От колыбели до колыбели. Меняем подход к тому, как мы создаем вещи

Работая с группой, созданной профессором Дэвидом Орром из Оберлинского колледжа, мы рассматривали идею здания и его местоположения по модели функционирования дерева. Мы представили способы, как оно могло бы очищать воздух, создавать тень и среду обитания, обогащать почву и меняться в соответствии с временами года, в итоге накапливая больше энергии для работы, чем ему требуется. Характерные черты такого здания: солнечные панели на крыше; роща на северной стороне здания для защиты от ветра и для разнообразия; интерьер, спроектированный так, чтобы меняться

иприспосабливаться к эстетическим и функциональным предпочтениям человека, с фальшполом и арендованным ковровым покрытием; пруд с водой для полива; «живые машины» в доме и рядом с ним, которые используют пруд, наполненный специально отобранными организмами и растениями, для очистки стока; классы и большие общественные помещения, обращенные на запад и на юг, чтобы как можно полнее использовать солнечную энергию; особые оконные стекла, которые могут контролировать количество ультрафиолетовых лучей, попадающих в здание; восстановленный лес с востока от здания; озеленение и уход за территорией без применения пестицидов или ирригации. Эти характерные черты находятся в процессе оптимизации; в свое первое лето здание начало создавать больше энергетического капитала, чем употребило, — небольшой, но обнадеживающий старт.

Представьте себе дом, похожий на дерево,

игород, похожий на лес.

РАЗНООБРАЗИЕ

ПОТРЕБНОСТЕЙ И ЖЕЛАНИЙ

Уважать разнообразие в дизайне означает принимать во внимание не только то, как сделан продукт, но и то, как и кем он будет использоваться. В концепции «от колыбели до колыбели» он может иметь много

(141)Глава пятая. Уважать разнообразие

применений и много пользователей как во времени, так и в пространстве. Офисное здание или магазин, например, может быть спроектировано таким образом, чтобы его можно было приспособить для различных видов использования на протяжении многих поколений вместо того, чтобы строить для одной конкретной цели, а затем сносить или с трудом переоборудовать. Районы Сохо и Трайбека в Нижнем Манхэттене продолжают процветать, потому что их здания были спроектированы с несколькими непреходящими преимуществами, которые сегодня не были бы признаны эффективными: высокие потолки и большие, высокие окна, которые пропускают дневной свет; толстые стены, которые уравновешивают дневное тепло с ночной прохладой. Благодаря своему привлекательному и полезному дизайну эти здания прошли несколько циклов использования в качестве товарных складов, шоурумов, мастерских, складских и дистрибьюторских центров, затем лофтов художников

и, уже недавно, в качестве офисов, галерей и апартаментов. Их неизменная привлекательность и полезность очевидны. Следуя этому примеру, мы спроектировали некоторые корпоративные здания, которые в будущем можно будет переоборудовать под жилье.

Как французские баночки из-под джема, которые можно использовать в качестве стаканов для питья, когда джем кончится, упаковка и продукты могут быть спроектированы с мыслью об их будущем апсайклинге. Наружная упаковка с ее большими, плоскими, жесткими поверхностями является естественным исходником для дальнейшей жизни в качестве строительных материалов; это понимал Генри Форд.Тара, которая должна быть использована для доставки продукта из Саванны, могла бы быть сделана из водонепроницае-

мой изоляции, которую получатель в Соуэто может употребить при строительстве дома. И снова частью картины становятся культурные различия. Африканским сельским жителям, привыкшим пить из тыкв или глиняных чашек, у которых нет перерабатывающей системы для «мусора», может пригодиться упаковка напитка,

(142)Глава пятая. Уважать разнообразие

которую можно бросить на землю, где она подвергнется разложению и станет пищей для природы. В Индии, где материалы и энергия очень дороги, людям может понравиться безопасно сжигаемая упаковка. В промышленных областях лучшим решением могут быть полимеры, разработанные как «пища» для дальнейшего производства бутылок при соответственно спроектированной инфраструктуре для апсайклинга.

В Китае упаковка из пенопласта представляет такую проблему для утилизации, что люди зачастую называют ее «белым загрязнением». Ее выбрасывают из окон поездов и автобусов, повсеместно замусоривая ландшафт. Представьте себе дизайн такой упаковки, которая может безопасно разложиться после употребления. Она могла бы быть сделана из полых стеблей

риса, оставшихся в полях после сбора урожая (их обычно сжигают). Они доступны и дешевы. К упаковке можно было бы добавить небольшое количество азота (возможно, извлеченного из автомобильных систем). Вместо того чтобы чувствовать вину и груз ответственности, люди, закончив есть, могли бы с удовольствием выбросить безопасную, здоровую упаковку из окна поезда на землю, где она быстро разложится и отдаст азот почве. Она может даже содержать семена местных растений, которые будут пускать корни по мере того, как разлага-

ется упаковка. Или люди могут подождать выбрасывать упаковку до следующей остановки поезда, где местные фермеры и садовники поставят пункты сбора, чтобы использовать ее в качестве удобрения. Можно было бы даже поставить табличку: «Мусорьте, пожалуйста!»

ФОРМА СЛЕДУЕТ ЭВОЛЮЦИИ

Вместо продвижения эстетики «на все случаи жизни» промышленность может проектировать продукты для потенциального массового потребления и упаковку, адаптируя их к местным традициям

(143)Глава пятая. Уважать разнообразие

и вкусам, не подрывая при этом доверия к качеству продукта. Индустрия роскоши — мода и косметика — стали новаторами в организации потребления в соответствии с индивидуальным вкусом и местными привычками.

Другие могут последовать за ними, приспосабливая свой дизайн к потребностям индивидуального и культурного выражения. Например, автомобильная промышленность могла бы уважить филиппинскую практику украшения автомобилей, предоставив клиентам возможность прикрепить бахрому или создать творческий, броский дизайн с помощью экологически чистых красок, вместо того чтобы ограничивать их «универсальным» внешним видом (и лишать экорезультативных преимуществ, когда те отстаивают локальное культурное пристрастие к декорациям). Экорезультативный дизайн требует последовательного ряда принципов, основанных на законах природы, и возможности постоянного разнообразия выражения. Известна фраза, что форма следует функции, но когда форма следует эволюции, возможностей становится больше.

Что хорошо для эстетики, то хорошо для потребностей, варьирующихся в зависимости от экологических, экономических и культурных обстоятельств, — не говоря уже об индивидуальных предпочтениях. Как мы уже указывали, мыло, которое производится в настоящее время, спроектировано так, чтобы одинаково работать в любом месте и в любой экосистеме. Столкнувшись с сомнительными результатами такой

разработки, защитники экоэффективности могут посоветовать изготовителю «быть менее плохим», поставляя концентраты вместо жидкого мыла и снижая количественно или перерабатывая упаковку. Но зачем оптимизировать неправильную систему? Зачем ставить на первое место упаковку? Почему именно эти ингредиенты? Почему жидкость? Почему «на все случаи жизни»?

Почему не делать жидкие моющие средства таким же способом, каким их делали бы муравьи? Производители моющих средств могли бы сохранять централизованную информацию (идею моющего средства),

(144)Глава пятая. Уважать разнообразие

но развивать локальную упаковку, перевозку и даже молекулярные эффекты. Например, перевозка воды (в виде жидкого детергента) повышает транспортные расходы и не является необходимой, поскольку вода

есть и в стиральной машине, и в прачечной, ванне, реке или озере, где происходит мытье и стирка. Моющие средства можно было бы перевозить в виде таблеток или порошка и продавать на вес в бакалейных лавках.

В различных местах нуждаются в разных типах моющих средств: одни виды таблеток и порошка могут использоваться в местах с жесткой или мягкой водой, совсем другие нужны для мест, где люди при стирке колотят одежду о камни, смывая моющие средства прямо

вреку. Крупный производитель моющих средств начал думать об этом, когда обратил внимание, что женщины

вИндии используют средство для стиральных машин при ручной стирке: они распределяют раздражающий кожу концентрат по одежде пальцами и затем колотят вещи о камни на берегу реки. При этом женщины могли позволить себе купить лишь немного моющего средства за один раз. Столкнувшись с конкуренцией со стороны более универсального продукта, компания разработала нежное средство для стирки и стала производить его

внебольших дешевых пачках, которые женщины могли полностью расходовать за один раз. Эта мысль может получить дальнейшее развитие. Например, производители могли бы переосмыслить моющее средство как сервисный продукт и спроектировать стиральные машины так, чтобы получать обратно детергент и использовать его снова и снова. Стиральную машину можно было бы сдавать в аренду, предварительно загрузив двумя тысячами порций повторно используемого средства, — и это не такой уж серьезный конструкторский вызов, как кажется, поскольку в обычном цикле стирки используется только пять процентов стандартной порции стирального вещества.

БиологТом Лавджой рассказывает о встрече Э. О. Уилсона, великого биолога-эволюциониста,

(145)Глава пятая. Уважать разнообразие

написавшего подробную работу о биоразнообразии (и о муравьях), и главы администрации Джорджа Буша — старшего, Джона Сунуну, во время Саммита Земли в 1992 году.Уилсон выступил на конференции, чтобы

побудить президента поддержать Конвенцию о биологическом разнообразии, выдвинутую большинством стран мира как знак их крайней озабоченности этим вопросом. КогдаУилсон закончил говорить о высокой ценности биоразнообразия, Сунуну сказал: «Я понял. Вам нужен закон об исчезающих видах для всего мира… но дьявол в деталях». На чтоУилсон ответил: «Нет, сэр, в деталях Бог».

Если разнообразие — это основа природного замысла, то принятые человеком проектные дизайнерские решения, которые не считаются с этим, обедняют экологическую и культурную ткань нашей жизни

иуменьшают наслаждение и удовольствие. Рассказывают, что Шарль де Голль однажды сказал, что трудно управлять страной, производящей четыреста сортов сыра. Но что, если ради роста продаж все сыроделы Франции сосредоточились бы на производстве по-раз- ному завернутых квадратиков оранжевого «сырного продукта» с одинаковым вкусом?

Согласно исследованиям визуальных предпочтений, большинство людей считают культурно различающиеся сообщества желательной средой для жизни. Когда им показывали рестораны с фастфудом или однотипные здания, они оценивали такие изображения очень низко. Они предпочитали своеобразные улицы Новой Англии современным пригородам, хотя сами могли жить в районах, ради которых были разрушены главные улицы их родных городов. При возможности люди выбирают что-то иное, чем то, что им обычно предлагают в большинстве проектов на все случаи жизни: узкая полоска земли, микрорайон, торговый комплекс. Люди хотят

разнообразия, оно доставляет им удовольствие. Им нужен мир, в котором существуют четыреста сортов сыра.

Разнообразие обогащает качество жизни

идругим путем: яростное столкновение различных культур может расширить перспективы и вдохно-

(146)Глава пятая. Уважать разнообразие

вить на творческие изменения. Вспомните, как Мартин Лютер Кинг — младший адаптировал учение Махатмы Ганди о мирном переходе к идее гражданского неповиновения.

ПОЛОТНО

ИНФОРМАЦИИ

Традиционно компании полагались на обратную связь как на сигналы, влияющие на перемены, оглядываясь назад, чтобы оценить прошлые провалы и успехи, или осматриваясь вокруг, чтобы понять, какова конкуренция.Уважительное отношение к разнообразию означает еще и расширение масштабов вложений, чтобы охватить более широкий круг экологических и социальных контекстов, а также установить более продолжительные временны´е рамки. Давайте вообразим не обратную, но прямую связь и зададим себе вопрос не только о том, что сработало в прошлом и настоящем, но и о том, что будет работать в будущем. Что за мир мы имеем в виду, и как мы можем планировать в соответствии с этим ви´дением? Какова будет устойчивая мировая

торговля через десять или даже через сто лет? Как могут наши продукты и системы помочь создать и поддерживать ее, чтобы будущие поколения обогащались тем, что мы делаем, не страдая ни от опасностей, ни от ущерба?

Что мы можем сделать сейчас, чтобы начать процесс промышленной реэволюции?

Если бы производитель средств для стирки продолжал мыслить в этом направлении, дело пошло бы дальше проблемы создания подходящего средства, которое не раздражает кожу рук. Возник бы вопрос: так ли оно мягко и для Ганга? Будет ли оно способствовать разнообразию водной жизни?Теперь, когда мы знаем, какой тип мыла нужен нашим потребителям, какой тип мыла нужен реке?Теперь, когда оно распространяется в упаковке для индивидуального использования, что должно быть на ней написано? Что это продукт

(147)Глава пятая. Уважать разнообразие

потребления, который без труда разлагается на берегу, внося питательные вещества в почву? Или что упаковка может быть безопасно сожжена? Или оба этих уведомления? А как насчет тканей, которые не нуждаются в мыле, которые уже созданы со свойствами эффекта лотоса (к листу лотоса не прилипает никакая грязь)? Одна за другой составные части продукта могут быть изменены во всё более возрастающем масштабе, пока

сам продукт, полностью спроектированный так, чтобы питать разнообразный мир, не станет эволюционировать и трансформироваться.

Работая с крупным европейским производителем над гелем для душа, мы сами бросили себе дизайнерский вызов, требуя ответа на вопрос: какое мыло подойдет реке? (В данном случае речь шла о Рейне.) В то же время мы стремились исполнить желание потребителей получить здоровый и приятный гель для душа. Вначале Михаэль сказал производителю, что хочет определить продукт так, как определяют лекарство, заранее выбрав лучшие ингредиенты. Принимая во внимание природу продукта, компания-клиент оказалась более восприимчива к этому подходу, чем, скажем, какая-нибудь химическая компания, производящая краски для дома. Михаэль с коллегами определили двадцать два химических вещества в обычном геле для душа, часть которых использовалась для противодействия огрубляющим эффектам других дешевых химических ингредиентов. (Например, были добавлены увлажняющие средства, чтобы компенсировать высушивающий эффект некоторых химических веществ.) Затем их группа составила гораздо более короткий список ингредиентов, которые бы имели только нужный эффект. Были разработаны сложные сдержки и противовесы, и в результате получился продукт, здоровый как для кожи, так и для экосистемы реки, где он в конце концов окажется.

Когда список предлагаемых ингредиентов был составлен (всего девять позиций), компания сначала отказалась от продукта, потому что новые химические вещества были дороже, чем те, что использовались

(148)Глава пятая. Уважать разнообразие

прежде. Но, рассмотрев весь процесс, а не только стоимость ингредиентов, компания выяснила, что производство нового шампуня примерно на пятнадцать процентов дешевле благодаря более простой подготовке и условиям хранения. Гель поступил в продажу в 1998 году и до сих пор присутствует на рынке — но теперь в чисто полипропиленовой упаковке, после того как Михаэль и другие исследователи обнаружили, что сурьма из оригинальных ПЭТ-флаконов проникает в гель.

РАЗНООБРАЗИЕ

«ИЗМОВ»

В конце концов, именно повестка, с которой мы подходим к созданию вещей, должна измениться

идиверсифицироваться. Сосредоточиться на каком-то одном критерии значит создать нестабильность для более широкого контекста, — это и есть то, что мы называем «измом», крайней позицией, не связанной с общей структурой. А мы знаем из истории человечества, каким хаосом может обернуться «изм», — подумайте о последствиях фашизма, расизма, сексизма, нацизма или терроризма.

Рассмотрим два манифеста, сформировавших промышленные системы: «Исследование о природе и причинах богатства народов» Адама Смита (1776) и «Манифест Коммунистической партии» Карла Маркса и Фридриха Энгельса (1848). В первом манифесте — написанном в тот момент, когда Англия всё еще пыталась монополизировать свои колонии, и опубликованном в том же году, что и Декларация независимости, — Смит принижает власть государства

иутверждает ценность свободной торговли. Он связывает богатство страны и производительность с общим развитием, утверждая, что «любой человек, работающий в своих собственных эгоистических интересах, будет невидимой рукой приведен к содействию общему благу»53. Смит был человеком, чьи убеждения и дела

(149)Глава пятая. Уважать разнообразие

были сосредоточены как на нравственности, так и на экономических силах.Таким образом, воображае-

мая им невидимая рука, регулирующая коммерческие стандарты и ограждающая от несправедливости, действовала на рынке, заполненном «нравственными» людьми, совершающими индивидуальный выбор, — идеал XVIII века, который не обязательно будет реальностью в двадцать первом.

Несправедливое распределение богатства и эксплуатация рабочих побудили Маркса и Энгельса написать «Манифест Коммунистической партии», в котором они взывали о необходимости принятия мер в отношении прав человека и распределения экономических богатств. «Массы рабочих, скученные на фабрике, организуются по-солдатски… [их] ежедневно и ежечасно порабощает их машина, надсмотрщик и прежде всего сам отдельный буржуа-фабрикант»54. В то время как капитализм в погоне за своими экономическими целями зачастую игнорировал интересы рабочего, социализм, упорно проводимый в качестве «изма», тоже потерпел неудачу. Если никому, кроме государства, не принадлежит ничего, значение индивида умаляется системой.Так случилось в бывшем СССР, где правительство не соблюдало такие основные права человека, как свобода слова. Окружающая среда тоже страдала: ученые полагают, что шестнадцать процентов территории бывшего Советского государства небезопасны для проживания из-за промышленных выбросов и настолько сильного загрязнения, что оно было названо «экоцидом»55.

В Соединенных Штатах, Англии и других странах капитализм процветал, местами уделяя внимание социальному обеспечению при экономическом росте (например, признание Генри Фордом того, что «машины не могут покупать машины») и регулируя уменьшение загрязнения. Но проблемы окружающей среды возрастали. В 1962 году книга Рейчел Карсон «Безмолвная весна» предложила новую повестку, которая стала приобретать всё новых и новых последователей, — экологизм. С тех пор в ответ на растущие проблемы окру-

(150)Глава пятая. Уважать разнообразие