осуществить какое-либо мероприятие, связанное с общением с государственным или муниципальным чиновником, он в первую очередь думает о том, хватит ли у него денег расплатиться с этим чиновником и только во вторую очередь рассматривает вариант обжалования факта вымогательства со стороны чиновника. И то только в том случае, если денег на взятку не хватило. Российское телевидение пестрит на своих многочисленных каналах чудными и диковинными людьми

– иностранцами, долгое время живущими в России. Одна из особенностей этих чудных и диковинных гостей из-за рубежа заключается в том, что, открывая свой бизнес, покупая деревенскую землю под крестьянско-фермерское хозяйство они почему-то предпочитают пять – десять лет посещать судебные и прокурорские кабинеты, но оформить соответствующие документы без традиционной мзды. Что же диковинного в этих людях? Ничего. Чудаками они выглядят только и именно на фоне российского серенького обывателя, который ко взяткам давно привык и при просмотре подобных телепередач крутит указательным пальцем у своего виска. Такая ситуация должна быть переломлена путем организации мощного концентрированного потока правового воспитания населения.

46

Двадцать седьмого мая две тысячи восьмого года по одному из общероссийских телевизионных каналов транслировалась передача на актуальную тему конфликта поколений. Один из сюжетов был о некоем гражданине, отце семейства, включавшего кроме самого патерфамилиас его супругу и двоих сыновей младшего и среднего школьного возраста. Герой сюжета в девяностых годах прошлого века проходил службу на должности оперативного уполномоченного уголовного розыска. Заработная плата его была настолько низка, что своим детям, к примеру, в школу он начистил туфельки березовым дегтем – не было денег на крем для обуви. Сыновья в тот день пришли из школы как побитые – все дети над ними смеялись. Отец семейства в определенный момент не выдержал одновременной борьбы с общеуголовной преступностью и рыночной экономикой, потому бросив все (работу, жену и детей) подался в лес, где, голодно перезимовав, вырубил лес под пашню, раскорчевал и поднял целину. До сих пор он живет

всамодельной косой избушке, питается кипятком и мясом, купается неглиже в проруби и,

вобщем и целом, выглядит для своих лет довольно неплохо. Вопрос о моральной стороне поступка сотрудника милиции, бросившего без средств к существованию свою семью, оставим на обсуждение телезрителям, в русле нашего вопроса такой срез человеческой души не подлежит глубокому рассмотрению. При возникновении мнений о том, что неплохо было бы этому сотруднику уголовного розыска в свое время дать немного подработать на стороне, хоть бы вокзальным грузчиком, отошлем читателя выше, где по тексту автор делает попытку обосновать именно такую позицию. К слову, если бы этому офицеру Министерства внутренних дел дали тогда, в девяностых годах прошлого века, подработать, государство и общество получило бы разом широкий спектр положительных результатов. Сохранилась бы семья как ячейка общества, что в свою очередь сняло бы вопрос о безотцовщине двух подростков мужеского полу со всеми вытекающими обозримыми последствиями. Служба криминальной милиции сохранила бы, судя по всему опытного, по свидетельствам всех участников сюжета абсолютно честного и, как минимум физически развитого выше среднего, смелого сотрудника. Местная железнодорожная сортировочная станция получила бы по сходной цене пару здоровенных рабочих рук вместо какого-нибудь пропитого забулдыги. Но приводим мы этот пример по другой причине. В самом начале сюжета голос за кадром произнес на первый взгляд незначительную фразу, которую, возможно мало кто из телезрителей вообще запомнил. Именно своей незначительностью и малоприметностью эта фраза характерна и интересна автору и, полагаем, читателю. Суть утверждения диктора сводилась к тому, что этот мужчина РАБОТАЛ В УГОЛОВНОМ РОЗЫСКЕ, А ТАК КАК БЫЛ ЧЕСТНЫМ И НЕ БРАЛ ВЗЯТОК, ТО НЕ МОГ СОДЕРЖАТЬ СЕМЬЮ. Только вдумайтесь. Офицер

47

милиции, по утверждению авторов телепередачи, не мог содержать свою семью, по российским меркам стандартного размера, именно и только потому, что, видите ли, не брал взяток. Такая фраза предполагает, что все прочие сотрудники милиции, имеющие семьи из жены плюс два и более детей, не ушедшие в тайгу или просто не уволившиеся из органов внутренних дел в девяностых годах прошлого века (а может и сегодня?)… Напрашивается вопрос: что, все они берут таки взятки? То есть, по мнению современного обывателя коррупция повсеместна в правоохранительных органах. Фразы наподобие приведенной выше, с легкостью бросаемые в средствах массовой информации, потому и остаются незамеченными, забываемыми, что большинство населения уверено в том, что государственный служащий не живет на одну зарплату. А живет он, следовательно, на денежные средства, получаемые от занятия иной разрешенной законом деятельностью (педагогической, научной и иной творческой) либо от неразрешенной. Если рассуждать на этом обывательском уровне и далее, то, отняв, к примеру, от всего количества сотрудников милиции педагогов, ученых и прочих художников – музыкантов – скульпторов в погонах, получим нетто массу отдельно взятого коррумпированного силового ведомства. Но такие утверждения абсурдны. В правоохранительных органах много честных, порядочных людей. Да, зарабатывают они мало. Они всю жизнь живут в общежитиях или просто где попало, кормят чем попало себя и своих близких, при рождении ребенка покупают детскую коляску не в магазине, а с четвертых рук в удовлетворительном состоянии. О том, как хоть немного ослабить саму эту проблему недостаточности финансирования фонда оплаты труда правоохранительных органов, высказаны предположения выше. Здесь же мы призываем общество обратить внимание не только на взяточников и коррупционеров, но и на настоящих профессионалов в погонах, честно и самоотверженно ежедневно ценой своей жизни и здоровья защищающих нас от внутреннего врага, имя которому преступность. Качественно перенастроить общественное мнение относительно распространенности коррупции в среде государственных служащих призвано правовое воспитание.

Правовое воспитание может проводится в одном из следующих основных видов:

1)правовая пропаганда, т. е. целенаправленное интенсивное информационное воздействие на индивидуальное и массовое сознание с целью ориентирования поведения отдельных лиц и всего общества на соблюдение правовых предписаний и решение возникающих конфликтных ситуаций правовыми способами.

2)правовое обучение, т. е. передача и усвоение правовых знаний и ориентирование обучаемого на их использование.

48

3)целенаправленное влияние юридической практики, т. е. влияние отдельных практикующих юристов, правоохранительных органов и иных организаций, оказываемое

впроцессе применения правовых норм на индивидуальное и общественное сознание, направленное на привитие правовых навыков, развитие правосознания и привитие правовых культурных ценностей.

4)самовоспитание, то есть индивидуальная деятельность человека, направленная на развитие собственного правосознания и приобщение к основным достижениям правовой культуры.

В процессе правового воспитания используются различные средства, основными из которых являются:

1)средства массовой информации;

2)научная, учебная и популярная юридическая литература;

3)справочно-правовые системы;

4)наглядная информация (стенды, стенгазеты, плакаты и т.д.);

5)произведения искусства, полностью либо в части посвященные правовым

вопросам.

Процесс правового воспитания может быть организован в следующих основных формах:

1)академическая;

2)научно-популярная;

3)неформальная;

4)игровая.

В современной литературе по теории государства и права упоминаются следующие принципы правового воспитания:

- научность; - плановость; - системность;

- последовательность; - дифференцированность;

- обеспечение комплексного подхода; - создание благоприятных условий для реализации правосознания на практике; - связь с жизнью; - связь с юридической практикой;

- яркость и образность; - ориентирование на укрепление законности;

49

-повышение авторитета закона;

-знание действующих норм и умение ими пользоваться.

В качестве средств борьбы с коррупцией следует широко использовать возможности социальной рекламы, основными элементами которой должны стать (а) выработка презрения как ко взяткодателю, так и ко взяткополучателю, (б) разъяснение основ методики борьбы со вставшими на пути коррупционерами. Сегодня большинство россиян почему-то убеждены, что диктофонная запись не является доказательство в суде, а если и прибегают к такому средству доказывания факта коррупции, с которым они столкнулись, то записывают не на аналоговый диктофон, а на цифровой, которым обычно становится сотовый телефон. Вот с криминалистическим анализом таких-то цифровых аудио и видеозаписей сегодня прослеживается явная загвоздка. Поэтому в роликах социальной рекламы должны демонстрироваться и коротко, в доступной для понимания неспециалиста форме разъясняться правила производства скрытой аудиозаписи коррумпированного чиновника. Одновременно должно быть разъяснено гражданину понятие провокации взятки и провокации преступления вообще. Народ у нас в стране увлекающийся и по незнанию обыватель может так погорячиться, что сам же и окажется на скамье подсудимых. Одной из задач социальной антикоррупционной рекламы должна стать мотивация граждан к выявлению нечистоплотных чиновников. Не призываем к очередной охоте на ведьм, но чиновник, зная, что в стране сегодня модно подначить взяточника сделанной аудиозаписью, будет вести себя более осмотрительно. Массовость социальной антикоррупционной пропаганды должна быть сопоставима с массовостью пропаганды, к которой прибегает министерство здравоохранения и общественные организации, борющиеся за здоровье населения. Сегодня в каждой библиотеке, в поликлинике, у дантиста, просто в общественных местах можно наткнуться на брошюры, плакаты, вывески и прочую графическую и текстовую продукцию, разъясняющую чем опасен вирус иммунодефицита человека и как не заболеть. И антикоррупционная деятельность должна вестись не только из верхнего эшелона государственной власти, принявшего такое политическое решение, но и опираться на всю массу населения, которое должно знать, чем вреден взяточник и как не опоганиться общением с ним, как и куда жаловаться. Все должно быть оформлено в коротких, понятных, доступных для понимания, и что немаловажно, для исполнения, рекомендациях, красочных и ярких, чтобы привлекать молодежь и детей. Дети вырастут, станут взрослыми и им уже не надо будет стоять перед дилеммой «дать или не дать» нечистоплотному чиновнику, он уже точно будет знать, что не только «не дать» но и довести до сведения общественности и правоохранительных органов.

50