«Мировоззренческая география» А.И. Солженицына

Английское «раздвоение»

В этот же период Солженицын будет тронут дружественным жестом супруга королевы Елизаветы II принца Филиппа («Действительно, протянулась связь между их обречённым уединением – и нашим») – его книгой «Вопрос равновесия» со словами, что «он глубоко впечатлён и принимает к сердцу то, что [Солженицын] сказал в Букингемском дворце и в Гилдхолле»36.

Если после первой поездки в Англию Солженицын напишет, что «хорошей упругостью <…> был тогда заряжен»37, то после второй остается чувство «доисчерпного выполнения всей намеченной программы»38 и «лондонского напряжения», которое с облегчением он сбросил, когда вернулся в Кавендиш.

Во время первой поездки впечатлила Солженицына «достойная уходящая надпись» («хотел бы и я сметь сказать так в конце жизни»39) – цитата из апостола Павла на мемориале принца Альберта: «I have fought the good fight. I have finished my course».

Согласимся, что Солженицын и был тем бойцом, кто «подвигом добрым подвизался» против системы, и в результате, несмотря на множество испытаний, вышел победителем – свои писательские замыслы воплотил.

36Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 139.

37Там же. С. 146.

38Там же. С. 139.

39Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 144–145.

51

I. Европа

ШОТЛАНДСКИЙ ХАРАКТЕР

Клод Дюран, издатель, литературный агент Солженицына, вспоминая о сложном выборе Солженицыным страны для постоянного жительства, в числе вариантов назвал Шотландию1.

Впервые мысль о том, чтобы поехать в Шотландию, датируется в «очерках изгнания» 1976 годом, во время первой поездки по Англии.

«Что очень хотелось включить – автомобильную поездку по Шотландии, какая-то всегда была любовь, уважение к самому этому звучанию – Шотландия. Но – опять не хватало дней, и, значит, уже никогда не хватит»2.

И только 13–16 мая 1982 года это удалось. Проводником на «несколько дней анонимного путешествия» по Шотландии стал недавний знакомый Патрик Кохун – «высокий, худой, породистый полушотландец, по отцу из старинного клана»3, ведущий вместе

с женой Френсис «самоотверженно <…> безнаградную, бескорыстную жизнь»4.

Древняя Шотландия появилась своими впечатляющими замками и дворцами: Эдинбургский «картинный <…> единоцветный, единостильный замок, башня в виде короны, а вокруг него лепится средневековый город»5: «королевский Холирудский дворец, очень шотландский», «картинный шотландский замок Блеер Кастл, со всеми аксессуарами, – музейными внутри»6. А ещё «в определённые часы, волынщик, играющий у входа»7.

Много внимания в рассказе Солженицына о Шотландии уделяется ее «дикой» природе во время «холодных прогулок»: «сумрачный пейзаж», «скудные нагорья, безлесные холмы», «очень холодный ветер сдувал туман», «одинокие стоячие камни с утерянным древним смыслом».

1Дюран К. Портрет Солженицына // Солженицынские тетради : Материалы и исследования : [альманах]. Вып. 4. М. : Русский путь, 2015. С. 250.

2Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 127.

3Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 135.

4Там же.

5Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 136.

6Там же.

7Там же.

52

Шотландский характер

Глазго запомнился «своеобразным и сумрачным пейзажем, очень незаселённым. На скудных нагорьях, безлесных холмах в пятнах рыжего вереска – медленный разброд равнодушных овец, никем не пасомых. Редкие тощие лески. Сотни пенистых белых потоков»8.

По словам Солженицына, более всего поразил поход к озеру Раннох. Несколько раз он повторил слово «бездорожье»: «…мы довезли туда на прицепе многоколёсный приземистый вездеход, и на нём полезли в гору по тундро-валунному бездорожью, с грохотом переползая канавы, проваливаясь одним боком в ямы, – и на фронте я не испытывал подобного, – и как-то не перевернулись, взлезли на вершину»9.

При этом мир Шотландии густо населён животными и птицами, которые Солженицыну словно хорошо знакомы: в предместьях Глазго «медленный разброд равнодушных овец, никем не пасомых», в имение Пирсона оленья ферма, возле замка Блеер-Кастл «фазаны, спокойно перебраживающие дорогу», на озере Раннох «перебегали, перелетали вокруг бело-чёрный красноклювый кулик-сорока и свистящий серый большой кроншнеп», в парке Принцесс-гарден «певуче заливаются чёрные дрозды». И постоянный попутчик путешественников – пёс, шотландский пойнтер «с длинными свисающими ушами то и дело дрожал в стойке, приподняв лапу, на угадываемую где-то тут добычу»10.

Суровая природа словно завораживает Александра Исаевича, может, потому что есть в ней сходство с русской суровой северной красотой. Познав шотландскую природу, Солженицын сделал для себя важное открытие. По его наблюдению, суровая природа Шотландии сформировала шотландский характер – строгий и сдержанный: «Скудно-су- ровый мир, многие дни под тучевым небом, но таким и формуется – и рисуется нам – шотландский характер»11, «узнававшие шотландцы – не подходили, характер»12. На наш взгляд, такое наблюдение писателя Солженицына вписывается в гоголевскую традицию объяснения героя по его происхождению («Что ж делать! виноват петербургский климат»13). И даже сами шотландские урбанистические пейзажи напоминают гоголевский Петербург: «Целый день мы бродили по широкоулично-

8Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 135.

9Там же. С. 136.

10Там же.

11Там же.

12Там же.

13Гоголь Н. В. Шинель // Гоголь Н. В. Петербургские повести. СПб. : Наука, 1995. С. 88. (Лит. памятники).

53

I. Европа

му позднему Эдинбургу (верхушки и фронтоны жилых домов вот, кажется, откуда и взяты для многих петербургских улиц)»14.

Близкую русскому народу шотландскую терпеливость и выносливость Солженицын объясняет трагической национальной историей.

Героическое прошлое навечно запечатлено в стенах Эдинбургского замка: «В мемориальной торжественной постройке при замке – списки всех битв, где воевали шотландцы, также и в составе Британии (сегодня

вШотландии как будто утихло раздражение против англичан), и списки всех погибших». Так важно бывшему зэку Солженицыну, чтобы не забылись имена жертв.

Солженицын-писатель не мог не обратить внимание на монумент писателю Вальтеру Скотту, основоположнику исторического романа, на могилу философа Давида Юма, который упоминается в «Дороженьке»15. А читатель «Архипелага ГУЛаг» прибавит к списку Роберта Бёрнса, цитатой из стихотворения которого завершается рассказ о Кенгирском мятеже16. И ещё словно привет от Шекспира – «особенно был вознаграждён видом рокового Бирнамского леса: действительно, лесная полоса так изогнута по холмному хребту, как изготовленный к движению войсковой строй»17.

Удивляется Солженицын мирному соседству древности и современности, заброшенности и возделанности. Но мрачные мысли вызвали

вСолженицыне не суровый климат, не средневековые виды, а толпа болельщиков: «И вдруг, с нарастающим топотом, орущая бессмысленная толпа воскресных футбольных болельщиков бежит мимо нас под дождём, не помня ничего из былого»18. На следующий день уже в Лондоне

винтервью лондонской газете «Таймс» он признается Бернарду Левину: «…вчера в Эдинбурге пришлось быть свидетелем, как по главной улице вдруг понеслась толпа в несколько сот молодых людей, с совершенно дикими криками, с дракой, их даже не мог охладить проливной дождь. Это, кажется, было связано с футбольным матчем, я не знаю, – во всяком случае, с каким-то совершенно ничтожным событием. Никакое серьёзное событие сегодняшнего мира не вызывает и тысячной доли таких

14Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 136.

15Солженицын А. И. Дороженька // Солженицын А. И. Собрание сочинений : в 30 т. Т. 18. Раннее. М. : Время, 2016. С. 17.

16Солженицын А. И. Собрание сочинений : в 30 т. Т. 6. Архипелаг ГУЛАГ : Опыт художественного исследования. Ч. V–VII. М. : Время, 2010. С. 294.

17Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть третья (1982–1987) // Новый мир. 2000. № 12. С. 135–136.

18Там же. С. 135–136.

54

Шотландский характер

эмоций»19. Как перекликается это высказывание с мыслями Солженицына в «Ответном слове на присуждении литературной награды Американского Национального Клуба Искусств» (1993) о «всеобщем обмороке культуры»20: «…как всё это шумно, но и беспомощно само в себе»21.

Всё время шотландской «бродьбы» Солженицын обдумывал речь, которую ему предстояло произнести перед старшеклассниками британского Итонского колледжа для мальчиков. Обратившись к ребятам «Мои молодые друзья!», Солженицын, поддержав в них «большую страсть к учению», которой и сам был заражен в юности, в то же время предостерёг: «…одно образование ещё не даёт человеку всего необходимого. Образование ваше будет плохо использовано, если вы не сумеете выработать в себе собственного духовного зрения, духовной позиции. И ваше образование останется втуне, без настоящего применения, если у вас не выработается характер и воля к действию»22. Завершая своё обращение, Солженицын сказал: «Я хочу настоятельно призвать вас не поддаваться беспечности»23.

Шотландия действительно расположила к себе Солженицына и своей уединённостью, и выносливостью, и русскостью природы, и даже дружелюбно настроенными попутчиками, но жить в ней он бы не смог. Может быть, по этим же причинам. Клод Дюран заметил, что для Солженицына «идеальное место должно отвечать нескольким критериям: глубинка, чтобы не докучали незваные гости; деревья, много деревьев – привычная обстановка для размышлений и прогулок; безопасность, наконец (нельзя не признать, что Европа в то время не предоставляла по этой части твердых гарантий)»24.

19Солженицын А. И. Интервью лондонской газете «Таймс» (Интервью ведёт Бернард Левин) Лондон, 16 мая 1983) // Солженицын А. И. Публицистика : в 3 т. Т. 3 : Статьи, письма, интервью, предисловия. Ярославль : Верх.-Волжск. кн. изд-во, 1997. С. 124.

20Солженицын А. И. Игра на струнах пустоты // Солженицын А. И. Собрание сочинений :

в9 т. Т. 8. М. : ТЕРРА – Книжный клуб, 2005. С. 88–94.

21Там же. С. 94.

22Солженицын А. И. Выступление в Итонском колледже (17 мая 1983) // Солженицын А. И. Публицистика : в 3 т. Т. 3 : Статьи, письма, интервью, предисловия. С. 145.

23Там же. С. 148.

24Дюран К. Указ. соч. С. 250.

55

I. Европа

«С ИСПАНИЕЙ СРОДНЕНО БЫЛО СЕРДЦЕ ЕЩЁ С УНИВЕРСИТЕТСКИХ ЛЕТ…»

Врассказе «Случай на станции Кочетовка» (1962), действие которого происходит в 1941 году, Василий Зотов ведёт с Игорем Дементьевичем Тверитиновым жаркий спор об испанской гражданской войне 1936– 1939 годов: «Идёт испанская война! Фашисты – в Университетском городке. Интербригада! Гвадалахара, Харама, Теруэль! Разве усидишь? Мы требуем, чтобы нас учили испанскому языку, – нет, учат немецкому.

Ядостаю учебник, словарь, запускаю зачёты, экзамены – учу испанский.

Ячувствую по всей ситуации, что мы там участвуем, да революционная совесть не позволит нам остаться в стороне!»1. Как мы понимаем, Зотов очень горячо интересуется испанскими событиями, следит за публикациями в газетах, нуждается в «развитом, умном человеке», с которым можно поговорить на эту тему. Автор отдаёт своему герою личное отношение к войне в Испании.

В1976 году в изгнании Солженицын прямо скажет: «Испания вошла в жизнь нашего поколения – как бы это сказать? – как любимая война нашего поколения. Нам, мне и моим сверстникам, было 18–20 лет в то время, когда шла ваша гражданская война. <…> Для нас, для нашего поколения, звучали как родные имена – Толедо, университетского городка в Мадриде, Эбро, Теруэля, Гвадалахары, и если бы только нас позвали и разрешили нам, то мы готовы были тут же броситься все сюда, воевать за республиканцев»2.

Осенью 1975 года мировая общественность была прикована к Испании, в которой состоялась казнь террористов – противников режима Франко. События эти не могли быть не замечены Солженицыным. В «очерках изгнания» есть такая запись: «Особенно мучительно я пережил в эту осень растянувшиеся рыдания общественной Европы над

1Солженицын А. И. Случай на станции Кочетовка // Солженицын А. И. Собр. соч. : в 30 т. Т. 1 : Рассказы и Крохотки / А. И. Солженицын. М. : Время, 2006. С. 200.

2Солженицын А. И. Выступление по испанскому телевидению (20 марта 1976) // Солженицын А. И. Публицистика : в 3 т. Т. 2 : Общественные заявления, письма, интервью. Ярославль : Верхне-Волж. кн. изд-во, 1996. С. 450.

56

«С Испанией сроднено было сердце ещё с университетских лет…»

приговором нескольким испанским террористам-убийцам, и как мучи- тельно-трогательно с ними прощались родственники, и лицемерное поведение всех европейских правительств, но особенно, особенно английского, – подхватились грозно защищать права и свободу там, где им менее всего угрозы и где не опасно защищать, – тогда как в сторону СССР

они смотрели только от наклонённой спины»3.

И вновь Солженицын с сочувствием думает о многострадальном испанском народе. «И особенно было жаль – Испанию! С Испанией сроднено было сердце ещё с университетских лет, когда мы рвались попасть на её гражданскую войну – с республиканской стороны, конечно, – и без заучки впитывали все эти Уэски, Теруэли и Гвадалахары роднее собственного русского, по юному безумию забыв пролитое рядом тут,

всамом нашем Ростове или Новочеркасске»4. Наверно именно поэтому, кроме Англии, рвался Александр Исаевич «выговориться» в Испании.

Начиная с 12 марта 1976 года на протяжении восьми дней Солженицын посетил некоторые её области (Баскония, Андалузия5, Касти-

лия, Каталония, Арагон) и посмотрел отдельные города Испании (СанСебастьян, Бургос, Вальядалид6, Саламанка, Авила, Толедо, Севилья, Малага, Кордова, Гранада, Мадрид, Гвадалахара, Барселона). И это будет последняя страна, после которой семья Солженицыных выезжает

вСША на постоянное жительство. Символично, что последней достопримечательностью, которую осмотрел Солженицын, был бриг Колумба

вБарселоне7.

20 марта 1976 года, выступая на испанском телевидении, Солженицын сказал: «Казалось бы, наш национальный тип очень разнится в наружности, в поведении, испанцы и русские нисколько друг на друга не похожи, но, может быть, мы найдём и удивительные общие черты нашей истории. Собственно говоря, Россия и Испания защитили Европу от двух нашествий: Россия от монголов, Испания от мавров, и если бы не Россия и Испания, то современная Европа, очевидно, не была бы сама собой, она не была бы тем, что она есть. Её независимая история была обеспечена вот этими двумя щитами, восточным и западным. Может быть, общее между Испанией и Россией и то, что обе они устояли против наполеоновского нашествия, и только они, больше никто тогда, кроме

3Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 127.

4Там же. С. 127.

5Сохранена авторская орфография в написании названия.

6Сохранена авторская орфография в написании названия.

7В «Очерках изгнания» конкретного описания нет, но, скорее всего, речь идет о Морском музее, в котором экспонируется точная копия брига «Санта Мария».

57

I. Европа

них. Может быть, есть общее в том запасе энергии, который двинул русское и испанское влияние так далеко»8.

Вначале рассказа о поездке в Испанию Солженицын размышляет

онедавнем прошлом страны, более 30 лет связанном с генералом Франко. Мы понимаем, что образ этого политика менялся в сознании Солже-

ницына от диктатора до защитника, не понятого соотечественниками, умершего «под развязный свист»9. «С годами, уже в тюрьме, пришло другое понимание: что Франко предпринял героическую и великанскую попытку спасти свою страну от государственного распада. С таким пониманием пришло и удивление: что разложение-то вокруг идёт полным ходом, а Франко сумел тактически-твёрдо провести Испанию мимо Ми-

ровой войны, не вмешавшись, и вот уже 20, 30, 35 лет продержал её на христианской стороне против всех развальных законов истории!»10. Небесспорна такая оценка роли Франко в жизни Испании. Но такая точка зрения именно сейчас и нас, читателей XXI века, заставляет пристальнее обратиться к истории 37-летнего правления генерала и составить на основании мнений всех сторон свой взгляд. Интересным в этой связи

представляется роман современного отечественного писателя Вячеслава Ставецкого «Жизнь А. Г.»11, предлагающий художественное осмысление истории испанской диктатуры и биографии героя – испанского диктатора Аугусто Гофредо Авельянеда де ла Гардо. На наш взгляд, образ Аугусто де ла Гардо близок солженицынскому пониманию Франко, изложенному в «Зёрнышке».

На протяжении всего повествования об испанских днях Солженицын раскрывает своё сердце испанскому народу: «…надо поехать в Ис-

панию и открыто поддержать те силы, какие ещё хранили её <…>. Просто – русский был долг»12. Любовь к Испании проявляется не только в положительном ключе. Самые острые оценки объясняются «слишком неравнодушным» отношением Солженицына и потому высказаны пря-

молинейно. «Я ехал не посмотреть, но помочь, сколько могу, как своей бы родине»13.

Первая реакция – всеобщая нищета: «бедность, какой в Европе не ожидаешь», «грязные пустыри», в Бургосе «такие редкие сёла

8Солженицын А. И. Выступление по испанскому телевидению (20 марта 1976). С. 449. 9Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть

первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 143.

10Там же. С. 143.

11Ставецкий В. Жизнь А. Г. Роман // Знамя. 2018. № 11–12.

12Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 143.

13Там же. С. 148.

58

«С Испанией сроднено было сердце ещё с университетских лет…»

на неплодородии, а хуторов и вовсе почти нет»14, в храме города Вальядалид «в притворе – много нищих, как бывало и у нас (одна из многих черт, странно сближающих Испанию с Россией, значит и то, что – подают)»15, развалины, обшарпанность, пустыня, «голый пейзаж», «в самой Кордове пованивает, и много выброшенной дохлой рыбы»16.

Для путешественника по Испании увиденная бедность компенсируется только чисто испанскими, ни на что не похожими особенностями.

Во-первых, удивительная испанская природа и древности: «неподражаемая средневековая Авила, сколько же можно втиснуть внутри городской стены!»17, недалеко от Авилы «цветущий нежно-лиловый миндаль, кипарисы, густоветвенные круглые оливы, виноградники»18, «Саламанка неповторимого тёпло-золотого камня»19, в Андалузии20 «пальмы в пышном разбросе. Миртовый кустарник. Городские крохотные внутренние дворики с апельсиновыми деревьями, цветами и птичками

вклетках, перечирикивающими над головами прохожих, когда всю ширину улицы можно достичь расставленными локтями»21, «От города к городу – старые мечети, замки и дворцы, более всего поражающие

вКордове и Гранаде, – высота и тонкость тогдашнего исламского мира, вряд ли где живущая сегодня. Мелодия стен и эротика обстановки. Золотистые росписи на потолках, невесомые резные арки. Лес порфирных, яшмовых, мраморных колонн в кордовской мечети, когда-то мирно разделённой с христианами. Редко где, как в этих арабских древностях, ощутишь, как все мы преходящи и обречены»22.

Во-вторых, сами испанцы. Не остаётся без внимания многолюдье, богатство лиц, типажей: «черномазые ребятишки», пожилые, «развязные девушки курят в кафетериях», «парни горланят песни на улицах»,

«идёт группа ново-молодых людей в бело-чёрных шарфах, с дерзкими трубными звуками и плакатом – неизвестно кому что доказывают»23, «снуют на осликах с бутылями в корзинах, со вьюками (точно как Санчо

14Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 148.

15Там же.

16Там же. С. 149.

17Там же. С. 148.

18Там же.

19Там же.

20Сохранена авторская орфография в написании названия.

21Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 149.

22Там же.

23Там же. С. 148.

59

I. Европа

Панса), и слышится хриплая крикливая речь»24, «подавальщица РозаЛаура, совершенная мадонна».

И наблюдая за испанцами, Солженицын, конечно, не мог не определить испанский характер, так, на его взгляд, близкий русскому: «Совсем не похожи внешне, а как неожиданны сходства характеров: храбрость, открытость, неорганизованность, гостеприимство, крайность в вере и безверии»25. А ещё – способность испанцев сохранить память

о предках и побыстрее забыть совсем недавние события гражданской войны («и что им память её!»26).

То, что сразу отметил Солженицын в жизни и судьбе Испании, – ее духовный спасительный путь, – в путевых заметках закрепляется рассказами о месте Церкви в повседневной жизни испанцев и историософскими рассуждениями. Впечатлило посещение недалеко от Мадрида мемориала Эскориал (Долина Мёртвых): «под единым торжественным храмом похоронены многие жертвы гражданской войны, без различия, с какой стороны воевали, – и над ними равно служатся регулярные мессы». Увиденное вызвало у Солженицына мировоззренчески важное сравнение: «Вот это равенство сторон, равенство павших перед Богом – поразило меня: что значит, что в войне победила сторона христианская! А у нас как победила сатанинская…»27.

Солженицын фиксирует принципиальное отличие Испании от других европейских стран: «Испанию – любят европейские туристы, но она – совсем даже и не старается показывать себя туристам»28, потому что «менее всех в Европе Испания захвачена потребительским обществом»29.

Испания запомнилась и своей неоднозначностью: нищета соседствует с роскошью; бедные никогда не скупятся «положить сбор» после службы в храме; церкви не пустуют, но заполняются стариками; книги продаются «бойко», но берут только детективы; земля вся сплошь плодородная, а «хуторов и вовсе почти нет»; «рядом со знаменитыми памятниками – развалины, битые кирпичи, нищета»; режим пал, а следы франкизма никто не уничтожает, они повсюду и даже на стенах церквей; в одном месте лозунги «Павшим за Бога и за Испанию!» и франкистские «Хозе Антонио Примо де Ривера!».

24Солженицын А. И. Угодило зёрнышко промеж двух жерновов. Очерки изгнания. Часть первая (1974–1978) // Новый мир. 1998. № 11. С. 148.

25Там же. С. 149.

26Там же. С. 148.

27Там же. С. 150.

28Там же. С. 149.

29Там же.

60