Качественное социологическое исследование. Предпосылки и логика поведения. Учебное пособие

Шюц А. Структура повседневного мышления / Пер. с

англ. // Социс. – 1988. – №2. – С. 129-138.

Шюц А. Формирование понятия и теории в общественных науках // Американская социологическая мысль: тексты /

Под ред. В.И. Добренькова. – М., 1994. – С. 526-542.

21

поскольку исследователи еще не осознавали своей методологической, качественной или количественной «инаковости» и спокойно разрабатывали и использовали методические техники и приемы разной степени формализации.

Наиболее адекватным и интересным в периодизации институционализации качественного подхода в эмпирической социологической традиции представляется прослеживание истории становления конкретных методических приемов, составляющих основу современного качественного исследования. И тогда первыми, кто применил качественные методы в полевых исследованиях, окажутся антропологи. Ученые-антропологи XIX в. были вынуждены работать исключительно с непрофессиональными отчетами послов, миссионеров, путешественников и купцов, которые не имели соответствующей антропологической подготовки, да и не были заинтересованы в предоставлении развернутых описаний других обществ. Поэтому они описывали то, что казалось им экзотическим и романтичным, редко обращали внимание на предмет собственно антропологического анализа – обыденное, полагались на непроверенных местных переводчиков и зачастую откровенно «страдали» от «цивилизованного снобизма» по отношению к «варварским», «примитивным» племенам.

Первые антропологические экспедиции в конце XIX в. были непродолжительными, скудно финансировались. Антропологи еще значимо дистанцировались от изучаемых местных сообществ (не стремились изучить местные языки), но уже пытались завоевать доверие ключевых информантов и избежать тенденциозности в анализе чужой культуры и трансляции ее смысловых значений. Поэтому даже первые кратковременные выезды антропологов в «поле» показали эффективность сбора этнографических данных профессионально подготовленными наблюдателями. По результатам экспедиций был подготовлен целый ряд рекомендаций, на которые опирался в своей работе Б. Малиновский: жить среди

23

людей, жизнь и культуру которых изучаешь; использовать в общении их обыденный язык, чтобы избежать искажений, неточностей и поверхностных выводов; собирать текстовые материалы – генеалогии, семейные истории; вести полевые и дневниковые записи.

Б. Малиновский считается основоположником социальной антропологии и функционализма (выступал против эволюционистских и диффузионистских теорий культуры, против «атомистического изучения культурных черт вне социального контекста»). Целью этнографического исследования он считал понимание механизмов человеческой культуры, связей между психологическими процессами, социальными институтами и биологическими основами общечеловеческих традиций и мышления. Определяя культуру как сложную многоаспектную человеческую среду, Малиновский полагал необходимым использовать для ее изучения интенсивные полевые наблюдения (поскольку они позволяют понять реальность повседневной жизни, к которой неприменимы методы вопросов и ответов) и детальный сравнительный анализ традиций в социальном контексте.

Идеальная схема функционалистского анализа культуры, по Малиновскому, включает следующие этапы: 1) анализ внешних факторов (биологические потребности, географическая среда, раса, время и пространство, история) до полевого этапа; 2) описание типичных индивидуальных и групповых ситуаций (биографический метод); 3) анализ функциональных аспектов культуры (хозяйство, воспитание, религия, искусство, досуг), каждый из которых имеет сложную иерархическую структуру; 4) характеристика основных факторов культуры (материальный субстрат, социальная организация, язык).

Б. Малиновский считается родоначальником интенсивных полевых исследований, потому что в своей книге «Аргонавты Тихого океана» впервые детально рассмотрел применяемую им методику и подчеркнул различие результатов

24

прямого наблюдения, рассказов местных жителей и выводов исследователя. Он полагал, что этнограф должен постоянно жить среди туземцев практически в полной изоляции от внешнего мира и не поддерживать контактов с европейцами, потому что только постоянное присутствие в повседневной жизни наблюдаемых может снять проблему влияния антрополога на то, что он наблюдает. Как выяснилось позже, после смерти Малиновского, когда вдова опубликовала его личные дневники, сам он не смог придерживаться собственных рекомендаций и прекрасно осознавал свою «неидеальность» как этнографа: скучал, испытывал приступы депрессии, страдал от одиночества, встречался с европейцами и т.д. Тем не менее даже такой негативный «момент» в истории становления качественного подхода оказался для него крайне важен, поскольку показал наличие двух уровней в любом полевом исследовании – этнографии чужой культуры и этнографии самого исследователя (она позволяет оценить верность предлагаемых им интерпретаций и увидеть возможные факторы смещений оценок).

Второе значимое для становления качественного подхода имя – Ф. Ле Пле, который, будучи по образованию горным инженером, стал известным методологом, теоретиком и автором программ реформ. Его решение наблюдать за жизнью европейских обществ второй половины XIX в. было обусловлено желанием понять причины социальных революций. Полагая, что простейшей ячейкой общества, гарантом его стабильности и устойчивости является семья, он сделал ее основным объектом своего наблюдения и последующего построения на основе полученных данных индуктивных умозаключений. Работая консультантом по горному делу и металлургии в разных странах Европы (Англии, Испании, Италии, Германии, Австрии, Венгрии, России и на Скандинавском полуострове), Ле Пле провел монографические обследования условий жизни более трехсот семей, посвящая период времени от недели до месяца составлению монографии каждой семьи,

25

где учитывал не только материальные условия жизни домохозяйства, но и умственные и нравственные ее аспекты.

В план монографического описания каждой семьи входили следующие элементы: описание местности, занятий в районе и самой семьи; источники существования; образ жизни; история семьи; бюджет (статьи семейного бюджета рассматривались Ле Пле как индикатор положения семьи в социальной иерархии в текущий момент и на перспективу); элементы социальной организации (виды контрактов рабочих с работодателями, профессиональные карьеры молодых рабочих, технико-экономическое состояние отрасли, в которой трудится семья, и т.д.). Основными методами сбора информации по всем перечисленным элементам выступали личные наблюдения и свободные интервью. Ученики и последователи ЛеПле – А. деТурвиль, Э. Демолен и др. – расширили план семейной монографии описанием соседства, корпорации, прихода, города, провинции игосударства вцелом.

В Англии становление качественного подхода в эмпирических исследованиях связано с работами в области социального реформирования. Родоначальником подобных обследований стал Ч. Бут – ливерпульский предпринимательсудовладелец, чья деловая хватка сказалась в тщательной и продуманной технике сбора и анализа данных и в стремлении изучать только объективные «научные факты» в анализе «проблемы всех проблем» – хронической бедности в промышленных кварталах английских городов.

Став членом Королевского статистического общества, Бут тщательно изучил данные переписи 1881 г., а затем с помощью нанятых им работников провел анализ переписей за период с 1801 по 1881 г. по занятиям населения и показал, как сильно изменилась профессиональная структура населения Англии. Отметив ограниченность и неразработанность материалов переписей по интересующим его вопросам, Бут задумал исследование, в котором смог бы соединить, с одной стороны, широкий охват населения, с другой – глубокий качест-

26

венный анализ вопроса о соотношении занятости и бедности среди рабочего класса Лондона. Бут был инициатором и руководителем исследования: он собрал команду сотрудников, подготовил их, наметил основные этапы исследования и жестко контролировал его ход.

Методически исследование включало в себя следующие компоненты: сбор статистических сведений (переписи, сведения полиции, санитарных и школьных инспекторов); проведение социологических опросов (школьных учителей, сборщиков налогов и санитарных инспекторов); включенное наблюдение и метод интервью – Бут жил в лондонском ИстЭнде, раз в три недели менял кварталы, где снимал жилье, подружился со многими рабочими семьями, которые и не подозревали о том, кем он был на самом деле и что он проводил наблюдение. Кроме того, на малой выборке домохозяйств был проведен анализ семейных бюджетов представителей всех групп рабочих семей по уровню материального достатка, заисключением«самойнизшей».

Методической находкой Бута стала идея создания цветных социальных карт различных районов Лондона, на которых можно было наглядно увидеть распределение всех групп населения (прежде всего по уровню материального достатка) в городе. Важно отметить и методическую рефлексию Бута – он прекрасно осознавал методические проблемы своего исследования: сопоставимость данных, полученных разными исследователями; репрезентативность обследованных семей и индивидов; взаимоотношение фактов и мнений; отражение в результатах исследования социального положения исследователя (его собственного видения бедности).

В исследовании Бута участвовали супруги Б. и С. Вебб, которые дополнили предложенный Бутом принцип индуктивной обработки эмпирических данных принципом рассмотрения исторической эволюции исследуемой социальной организации. В 1930-х гг. вышли две книги Веббов: первая книга – автобиография Беатрисы Вебб «Мое ученичество», в

27

которой был описан ее собственный опыт включенного наблюдения – она работала сборщиком арендной платы, чтобы познакомиться с условиями жизни арендаторов и найти способы улучшить их положение; портнихой; участвовала в деятельности промышленных и торговых профсоюзов. Вторая книга – «Методы социального исследования», где супруги Вебб изложили собственное видение социального исследования: это искусство ведения записей, применения методов личного наблюдения и интервью, использования документов и библиотечных источников, сбора и манипуляции статистическими материалами. Они также систематизировали требования к социальному исследователю: терпение и настойчивость в работе, точность в использовании слов и цифр, быстрота в сборе новых фактов, удовлетворение от верности своему курсу, любознательность и удовольствие от разгадывания сложных деталей, четкая формулировка вопросов, использование одновременно нескольких методов сбора информации и т.д.

И, наконец, расцвет качественного подхода в эмпирической традиции приходится на период деятельности Чикаг-

ской социологической школы. Поскольку персоналии и ис-

следования Чикагской социологической школы подробно рассматриваются в курсе «История социологии», мы не будем на ней подробно останавливаться – обозначим лишь основные для институционализации качественного подхода компоненты работы чикагских социологов.

Основную методологическую и методическую установку Чикагской социологической школы сформулировал один из ее основателей – Р. Парк: необходимость «испачкать руки в настоящем исследовании», т.е. недостаточно ограничиться работой даже с кипами бюрократических и статистических документов, научных книг и т.д., следует сопровождать подобную деятельность собственными наблюдениями и записями того, что говорят отдельные люди, превращая, таким образом, окружающий город в «социальную лабораторию».

28

Классическим исследованием для Чикагской социологической школы и качественного подхода в целом является работа У. Томаса и Ф. Знанецкого «Польский крестьянин в Европе и Америке», призванная оценить процесс дезорганизации традиционной общности (польских мигрантов в Чикаго) под влиянием резких социальных изменений (миграции из традиционного крестьянского общества в индустриально развитую страну). Конечно, в подобной ситуации можно было провести массовый количественный опрос мигрантов об изменениях в их жизни в связи с переездом в Америку или же населения Америки по поводу отношения к мигрантам из Польши. Однако Томас и Знанецкий выбрали иную поисковую исследовательскую стратегию – сконцентрировались на анализе каждодневной практики поведения польских крестьян до и после миграции, на субъективной стороне миграции. В соответствии с избранной стратегией была разработана и методика исследования: Томас и Знанецкий несколько лет собирали личные документы поляков (764 письма) и провели серию глубинных интервью (одно интервью с главным персонажем, польским крестьянином Владеком, составило 300 страниц текста), проанализировали газетные материалы о польских крестьянах, польские архивы и множество документов американских социальных агентств по миграции.

В результате была разработана теория адаптационного поведения мигрантов, структурными компонентами которой стали следующие концепции: индивидуализация, или «атомизация» сознания в условиях новых форм социальной организации; проблема эффективности усилий (соотношение индивидуального и коллективного); девиантное поведение (норма и отклонение в ситуации инновационных процессов); занятость и отношение к труду в массовых профессиях; трансформация гендерных, семейных и общинных взаимоотношений в ситуации изменившегося социального контроля; проблема социального счастья и т.д. Но главное – Томас и Знанецкий показали, насколько важно, эвристически и мето-

29

дологически эффективно исследование объективных явлений (миграции и адаптации) через их субъективную интерпретацию отдельными участниками событий: причинность любого социального феномена не может иметь однозначно социальный или личностный характер – всегда сочетание и того, и другого, пусть и в разном соотношении.

Если суммировать ключевые характеристики качественного подхода, которые получили свое оформление в рамках активной исследовательской деятельности чикагских социологов, то они таковы:

– Обосновано использование этнографической традиции в изучении современных урбанизированных обществ (на примере территорий и группировок Чикаго); этнографическая традиция дополнена ориентацией на проблемы конструирования идентичностей и социального взаимодействия.

–Обосновано использование личных документов, фиксирующих конкретный жизненный опыт, полный субъективных переживаний и противоречий, протяженный в реальном историческом и биографическом времени.

–Разработана тактика качественного исследования, получившая название «кейс-стади» («исследование отдельного случая»). В ходе эмпирических исследований в рамках Чикагской социологической школы совершенно естественно сложилась следующая типология кейсов: отдельные люди/судьбы (бродяга, юный правонарушитель); организации (банды, танцзалы); городские ареалы (гетто, трущобы).

–Обоснована методологическая возможность (а иногда и необходимость) пересмотра гипотез и концептуальных определений основных понятий в «поле» и процессе анализа полученных данных.

–Обоснована возможность представления результатов исследования в виде типологии, которая выстраивается на

30