Взыскание основного денежного долга и убытков в гражданском праве России. Монография

3.2. Особенности правового регулирования основного денежного долга

включает в себя кредиторов по личным обязательствам, которые на момент возбуждения производства по делу о несостоятельности имеют обоснованные имущественные требования к должнику (§ 38 Положения о несостоятельности1). При этом все требования к должнику подлежат пересчету в денежный эквивалент в суммах, оцениваемых на момент возбуждения производства по делу о несостоятельности (§ 45). В законодательстве Германии (§ 45 Положения о несостоятельности) предусмотрено, что требования, не выраженные в денежных единицах или денежное выражение которых является неопределенным, предъявляются в суммах, поддающихся оценке на момент возбуждения производства по делу о несостоятельности.

Анализируя § 45 названного Положения о несостоятельности, А.В. Валуйский приходит к выводу, что необходимо воспользоваться опытом Германии и ввести правило о пересчете имущественных требований в денежный эквивалент на дату возбуждения дела о банкротстве. Очевидно, что исключение должны составить вещноправовые требования2.

М.В. Телюкиной высказано предложение, согласно которому неденежный кредитор в целях участия в конкурсных отношениях может выразить свои требования в денежной форме путем расчета убытков, вызванных неисполнением либо ненадлежащим исполнением обязательства должником, при этом кредитор должен действовать в соответствии с нормами закона или договора, предоставляющими стороне право отказаться от договора и потребовать возмещения убытков3.

В юридической литературе выделяют различные формы преобразования требования кредиторов с неденежными обязательствами в денежные.

1Положение о несостоятельности (Закон о регулировании порядка производства по делам о несостоятельности) от 5 октября 1994 г. // Германское право. Ч. III / науч. ред. Р.И. Каримуллин. М., 1999 (далее — Положение о несостоятельности).

2См.: Валуйский А.В. Проблемы удовлетворения требований кредиторов по законодательству о несостоятельности (банкротстве) России и зарубежных стран. С. 30.

3См.: Телюкина М.В. Конкурсное право: Теория и практика несостоятельности (банкротства). М., 2002. С. 158–159.

119

Глава 3. Соотношение гражданско-правовых категорий основного денежного долга

По мнению Е.С. Ращевского, требование об исполнении обязательства, не связанное с уплатой денежной суммы, может приобрести форму денежного обязательства в случаях:

•заявления требования о возмещении убытков, причиненных неисполнением основного «неденежного» требования (ст. 15 ГК РФ);

•заявления требования о возврате покупной стоимости вещи, оплаченных работ или услуг (п. 1 ст. 466, п. 2 ст. 475, п. 2 ст. 480, абз. 1 п. 3 ст. 503, п. 4 ст. 504, п. 5 ст. 723 ГК РФ)1.

Например, в силу п. 3 ст. 723 ГК РФ заказчик (кредитор) вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать от подрядчика (должника) возмещения причиненных убытков (если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми).

Еще один пример касается ситуации, когда право отказа кредитора от исполнения договора не влечет его расторжения. Так, в силу ст. 518, п. 2 ст. 475 ГК РФ покупатель при условии существенного нарушения поставщиком требований к качеству товара вправе отказаться от исполнения договора поставки и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы.

Б.С. Бруско отмечает, что в первом случае налицо ситуация прекращения гражданского правоотношения подряда и возникновения нового гражданско-правового отношения ответственности в форме взыскания убытков. Во втором случае требование возврата уплаченной суммы не является возмещением убытков, поскольку лишено природы соответствующей меры ответственности, а представляет собой

требование о восстановлении в имущественной сфере потерпевшего кредитора положения, существовавшего до нарушения права, как самостоятельный способ защиты. В свете сказанного преобразовательное требование представляет собой самостоятельный способ защиты прав и интересов кредиторов по неденежным обязательствам в конкурсном праве с целью наделения их статусом конкурсоспособных лиц. Указанное требование может быть выражено: а) в форме требования возмещения убытков взамен первоначального неденежного обязательства, которое прекращается; б) в форме требования замены

1См.: Ращевский Е.С. Денежное обязательство в процедуре внешнего управления. С. 18–19.

120

3.2. Особенности правового регулирования основного денежного долга

альтернативного или факультативного исполнения новым, уже денежным исполнением, в рамках существующего обязательства, которое меняет свой характер; в) в форме требования восстановления положения, существовавшего до нарушения обязательственного права кредитора1.

Очевидно, что Б.С. Бруско под требованием о восстановлении положения, существовавшего до нарушения обязательственного права кредитора, понимает требование о взыскании основного денежного долга.

F Таким образом, требования кредиторов по обязательствам, не являющимся денежными, могут быть преобразованы в форме требования возмещения убытков или в форме требования взыскания основного денежного долга.

По мнению Е.С. Ращевского, единый механизм перевода требований в денежные необходим, поскольку исполнение обязательств по передаче имущества в натуре, оказанию услуг или выполнению работ со стороны должника в конкурсном процессе, в котором происходит ликвидация дел должника, объективно невозможно. За основу формирования денежного требования в конкурсном производстве могли бы приниматься рыночные цены на аналогичное имущество (товары, работы, услуги) на дату признания должника банкротом и открытия конкурсного производства. Перевод всех имущественных требований к должнику в денежные в конкурсном производстве должен осуществляться в силу закона и независимо от воли сторон обязательства. Для целей соблюдения критериев ст. 4 Закона о банкротстве о приемлемости требования конкурсного кредитора необходима определенная юридическая фикция: срок исполнения такого «переведенного» денежного требования следует считать наступившим, а само обязательство — возникшим с момента наступления срока удовлетворения неденежного требования, которое ранее принадлежало кредитору2.

Л.А. Новосёловой было высказано предложение о том, что с момента возбуждения производства по делу о признании должника

1См.: Бруско Б.С. Категория защиты в российском конкурсном праве. С. 128–129.

2См.: Ращевский Е.С. Денежное обязательство в процедуре внешнего управления. С. 30–31.

121

Глава 3. Соотношение гражданско-правовых категорий основного денежного долга

банкротом все имущественные требования к должнику должны быть переведены в денежную форму1.

В.А. Химичев отмечает, что еще при применении положений Закона 1998 г. возникал вопрос о том, к какому разряду относить денежные требования, трансформированные из неденежного обязательства. Прежний закон не содержал положений по порядку их учета и удовлетворения. Этот вопрос прямо не урегулирован и в Законе 2002 г. Не следует рассматривать любую трансформацию неденежного требования в денежное в качестве основания возникновения денежного обязательства. Применительно к рассматриваемому вопросу можно сделать вывод о том, что по своему характеру денежные требования, имеющие производный характер, в большинстве случаев являются убытками, право на взыскание которых возникает у кредитора в связи с неисполнением должником неденежного обязательства2.

По мнению Е.С. Ращевского, поскольку такие действия кредитора, приводящие к замене предмета обязательства, представляют новацию неденежного обязательства в денежное, они не могут быть совершены кредитором в одностороннем порядке. Согласно п. 1 ст. 414 ГК РФ замена первоначального обязательства другим, возникающим между теми же лицами, возможна только по соглашению сторон. Высказанное в литературе суждение о том, что «любое обязательство может стать денежным после того, как кредитор предъявит должнику требование об уплате денежной суммы»3, представляется не имеющим под собой достаточных правовых оснований. В данном вопросе нужно придерживаться норм ГК РФ4.

Очевидно, что производные денежные требования, возникшие, в частности, в связи с изменением способа исполнения судебного решения, не отвечают диспозиции ст. 2 Закона о банкротстве (денежное требование возникло не по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию, а исклю-

1См.: Новосёлова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. С. 104.

2См.: Химичев В.А. Защита прав кредиторов при банкротстве. С. 108–109.

3Телюкина М.В. Комментарий к федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)» / отв. ред. проф. А.Ю. Кабалкин. М., 1998. С. 10.

4См.: Ращевский Е.С. Денежное обязательство в процедуре внешнего управления. С. 20–21.

122

3.2. Особенности правового регулирования основного денежного долга

чительно на основании судебного акта). Опору для такого вывода мы найдем в Постановлении Президиума ВАС РФ от 6 июня 2000 г. № 5995/99, в котором прямо указано, что «изменение способа исполнения обязательства не влечет трансформацию одного обязательства в другое (в данном случае — обязательства по передаче товара в денежное обязательство), а состоит лишь в замене одного вида исполнения другим».

В.А. Химичев полагает, что, как бы ни были близки по составу денежные требования, возникающие при изменении способа исполнения судебного решения и при трансформации неденежного обязательства в связи с ненадлежащим его исполнением, первые нельзя рассматривать в качестве убытков. Если это не убытки и не подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, то остается считать такие денежные требования для целей Закона о банкротстве основной задолженностью. Это дает основание считать кредиторов, обладающих такими требованиями, конкурсными. Но все же, несмотря на различную правовую квалификацию, на суммы, присужденные кредитору в связи с изменением способа или порядка исполнения судебного акта или постановления иного органа (ст. 324 АПК РФ, ст. 434 ГПК РФ), должен распространяться такой же правовой режим, как и на производные денежные требования, представляющие собой убытки1.

Полагаем, что недостатком Закона о банкротстве является невключение в состав денежных требований, учитываемых при возбуждении дела о банкротстве, требования о возмещении реального вреда. Между тем возможность участия кредиторов с требованием о возмещении реальных убытков является единственной возможностью защиты указанной категорией кредиторов своих субъективных прав, в связи с этим представляется целесообразным дополнить перечень требований, которые учитываются при возбуждении дела о несостоятельности, требованием о возмещении реальных убытков и предоставить таким кредиторам право инициировать конкурсный процесс. В целях обеспечения равенства кредиторов правом инициирования процесса о банкротстве наряду с теми кредиторами, которые имеют это право в соответствии с действующим законодатель-

1См.: Химичев В.А. Защита прав кредиторов при банкротстве. С. 110–111.

123

Глава 3. Соотношение гражданско-правовых категорий основного денежного долга

ством, должны обладать кредиторы по суммам, взысканным судом вместо исполнения должником обязательства в натуре, причитавшегося кредитору, а также кредиторы по суммам, присужденным в связи с изменением способа или порядка исполнения судебного акта или постановления иного органа.

Аналогична позиция Высшего Арбитражного Суда РФ по данному вопросу. Пленум ВАС РФ в Постановлении от 15 декабря 2004 г. № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“»1 разъяснил, что для определения наличия признаков банкротства должника могут учитываться соответствующие суммы, взысканные судом вместо причитающегося кредитору исполнения обязательства в натуре (стоимость не переданной кредитору оплаченной им вещи, стоимость оплаченных, но не выполненных должником работ или услуг и др.). Такие требования кредиторов подлежат включению в реестр требований кредиторов в качестве требований конкурсных кредиторов и удовлетворяются в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

В.А. Химичев указывает: видимо, неслучайно проект Постановления Пленума ВАС РФ в первоначальной редакции содержал по этому вопросу два противоположных варианта решения. Первый вариант основан на положениях п. 2 ст. 4 Закона о банкротстве, по смыслу которого для определения наличия признаков банкротства должника могут учитываться суммы, взысканные судом вместо исполнения должником обязательства в натуре, причитавшегося кредитору, а также суммы, присужденные кредитору в связи с изменением способа или порядка исполнения судебного акта или постановления иного органа. Не менее аргументирована и вторая позиция, которая заключается в том, что, поскольку в связи со взысканием судом с должника денежных сумм вместо причитавшегося кредитору исполнения обязательства в натуре денежного обязательства у должника не возникает, как и в случае изменения способа или порядка исполнения судебного акта или постановления иного органа, и кредиторы с такими требованиями не являются конкурсными кредиторами, суммы денежных средств, подлежащие взысканию, не могут учитываться при определении признаков банкротства должника. Однако окончательное решение этого вопроса видится в специальном правовом регули-

1Хозяйство и право. 2005. № 2.

124

3.3. Возмещение убытков в условиях инфляции

ровании, предусматривающем равный статус указанных групп кредиторов, что требует внесения изменений в Закон о банкротстве1.

Подытоживая изложенное, следует отметить: в законодательстве необходимо закрепить четкий порядок рассмотрения преобразовательных требований неденежных кредиторов в рамках производства по установлению размера требований (ст. 71, 100 Закона о банкротстве).

Следует обратить внимание на совершенствование правовой защиты кредиторов по требованиям о возмещении убытков в виде реального ущерба, кредиторов по неденежным обязательствам, исключение из законодательства противоречий, позволяющих ставить таких кредиторов в неравное положение по отношению к другим конкурсным кредиторам.

3.3. Возмещение убытков в условиях инфляции

Современным рыночным отношениям, как показывает опыт многих десятилетий, сопутствует инфляция, т.е. постепенное удорожание стоимости жизни и, соответственно, удешевление реальной стоимости национальной валюты, являющейся законным платежным средством (ст. 140 ГК РФ). Поскольку инфляционные процессы затрагивают все развитые общества, необходимо отметить особенности возмещения убытков в подобных условиях. В России данная проблема была особенно актуальна в начале 90-х гг. прошлого столетия, но не позволяет о ней забывать и сейчас. Поэтому при исполнении обязательств возникает вопрос о необходимости учета реальной инфляции.

Необходимо дополнительно обсудить исходный вопрос: следует ли признавать за участниками рыночного оборота право на компенсацию их потерь от инфляции?

На решение этого общего вопроса воздействуют, и притом в разных направлениях, ряд правовых и социальных факторов: принцип номинализма денежных обязательств, сложность определения уровня инфляции применительно к отдельным разновидностям денеж-

1См.: Химичев В.А. Защита прав кредиторов при банкротстве. С. 51–52.

125

Глава 3. Соотношение гражданско-правовых категорий основного денежного долга

ных обязательств, принцип полного возмещения убытков, а также соображения социальной справедливости.

Данный вопрос во всех его аспектах давно и обстоятельно обсужден за рубежом, где периоды резкой инфляции неоднократно имели место, на этот счет имеется обширная правовая литература и судебная практика.

При наличии особенностей в отдельных странах и применительно к отдельным видам денежных требований общая линия в государствах как континентального, так и англо-американского права состоит в учете неблагоприятного воздействия инфляционных процессов на денежные обязательства, особенно в случае нарушения договорных условий1.

Л.А. Новосёлова указывает, что доктрина и судебная практика большинства стран, в том числе и России, традиционно придерживаются принципа номинализма, при котором фактическое изменение покупательной способности денег в большинстве случаев не принимается во внимание для целей исполнения денежного обязательства. Кредитор обязан принять платеж в денежных знаках, являющихся законным платежным средством к моменту платежа, в количестве, равном номинальной сумме долга. Арбитражные суды в период «дикой» инфляции начала 1990-х гг. достаточно строго придерживались принципа номинализма и, как правило, отвергали требования кредиторов о переоценке денежных долгов, указывая, что такой перерасчет возможен лишь в случаях, прямо указанных в законодательстве. Одновременно практика арбитражных судов допускала возможность взыскания убытков при нарушении договорных обязательств с учетом инфляционных процессов2.

В ГК РФ термин «инфляция» не используется, но содержится ряд норм, направленных на преодоление ее нежелательных последствий. Это прежде всего статьи, связывающие платежи с МРОТ и предусматривающие их пропорциональное увеличение при его росте (ст. 318, 590, 597 ГК РФ). Ссылки на МРОТ содержатся и в ряде других законов, регулирующих отношения гражданского права.

1См.: Лунц Л.А. Денежные обязательства в коллизионном и гражданском праве капиталистических стран. С. 57.

2См.: Новосёлова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. С. 33–34.

126

3.3. Возмещение убытков в условиях инфляции

Более широкую формулировку, направленную на преодоление последствий инфляции, содержит п. 1 ст. 1091 ГК РФ, согласно которому суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, при повышении стоимости жизни подлежат индексации. Проведение такой индексации предусмотрено рядом законов Российской Федерации о социальном страховании.

В действующем гражданском законодательстве имеются нормы, которые позволяют учитывать реальные инфляционные процессы не только при взыскании убытков, но и при проведении между сторонами денежных расчетов.

Согласно ст. 709 ГК РФ в договоре подряда может быть согласована приблизительная цена (смета), а при твердой цене в случае существенного возрастания стоимости материалов и оборудования и оказываемых подрядчику третьими лицами услуг он вправе требовать увеличения установленной цены. Эта общая норма применима в силу ст. 783 ГК РФ к договорам возмездного оказания услуг.

Одним из способов возмещения кредитору понесенных им убытков в результате обесценения денег (инфляции) является индексация взысканных судом денежных сумм.

Аналогичный подход выражен в ст. 183 АПК РФ, согласно которой арбитражный суд первой инстанции, рассмотревший дело, производит по заявлению взыскателя индексацию, т.е. учет существующей инфляции, присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда в случаях и размерах, которые предусмотрены федеральным законом или договором.

С момента принятия решения, которым с ответчика в пользу истца взысканы денежные суммы, до момента его реального исполнения может пройти достаточно продолжительное время, в результате чего у истца могут возникнуть потери, вызванные обесценением денег. Арбитражный процессуальный кодекс РФ, чтобы не усложнять положение истца и не провоцировать его на предъявление в общем порядке нового, а по существу — того же самого иска, предусмотрел облегченный процессуальный механизм взыскания потерь, вызванных инфляцией, под названием «индексация присужденных денежных сумм».

Этот механизм заключается в следующем: если законом или договором предусмотрена возможность индексации (например, при наличии в договоре «валютной оговорки», т.е. установления цены то-

127

Глава 3. Соотношение гражданско-правовых категорий основного денежного долга

вара не в рублях, а в иностранной валюте, например в евро, но при проведении расчетов в рублях по курсу, действующему на момент расчетов истец, получивший решение о взыскании 1 млн евро в рублях (по курсу на момент принятия решения — 34 млн руб.) и в течение долгого времени не могущий получить присужденное, вправе обратиться с заявлением об индексации суммы 1 млн евро в рублях по курсу, действующему на момент обращения с заявлением, что составляет, например, 37 млн руб.

На данном примере видно, что заявление об индексации по существу является заявлением о взыскании с ответчика дополнительных денежных сумм, в данном случае 3 млн руб.

Е.С. Ращевский полагает, что индексация выступает в судебной практике как межотраслевой правовой институт, применяемый при взыскании денежного долга с целью удовлетворения денежного требования в той сумме, которая соответствовала бы покупательной способности первоначальной суммы требования на дату его возникновения1.

F Итак, действующее законодательство позволяет лицам избежать инфляционных процессов с помощью механизмов, закрепленных в нормах права, в том числе и используя институт возмещения убытков.

По мнению Е.В. Тирской, к неблагоприятным последствиям для должника, характеризующим возмещение убытков как меру ответственности, следует отнести, во-первых, разницу между стоимостью предмета исполнения по обязательству для кредитора на момент нарушения обязательства и на момент возмещения убытков, а также неполученные доходы кредитора (упущенная выгода). Этими соображениями объясняется субсидиарный характер требования о возмещении убытков и его применимость по установленным правилам в любом случае нарушения обязательства должником2.

Таким образом, действующее право учитывает существующие в стране инфляционные реалии.

1См.: Ращевский Е.С. Денежное обязательство в процедуре внешнего управления. С. 80.

2См.: Тирская Е.В. Категория денежного долга в гражданском праве России. С. 141– 142.

128