Исполнение наказаний и иных уголовно-правовых мер без изоляции осужденных от общества в истории России

Исполнение наказаний... в советский период отечественной истории

Особое распространение получили принудительные работы1. В законодательстве и судебной практике рассматриваемого периода встречаются две разновидности этого наказания: принудительные работы без лишения свободы2 и работы, назначаемые дополнительно к лишению сво-

боды, следовательно, сопряженные с ним. В то же время первый вид подразделялся на два подвида: работы по специальности и по указанию органов, принудительными работами (неквалифицированные работы). Такое деление было проведено уже в первом Уголовном кодексе РСФСР редакции 1922 г., который установил, что принудительные работы могут быть работами по специальности и работами неквалифицированного, физического труда, при этом законодатель не считал возможным применение принудительных работ к лицам, совершившим наиболее тяжкие преступления.

В большинстве законодательных актов этого периода лишение свободы связывается с принудительными работами. Таким образом, с самого начала советская власть смотрела на лишение свободы как на меру наказания, сочетающую в себе и задачи подавления и воспитания к трудовой дисциплине.

Совет народных комиссаров РСФСР (СНК) в своем Декрете от 20 июля 1918 г. № 3 «О суде» закрепил одно интересное положение, которое, как правило, остается вне поля зрения исследователей. По указанному Декрету лишение свободы на срок до трех месяцев всюду, где организованы принудительные общественные работы, предлагалось применять без содержания виновного лица под стражей. Вероятно, подобный вид лишения свободы стал прообразом впоследствии условного осуждения к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду (ст. 242 УК РСФСР 1960 г.) или ограничения свободы (ст. 53 УК РФ).

1 В рассматриваемый период термины «принудительные работы», «общественно полезные работы», «исправительные работы», «исправительно-трудовые работы» использовались как синонимы по причине неустоявшейся терминологии и отсутствия единообразия в законотворческой деятельности. Данное наказание официально получило наименование «исправительно-трудовые работы» только с 1933 г.

2 Справедливости ради нужно отметить что Временная инструкция «О лишении свободы как мере наказания и о порядке отбывания такового», утвержденная постановлением НКЮ от 23 июля 1918 г., относила к лишению свободы и осуждение виновного к кратковременным (до 3 месяцев) принудительным общественным работам без заключения под стражу на время, свободное от работ. В некоторых декретах они назывались исправительно-трудовыми работами, хотя по своему содержанию отличались от одноименного наказания, применяемого сейчас (см.: Бушуев И. А. Исправительно-тру- довые работы как мера наказания в советском уголовном праве. М., 1955).

51

Глава 2

Принудительные работы, не сопряженные с лишением свободы,

сразу же нашли поддержку у Советского правительства, возглавляемого В.И. Лениным, и получили широкое распространение. Этому способствовали следующие свойства, которыми обладало новое наказание.

Во-первых,отбываниепринудительныхработнебылосвязаносизоля- цией осужденных от общества. Это, как мы уже говорили, давало возможность трудящимся самим перевоспитывать «своих» правонарушителей.

Во-вторых, оно предусматривало обязательное участие осужденных в труде, что наиболее полно соответствовало правовой психологии и бытовой педагогике трудящихся и политике государства, превратившего труд во всеобщую конституционную обязанность.

В-третьих, принудительные работы в стране «с громадным преобладанием мелкособственнического населения»1 оказались эффективным средством борьбы с мелкобуржуазными предрассудками и стихийностью. Отбывая их, осужденные обязаны были выполнять только общественные работы. А это значит, что их лишали права выбирать конкретную работу по своему желанию.

Работа на глазах у общества, а не в частном хозяйстве, не там, где осужденный «устроится», обеспечивала гласность отбывания наказания и всеобщий контроль за качеством его работы, за поведением и отношением к труду. Это способствовало успешной борьбе с частнособственническими предрассудками и с недисциплинированностью среди трудящихся.

В-четвертых, принудительные работы назначались на определенный срок, который давал возможность длительное время регулировать трудовую деятельность осужденных, их поведение и, в известном смысле, весь образ жизни. В этот период с осужденным могла проводиться и специальная воспитательная работа.

Иными словами, в течение всего срока наказания осужденные находились под исправительно-трудовым воздействием государства и трудящихся, что положительно сказывалось на их перевоспитании.

В-пятых, принудительные работы обладали теми качествами, о которых говорил В.И. Ленин еще накануне революции. Они оказались серьезными для правонарушителей и быстрыми для исполнения.

Суть наказания заключалась в том, что осужденных принуждали выполнять только общественно полезные работы, и к тому же самые тяжелые и неприятные для них.

1 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36.

52

Исполнение наказаний... в советский период отечественной истории

Преимуществом принудительных работ выступала оперативность их исполнения, которая заключалась в том, что в отличие от ссылки, лишения свободы и других видов уголовных наказаний для них не нужно было строить специальные места, перемещать осужденных в другую местность и т. д. Буквально на следующий день после вынесения приговора осужденных направляли на общественные работы и они приступали к отбыванию наказания. Государство и трудящиеся контролировали процесс исправления и перевоспитания правонарушителей непосредственно по их поведению и отношению к труду.

Совокупность перечисленных свойств, которыми обладали принудительные работы, сделали их одним из типичных и характерных для социалистического государства средств принуждения.

В.И. Ленин придавал этой мере большое значение. Уже 14 декабря 1917 г. он внес на рассмотрение Высшего совета народного хозяйства проект декрета «О проведении в жизнь национализации банков и о необходимых в связи с этим мерах». Впервые в истории советского законодательства проект декрета предусматривал принудительные (исправительные) работы1. В проекте декрета «О социализации народного хозяйства» он указывал на целесообразность их применения: «той же каре, а равно заключению в тюрьму или отправке на фронт и на принудительные работы, подвергаются все ослушники настоящего закона, саботажники и бастующие чиновники, а равно спекулянты»2. В ряде случаев В.И. Ленин рекомендовал применять принудительные работы «тягчайшего вида»3 и «наиболее тяжелые и неприятные общественные работы»4.

Вопреки этому факту в советской правовой литературе почему-то утвердилось мнение, что «исправительные работы» впервые были установленыИнструкциейНародногокомиссариатаюстиции(НКЮ)от19декабря 1917 г. «О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний»5. Между тем указанная инструкция лишь включила присуждение к таким работам в систематизированный ею перечень уголовных наказаний6. Авто-

1 Богданов В.Я. Указ. coч.

2 Ленин В.И. Соч. Т. XXII. 3 Там же.

4 «Ленинский сборник». Т. XXI.

5 Бушуев И.А. Исправительные работы. М., 1968. С. 4; Курс советского уголовного права. М., 1970. Т. 3.

6 СУ РСФСР. 1917. № 12.

53

Глава 2

ры «Истории советского уголовного права» справедливо писали по этому поводу, что «принудительные работы, как мера наказания, вводятся в советском уголовном законодательстве почти вслед за организацией судебной и судебно-исправительной системы и сразу же этому наказанию, как мере, призванной путем трудового воздействия сыграть большую роль в деле перевоспитания преступника, предоставляется значительное место в общей системе карательных мер»1.

Суды, вынося данное наказание, не занимались его исполнением. Контроль за этим возлагался, как правило, на трудовые коллективы, сотрудников НКВД или представителей общественности. Неопределенность порядка исполнения принудительных работ, а также все более частое их применение как в законодательной, так и в судебной практике поставило в порядок дня вопрос об образовании специального органа, ведающего организацией принудительных работ.

В1919 г. такой орган был создан в виде Бюро принудительных (ис- правительно-трудовых) работ при Московском совете рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, который выработал специальное «Положение о бюро принудительных работ». Это положение, утвержденное

7 мая 1919 г. Центральным карательным отделом НКЮ РСФСР, было рекомендовано всем губернским карательным отделам в качестве основы для организации бюро принудительных (исправительно-трудовых) работ2. Именно этот орган явился прообразом современных уголовно-исполни- тельных инспекций, а дата его образования — 7 мая 1919 г. — считается праздничной для сотрудников УИИ.

Втом же 1919 г. в «Руководящих началах по уголовному законодательству РСФСР», в пункте «м» ст. 25, законодатель устанавливает место принудительных работ в системе уголовной репрессии. Он считает одной из основных мер уголовной репрессии «принудительные работы без по-

мещения в места лишения свободы».

ВПрограмме ВКП(б), принятой в 1919 г. VIII съездом партии, указывалось на принудительные работы как на меру, которая в ряде случаев должна заменить собой лишение свободы.

ВУголовном кодексе 1922 г. эта мера уголовной репрессии получает широкое применение. Из 185 статей Особенной части в 69 статьях имелись постановления о принудительных работах. Кроме того, ст. 39 Общей части

1 История советского уголовного права. М., 1948.

2 СУ РСФСР. 1919. № 18; Бушуев И.А. Исправительно-трудовые работы как мера наказания в советском уголовном праве. Дис. … канд. юрид. наук. М., 1955.

54

Исполнение наказаний... в советский период отечественной истории

давала суду право заменять штраф, в случае уклонении осужденного от уплаты, принудительными работами.

Не имея полных данных для характеристики применения принудительных работ судами за первые годы советской власти можно, однако, проследить их применение со второй половины 1918 г. Так, московские суды во второй половине 1918 г. осудили к лишению свободы 35,6% осужденных, к имущественным взысканиям — 56,9%, к принудительным работам — 2,2% и к другим видам — 5,3%1.

Таблица 12, содержащая данные о карательной политике судов с 1919 по 1922 г., показывает, что на каждых 100 осужденных нарсудами приходилось:

Эта статистика вполне согласовывалась с официально декларируемыми основными положениями уголовной политики. Так, принятая VIII съездом партии в марте 1919 г. программа РКП (б), подводя итоги практики народных судов за прошедший период, поставила задачу — постепенно усиливать воспитательные возможности наказания, «осуществляя в широких размерах условное осуждение, введя как меру наказания общественное порицание, заменяя лишение свободы обязательным трудом с сохранением свободы, заменяя тюрьмы воспитательно-трудовыми учреждениями и давая возможность применять практику товарищеских судов»3.

Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. в качестве наказаний, не сопряженных с лишением или физическим ограничением свободы, предусматривал:

1Курский Д. Новое уголовное право // Пролетарская революция и право. 1919.

№2–4.

2 Тарновский Е. Судебная репрессия в цифрах за 1919–1922 гг. // Еженедельник советской юстиции. 1922. № 44–45.

3 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 2-е изд. Т. 2. М., 1983.

55

Глава 2

а) изгнание из пределов РСФСР на срок или бессрочно; в) принудительные работы без содержания под стражей; г) условное осуждение; д) конфискация имущества, полная или частичная; е) штраф; ж) поражение прав; з) увольнение от должности; и) общественное порицание; к) возложение обязанности загладить вред1. Практически все они, за исключением условного осуждения, были известны предыдущему советскому уголовному законодательству. Сохранив свою социальную направленность, наказания стали более конкретизированными и адресными. Последнее означает, что их виды и размеры были предусмотрены в санкциях Особенной части УК.

Учитывая дифференциацию наказаний и мер социальной защиты в УК РСФСР 1922 г., следует причислить к таким мерам, не связанным с лишением или физическим ограничением свободы: воспрещение занимать ту или иную должность или заниматься той или иной деятельностью или промыслом, удаление из определенной местности.

Поскольку в последующих уголовно-правовых актах карательные меры были унифицированы и обозначены как меры социальной защиты, нет оснований рассматривать их эволюцию дифференцированно. Как и наказания 1917–1919 гг., меры, не связанные с лишением или физическим ограничением свободы, можно подразделить по содержанию на следующие группы:

1)меры социально-воспитательного характера;

2)меры имущественного характера;

3)меры, заключающиеся в ограничении социальной активности либо социальном отторжении.

Надо сказать, что советскому наказанию в целом была присуща не цель возмездия, а идея социальной защиты вследствие социальной опасности преступника. Тем самым личность осужденного ставилась на второй план по сравнению с обществом и рассматривалась как некий отрицательный элемент, ему угрожающий. Таким образом, наказание обладало ярко выраженным социальным характером. Отсюда и обилие мер, механизм которых основан на общественном воздействии: изменении социального статуса осужденного (ограничении социальной активности), социальном порицании,

1 В УК РСФСР 1926 г. указанная система наказаний претерпела определенные изменения: из нее были исключены: условное осуждение и возложение обязанности загладить вред, а включено — предостережение. Вместе с тем, взяв за основу систему наказаний УК РСФСР 1922 г., мы получаем возможность проследить ее эволюцию в более поздних уголовно-правовых актах, объективно судить о колебаниях и тенденциях карательной политики Советского государства в период 1922–1926 гг.

56

Исполнение наказаний... в советский период отечественной истории

социальномобязывании.Принудительныеработывэтомсмыслебылиодним из самых востребованных наказаний. Социальность наказания предопределялаиегоутилитарныйхарактер.Человекдолженбылнепростопострадать, не просто ощутить силу государства и превосходящую преступление жестокость возмездия, а исправиться, а при нанесении серьезного ущерба — окупить свое посягательство (в ходе принудительного труда в рамках лишения свободы, принудительных работ, при конфискации имущества, штрафе возложение обязанности загладить вред и т. п.). Применение такого наказания касалось не только самого осужденного, но и общества в целом, защищая интересы последнего. В этом заключалось основное отличие в вопросе уголовной ответственности от классической школы уголовного права, которая ставит основной целью наказания возмездие через кару и страдание1.

В этой связи неоспоримо влияние на разработчиков УК РСФСР 1922 и 1926 гг. социологической и антропологической теорий, разработанных отнюдь не советскими учеными. Здесь нужно говорить о синтезе этих теорий с коммунистической идеологией в сфере уголовного права, основанной на политической целесообразности репрессии в отношении классовых врагов, а фактически — всех неугодных власти лиц. Между тем социологическое направление в уголовном праве и криминологии в тот период было наиболее прогрессивным и пользовалось широкой популярностью не только в нашей стране, но и на Западе. Видный итальянский представитель социологической школы уголовного права Энрико Ферри (1856–1929) писал: «Каково бы ни было совершенное преступление, задача уголовного суда должна состоять не в назначении известной дозы наказания, кажущейся пропорциональной вине преступника, а в решении вопроса, необходимо ли при данных объективных свойствах преступления (нарушенное право и причиненный ущерб) и субъективных свойствах преступника (побудительные причины и антропологическая категория) изъять данное лицо из общества навсегда или на более или менее продолжительное время в зависимости от приспособляемости осужденного к общественной жизни или, может быть, можно ограничиться требованием строгого возмещения нанесенного вреда»2. На уголовно-антропологическом конгрессе в Женеве Гриффитс, главный тюремный инспектор Англии, соглашаясь с идеями позитивной школы, резюмировал задачу уголовного суда в следующих выражениях: «Необходимо разделить преступников на две большие категории:

1 Тоскина Г.Н. Уголовное наказание в законодательстве СССР и РСФСР (1917– 1926 гг.). Ульяновск, 2005.

2 Ферри Э. Уголовная социология. М., 2009.

57

Глава 2

тех, которые никогда не должны бы были входить в тюрьму, и тех, которые никогда не должны бы выходить из нее»1.

Первый УК РСФСР (1922 г.), а затем его новая редакция от 1926 г. восприняли в основном идеи социологической школы уголовного права, внеся в нее элементы марксизма, в частности, касающиеся классового неравенства субъектов преступления, определяющего, соответственно, разницу в их наказании.

Кодификация уголовного законодательства внесла бóльшую определенность и в вопрос об исполнении наказаний, не связанных с изоляцией осужденных от общества. Согласно ст. 51 УК РСФСР 1922 г. надзор и руководство по исполнению приговоров к принудительным работам без содержания под стражей возлагался на Центральный исправительно-трудовой отдел Народного комиссариата юстиции и его органы на местах, осуществляющие свое руководство через бюро принудительных работ. Последние вели учет присужденных к принудительным работам и направляли их на работы через отделы труда (исполнительных комитетов советов).

По Исправительно-трудовому кодексу РСФСР 1924 г. (ИТК РСФСР 1924 г.) бюро принудительных работ находились при губернских инспекциях мест заключения на правах отдельной части и действовали под общим руководством губернского инспектора. ИТК РСФСР 1924 г. детально регламентировал работу бюро принудительных работ. Они вели учет осужденных, распределяли их на работу в соответствии с приговорами, осуществляли надзор заотбываниемнаказания,возбуждалиходатайствоодосрочномосвобождении от наказания и проводили воспитательную работу среди осужденных.

Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 6 сентября 1926 г. было установлено, что в местностях, где нет мест заключения, исполнением наказания в виде принудительных работ ведают уездные, волостные и районные исполнительные комитеты, а в 1928 г. к осуществлению этих функций были привлечены сельские Советы2.

Вто же время бюро принудительных работ сталкивались в своей деятельности со значительными трудностями.

Впервыегодысуществованиясоветскогогосударствачастичноимеющая место безработица серьезно снижала репрессивное значение принудительных работ, применяемых к другим преступлениям. Это объяснялось тем, что осужденные к этой мере наказания должны были в первую оче-

1 Там же.

2 Чернышева Д.В. Возникновение и становление уголовно-исполнительных инспекций // Человек: преступление и наказание. 2008. № 2.

58

Исполнение наказаний... в советский период отечественной истории

редь по сравнению с законопослушными гражданами получать работу на бирже труда, т. е. осужденный ставился в привилегированное положение и получал своеобразную награду за совершение преступления — первоочередное получение работы на бирже труда.

К этому надо также добавить, что в первые годы существования советского государства суды нередко назначали принудительные работы по специальности как меру наказания в тех случаях, когда нужно было применить работы неквалифицированного физического труда. Получалось, что лицо, совершившее преступление с использованием своих профессиональных навыков, либо продолжало работать в учреждении на прежнем месте, либо, если оно не работало, получало работу по специальности. Это, в свою очередь, еще более снижало карательный характер принудительных работ как меры наказания.

Водномизсвоихотчетовза1922 г.начальникадминистративногоотделаБогородскогоуездаМосковскойобластипоповодупринудительныхработ писал: «Ввиду произведенного массового сокращения рабочих и служащих в учреждениях и предприятиях последние приговоренных, направленных к ним, не принимают. Более того, привлеченный на принудительные работы, получает место где-либо на фабрике или заводе с приличным вознаграждением, тогда как до тех пор лишен был работы и в этом нуждался, а посему я считаюсосвоейсторонынеобходимымотменитьуказаннуюмерунаказания и столы принудительных работ упразднить»1.

Существовала и острая кадровая проблема. Достаточно сослаться на некоторые отзывы В.И. Ленина о качестве работы Наркомата юстиции того периода. Так, 23 декабря 1921 г. В.И. Ленин в одном из писем спрашивал: «Начнет ли, наконец, наш слабенький Наркомюст учиться ставить и вести гласные дела…»2.

На 2-й сессии ВЦИК XII созыва Н.В. Крыленко3 в своем докладе говорил: «Практика, однако, показала, что принудительные работы без лишения свободы на 9/10 вследствие несовершенства нашего аппарата, бедности наших финансов — фикция и что мы до сих пор не сумели их

1 Еженедельник советской юстиции. 1923. № 13. 2 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 54.

3 Крыленко Николай Васильевич (1885–1938), российский и советский политический деятель. В Октябрьскую революцию член Петроградского Военного революционного комитета. В 1917–18 нарком — член Комитета по военно-морским делам, Верховный главнокомандующий. С 1918 в Верховном революционном трибунале при ВЦИК, с 1928 прокурор РСФСР, с 1931 нарком юстиции РСФСР, с 1936 нарком юстиции СССР. Репрессирован; реабилитирован посмертно.

59

Глава 2

правильно организовать. Поэтому целый ряд мест требовал исключить вовсе принудительные работы из мер репрессии для правонарушителей или установить замену их тюрьмой»1.

Данные, взятые по Московскому бюро принудительных работ за вторую половину 1922 г., наглядно показывают неудовлетворительность выполнения приговоров к принудительным работам. Из 1865 осужденных

кпринудительным работам за этот период оказалось:

—работавших — 622 (или 33,3%);

—не работавших за отсутствием работ — 270 (14,5%);

—по болезни не работало — 158 (8,5%);

—разыскивалось — 815 (43,7%).

Таким образом, оказались фактически выполненными всего 33,3% приговоров, а остальные же осужденные к принудительным работам, по сути, оказывались освобожденными от уголовной репрессии, вынесенной судами. Мало того, что приговор был нереален в силу неиспользования осужденных на работе, он терял силу уголовной репрессии еще потому, что обеспечивал осужденному вообще и безработному в частности место работы, ставил его тем самым в привилегированное положение перед остальными безработными, ни в чем не «согрешившими» перед советским обществом. Ввиду указанных обстоятельств исполнение приговоров к принудительным работам превратилось в сложнейшую проблему и их применение в судебной практике стало резко падать2.

Начались поиски выхода из кризиса. Специальная комиссия Народного комиссариата труда (НКТ РСФСР)3, НКЮ РСФСР и НКВД РСФСР изучала вопрос о целесообразности дальнейшего существования принудительных работ как наказания в советском законодательстве. Она пришла к выводу о необходимости их сохранения и реорганизации4.

Вначале последовали директивные указания об улучшении практики назначения и исполнения принудительных работ5, которые, однако, ни к чему не привели.

Одновременно на страницах юридической печати развернулось довольно оживленное даже для того времени обсуждение проблем принуди-

1 Стенографический отчет 2-й сессии ВЦИК XII созыва. Доклад Н.В. Крыленко.

2 Богданов В.Я. Указ. соч.

3 Народный комиссариат труда.

4 Еженедельник сов. юстиции. 1923. № 6. С. 125–127; № 13.

5 Постановление НКТ и НКВД от 20 февраля 1923 г. (СУ РСФСР. 1923. № 16. Ст. 202) и циркуляр Верховного Суда РСФСР № 52 от 27 июля 1923 г.

60