9. Внутреннее законодательство нацелено на максимальное поощрение адвокатской деятельности в различных организаци- онно-правовых формах.

1.5.Краткая история российской адвокатуры

ВРоссии государство долгое время не признавало адвокатуру

вкачестве правового института. Свое юридическое признание адвокатура получила только в 60-х гг. XIX в.

Для объяснения этого феномена имеются как объективные, так и субъективные причины.

Висторических сведениях о посещении Петром I Англии

в1698 г. сообщается, что, «посетив Вестминстер-Холл (судебное учреждение), Петр I, увидев там «законников», т.е. адвокатов

вмантиях и париках, спросил:

––Что это за народ?

––Это все законники, Ваше Величество.

––Законники! – удивился Петр. – К чему они. Во всем моем царстве есть только два законника, и то я полагаю одного из них повесить, когда вернусь домой»1.

Подобный подход к адвокатам характерен не только для Петра I. Е. Васьковский приводит письмо Екатерины II, в котором она высказывалась об адвокатах: «адвокаты, соображаясь с тем, когда

икак им заплатили, поддерживают то правду, то ложь, то справедливое, то несправедливое. Адвокаты и прокуроры у меня не законодательствует, и никогда законодательствовать не будут, пока я жива, а после меня будут следовать моим началам»2.

В этом последнем намерении Екатерина II оказалась совершенно права и Император Николай I с такой же уверенностью говорил князю Голицыну, отстаивавшему необходимость введения адвокатуры: «Нет, князь, пока я буду царствовать, России не нужны адвокаты. Проживем и без них»3.

1 История русской адвокатуры. Т. 1. Адвокатура, общество и государство (1864– 1914). М.: Юрист, 1997. С. 29.

2 Васьковский Е.В. Организация адвокатуры. Ч. 1. СПб., 1893. С. 320. 3 Там же.

34

Поэтому-то среди исследователей и нет единого мнения в вопросе о начале формирования адвокатуры. Одни ученые считают, что адвокатура в России существовала до уставов 1864 г., другие это отрицают и полагают, что ранее этого периода ее в России не существовало. Выдающийся русский адвокат В.Д. Спасович в речи на прощальном обеде в честь К.К. Арсеньева заметил: «Зоологи доискиваются, но пока не доискались, а верят в первичное самозарождение организма. У нас имеется пример такого самозарождения. Ничего подобного не было на Руси. Мы вышли не «ex ovo», мы не вылупились из скорлупы, мы без роду и племени»1.

Но можно коротко представить ситуацию до судебной реформы. «Сделать это весьма нетрудно, – пишет И.В. Гессен, – ибо постановления закона отличаются по данному вопросу изумительной краткостью»2. В числе главных оснований судоустройства, существовавшего в то время, имел место следующий порядок судебного представительства. При коммерческих судах практиковали присяжные стряпчие; в судах общей юрисдикции выступать могли все желающие. Существовали отдельные категории подданных, кому вход в суды был «заказан». К их числу принадлежали: малолетние, клирики, монахи, чиновники, состоявшие на службе, в местах службы; люди, лишенные по суду доброго имени или подвергшиеся по суду телесному наказанию. Указанными правилами исчерпывались заботы законодателя об установлении правил судебного представительства. Именно поэтому в отсутствие всяких твердых и ясных правил «судохождение» сложилось в весьма определенное социальное явление, которое, несомненно, играло видную роль в общественном быту того времени.

Нет ни одного заметного русского писателя, который в своих произведениях не изобразил бы стряпчего, ходатая по делам. Н.В. Гоголь и И.С. Тургенев, А.Н. Островский и А.Ф. Писемский, М.Е. Салтыков-Щедрин и И.Ф. Горбунов – все они увековечили образ дореформенного адвоката. Стоить лишь вспомнить

1 Муравьев Н.В. Обращение ко всем судебным учреждениям Российской империи // Судебный вестник. 1866. № 9. С. 56.

2 Гессен И.В. История русской адвокатуры. М.: Юрист, 1997. С. 12.

35

тургеневского Онуфрия Ильича из «Двух приятелей», чтобы тотчас же предстала перед глазами «приказная строка со старушечьим сморщенным лицом, ястребиным носом и беспокойными глазами, совершенно истасканное существо, недавно служившее

втеплом местечке, а в настоящее время находилось под судом». Изображения ходатая такого типа встречаются почти у всех писателей того времени, различаются между собой лишь по степени яркости, но не по существу.

Комиссия по составлению законов 1820 г. так характеризовала стряпчих: «В России те, кои носят имя стряпчих, находятся в таком неуважении, какого большая часть из них действительно заслуживает, судя по примерам, как некоторые их них исполняли принятые на себя обязанности, о чем могут засвидетельствовать самые присутственные места. Кто может с благонадежностью вверить им попечение о своих выгодах и положиться на них. Случалось, что они помогали той и другой стороне, затягивали и запутывали дела, и вместо того, чтобы мирить тяжущихся, по невежеству или с умыслом, раздражали их еще более и всегда почти бывали главнейшими виновниками ябед и несправедливых, неясных решений

внизших инстанциях, которые потом столь трудно, а иногда и невозможно переделать в высшей инстанции»1. Это положение оставалось неизменным до конца дореформенного периода.

Из сказанного можно сделать вывод: в России до 1864 г. не было адвокатуры в западном смысле этого слова.

Имея цеховую организацию разделения труда, в России с незапамятных времен существовал цех площадных подъячих. Поверенные старого типа – их прямые наследники. Власти неоднократно предпринимали попытки придать некую стройность этой профессии, но все безуспешно. Что ни делало наше законодательство со времен Петра Великого против них, все осталось бесплодным, потому что они – естественное следствие закрытого и письменного судопроизводства, суда по одной букве закона, отсутствия всякой гласности в судопроизводстве, отсутствия установления правильной адвокатуры.

1 Гессен И.В. Указ. соч. С. 12.

36

П.А. Потехин делит ходатаев на три группы. К первой относились чиновники, состоявшие на службе, прежде всего чиновники судебных мест – секретари, столоначальники, повытчики (закон запрещал им выступать поверенными лишь в тех местах, где они состояли на службе. Но и это скромное ограничение свободно обходилось). Вспоминая двух таких поверенных, которые между собой конкурировали, секретаря палаты и столоначальника низшего суда, А.П. Потехин замечает: «Достаточно было секретарю знать, что столоначальник ведет дело, чтобы оно провалилось

впалате, и достаточно было столоначальнику узнать, что секретарь принимает участие в деле, чтобы оно было проиграно в суде.

Вторая группа профессиональных ходатаев, занимавшихся исключительно ведением судебных дел, составлялась главным образом, из отставных чиновников и чаще таких, которые вышли

вотставку по неприятностям по службе.

Третья группа не поддается общему описанию – это просто разношерстная толпа, такая смесь положений, званий и состояний, что отыскать общие черты, дать общую характеристику решительно невозможно… Тут были дворяне, прожившиеся помещики, разорившиеся купцы, были приказчики, отставные военные, даже сидельцы кабаков и пивных лавок; были унтерофицеры,управляющиеимениями,домамиит.д.Нобылиадвокаты – как я позволю себе их назвать их – штучники; они дел почти не вели, им редко выпадало на долю такое счастье; они ограничивались составлением жалоб, написанием прошений на Высочайшее Имя, рукоприкладством и т.п.»1.

Описание явления стряпчих будет неполным, если не вспомнить и о дореформенном суде. «При одном воспоминании о нем, – говорит И.С. Аксаков, – волосы встают дыбом, мороз дерет по коже». И.В. Гессен соглашается с И.С. Аксаковым: «Мы имеем право так говорить. Пишущий эти строки посвятил служебной деятельности в старом суде лучшие годы своей молодости… Он изведал вдоль и поперек все тогдашнее правосудие, в провинции и столице, в канцеляриях и составе суда… Это было

1 Гессен И.В. Указ. соч. С. 12.

37

воистину мерзость запустения на месте святом. Со всем пылом юности негодования ринулся он, вместе со своими товарищами по воспитанию, в неравную борьбу с судейской неправдой, и точно так же, как иногда и теперь, встревоженный этим натиском, наш кривосуд поднимал дикий вопль: «вольнодумцы, бунтовщики, революционеры»1.

Вот эту самую разношерстную категорию граждан, шныряющих по судам и иным присутственным местам, необходимо было привести в систему и превратить «площадных подъячих» и ходатаев всех мастей, в некое подобие адвокатуры, существовавшей в Западной Европе.

Новая адвокатура пробивала себе дорогу в России с большими трудностями. Так, в 1863 г., т.е. после обнародования основных положений судебной реформы, решивших вопрос о введении адвокатуры в положительном смысле, профессор В.А. Кистяковский в своей обстоятельной статье об адвокатуре во Франции, Англии и Германии горячо опровергал мнение, что введение адвокатуры – «политическое право», которому могут покровительствовать республики и конституционные монархии, а не государства с иным образом правления. Отрицательное, негативное отношение к адвокатуре идет рука об руку с таким же отношением к суду присяжных. Сопоставление это обнаруживает поразительный параллелизм.

По судебным уставам 1864 г. российские адвокаты делились на две категории: на присяжных поверенных и частных поверенных. Адвокатами высшей категории являлись присяжные поверенные, которые объединялись в корпорации по округам судебных палат. Они избирали Совет, который ведал приемом новых членов и надзором за деятельностью отдельных адвокатов. Присяжными поверенными могли быть только лица, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по специальности не менее 5 лет, не моложе 25 лет, не судимые.

Вторую низшую категорию адвокатуры составляли частные поверенные. Институт частных поверенных учреждался с целью

1 Гессен И.В. Указ. соч. С. 14.

38

противодействовать ходатаям, не подлежавших никакому контролю. Они занимались малозначительными делами и могли выступать только в тех судах, при которых состояли. «Суд, имеющий право наделять лиц статусом частного поверенного, обязан был: 1) удостовериться в познаниях поступающего, т.е. подвергнуть его экзамену, однако к получившим высшее юридическое образование и к имеющим уже свидетельство другого суда эта мера не применяется; 2) принять в соображение и все сведения о личности, которые суд признает нужными; здесь, разумеется, сведения о нравственных качествах и о благонадежности, оценка которых принадлежит всецело суду, выдающему свидетельство и не стесняющемуся при этом оценкой, сделанной уже другим судом»1. Лицо, за которым уже было признано право быть частным поверенным, могло быть лишено его не иначе как в порядке дисциплинарного производства. Кроме судебного контроля, частные поверенные подлежали надзору со стороны министра юстиции, которому былопредоставлено право без возбуждениядисциплинарного преследования лишить статуса частного поверенного в случае предосудительного образа действий, не соответствующего званию частного поверенного. Подобная практика ставила частных поверенных в зависимость от прокуратуры, и в этом смысле их права разительно отличались от прав присяжных поверенных, которые были свободны от данного контроля.

Судебными уставами 1864 г. (учреждения судебных установлений, устав уголовного судопроизводства, устав гражданского судопроизводства, устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями) создавалась оригинальная и эффективная система правосудия. Она имела две ветви, две подсистемы, которые объединял высший судебный орган – Сенат: общие суды и мировые суды. Кроме того, существовали суды особой подсудности: военные, волостные, коммерческие и другие, создание которых предусматривалось иными законодательными актами. Первые общие суды открылись в 1866 г., они начали работать только в 10 губерниях, в остальных действовали старые суды.

1 Фойницкий И.Я. Указ. соч. С. 501.

39

Административно-территориальное и судебно-территориаль- ное деление не совпадали. Уезды и города были разделены на участки мировых судей. Территория, подведомственная окружным судам, охватывала несколько уездов, округа судебных палат – несколько губерний. Окружные суды были судами первой инстанции общих судов, судебные палаты – судами второй инстанции. В начале XX в. в Империи было 106 окружных судов и 14 судебных палат. При такой структуре все уездное начальство не только по табелю о рангах, но и по реальному статусу было лишено возможности оказывать на судей какое-либо влияние. Соответственно, и судьи второй инстанции избавлялись от давления на них со стороны губернских бюрократий1.Сенат в процессе судебной реформы также претерпел изменения. Он превратился в единственный в стране кассационный суд. Основное отличие кассационного порядка обжалования судебных решений и приговоров от апелляционного состояло в том, что поводом для кассации являлись процессуальные правонарушения. Все постоянные профессиональные члены окружного суда и судебной палаты, так называемые коронные судьи, назначались императором по представлению министра юстиции. Для назначения на должность члена окружного суда необходимо было иметь высшее юридическое образование и стаж работы в суде или прокуратуре не менее 3 лет (в звании присяжного поверенного – 10 лет).

В целом можно сделать вывод, что организационно-правовая основа русской адвокатуры основывалась на следующих принципах, сформулированных Е.В. Васьковским.

«1. Совмещение правозаступничества с судебным представительством.

2.Относительная свобода профессии.

3.Формальное отсутствие связи с магистратурой.

4.Сословная организация и отчасти дисциплинарная подчиненность судам.

1 См.: Суд присяжных в России: Громкие уголовные процессы 1864–1917. Л.: Ле-

нииздат, 1991. С. 5.

40

5. Договорное содержание суммы гонорара»1.

Судебная реформа была только частью общегосударственной реформы. В основу своих построений составители уставов положили принцип разделения властей, они усматривали первейший

иорганичный недостаток в их смешивании. Обособление друг от друга одинаково необходимо для достижения цели каждой из трех ветвей власти. Государство законодательствует, правит и судит. При такой конструкции и государству, и гражданину даются одинаковые субъективные права. Гражданин вправе требовать от государства того, чтобы оно оставалось в пределах правомочий, основанных на законе. Спор между гражданином и государством решает суд: независимый и беспристрастный.

«Золотой век» российской адвокатуры продолжался с 1864 г. по 1917 г. За это незначительное время российская адвокатура явила миру прекрасные образцы своего проявления и выработала четкие правила. Эти правила актуальны в большинстве своем

идля современных адвокатов.

1.Принцип доверия:

1)деятельность адвоката основана на доверии;

2)оберегать доверие к достоинству своего звания – главная обязанность адвоката;

3)ни при каких обстоятельствах адвокат не имеет права нарушать оказанное ему доверие;

4)всякое действие адвоката, направленное к подрыву доверия, является профессиональным проступком;

5)злоупотребление доверием несовместимо со званием адво-

ката.

2. Принцип независимости:

1)предпосылкой доверия к адвокату является его личная

ипрофессиональная независимость;

2)всякое подчинение препятствует исполнению адвокатом профессионального долга. Адвокат не должен заниматься такого

1 Кучерена А.Г. Роль адвокатуры в становлении гражданского общества. М., 2002.

С. 53.

41

рода деятельностью, которая подчиняет его кому-либо или делает зависимым;

3)в избрании средств и способов защиты адвокат должен руководствоваться законом, указаниями науки, практики и своей совести, не допуская никакого влияния, в том числе и со стороны доверителя;

4)независимость предполагает личную деятельность адвоката. Адвокат может принимать дела только непосредственно у доверителей или их законных представителей. Адвокат не имеет права вести дела по поручению или передоверию от каких-либо посредников.

3. Профессиональная тайна:

1) доверие к адвокату не может быть без уверенности в сохранении тайны;

2) профессиональная тайна является всеобщей и не имеющей сроков давности;

3) адвокат не может быть избавлен от хранения тайны ни своим доверителем, ни представителями власти, ни кем бы то ни было.

4. Гонорарная политика:

1)адвокат имеет право на получение гонорара, причитающегося ему в качестве вознаграждения за исполняемую работу,

атакже на возмещение понесенных им издержек и расходов;

2)условие о гонораре не должно ставить под сомнение независимость адвоката;

3)адвокату запрещается заключать соглашение о гонораре, при котором выплата вознаграждения ставится в зависимость:

–– от окончания дела в пользу доверителя; –– от части присужденного имущества;

–– в виде права на взыскание судебных издержек;

4)адвокат не должен делить гонорар, в частности, под видом разделения обязанностей, с лицами, не являющимися адвокатами;

5)адвокату запрещается принимать от доверителя какое-либо имущество в обеспечение соглашения о гонораре.

5. Отношения с доверителями:

1)адвокат должен сохранять независимость в отношениях

сдоверителем;

42

2)закон, долг и совесть профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона или нарушению долга, не могут быть исполнены адвокатом;

3)адвокат не вправе давать в какой-либо форме обещания относительно исхода дела;

4)адвокат не имеет права принимать от доверителя кредит или иным образом ставить себя в долговую от него зависимость;

5)адвокат не должен исполнять поручения:

––по взысканиям, предъявленным в заведомо преувеличенном размере;

––носящие не основанный на законе характер;

––требования по которым нарушают общественную нравственность;

6) при отмене поручения адвокат обязан незамедлительно возвратить доверителю все подлинные документы по делу и доверенность;

7)адвокат не должен допускать фамильярных отношений

сдоверителем;

8)проявление адвокатом гражданского мужества обязательно настолько, чтобы не поставить защиту вверенных интересов в зависимость от нарушителя права, каково бы ни было его социальное положение.

6. Корпоративная солидарность:

1)отношения между собой адвокаты должны строить на основе взаимного уважения, безусловной вежливости, внимания

исодействия друг другу;

2)адвокат, принимающий дело, должен проверить, кто из его коллег занимался ранее этим делом в качестве защитника или поверенного. Если предшествующему адвокату причитаются какие бы то ни было суммы, новый адвокат должен постараться уладить этот вопрос;

3)отношения между адвокатами не должны влиять на защиту интересов участвующих в деле сторон. Адвокат не вправе поступаться интересами доверителя ни во имя товарищеских, ни во имя иных отношений в силу оказанного доверия.

43

7. Принцип состязательности:

1)адвокат не должен пользоваться преимуществом своей компетентности, предоставленным отсутствием участвующего

врассмотрении дела коллеги;

2)при неявке в судебное заседание адвоката процессуального противника явившемуся адвокату необходимо принять меры к отложению слушания дела;

3)адвокат не должен понуждать процессуального оппонента к обсуждению правовых вопросов в отсутствие его адвоката;

4)участвующие в судебном деле адвокаты должны производить взаимный обмен всеми фактическими материалами, доказательствами и состязательными документами1.

Это стало возможным, прежде всего, благодаря введению

вРоссии суда присяжных.

Декретом ВЦИК № 1 «О суде»1917 г. «старая» адвокатура была упразднена, однако декретом ВЦИК «О суде» № 2 в 1918 г. была восстановлена. Декрет предписывал создавать коллегии правозащитников. В соответствии с положением «О народном суде» 1918 г. эти коллегии были заменены коллегиями обвинителей, защитников и представителей сторон в гражданском процессе.

В 1920 г. коллегии обвинителей, защитников и представителей сторон в гражданском процессе были распущены. На смену им пришли отделы юстиции, создаваемые в структуре местных органов власти. В большинстве дел, рассмотренных в это время, в качестве защитников выступали консультанты, которых насчитывалось в стране около 650 человек.

Днем рождения советской адвокатуры считается 26 мая 1922г., когдаIIIсессияВсероссийскогоисполнительногокомитетаутвердила своим Постановлением «Положение об адвокатуре»2. Вопросы адвокатуры рассматривались, прежде всего, с точки зрения законности и правильной организации социалистического правосудия.

1 См.: Марков А.Н. Правила адвокатской профессии: Опыт систематизации постановлений Советов присяжных поверенных по вопросам профессиональной этики.

М.: Статут, 2003. С. 9–12

2 Постановление IX Всероссийского съезда Советов. Изд. ВЦИК. М., 1921.

44

Народный комиссариат юстиции 5 июля 1922 г. издал «Положение о коллегиях защитников». Создавались коллегии защитников по гражданским и уголовным делам при губернских отделах юстиции.

В1936 г. была принята «сталинская конституция». Конституция установила «право трудящихся на объединение в общественные организации». В соответствии с этим принципом происходило объединение адвокатов в коллегии. Постановлением Совета народных комиссаров 16 августа 1939 г. было утверждено новое «Положение об адвокатуре», предусмотревшее создание коллегий адвокатов и юридических консультаций. Оно разрешало практически все вопросы организации и деятельности адвокатуры на этом этапе. Положением был закреплен новый принцип, в соответствии с которым в адвокатуру могли вступать лишь лица, имеющие юридическое образование или не менее чем 3-летний стаж работы в качестве судьи, прокурора, следователя, юрисконсульта. Статья 14 Положения закрепляла важнейший демократический принцип, заключающийся в том, что «все вопросы, связанные с организацией и деятельностью коллегии адвокатов, разрешаются общим собранием членов коллегии адвокатов

ипрезидиумом коллегии адвокатов». Положение предусматривало территориальный принцип построения адвокатуры.

После принятия Положения 1939 г. адвокаты были вынуждены отказаться от частной практики и поступить на работу в юридические консультации.

«Положение об адвокатуре» 1962 г. определило основную структуру и способы деятельности адвокатского сообщества, принципиально не претерпевшие изменений вплоть до 2002 г.

Оно, как и законодательство об адвокатуре союзных республик, сохранило территориальный принцип организации адвокатуры.

ВсоответствиисКонституциейСССР1977г.ВерховныйСовет принял новый закон «Об адвокатуре в СССР» 30.10.1979. В развитие Союзного закона был принят Закон РСФСР «Об утверждении Положения об адвокатуре в РСФСР». Часть 4 ст. 3 Положения позволяла, с согласия Министерства юстиции СССР, «когда

45