История судебной системы на Центральном Кавказе (конец XVIII – начало XX вв.). Учебное пособие

нием и знанием обычая, но и владеющие русским языком в такой степени, чтобы они могли понимать то, что переводится в Народных Судах словесными переводчиками, и в случае извращения точного смысла переводимых показаний могли бы на это указать»1. Поэтому начальник Осетинского округа предлагал при выборах судей не делать исключений в отношении офицеров из числа местного населения Терской области, «служащих в Конно-Иррегулярном полку или состоящих по Кавалерии». Кроме того, начальник Осетинского округа считал недостаточным представительство от округа в Терском областном суде в количестве 5 человек. Он предлагал увеличить это число до 6 человек «по числу племен и сословий населяющих Осетинский Округ, имеющих свои особенные обычаи… от Тагауро-Куртатинского Участка 3 [депутата] (от Алдар 1, от народа 1), от Алагиро-Момисонского Участка 1 и от Дигорского – 2 (от баделят 1, от народа 1)». Это позволило бы учитывать интересы основных этнических групп, проживавших в то время на территории Осетинского округа.

Начальник Кумыкского округа полагал, что выборы депутатов в Терский областной суд следует проводить непосредственно в самих обществах, мотивируя это тем, что «население, выбрав депутатов, будет иметь к ним более доверия»2. Число же депутатов, по его мнению, должно составлять по 2 человека от каждого участка.

Начальник Ичкеринского округа полагал, что назначение депутатов в Терский областной суд следовало отнести к компетенции окружных начальников, а впоследствии – избирать от народа по такой же схеме, что и при выборах членов окружных и участковых судов3. В процессуальном плане он предлагал при разбирательстве дел, где сторонами выступали жители разных округов Терской области, созывать депутатов от этих округов.

Однако, как показывает анализ деятельности Терского областного суда, установленные нормативно-правовыми актами в 1862 и 1863 гг. принципы судебного процесса в Терском областном народном суде оставались неизменными вплоть до его ликвидации в 1870 г.

Таким образом, несмотря на сравнительно недолгое существование Терского областного народного суда, его правоприменительная практика накопила достаточно богатый опыт. Однако большая часть материалов суда до сих пор не подвергалась подробной обработке и анализу

1ЦГА РСО-Алания. Ф. 12. Оп. 5. Д. 8. Л. 26. 2Там же. Л. 28.

3ЦГА РСО-Алания. Ф. 12. Оп. 5. Д. 8. Л. 32.

61

и не введена в научный оборот. Все это придает данной проблематике дополнительные исследовательские возможности, а также позволяет определить роль и место Терского областного народного суда в судебной системе Терской области в 1864–1870 гг. В целом же этот суд был вышестоящей в области судебной инстанцией и обладал правом пересмотра и отмены решений окружных народный судов, а также, в некоторых случаях, третейских судов. Его подведомственность распространялась на всей территории Терской области. Состав формировался по выборному принципу с соблюдением принципа этнического представительства. Председатель назначался высшим начальством в регионе. Основой судопроизводства были обычное право конкретной этнической группы или шариат. Терский областной народный суд представлял собой первый опыт создания в регионе высших судебных инстанций. Кроме того, впервые в истории судебной системы региона был учрежден судебный орган, на который не возлагались административные полномочия.

3.4. Участковые суды

Участковые суды в округах Терской области представляли собой базовое звено судебной системы региона. Они занимали важное место, так как принимали к разбирательству мелкие уголовные дела и гражданские иски, которые в системе правосудия региона занимали большую часть.

Эти суды стали учреждаться лишь спустя 4 года после введения в

регионе системы военно-народного управления. До этого судебными полномочиями, как и в условиях приставского управления, были наделены начальники административных участков1. В целях унификации делопроизводства участковым начальникам предписывалось во всех управлениях завести специальные журналы для фиксирования подаваемых словесных жалоб, где предписывалось кратко фиксировать результаты проведенного разбирательства, а принимаемые решения заверять собственными подписями. Разбирательства споров и конфликтов участковыми начальниками проходило в устной форме. Были разработаны правила решения ими споров и урегулирования конфликтов, а также основания придания этим решениям силы закона. Так, например, решения участковых начальников обязаны были подписать представи-

1Административная практика Российской империи на Центральном Кавказе... –

С. 186.

62

тели сторон1. Если какая-либо из сторон выражала несогласие с принятым решением, то это в обязательном порядке должно было отражено в журнальном постановлении. После чего помощник управляющего участком выдавал представителю не согласившейся стороны заверенную собственной подписью копию журнального постановления. Этот документ и дополнительные доказательства апеллянт передавал на рассмотрение окружного начальника, решение которого обжалованию не

подлежало.

После образования Терской области в целях усовершенствования системы военно-народного управления на уровне организации деятельности участковых правлений возникла необходимость разделения административных и судебных полномочий участковых начальников. В этих целях на Высочайшее утверждение императора Александра II был предложен проект учреждения специальных участковых судов. Принципы и особенности судопроизводства в участковых судах были сформулированы во Временных правилах 1863 г. На основании п. 2 этого документа устанавливалось, что «участковые суды [Терской области] состоят под председательством участковых начальников или наибов тех участков, в которых учреждены»2. Положение 1862 г. определяло правовой статус участковых судей. В нем указывалось, что участковые судьи выводятся за штаты гражданских и военных служащих Терской области и не пользуются содержанием от казны. В основном участковыми судьями назначались представители местного населения. Определение состава участковых судов вменялось в обязанность начальнику Терской области. После чего его предложения передавались для утверждения Главнокомандующему Кавказской Армией3. В некоторых случаях, порядок комплектования участковых судов приобретал определенную специфику в зависимости от этнической карты региона и особенностей общественного строя у народов, проживавших в конкретных участках. В частности, в середине 60-х гг. XIX в. штат участкового суда Балкарского участка Кабардинского округа Терской области планировалось утвердить в составе «одного участкового кадия, по одному члену от Балкарского, Чегемского и Урусбиевского общества и одного от Безенгиевской и Хуламской общин, а также по одному депу-

1Материалы по истории осетинского народа: сборник документов по истории завоевания осетин русским царизмом / сост. В.С. Гальцев. Орджоникидзе, 1942. – Т. II. – С. 237–238; Административная практика Российской империи на Центральном Кавказе… – С. 186.

2ЦГА КБР. Ф. Р-1209. Оп. 7. Д. 41. Л. 3.

3ПСЗ-II. Т. XXXVII. Отд. 1-е. № 38326. – С. 497–502. Административная практика Российской империи на Центральном Кавказе ... – С. 237–248.

63

тату от простого народа на каждого члена суда, всего 9 человек»1. Члены участкового суда Балкарского общества избирались из таубиев (князей), а депутаты – из числа вольноотпущенников2. Е.Г. Муратова установила, что проживавшие на территории этого участка общества сами «должны были содержать своих участковых судей и кадия: каждый двор, кроме самих бедных, платил по 50 копеек серебром в пользу членов участкового суда, которые делили эту сумму поровну, и по 25 копеек в пользу кадия»3. Депутаты от простого народа за работу в суде не получали никакого вознаграждения, они лишь освобождались от уплаты некоторых общественных повинностей.

В целом анализ деятельности суда в Горском участке Кабардинского округа позволил Е.Г. Муратовой определить некоторые особенности судебных преобразований в Балкарии в 60-е гг. XIX в.4 Исследователь установил, что в каждом из этих обществ были учреждены особые местные суды, состоявшие из двух членов и эфенди5. При этом в Чегемском обществе был установлен особый порядок назначения судей: «ими становились поочередно все имеющие на то право лица без како- го-либо содержания от общества»6. Все это открывает новые исследовательские перспективы проведения сравнительно-исторических исследований этого аспекта проблемы с привлечением материалов и по другим участкам Терской области.

Как и в окружных судах, основу судопроизводства в участковых судах составляли обычное право местных жителей и нормы шариата. Наосновеобычногоправаучастковыесудыразбиралимелкиегражданские дела по имущественным искам, кражам, увозу женщин, мошенничеству. По шариату – семейные споры, дела о разводах, наследстве и калыме7. В компетенцию участковых судов Терской области входили дела, сумма иска или ущерба по которым не превышала 30 руб.8. Однако участковые суды могли принимать к производству дела, сумма иска которых превышала указанную, если стороны сами заявляли об этом ходатайства. При этом из подсудности участковых судов исключались следящие категории правонарушений: «а) воровство, если оно сделано лицами высшего сословия или простолюдинами во второй раз, б) похищение или грабеж,

1ЦГА КБР. Ф. 2. Оп. 1. Д. 26. Л. 8 об. Цит. по: Муратова Е.Г. Социально-поли- тическая история Балкарии … – С. 258–259.

2Там же.

3Муратова Е.Г. Социально-политическая история Балкарии … – С. 259. 4Там же.

5Там же.

6Там же. – С. 260.

7История многовекового содружества … – С. 212.

8ЦГА КБР. Ф. Р-1209. Оп. 7. Д. 41. Л. 46.

64

когда они учинены с насилием или угрозами, хотя бы насилие и угрозы не представляли опасности ни для жизни, ни для здоровья жалобщика, и в) по увозу женщин, если при этом были нанесены кому-либо увечье или смерть». В этих случаях дела подлежали разбирательству в окружных народных судах Терской области.

Судопроизводство в участковых судах проходило по тем правилам, которые были определены и для окружных народных судов Терской области. Разбирательство дела проходило в устной форме. Информация о ходе разбирательства и сущности принятого решения заносились в специальную книгу (настольный журнал), для которой Временным положением 1863 г. определялась особая форма. Записи делались на русском языке. Ответственным за внесение таких записей был начальник участка или наиб. Каждая запись должна была утверждаться подписью участкового начальника или наиба, если дело было решено по обычному праву, а если по шариату, то подпись под журнальной записью оставлял участковый кадий. В обоих случаях запись должна была быть заверена печатью участкового правления.

Учреждение участковых судов в различных округах Терской области имело некоторые особенности. Идея образования в Кабардинском округе участковых судов обсуждалась в 1859 г. Начальник Округа князь В. Орбелиани в письме генерал-лейтенанту графу Н.И. Евдокимову от 23 мая 1859 г. поставил вопрос о необходимости учреждения этих органов в регионе. В качестве основной причины их учреждения указывалось, что в «столь большой по численности населения округа при отдаленности Малой Кабарды и Балкарии от Нальчика и ограниченности средств помощников моих, управляющих частями округа, во всем округе есть только один народный суд в Нальчике». Вследствие этого снижалась эффективность его работы и замедлялся ход решения споров. Эта причина открытия участковых судов была озвучена и в других документах начальника Кабардинского округа в адрес вышестоящего начальства. Начальник округа предлагал: «1) учредить в виде опыта кроме окружного суда, стоящего под моим начальством, еще один Малый суд в Малой Кабарде под непосредственным ведением майора М. Кундухова; 2) чтобы суд этот состоял из 4 человек – почетных жителей и одного эфендия по выбору тамошнего народа безо всякого содержания от казны согласно с просьбами и желанием народа; 3) чтоб в этом суде дела решались под председательством помощника [Начальника Кабардинского округа]… на сумму окончательную без права апелляции до 50 руб. включительно, только до 100 руб. с правом апелляции в окружной народный суд». На проходивших 21 декабря 1863 г. в Баксанском участке Кабардинского округа выборах сельских судей на 1864 г. от Атажукинской фамилии был избран ротмистр Ки-

65

зильбек Кармов, а кандидатом – Ахмет Лафишев1. Непосредственное количество членов участковых судов в каждом отдельном случае утверждалось специальными распоряжениями Начальника Терской области2. Так, например, в 1860 г. начальник штаба Левого крыла Кавказской линии предписывал начальнику Кабардинского округа «иметь в суде Баксанского участка одного кадия и одного члена из фамилии Атажукиной, одного члена из фамилии Мисостовской и одного депутата от черни, итого 4 человека; в суде Черекского участка: одного участкового кадия, одного из фамилии Бекмурзиной и одного из фамилии Кайтукиной; в суде Горского участка: одного участкового кадия, одного члена от Балкарского общества, одного члена от Безенгийского и Хуламского обществ, и по одному депутату на каждого члена от простого народа, всего 9 человек»3. Такая же ситуация складывалась и в участках других округов Терской области.

На решения участковых судов Терской области устанавливался двухнедельный срок апелляции. Апелляционной инстанцией по отношению к ним являлись окружные народные суды. Жалобы направлялись в адрес начальников тех округов, на подведомственной территории которых функционировал участковый суд. В свою очередь, начальник округа перенаправлял жалобу в окружной суд с приложением собственного мнения. Однако апелляции подлежали лишь те дела, сумма иска по которым превышала 30 рублей серебром. Остальные решения участковых судов не подлежали пересмотру. Определенные требования предъявлялись и к содержанию апелляционных жалоб на решения участковых судов. К жалобе прилагалась копия со «статьи, в которой записано дело, за скрепою участкового Начальника или Наиба и депутатов, а также участкового кадия, если дело разбиралось по шариату».

В конце 50–60-е гг. XIX в. взысканные окружными народными и участковыми судами денежные штрафы поступали в общественные штрафные суммы.

Особенности территориальной организации деятельности участковых судов в полной мере зависели от характера и динамики административных преобразований. В частности, в 1862 г. в Кабардинском округе было образовано 2 участковых суда, поскольку сам округ состоял из Баксанского и Урванского участков. А по состоянию на 1866 г. в Кабардинском округе уже функционировало 4 участковых суда: Малокабардинский, Баксанский, Урванский и Черекский. В Осетинском ок-

1ЦГА КБР. Ф. 2. Оп. 1. Д. 592. Л. 1.

2История многовекового содружества … – С. 212.

3ЦГА КБР. Ф. 2. Оп. 1. Д. 26. Л. 8.

66

руге Терской области функционировали Тагуро-Кутратинский, Дигорский, Алагиро-Наро-Мамисонский участковые суды.

В источниках сохранились некоторые сведения о характере дел, которые решались в разных участках Терской области. Так, в 1865 г. в производствеБаксанскогоучастковогосуданаходилисьследующиедела1:

В Черекском участковом суде2:

67

Н.Ф. Грабовский, на основе делопроизводственных данных участковых судов Кабардинского округа, привел выдержки из их материалов. По его данным в 60-е гг. XIX в. участковые суды Кабардинского округа разбирали дела в основном об убийствах и ранениях. На основе анализа настольных журналов Малокабардинского участкового суда он привел некоторые статистические показатели находящихся в производстве дел. Таблица в его работе представлена в следующем виде1:

Система участковых судов стала приходить в упадок в конце 60-х гг. XIX в. Например, в 1867 г. в Кабардинском округе были упразднены все участковые суды, за исключением малокабардинского. Объясняя это, Н.Ф. Грабовский акцентировал внимание на том, что они «по географическому положению Черекский, Баксанский и Горский участки находятся в таком расстоянии от Окружного суда, что не встречает необходимости в отдельных местных судах»2. Однако анализ деятельности участковых судов в других регионах Терской области дает возможность предположить, что их постепенная ликвидация была нацелена на подготовку судебных преобразований в регионе, направленных на реорганизацию общероссийской судебной реформы 1864 г. Ликвидация участковых судов осуществлялась в основном в тех регионах Терской области, в которых в середине 60-х гг. XIX в. было проведено укрупнение аулов. Это создавало базу для учреждения сельских (аульных) судов, в связи с чем функционирование участковых судов в этих условиях теряло смысл.

1Грабовский Н.Ф. Очерк суда и уголовных преступлений в Кабардинском округе // Грабовский Н.Ф. Присоединение Кабарды к России и ее борьба за независимость. –

Нальчик, 2008. – С. 198.

2Грабовский Н.Ф. Очерк cуда и уголовных преступлений в Кабардинском округе //

ССКГ. – Вып. 9. – Тифлис, 1876. – С. 1–72.

68

В источниках сохранились сведения о функционировании сельских (аульных) судов и применении некоторых правил судопроизводства еще до утверждения в 1868 г. специального положения, регламентировавшего их деятельность. В частности, в правлениях аулов Тамбиева, Кучмазукина и Докшукина Кабардинского округа Терской области имелись специальные книги для записывания разбора и решения дел аульного суда1. В то время, как участковые суды сохранялись лишь в тех регионах Терской области, населённые пункты которых не подверглись укрупнению или располагались в горной местности.

Таким образом, в 60-е гг. XIX в. участковые суды в округах Терской области играли важную роль в решении множества административных и гражданских проблем горского общества, что создавало реальный механизм интеграции народов Центрального Кавказа в полити- ко-правовое пространство Российской империи, так как основная масса спорных ситуаций и тяжебных дел коренного населения относилась к их компетенции.

3.5. Функционирование традиционных институтов правосудия

Вконце 50–60-х гг. XIX в. функционировавшие в Терской области третейские (медиаторские, посреднические) суды по-прежнему имели неопределенный статус. С одной стороны, это были адаптированные

ксоциально-политической системе региона институты традиционной соционормативной культуры народов Центрального Кавказа. С другой, они все чаще попадали в поле зрения российских чиновников, и в некоторых случаях выступали едва ли не единственной функциональной силой, способной урегулировать определённую группу конфликтов и споров. Наряду с ними появлялись специальные судебные учреждения для решения определенной группы общественных отношений. Поэтому в настоящей работе по форме решения споров и конфликтов и особенностям функционирования третейские суды, как институты традиционной соционормативной культуры, и третейские суды, создававшиеся властями для выполнения разовых конкретных задач, рассматриваются в одном логическом ряду.

Внекоторых случаях на рассмотрение Терского областного суда поступали жалобы на решения посреднических судов. Однако в поле деятельности этого учреждения попадали в основном такие формы посредничества, которые возникали между представителя торговых прослоек общества (например, торговцев, продавцов собственных изделий,

1ЦГА КБР. Ф. 2. Оп. 1. Д. 888. Л. 21 об.

69

купцов). Основанием для возбуждения судебного дела могли послужить как жалобы заинтересованных лиц, так и рапорта самих посредников. Функции народного суда в данном случае заключались в том, чтобы проверить все обстоятельства дела, утвердить или аннулировать решение посреднического суда. Терский областной суд был вправе принять решение об отстранении одного или нескольких посредников от процесса и о введении в состав посредников других лиц. Эти примеры дают возможность проанализировать особенности функционирования некоторых институтов традиционной соционормативной культуры в условиях формирования многоуровневой судебной системы по российскому образцу.

По сравнению с предыдущим периодом, основания передачи тяжебных дел на рассмотрение посреднических судов в Терской области были регламентированы соответствующими пунктами Временных правил 60-х гг. XIX в.. Например, в п. 27 документа устанавливался порядок передачи дел из спора окружного народного суда на решение посреднического в случаях, если стороны отказывались заключить мировое соглашение. Все это являлось основанием для придания легитимности их решениям. Была узаконена функция правосудия посредников (третейских судей, медиаторов), и их решения являлись одним из каналов рецепции определенной группы правил и норм поведения у народов Центрального Кавказа и придания им силу норм обычного права.

В конце 50–60-х гг. XIX в. в состав третейских судов в большинстве случаев, как и прежде входили наиболее почетные и авторитетные старики, хорошо знавшие обычаи и традиции своих народов. Однако в это время участились случаи выборов в качестве посредников представителей коренного населения, занимавших высокие военные и гражданские должности в округе или области. Разбирательство в третейских судах осуществлялось по адату и по шариату. В целом, статус и положение третейских судов в судебной системе и повседневной практике у большинства народов, проживавших в Терской области, был во многом сопоставим и обладал множеством схожих характеристик.

Следует отметить,что в системе правосудия Терской области в 60-е гг. XIX в. были зафиксированы случаи создания специальных посреднических судов для выполнения конкретных задач. При их исследовании следует учитывать ряд обстоятельств. Во-первых, инициатива их создания исходила от государства. Во-вторых, несмотря на это, они не были постоянно действующими, а создавались для выполнения разовых функций. Примером таких учреждений могут быть созданные в 1866 г. в некоторых участках Терской области посреднические суды –

70