хрестоматия Аникин

ва, литейщик, башмачник, сапожник, портной — только он, голо­ ва, за московской заставой с вязовой иголкой' стоял. Раз, голова, стегнул, енотовую шубу сразу и махнул.

8. Ц ы р ульн и к

Был я цырульником на большой Московской дороге. Кого по­ брить, постричь, усы поправить, молодцом поставить, а нет, так и совсем без головы оставить. Кого я ни бривал, тот дома никогда не бывал. Эту цырульню мне запретили.

9. П уб ли к а

Рыжий, помнишь Великий пост, как теленка тащил за хвост. Теленок кричит «ме», а он говорит: «Пойдем на праздник ко мне». У кого есть в кармане рублей двести, у рыжего сердце не на месте. Признаться сказать, у кого волосы чёрны, и те на эти дела задорны. В особенности рыжие да плешивые, самые люди фальшивые. Кому лапоть сплесть, кому в карман влезть — и то умеют.

Авишь и русый не дает чужому карману трусу^. Как увидит, так

изатрясет, в свой карман понесет.

Вот этот капрал у меня два хлеба украл. А вот дикий барин дро­ жавши спотел, купаться захотел.

Господа, вам фокус покал^: что вы дадите, я в свой карман положу. Вот что я вам, господа, скажу. У меня сегодня несчастье случи­ лось, в пустой корзинке кошка утопилась. Осталось семеро котят,

на молочко-то, господа, давайте сюда.

А я вот что, господа, скажу: пряники да орех кидать великий грех. Лучше отдохните, да копеек по шести мне махните.

II

1

Н а с т а е т , б р а тц ы , В е л и ки й п о ст. С а та н а подж и м ает хв о ст

П о ш е л я гу л я ть в П а с с а ж —

С дубиной.

^Не трусит, лезет в карман.

922

2

923

3

Дед показывает т олпе исписанный крупными каракулями список.

Вот, ребята, разыгрывается у меня лотерея; Хвост да два филея.

Чайник без ручки, без дна. Только крышка одна — Настоящий китайский фарфор. Был выкинут на двор, А я подобрал, да так разумею.

Что можно фарфор разыграть в лотерею. Часы на 13 камнях.

Что возят на дровнях.

Показывает огромные часы и заводит их с треском.

А чтобы их заводить, Надо к Обуховскому мосту заходить.

Ну, робята, покупайте билеты — на цыгарки годятся, А у меня в мошне пятаки зашевелятся.

4

Показывает порт рет уродливой женщины.

Авот, ребята, смотрите: Эта моей жены натрет Только в рамку не вдет.

У меня жена красавица — Увидят собаки — лаются,

Алошади в сторону кидаются.

Зовут ее Ирина, Пухла, что твоя перина, Под носом румянец,

А во всю щеку — сопля.

5

Указывает в т олпе на девушку.

Авон красотка — девка аль молодка Стоит, на деда улыбается,

Арыжий-то к карману подбирается. Знаю я этого детину.

Звал меня в трахтир под машину. Уговаривал меня и жену мою Маланью

924

Вступить в их воровскую компанью.

Я с дуру-то тогда не согласился,

А вот теперь спохватился.

Эй, рыжий, подходи ко мне поближе. Поделись со мной, а я не скажу, что видал. Как ты в чужой карман залезал.

6

А еще, робята, что я вам скажу: Гулял по Невскому пришпехту И ругнулся по «русскому диалехту».

Ан тут как тут передо мной хожалый: В фартал, говорит, пожалуй!

За што ж? говорю... А не ругайся! — Вот за то и в часть отправляйся!

Хорошо еще, что у меня в кармане рупь-целковый случился. Так я по дороге в фартал откупился.

Так вот, робята, — на Невском пришпехте Не растабарывайте на «русском диалехте». Так-то!

7

Обнимает нарумяненную плясунью.

А вот, робята, это — Параша, Только моя, а не ваша.

Хотел было я на ней жениться.

Да вспомнил: при живой жене это не годится.

Всем бы Параша хороша, да больно щеки натирает, То-то в Питере кирпичу не хватает.

8

Азнаете, робята, я ведь в поварах служил, право!

Ивот скажу я вам, например.

Вот послушайте, да не напирайте. Как готовил я обед на барский манер.

А слюнки потекут — не кулаком, а платком утирайте, —

По-барски так полагается.

Что всякая грязь в платок собирается. Так вот обед:

Показывает исписанный каракулями лист .

Это у бар зовется «меню».

Так и я это прозвище не переменю. Первое: суп-санте

925

На холодной воде, Крупинка за крупинкой Гоняются с дубинкой. На второе; пирог —

Начинка из лягушечных ног, С луком, с перцем Да с собачьим сердцем.

На третье, значит, сладкое.

Да, сказать по правде, такое гадкое; Не то желе, не то вроде торту. Только меня за него послали к чорту

Ижалованья дать не пожелали!..

Стех пор я перестал поварничать — невыгодно!

9

Ну, робята, неча все торчать у карусели. Заходите сюда поглазеть, как танцуют мамзели! Эй вы, парни, девки и молодки.

Идите покататься на лодке! Наш хозяин с публики Охоч собирать рублики.

Да и деду бросьте в шапку медяки, Да не копейки, а пятаки!..

Ну-ка раскошеливайтесь!

Подставляет шапку и ловит в нее деньги, что бросают довольные прибаут ками деда слушатели. Дед. собрав деньги, слезает с перил и, удаляясь, кланяет ся толпе.

Пока до свиданья!

Вам-то забавно, а у меня в глотке пересохло! Эх-ма! С кого бы получить.

Чтобы деду глотку промочить.

ЮЛ. Дмитриев

ДЕД-ЗАЗЫВАЛА

Эхва, Для ваших карманов

Столько понастроено балаганов, Каруселей и качелей Для праздничных веселий! Веселись, веселись, У кого деньги завелись.

926

у кого же в кармане грош да прореха, Тому не до смеха...

Есть же такие чудаки,

Апрозывают их — бедняки. Где им до богатых, Коли ходят в заплатах,

Ана ногах туфли.

Чтоб ноги не пухли! Так-то.

Ну, веселись-шевелись, У кого деньги завелись!

ВЛ. Гиляровский

ЮШКА-КОМЕДИАНТ

<...> А какие там типы были! Я знал одного из них. Он брал у хозяина отпуск и уходил на масленицу и Пасху в балаганы на Д е­ вичьем поле в деды-зазывалы. Ему было под сорок, жил он с маль­ чиком у одного хозяина. Звали его Ефим Макариевич. Не Макарыч, а из почтения — Макариевич.

У лавки солидный и важный, он был в балагане неузнаваем с своей седой подвязанной бородой. Как заорет на все поле;

— Рррра-ррр-ра-а! К началу! У нас Юлия Пастраны — двою­ родная внучка от облизьяны! Дыра на боку, вся в шелку!..

И пойдет, и пойдет...

Толпа уши развесит. От всех балаганов сбегаются люди «Юш­ ку-комедианта» слушать. Таращим и мы на него глаза, стоя в тем­ ноте и давке, задрав головы. А он седой бородой трясет да над нами же издевается. Вдруг ткнет в толпу пальцем да как завизжит:

—Чего ты чужой карман шаришь?

Ивсе завертят головами, а он уже дальше: ворону увидал — и

кней.

—Дура ты, дура! Куда тебя зря нечистая сила прет... Эх ты, девя­ тиногая буфетчица из помойной ямы!.. Рр-ра-ра! К началу-у, к началу!

Сорвет бороду, махнет ею над головой и исчезнет вниз.

А через минуту опять выскакивает, на ходу бороду нацепляет:

—Эге-ге-гей! Публик почтенная, полупочтенная и которая так себе! Начинайте торопиться, без вас не начнем. Знай наших, не умирай скорча.

Вдруг остановится, сделает серьезную физиономию, прислуши­ вается. Толпа замрет.

—Ой-ой-ой! Да никак начали! Торопись, ребя!

И балаган всегда полон, где Юшка орет.

927

монолог ПЕРЕД СПЕКТАКЛЕМ

Эй, господа, пожалуйте сюда!

Здравствуйте, москвичи, жители провинциальные, ближние и дальние: немцы-лекари, евреи-аптекари, французы, итальянцы и за­ граничные мириканцы, расейские баре, астраханские татаре! Госпо­ дам купцам, молодцам, бледнолицым современным девицам — мое почтение! Всякая шушера нашу комедию слушала, осталась доволь­ на за представление — еще раз мое вам нижайшее почтение!

Эй, ты там! Протри глаза спьяна! Увидишь самого царя Макси­ милиана! Царь он оченно грозный и человек весьма сурьезный, чуть что ему не по нраву, живо сотворит расправу.

Эй, вы, господа, подбородки бритые, в зубы битые, по-празд- ничному скулы сворочены, глаза разворочены!

Масленице — все племянники!

Эй, вы, скупые алтынники, вынимайте-ка свои полтинники и гривны, сейчас увидишь дела дивны!..

ЭПИЛОГ

А теперь позвольте отдать вам наше нижайшее почтение, бла­ годарить за посещение.

Приходите в другой раз, уважим и одно вам скажем, что теши­ лись этой шуткой в старину не только голь и баре, а и самые первеющие бояре, для всех мой был встарь Максимильян грозный царь!

А теперь ступайте, по манежу гуляйте, разными штуками себя развлекайте.

Господа умные и глупцы, дворяне и купцы и купчихи красноще­ кие — всем вам мои поклоны глубокие. (Кланяется на все сторо­ ны.) А если хотите узнать, кто я такой, что за молодец лихой? Поче­ му у меня такая храбрость и отвага? Я — пьяница Ванька Шмага!

Адью-с, ухожу-с!

Ярмарочный фольклор

Фольклор возник на стыке практической целесообразности и ху­ дожественного домысливания бытовых торговых ситуаций и намере­ ний. Соединение столь далеких функций осуществлено на основе синтеза и ничего общего не имеет с синкретизмом древнейших вре-

928

мен. Разнообразие жанровых видов ярмарочного фольклора детально охарактеризовано его собирателем и первым толкователем Василием Ивановичем Симаковым (1879— 1955) («Красноречие русского Торжка. Материалы из архива В.И. Симакова. Публикация Т.Г. Булак / / Из истории русской фольклористики. Л., 1978. С. 107— 157).

Речи владельца особого ящика-райка отнесены к ярмарочному фольклору вследствие близости пояснений и острословия раешника к устной рыночной рекламе, хотя они столь же близки и к красно­ речию балаганных закликал.

ВЫКРИКИ и ЗАЗЫВАНИЯ

1

Огурчиков, огурчиков! Зелененьких огурчиков!

2

Яблок ранет.

Каких на свете лучше нет!

3

Кому яблоки продам?! Кому дешево отдам?!

4

Кому дрожжи, Свежие дрожжи?!

5

Есть семечки жареные! Кому семечки?!

6

Ай да подсолнышки! Ай да каленые!

Все се(й)час бы их приел. Да хозяин не велел!

7

Семечки калены Продают Алены Нюркам и Шуркам! Сашкам и Пашкам!

Варюшкам, Манюшкам! Наташкам, Парашкам! Тимкам и Мишкам! Ванёнкам, Васёнкам! Гришуткам, Мишуткам! Ганькам и Санькам! Всем, всем продаем!

Ивсем сдачи даем! Стакан — гривенник цена. Накладываем всем сполна. Высыпаем всем до дна,

Ицена будет одна.

Во как тут!

Покупай, не ленис(ь)! И плати, не стыдис(ь)!

8

Вот орешки! Хорошие орешки! Вкусные, на меду,

Давай в шапку накладу!

9

Мармелад, шоколад! Кому надо мармелад? Кому надо шоколад? Вот он! Вото он!

10

Селедка, селедка! Копченая селедка!

Давай, давай, Да любую выбирай! Сам ловил.

Сам солил И сам продавать принес!

11

Сами мы рязанские! Сельди — астраханские! Давай — покупай! Забирай — выбирай!

930

12

Кому пирожки, Горячие пирожки? С пылу с жару — Гривенник за пару Нажарила, напекла Акулина для Петра! Давай — Наскакивай!

13

Меж долами, меж горами Сидит баба с пирогами Она недорого берет, А кто купит — того рвет!

14

Вот блины — блиночки! Кушайте, милые дочки!

15

Ай да блины!

Три дня как испечены, А посейчас кипят!! Вкусные блиночки! 1^шайте, сыночки И мои любимые дочки!

16

Ай да квас!

Смедком,

Следком!

Свинной брагой!

Игустой,

Изабористой!

17

Ай да сбитень-сбитенек! Подходи-ка, паренек! Сбитень тетушка варила. Сама кушала, хвалила И всем ребятам говорила; «Вы, ребята, пейте, Сбитня не жалейте!