«Мировоззренческая география» А.И. Солженицына

Саратовский национальный исследовательский государственный

университет имени Н. Г. Чернышевского

Г. М. Алтынбаева

«МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ» А. И. СОЛЖЕНИЦЫНА

Под научной редакцией профессора Л. Е. Герасимовой

Саратов Издательство Саратовского университета

2022

ПРЕДИСЛОВИЕ

Исследуя эстетику А. И. Солженицына, определяющую его прозу (от «Крохоток» до «Красного Колеса»), драматургию и киносценарии, литературную критику, публицистику, мемуаристику, мы выявляем эстетические принципы писателя. При этом есть потребность дать определение тем принципам, которые в литературоведении пока не получили обозначения, хотя виден путь их формирования и утверждения в истории и теории литературы. Среди таких эстетических принципов мы счи-

таем необходимым выдвинуть «мировоззренческую географию» писате-

ля. Этим обусловлена актуальность предлагаемого исследования. Прямым предшественником «мировоззренческой географии» счи-

таем жанр «путешествия». Писатели-сентименталисты заложили в литературе эту традицию. В литературоведческих словарях и энциклопедиях приводится развернутое толкование жанра «путешествия»1. Ю. М. Лотман подробно рассуждает не только о жанре путешествия, но и об образе путешественника на материале «Писем русского путешественника» Н. М. Карамзина2. А. П. Скафтымов, анализируя «Путешествие из Петербурга в Москву» А. Н. Радищева3, специально говорит и о жанре путешествия. Ученый готовил словарную статью о жанре «путешествия»4,

вкоторой даются обоснование жанра и его основные характеристики,

втом числе стилевые.

Благодаря работам зарубежных ученых о travel literature жанр «путешествия» получил новое обозначение – «травелог». К нему причисляют любые повествования о путешествии (художественные, документальные, публицистические, эссеистические). Репрезентативно представление об истории и теории литературы путешествия можно

1См.: Сапрыкина Е. Ю., Шпагин П. И. Путешествие // Краткая литературная энциклопедия: в 9 т. Т. 6: Присказка – «Советская Россия». М. : Советская энциклопедия, 1971. С. 86.

2См.: Лотман Ю. М. Карамзин. СПб. : Искусство-СПБ, 1997. 832 с.

3См.: Скафтымов А. П. О стиле «Путешествия из Петербурга в Москву» А. Н. Радищева // Скафтымов А. П. Собрание сочинений : в 3 т. Т. 2. Самара : Изд-во «Век #21», 2008.

С. 7–43.

4Цит. по: Кононенко В. Е. Скафтымов о жанре «путешествия» в русской и европейской литературах (по печатным и рукописным материалам) // Филологические этюды. Вып. 9. Саратов : Научная книга, 2006. С. 179–182.

4

Предисловие

составить по сборнику статей немецких ученых «Беглые взгляды: Новое прочтение травелогов первой трети XX века»5, по монографиям Н. Масловой «Путевые заметки как публицистическая форма»6, В. Михельсона «“Путешествие” в русской литературе»7, Е. Пономарева «Типология советского путешествия»8, А. Эткинда «Толкование путешествий»9, А. Шёнле «Подлинность и вымысел в авторском самосознании русской литературы путешествий»10, по отдельным статьям11.

В истории русской литературы XVIII–XXI веков примеров литературного путешествия достаточно. В центре нашего основного внимания – «очерки изгнания» А. И. Солженицына «Угодило зёрнышко промеж двух жерновов (1974–1994)»12.

Мемуарная книга Солженицына подводит к мысли, что в ней представлены не просто описание путешествия и путевые размышления русского путешественника в изгнании, но обосновывается сам выбор места, оценки увиденного, что станет ключевым в мировоззренческом самоопределении писателя в новом для него пространстве. Подробный анализ «очерков изгнания» «Угодило зёрнышко промеж двух жерновов», а также привлечение «очерков литературной жизни» «Бодался телёнок с дубом», фрагментов «очерков возвратных лет» «Тверские города», художественных текстов А. И. Солженицына окончательно убеждают нас в необходимости говорить о «мировоззренческой географии» писателя.

5См.: Беглые взгляды : Новое прочтение травелогов первой трети XX века : сб. ст. / перевод с нем. Г. А. Тиме. М. : НЛО, 2010. 400 с.

6См.: Маслова Н. М. Путевые заметки как публицистическая форма (становление и развитие жанра «путешествия» в публицистике). М. : Изд-во Моск. ун-та, 1977. 115 с.

7См.: Михельсон В. А. «Путешествие» в русской литературе. Ростов н/Д : Изд-во Рост. ун-та, 1974. 108 с.

8См.: Пономарев Е. Р. Типология советского путешествия: «путешествие на Запад» в литературе межвоенного периода. СПб. : СПбГУКИ, 2013. 412 с.

9См.: Эткинд А. М. Толкование путешествий. Россия и Америка в травелогах и интертекстах. М. : НЛО, 2001. 496 с.

10См.: Шёнле А. Подлинность и вымысел в авторском самосознании русской литературы путешествий. 1790–1840 / пер. с англ. Д. Соловьева. СПб. : Академический проект, 2004. 271 с.

11См., например: Бондарева А. Литература скитаний // Октябрь. 2012. № 37. С. 165–169; Овчарова Е. Э. О метаморфозе жанра voyage pittoresque во французской путевой прозе // Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2010. Вып. 4. С. 42–49; Сорочан А. Туда и обратно : Новые исследования литературы путешествий и методология гуманитарной науки // НЛО. 2011. № 112. С. 353–356.

12См.: Солженицын А. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов : очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 9. С. 47–125; № 11. С. 93–153; 1999. № 2. С. 67–140; Часть вторая (1979–1982) // Новый мир. 2000. № 9. С. 112–183; Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 97–156; 2001. № 4. С. 80–141; Часть четвёртая (1987–1994) // Новый мир. 2003. № 11. С. 33–97.

5

Предисловие

Что имеется в виду?

Германия, Швейцария, Франция, Норвегия, Швеция, Англия, Шотландия, Испания, Япония, Тайвань, Канада, США – вот неполный перечень стран, в которых побывал Солженицын. Все они занимали важное место в сознании писателя, о некоторых из них он имел своё предварительное представление благодаря литературе, истории, политике, которое при прямом знакомстве корректировалось, дополнялось, но общее впечатление оставалось неизменным.

Художнический дар определяет наблюдательность А. И. Солженицын, умение найти художественные средства, чтобы передать неповторимые городские и природные пейзажи, поразительно отражающие национальные картины мира, описать людей, особенно типичных представителей той или иной нации, выбрать риторические приемы, втягивающие читателя в поток авторского настроения, в виртуальное путешествие по городам и странам, а наблюдательный читатель Солженицына увидит параллели с художественными текстами, герои которых находятся в этих местах или говорят о них.

Описывая свое путешествие, Солженицын обращает внимание на связанные с литературой места и образы, следы культур и цивилизаций. Читательская память Солженицына направляет его по той или иной стране. Бунин, Гончаров, Диккенс, Жуковский, Купер, Лондон, Набоков, Пильняк, Рильке, Сервантес, Скотт, Шекспир – неполный список писательских имен, отсылки к биографиям и текстам которых становятся пространственными ориентирами Солженицына, так как именно литература всегда является зеркалом национального менталитета.

Солженицын стремится объяснить особенности языка страны, по которой путешествует. Очевидно его целенаправленное стремление донести до читателя и образ далекой неизвестной русскому читателю страны и ее народа, и собственные идеи. Так, путешествуя вместе с Солженицыным по странам и городам, мы фиксируем в его записях и собственно эстетические принципы писателя. А это помогает войти в его «творческую лабораторию». Путевые записи Солженицына являются примером высокой наблюдательности писателя, а также демонстрируют не только темы, интересующие во время поездки (история, современность, связь с русским, архитектура, повседневная жизнь, школа, религия, культура), но и собственно писательские мировоззренческие константы (стратегия правды, сближение этики и эстетики, память, самоограничение, «зрячая любовь» к России, постижение Промысла Божия о человеке и народе). Проникаясь самим «воздухом» открываемых горизонтов, Солженицын-путешественник

6

Предисловие

побуждает и своего русского читателя подумать об истории, повседневности, образе жизни, философии и религии стран Запада и Азии.

Важно подчеркнуть, что «мировоззренческую географию» писателя

потому следует считать частью его эстетики, что главным ориентиром оценочности выступает исключительно мировоззрение писателя, судьба которого неразрывна с судьбой России и русского народа. Именно они –

вцентре мира писателя, об истории России и ее настоящем, о судьбе и сбережении русского народа и русского языка он всегда думал.

А. Шмеман справедливо писал, что Солженицын – «художник всецело и неделимо не только в своих литературных произведениях, но и

встатьях, и в речах – во всем, вплоть до простого “делового” письма (курсив автора. – Г. А.)»13.

«Мировоззренческая география» писателя – понятие, фиксиру-

ющее проявление одного из важных эстетических принципов всего творчества А. И. Солженицына по преимуществу на материале non-fiction.

Итак, под «мировоззренческой географией» писателя мы понима-

ем эстетический принцип писателя, реализующийся в путевых заметках и художественных текстах о путешествии по впечатлениям от поездки. Он включает в себя обоснование выбора места исходя из этической и эстетической позиции художника, объяснение «чужого» мира через свой, самопрезентацию и национальную самоидентичность писателя, «географические» контексты мировой истории и мировой литературы. Проявляется он на уровне образности, композиции текста

истиля.

Вмонографии представлен детальный анализ топосов солженицынской географии, чтобы показать функционирование творческих принципов и приёмов писателя, обобщённых в предлагаемом нами понятии

«мировоззренческая география».

13Шмеман А., прот. «На злобу дня» : О Солженицыне и его обвинителях // Шмеман А., прот. Собрание статей, 1947–1983 / сост. Е. Ю. Дорман. 2-е изд. М. : Русский путь, 2011.

С. 818.

I

ЕВРОПА

«ВЫСЛАЛИ! ЛЕТИТ В ЗАПАДНУЮ ГЕРМАНИЮ!»

13 февраля 1974 года пятидесятипятилетний Александр Исаевич Солженицын, лишённый гражданства, сидя в самолёте, который спецрейсом нёс его в неизвестном пока направлении, горько думал: «Уезжаю из России я второй раз: первый раз – на фронтовых машинах, с наступающими войсками… А приезжал – один раз: из Германии и до самой Москвы с тремя гебистами. И вот опять из Москвы с ними же, только уже с восемью»1.

Солженицына выдворяли из СССР в пока ему и его близким неизвестном направлении. Предварительные предположения были. Еще в «очерках литературной жизни» «Бодался телёнок с дубом» сохранилась такая запись о событиях начала 1974 года: «Среди множества, прозвучавшего за этот месяц, было и вещее, да не замеченное, как всегда это бывает, могущее и впусте пройти, пока возможность не стала выбором. <…> И уж меньше всего мог думать, что так прилипнет ко мне, что́ канцлер Брандт 1 февраля сказал молодым социалистам (нисколько тем не довольным, провалился бы я и сквозь землю): “В Западной Германии Солженицын мог бы беспрепятственно жить и работать”. Сказал – и сказал»2.

Так и вышло. «Выслали! В Западную Германию»3. Встречал в аэропорту Франкфурта Генрих Бёлль. Дингенс, представитель германского МИДа, от правительства ФРГ официально предложил Солженицыну

1Солженицын А. И. Собрание сочинений : в 30 т. Т. 28 : Бодался телёнок с дубом : очерки литературной жизни. М. : Время, 2018. С. 418.

2Там же. С. 379–380.

3Там же. С. 418. Подробно о высылке А. И. Солженицына читаем в записях Н. Д. Солженицыной «Сутки поле ареста» (цит. по: Людоговская Е. В., Топилина Д. В. В соседстве Пушкина : Музей-квартира Александра Солженицына на Тверской // Солженицынские тетради : Материалы и исследования : [альманах]. Вып. 7. М. : Русский путь, 2019. С. 212–214).

8

«Выслали! Летит в Западную Германию!»

Германию в качестве места постоянного жительства и привёз даже краткосрочный немецкий паспорт.

«На минуту я заколебался. Такого плана у меня не было (в задумке была Норвегия). Но Германию – я любил. Наверно оттого, что в детстве с удовольствием учил немецкий язык, и стихи немецкие наизусть, и целыми летними месяцами читал то сборник немецкого фольклора, “Нибелунгов”, то Шиллера, заглядывал и в Гёте. <…> Так и жить теперь в Германии? Может быть, это и было бы правильно»4.

Так всё совпало: и владение немецким языком, и любовь к немецкой литературе, и знание немецкой местности с военных лет, и готовность самих немцев принять гонимого писателя.

При этом в «очерках изгнания» мало подробностей о немецких страницах жизни Солженицына, несмотря на потребность («Германию, значит, и глазком не посмотрим? А нет ли подходящего поезда?»5). Упоминаются Франкфурт, Кёльн, Кобленц, Майнц, Базель, Гамбург…

Среди немногочисленных описаний – восторженное впечатление от Кёльнского собора, открывшегося перед глазами всего на две минуты, пока не пришел поезд, увозивший в Швейцарию.

«Но эти две минуты! Прямо передо мной, ничем не загороженный, во всю свою стройность стоял: красавец, нет, слово не то, – чудо, Кёльнский собор! Даже не изощрённая отделка, а сколько глубины мысли и тяги к небесам в этих башнях, в этих шпилях. Я задохнулся и смотрел, разинув рот»6.

С благодарностью вспоминает Солженицын добрые лица простых немцев («кучки любопытных», даже группы школьников и пограничники), приветствовавших его по пути: «тепло, дружелюбно, даже горячо – и население и власти»7.

Из окна поезда много не увидишь, поэтому наверно и «Рейн казался грязным, опромышленным, уже и не поэтичным, даже около утёса Лорелеи»8. С сожалением о времени поездки от Кёльна до Базеля Солженицын подытожит: «Да главной красоты, многовековой угнеженности старых улочек и домов, – из проходящего поезда и не заметишь»9. Единственное, что могло утешить, – то, что ждало впереди, – «уютнейшая

4Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 9. С. 49.

5Там же. С. 50.

6Там же.

7Там же. С. 112.

8Там же. С. 50.

9Там же.

9

I. Европа

тесная Швейцария, долинами между гор»10, место, где писатель собрался погрузиться в «ленинские главы».

Читатель «Красного Колеса» подтвердит, что образ и история Германии периода Первой мировой войны по крупицам собираются во всех «узлах»: через хронику и описание событий войны и двух революций, через газеты, через размышления героев и автора. И здесь чувствуется, что автор при написании опирался не только на документы, но и на личный опыт встречи с Германией.

Дополним мемуарный образ солженицынской Германии его Германией в «Красном Колесе». Взгляды нескольких героев, их отношение ко всему немецкому создают субъективно-противоречивое, но очень живое представление о стране и немцах.

Захар Фёдорович Томчак (прототип – дед А. И. Солженицына по матери) учился у колонистов практичности, «как хозяйство ставить», что приносило «барыш», и он настолько уважал немцев, что «войну против Германии считал бисовой дуростью…»11.

Сына Аглаиды Федосеевны Харитоновой, начальницы ростовской частной гимназии, Ярослава Харитонова, девятнадцатилетнего выпускника Александровского училища, «сразу вихрем, свежим и страшноватым» оказавшегося на войне, Германия ошеломила, она «оказалась настолько необычная, непохожая страна, как Ярослав не мог себе представить по иллюстрированным изданиям»12. Что он до этого видел? Только родной Ростов. С ним и сравнивает немецкую деревню: «Не только странные крутые крыши в половину высоты дома, сразу очужавшие весь вид, – но деревни из кирпичных двухэтажных домов! но каменные хлевы! но бетонированные колодцы! но электрическое освещение (оно

ив Ростове-то лишь на нескольких улицах)! но электричество, проведенное в хозяйство! но телефоны в крестьянских домах!»13. Но что больше всего поразило Ярослава, так это налаженный немецкий быт, немецкая хозяйственность: «…но в знойный день – чистота от навозного запаха

имух! Нигде ничего недоделанного, просыпанного, кой-как брошенного – не ко встрече же русских наводили прусские крестьяне парадный порядок! Толковали бородачи в их роте и дивились: как же немцы хозяйство так уряжают, что следов работы никаких не видать, только всё уже готовое стоит? как они в такой чистоте поворачиваться могут, тут же

10Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 9. С. 50.

11Солженицын А. И. Собрание сочинений : в 30 т. Т. 7. Красное Колесо: Повествованье

вотмеренных сроках в четырех узлах. Узел 1 : Август Четырнадцатого. Книга 1. М. : Время, 2007. С. 71.

12Там же. С. 128.

13Там же.

10