Культурная антропология. Учебное пособие

глубоко символичное и почтительное отношение к хлебу. Не случайно Ф. Бродель выделял в каждой цивилизации доминирующее растение (рис – в Азии, кукуруза – в Мезоамерике, пшеница – в Средиземноморье).

Зерновые, виноград и оливы лежали в основе античной системы экономических и культурных ценностей, которую греки и римляне возвели в ранг символа своей собственной идентичности. На этом базировалась и система питания – преимущественно растительного, основанного на питании лепешками, вином, оливковым маслом, к которым добавляли овощи, сыр и немного мяса. Рожденное и выросшее в лоне средиземноморской цивилизации христианство не замедлило сделать своими символами и необходимыми составными частями культа как раз те пищевые продукты, которые представляли собой материальную и идеологическую основу этой цивилизации – хлеб, вино и масло.

Совсем иными были культурные ценности «варваров» – кельтов, германцев, славян – живших в окружении лесов. Охота и рыбная ловля, сбор лесных ягод, свободный выпас скота в лесу – основные занятия, характеризующие их систему жизнеобеспечения. Не хлеб, а мясо было первостепенной ценностью в системе питания.

Вхристианскоммирепроисходитслияниекультурымясаикультуры хлеба: оба продукта приобретают статус (как в идеологическом, так и в материальном плане) первостепенной и необходимой еды. При этом церковные нормы предписывали воздерживаться от мяса около 140–160 дней в году. Отсюда необходимость в альтернативнойеде,отсюдаивеличайшеезначение(экономическоеикультурное) таких «замещающих» продуктов, как овощи и рыба.

Постепенно в систему питания европейцев проникают новые продукты, вызывающие изменение представлений о вкусном и невкусном. В XII в. Европу охватило, говоря словами Ф. Броделя, «пряное безумие»: обильно приправленные специями блюда стали казаться вкусными. Великие географические открытия подарили европейцам картофель, томаты, кукурузу, шоколад и другие продукты. Выросло использование сахара.

21

Сначала XVII в. меняется и структура потребления напитков.

Впрошлом чрезвычайно высокого уровня (до 2–4 л в день) достигало потребление алкогольных напитков. Но с начала ХVII в. наряду с вином и пивом или в замену им в Европе распространились кофе, чай, шоколад.

В конце XIX в. произошла еще одна революция в питании. Благодаря успехам пищевой промышленности и развитию транспорта белый хлеб и мясо стали доступны широким слоям потребителей. Впервые за многие века доля зерновых в питании пошла на убыль, а доля других продуктов начала медленно возрастать.

Современную систему питания отличают:

– делокализация продовольственной системы;

– рост единообразия моделей питания;

– индустриализация питания;

– внесезонность питания;

– связь модели питания с эстетическим идеалом худобы;

– распространение «скрытого голода» (недостаток витаминов и минералов в пище).

Еда всегда определяла и всегда будет определять нашу жизнь. С едой связано возникновение и развитие цивилизаций, рост населения, торговля, войны. Пищевые различия стали важнейшей основойдлямировыхрелигий.Голодиизобилиеменялиисторию государств, разрушали их и создавали новые. Еда завоевывает страны и народы без оружия, она является проводником чужих идеалов и ценностей. Вместе с тем еда – важный элемент национального самосознания. Еда – это значимый фактор социальной, политической, экономической и культурной жизни человека.

2.2. Антропология болезни

Болезни − спутники повседневности, поэтому в любую эпоху существует образ болезни, массовые представления о ее причинах, лечении, переживании. «Модель» болезни задается культурой: в том, как ведут себя люди перед лицом болезни и грядущей за ней смерти, обнаруживаются коллективные представления,

22

ценности, способы осознания и переживания действительности, которые присущи изучаемой культуре.

Научная мысль стремится установить причины тех или иных событийкакабстрактныефункциональныесвязимеждуявлениями.Вархаическомобществечеловекещенеможетабстрагировать понятияовещиилисобытииотсвоегоконкретногознанияоних. Мифологическое мышление заменяет причинно-следственные связи прецедентом, смешивает происхождение предмета или явлениясихсущностью.Научнаямедицинавзначительнойстепени утратила это ощущение живой эмоциональной связи больного с его болезнью. Болезнь для медиков − всего лишь патология, тогда как для обыденного сознания болезнь символизируется (в виде червя, который гложет человека, или стрелы, внезапно поражающей его). Соответственно, любое лечение превращается в ритуал, цель которого − восстановление привычного порядка вещей.

Впервые изучение болезни как культурно-исторического феномена стало актуальным в антропологии в связи с эпидемиями чумы XIV в. («Черная смерть»), их ролью в истории. Антропологи отмечают также символический характер проказы, туберкулеза, холеры и других болезней, на протяжении столетий служивших главной причиной смертности.

Понятие болезни исторически изменчиво. Номенклатура болезней может варьироваться от одного общества к другому. И одно и то же состояние воспринимается в одних обществах как болезнь, а в других – как нормальное состояние. Так, в современном западном обществе булимия считается болезнью, тогда как в Древнем Риме чревоугодие и вызванный им избыточный вес представляли собой аристократическую повседневную практику. То, что сегодня в США трактуется как синдром хронической усталости, в XIX в. называлось неврастенией. То, что с XIX в. на Западе стало восприниматься как безумие, прежде считалось неразумным поведением, а еще раньше – формой религиозной одержимости.

В целом болезнь в традиционном обществе − медиатор, средство перехода из состояния жизни в состояние смерти.

23

2.3. Антропологическое понимание смерти и смертности

Смерть человека и связанные с ней размышления и переживания,личныеиобщественныепредставления,страхииожидания– одна из важных тем антропологических исследований последний десятилетий. Отношение к смерти – одна из определяющих характеристик любой культуры.

Осознаниенеизбежностиинеотвратимостисмерти,сопровождавшее человека со времен глубокой древности, было одним из наиболееэмоциональныхизначимых(наравнесосознаниемсебя как индивидуума и восприятием ценности личности) условий становления человеческого мышления. Оно оказывало и оказывает сейчас огромное влияние на все формы и сущность поведения каждого человека, на его отношение к миру и себе самому. Нисоциальныйстатус,ниэкономическоеположение,ниуровень развития или другие особенности личности не могут избавить человека от эмоционального восприятия смерти и смертности.

Человек и общество по необходимости ориентируются на жизнь больше, чем на смерть. При этом как всякая форма социализации ориентация общества «на жизнь» в значительной степени насильственна, предполагая идеологию, концентрирующую общественное внимание не столько на страхе перед смертью, сколько на страхе за жизнь. Всякое общество в той или иной мере «отворачивается»отсмертииосуждаеттех,ктостремитсяперейти в ряды мертвых без идеологически узаконенной санкции.

Неудивительно, что описанное З. Фрейдом в качестве основополагающего человеческого влечения «влечение к смерти» либо табуируется, либо подавляется (показательно насильственное лечение самоубийц, в ряде стран к тому же уголовно наказуемых, или характерное обсуждение проблемы эвтаназии).

В физическом мире смерть дана нам в конкретных предметах, в том числе и материальной культуры. Она связана с кладбищами, саванами, церквями, крестами, гробами и т. д. Сам факт физической смерти и невозможность четко определить то состояние, которое начинается после, и порождает специфический дискурс смерти.

24

Он соединяет нас с покойным, заставляет нас скучать по нему, вступать в ритуалы, связанные с его погребением, одновременно погружаясь в систему ценностей, связанную с нашей собственной, приближающейся с каждым моментом кончиной.

Крометого,мыверимвзагробнуюжизнь(иливееотсутствие). Определяемсвоеместовэтойзагробнойжизниилиотвергаемпоследнюю, но тогда также имеем представление, что будет с нами потом. Смерть возвращает нас к собственно жизни. Мы готовим смерть,мыучимсяумирать.Мыобщаемсяслюдьми,которыхнет, обращаемсякопыту,которыйужедавнопересталпреумножаться, переживаем давно ушедшие эпохи.

Всовременном мире смерть приобрела медийный характер, действуя, среди прочих, в информационной и эстетической плоскости.

Существует связь между установками в отношении к смерти, доминирующими в данном обществе на определенном этапе истории, и самосознанием личности, типичной для этого общества. Ф. Арьес выделил несколько этапов в эволюции отношения европейского общества к смерти: «прирученная смерть», «смерть своя», «смерть твоя», «перевернутая смерть».

Вотличие от смерти, которую, как правило, переживают эмоционально, смертность воспринимают одним из истоков равновесия мира (Космоса), непрерывная сменяемость форм в котором служит способом сохранения сущности и целостности.

Вэтой системе ценностей смерть не воспринимается как трагедия, она трактуется как закономерное завершение определенного жизненного цикла. Закономерность смерти порождает социальный приоритет ценности государства над ценностью личности с присущими такому мировоззрению чертами − пренебрежением к индивидуальной жизни и отсутствием страха смерти. Критерием нравственности становится интерес государства. Нет страха смерти, нет и чувства вины за человеческие страдания и смерть.

Впрактике повседневной жизни государств обыденность восприятия смерти в различных культурах отражалась сознательным использованием смерти как регулятора численности и качества

25

населения через физическое уничтожение различных (социальных и биологических) категорий людей в зависимости от выбранного критерия: престарелых, сирот, девочек, рабов, близнецов, ослабленныхибольных.Проводилосьцеленаправленноеизменение социального состава популяции по критерию, значимому для властных структур общества. Сочетание варварских методов давления на социум, пренебрежительное отношение к человеческой жизни − эти особенности социальных отношений знакомы нам не только по историческим материалам государств древности, но

ив качестве примет некоторых обществ ХХ в.

Библиографический список

1.Арнаутова Ю. Е. Колдуны и святые: антропология болезни в средние века / Ю. Е. Арнаутова. – СПб. : Алетейя, 2004.

2.Арьес Ф. Человек перед лицом смерти / Ф. Арьес. – М. : Прогресс. Прогресс-академия, 1992.

3.Бессмертный Ю. Л. Жизнь и смерть в средние века. Очерки демографической истории Франции / Ю. Л. Бессмертный. – М. : Наука, 1991.

4.Блок М. Короли-чудотворцы. Очерк представлений о сверхъестественном характере королевской власти, распространенных преимущественно во Франции и в Англии / М. Блок. – М. : Языки русской куль-

туры, 1998.

5.Блэк М. Смерть в Берлине: от Веймарской республики до разделенной Германии / М. Блэк. – М. : Новое литературное обозрение, 2015.

6.Бочаров В. В. Антропология возраста : учеб. пособие / В. В. Бочаров. – СПб. : Изд-во СПбГУ, 2001.

7.Медведь А. Н. Антропология болезни в Древней Руси (X–XVII вв.): очерки истории / А. Н. Медведь. – М. : Изд-во МБА, 2014.

8.Михель Д. В. Медицинская антропология: исследуя опыт болезни

исистемы врачевания / Д. В. Михель. – Саратов : Саратовский государственный технический университет, 2015.

9.Монтанари М. Голод и изобилие: история питания в Европе /

М. Монтанари. – СПб. : Alexandria, 2018.

10.ПаперноИ.Самоубийствокаккультурныйинститут/И.Паперно.– М. : Новое литературное обозрение, 1999.

11.СтилК.Голодныйгород:какедаопределяетнашужизнь/К.Стил.–

М. : Strelka Press, 2016.

12.Хартнелл Д. Голое Средневековье: жизнь, смерть и искусство

вСредние века / Д. Хартнелл. – М. : АСТ, 2019.

26

13. Элиас Н. О процессе цивилизации. Социогенетические и психогенетические исследования / Н. Элиас. – М. ; СПб. : Университетская книга-СПб, 2001.

Вопросы для повторения и самопроверки

1.Какой смысл имеет в антропологии понятие «техника тела»?

2.Вчемсостоятособенностисовременнойгородскойкультуры питания?

3.Какая болезнь в истории Европы получила название «Черная смерть»? Какую болезнь в европейской культуре Нового времени назвали «Синяя смерть», а какую – «Белая смерть»?

4.Назовите основные этапы эволюции отношения к смерти

вевропейской культуре, выделенные Ф. Арьесом.

3. ЭТНИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ

Этническая антропология изучает антропологический состав народов земного шара в настоящем и прошлом. Полученные в результате этого изучения материалы дают возможность выяснитьродственныеотношениямеждурасами,этносамииисторию их возникновения.

Этническаяантропологияпредставляетматериалдляразрешения проблемы происхождения современного человека; изучения закономерностей роста, изменчивости и корреляций, важных для биолога; изучения этногенеза, миграций, культурного трансфера и иных процессов.

3.1. Антропологическая классификация народов мира

Антропология не отрицает отчетливого морфологического и генетического разнообразия человечества. Еще в 1988 г. Л. Ка- валли-Сфорца представил генетическое древо человечества и указал на существование двух различающихся (прежде всего, по частоте встречаемости групп крови) кластеров: африканского и евразийского. Этот второй кластер распадается на две подгруппы:

27

северо-евразийскую и юго-восточноазиатскую. В пределах первой подгруппы были выделены европеоиды. Вторая подгруппа включала в себя два кластера: жителей Северо-Восточной Азии

иаборигенное население Северной и Южной Америки.

Впроцессеантропогенезапроисходилофизическоеисоциальное совершенствование человечества как вида и формирование очеловеченной среды его обитания − ойкумены. Географическая классификациянародовмиравыделяетнародыАвстралиииОкеании, Азии (Западной, Южной, Юго-Восточной, Восточной, Центральной),Америки(Северной,ЦентральнойиЮжной),Африки (Северной,Восточной,Южной,Центральной,Тропической),Европы (Восточной, Южной, Западной, Центральной, Северной).

Очень важной характеристикой той или иной общности является язык. Мы живем в вербальной среде, большая часть нашего времени уходит на слова. Например, в арабском языке существует более 6 тыс. слов для обозначения верблюда, частей его тела

иснаряжения. Частные особенности языкового употребления оченьпоказательны.Каждаяэпохаобладаетсвоимишаблонными выражениями. Внутри культуры группы подчеркивают свое единство посредством особого языка. Свое арго есть у представителей практическивсехпрофессий.«Онговориткакмы»−этодекларация о принятии в группу.

По языковому признаку проводят классификацию народов. Американский лингвист Э. Сэпир утверждал, что подлинная культура на уровне индивида может выражаться только на одном, родном, языке.

Языкиклассифицируютсяпопринципуисторическогогенетическогородства.Примерно12языковыхсемей(индоевропейская, алтайская, сино-тибетская и др.) охватывают около 96 % языков мира. Общая группировка по языковым семьям, будучи прежде всего академической схемой, гораздо менее значима, чем выявление культурной близости контактирующих народов. Однако она часто используется в современных политических целях.

Вкачестве критериев для антропологической классификации используют также понятия расы и этноса.

28

3.2. Расоведение. Расовый дискурс

Расы − биологические подразделения человечества современного вида (Homo sapiens − неоантропа), различающиеся общими наследственными физическими особенностями, связанными с общим происхождением и определенной областью обитания.

Первуювевропейскойисториирасовуюклассификациючеловечествапредставилв1684г.французскийврачипутешественник Ф. Бернье. Он выделил четыре расы, которые «очень отличаются друготдругаповнешнейформетела,главнымобразом,лицами»*: первая раса обитает в Европе, в Северной Африке, в Передней Азии, в Индии; вторая – в остальной части Африки; третья – в Восточной и Юго-Восточной Азии; четвертая – в Лапландии.

Категория расы стала важнейшим инструментом интерпретации мира в европейской научной и интеллектуальной традиции с начала XIX в. Учеными Нового времени была сформулирована «прямая связь» между физическими характеристиками, с одной стороны, и так называемыми цивилизационными достижениями отдельных людей и групп, с другой. В течение XIX столетия произошел решительный переход от понимания человека в первую очередь как социального существа, управляемого социальным законом и находящегося вне природы, к осознанию того, что человек является преимущественно биологическим существом, частью природы, и управляется биологическими законами. С 70-х гг. XIX в. и до середины ХХ в. понятие расы, определяемое одновременно через физиологические и культурные характеристики, нередко давало универсальный ключ к понимаю всей истории человечества, а также современного общественного и политического порядка.

Несмотря на важность этой категории в европейском видении мира,ееопределениебылокрайненечетким.Этопонятиеиспользовали не только при описании групп, объединенных общими физическими признаками, но также и человеческих коллективов,

* Бернье Ф. Новое деление Земли на различные человеческие виды или расы, населяющие ее // Вестник антропологии. 2013. № 2. С. 158.

29

определяемых по культурным, религиозным, лингвистическим, этническим и географическим характеристикам. Уже к началу 30-х гг. ХХ в. число «рас», выделенных различными учеными, колебалось от 2 до 150.

К расовым признакам антропологическая традиция относит степень развития третичного волосяного покрова, форму волос на голове, профилировку лицевого скелета, форму глаз. Известную роль при расовой диагностике играет пигментация. Однако по степени пигментациивкаждойрасесуществуютзначительныеразличия.

Главные признаки большой европеоидной расы: наличие мягких волнистыхволоснаголове,сильноеразвитиетретичноговолосяного покрова, значительная профилировка лицевого скелета. Для северныхевропеоидовхарактернасветлаяпигментацияволосикожи.

Наиболее наглядные признаки большой негроидной расы: преобладание темной пигментации кожи, наличие жестких курчавых волос, слабое развитие третичного волосяного покрова, сильное выступание вперед лицевого отдела черепа.

Длямонголоидовхарактернывцеломтемныепрямыетугиеволосы, слабое развитие третичного волосяного покрова, уплощенный лицевой скелет с выступающей скуловой частью, своеобразноестроениеглаза,вкоторомслезныйбугорокприкрытскладкой среднего века (эпикантусом).

В антропологическом типе австралоидов сочетаются некоторые европеоидные и негроидные черты.

Современная физическая антропология подчеркивает, что 1) генетическая основа расовых различий очень маленькая; 2) наибольшие генетические различия (более 80 %) отмечаются внутри больших рас, а не между ними; 3) расы не изолированы, между ними существуют переходные группы, а самым важным расовым процессом последних столетий является метисация. Поэтому многие ученые предпочитают использовать вместо термина «раса» понятие «антропологический тип».

Однако с точки зрения культурной антропологии важно, что безотносительноксвоемубиологическомусодержаниюкатегория расы сохраняет значение в общественно-политическом дискурсе.

30