хрестоматия Аникин

бичом то палочку, то девок. Барин неповоротлив, глух и глуп, ку­ чер, наоборот, хитрая бестия, хорошо знающая барские вкусы и барскую повадку.

Барин усаживается и начинает ворчать и ругаться, а кучер по­ добострастно вертится около и поминутно спрашивает:

— Что прикажете, барин-батюшка?

Самое представление начинается с того, что кучер, обраш,аясь к парням, спрашивает у них, не желает ли кто жениться, и приказы­ вает спрашивать разрешения барина. Вслед за тем один из парней приближается к барину, кланяется в ноги и говорит:

—Батюшка-барин, прикажи жениться!

—Что-о? Не слышу, — переспрашивает глухой барин,

—Жениться! — кричит во весь голос парень.

—Телиться?

—Жениться!

—Ягниться?..

—Жениться!

—А, жениться!.. Ну, что ж, женись, женись, выбирай девку. Парень выбирает девушку. Товариши его подхватывают ее под

руки и подводят к барину.

Девушка, разумеется, всеми силами упирается и не идет. Тогда кучер бьет ее «шелепугой» (бичом) и кричит: «Благодари барина, целуй барина!» Как только девушку подведут к барину, с него как рукой снимет прежнюю апатию и сонливость: он делается необык­ новенно подвижен, оживлен, рассыпается мелким бесом и то лезет целовать и обнимать девушку, то делает полные непристойности жесты. Кучер же в это время изо всех сил помогает барину ухажи­ вать и придерживает увертывающуюся от поцелуев девушку.

Потом к барину подходит второй парень, который тоже испра­ шивает разрешения жениться, и так продолжается до тех пор, пока все не переженятся.

Бнекоторых местах эта сатирическая комедия представляется

сразличного рода вариантами, причем характерно, что комедия не застыла в раз навсегда определенной форме, а подвергалась цело­ му ряду изменений, сообразно с новейшими переменами в судьбе барина.

Так, например, в ней нашло свое отражение и современное по­ мещичье оскуднение. По крайней мере, наш смоленский коррес­ пондент свидетельствует, что в Юхновском уезде действующими лицами пародии являются промотавшийся помещик и его слу­ га-пройдоха.

902

Пародия начинается монологом помещика, который жалуется на трудные времена и на то, что народ от рук отбился. Ему, барину, сейчас нужны деньги, он вчера дотла проигрался в карты, а старос­ та между тем не несет оброка, хотя давно должен был бы явиться. От нетерпения барин наконец кличет слугу.

—Ванька новый!

—Чего изволите, барин голый?

—Что-о? Что ты сказал?

—Я говорю: чего изволите, мол, барин?

Барин посылает слугу в лавку набрать товару в долг. Но слуга возвращается и говорит:

—Не дает лавочник-то. Говорит: этакому шерамыжнику да в долг давать? Твой, говорит, барин больше ничего, как мазурик...

—Молчи, молчи, дурак! — прерывает барин расходившегося

лакея.

Но лакей не унимается.

—Я что же-с, я молчу. А только лавочник говорит; такому, го­ ворит, жулику — и в долг? Сохрани меня Боже... Ежели бы, гово­ рит, порядочному господину — я с моим удовольствием, а твоему, говорит, беспортошному барину ни в жисть... Много, мол, разве­ лось их нынче, рвани всякой...

Барин наконец не вьщерживает и кидается на лакея с чубуком. Лакей убегает, и на его место является староста. Барин очень рад старосте, но боится прямо спросить про оброк и заводит разговор издалека, осведомляясь о деревенской жизни и о своем хозяйстве.

Староста начинает с того, что на деревне все обстоит благопо­ лучно, и незаметно возбуждает у барина надежду на получение де­ нег. Но как только эта надежда переходит в уверенность, староста докладывает, что хотя и все благополучно, но жеребец издох.

—Что? — кричит барин. — Мой жеребец?

—Ваш, батюшка-барин, ваш. И дом сгорел.

—Что-о? Мой дом?

—Ваш, сударь, ваш. И рожь уродилась такая, что сноп от сно­ па — столбовая верста, а копна от копны — целый день ходьбы.

Помещик подавлен всеми этими известиями, а староста не уни­ мается и выкладывает все новые и новые беды, пока барин не про­ гоняет его.

Кончается пьеса тем, что к барину является кредитор, и барин опрометью, без души, улепетывает от него на улицу.

Эта пародия очень нравится крестьянам, так что актеров-люби- телей не только принимают с распростертыми объятиями, но уго­ щают и дарят деньгами.

903

м н и м ы й БАРИН

Действующие лица

Б а р и н, в военной форме, с погонами; белая соломенная шля­ па, в усах, с тростью, при зонтике.

Б а р ы н я , переодетый мужчина из молодых парней; в платье,

вчепце. Старается говорить тонким голосом.

Тр а к т и р щ и к , в рубашке навыпуск, в жилетке, на груди зеленый фартук, на голове картуз.

Ла к е й, во фраке или сюртуке, на голове фуражка, на руках перчатки.

Ст а р о с т а , старик в сермяге, на голове черная шляпа кот­ лом, за плечами сумка, на ногах лапти.

дцать частей разрезаны-с, на двенадцать персон приготовлены-с.

Тр а к т и р щ и к . Мы не болваны, а живем с людями на об­ маны-с.

Ба р и н. И водочки достать можно?

Тр а к т и р щ и к . Как же, барин, можно-с.

Ба р и н . Каки именно водки?

Тр а к т и р щ и к . Шампанское донское.

Б а р и н . Сколько будет стоить?

‘ Ш палеры — обои.

904

Тр а к т и р щ и к . Два шесть гривен-с.

Ба р и н . Какие цены! Был я в Италии, был и далее, был в П а­ риже, был и ближе, таких цен не слыхал. И дурман-водки достать будет можно?

Тр а к т и р щ и к . Как же, барин, можно.

Ба р и н . Сколько будет стоить?

Тр а к т и р щ и к . Три-шесть гривен-с.

Ба р и н . Полтора шесть гривен-с, два шесть гривен-с, три шесть гривен-с, какие цены! Был я в Италии, был и далее, был в Париже, был и ближе, таких цен не слыхал! Поэтому вы, трактир­ щик, болван.

Тр а к т и р щ и к . Нет, мы не болваны, а живем с людями на обманы; не таких видали, без шинели домой отпускали, а если вас порядочно угостить, можно без мундира отпустить; у вас в одном

кармане вошь на аркане, в другом блоха на цепи.

Б а р и н . Ах, Марья Ивановна! Должно быть, он в наш карман лазил. Не хочу гулять, иду дальше. (Уходит .) Афонька-малый!

Является его Лакей.

Ла к е й. А где бы я ее взял? Б а р и и. В поставе.

Ла к е й. А черт ее там поставил.

Ба р и н . Посмотри в другом.

Ла к е й. Я семь раз обежал кругом, ни черта не нашел.

Ба р и н. А что же мы вчерась пили?

Ла к е й. У вашей маменьки в гостях были.

Ба р и н . Афонька-малый, поил ли ты моих коней?

Ла к е й . Как же, барин, поил.

Ба р и н . Почему же верхняя губа суха?

Ла к е й. Не могли достать. Б а р и н. А ты бы подрубил.

Ла к е й. Я и так по колен ноги отрубил. Б а р и н . Дурак, ты бы корытце подрубил.

Ла к е й. Я и так все четыре ноги отрубил. Б а р и н . Дурак, ты моих коней сгубил.

905

Л а к е й (бежит и кричит из-за двери). Едет дядя староста.

Староста входит, кланяет ся Барину и говорит.

Ст а р о с т а . Здорово, барин-батюшко, синей жеребеч, М и­ хаиле Петрович! Я был на Нижегорочкой ярмонке, видел свиней вашей породы, да вашу барску шкуру продал, на вашу милость ос­ тался хомут очень прочен; еш,е привез вам подарочек; гуся да индюшечку.

Б а р и н . Что ты, дурак, разве бывает свинина барской породы?

Ст а р о с т а . Вашего завода.

Б а р и н. Ах да, моего завода! А разве бара носят хомуты?

Ст а р о с т а . Каждый крестьянин по семи топоров имеет. Б а р и н. Ах, как хорошо! А что они топорами делают?

Ст а р о с т а . Занимаются вырубкой лесов.

Б а р и н . Поди, много вырубают?

Ст а р о с т а . Порато много, боярин-батюшко. Б а р и н . Как много?

Ст а р о с т а . А вот как соберутся всёй-то деревней в лес да возьмут веревку, на вершину наложат, клонят, клонят, дерево-то и сломят, всей деревней и пружат^ целый день.

Ст а р о с т а . Домы строят. Б а р и н . Поди-ко большие?

Ст а р о с т а . Порато большие, боярин-батюшко. Б а р и н. А как большие?

Ст а р о с т а . А собачки бежат, в окошечко глядят.

Б а р и н . Что ты болтаешь, ничего не поймешь!

‘ П орат о — очень.

^ Пруж ить — сплавлять по реке.

906

Ст а р о с т а . Куричи на крышу вылетают, с неба звезды хва­ тают. Я утром вышел: петух идет, полмесяца волокет.

Б а р и и. Ах какие дома громадные! Поди, у них и окна большие?

Ст а р о с т а . Порато большие, боярин-батюшко.

Б а р и н. А как большие?

С т а р о с т а . А вот как: долотчом' намечено, а муравчом^ про­ верчено, твоя маменька, кривая сука, — впялит глаза и смотрит.

Б а р и н . Что ты болтаешь, ни черта не поймешь! С т а р о с т а . Весь свет в одно окно видно.

Ба р и н. Ах каки окна большие! А у наших крестьян хлебопа­ шество есть?

С т а р о с т а . Есть, боярин-батюшко.

Ба р и н . Поди-ко, много.

Ст а р о с т а . Порато много, боярин-батюшко. Б а р и н. А как много?

Ст а р о с т а . В ту сторону сажень, да в другу сажень, дак кру- гом-то четыре будет.

Б а р и н . Что ты болтаешь, ни черта не поймешь!

С т а р о с т а . Каждый крестьянин по семи десятин имеет.

Ба р и н. Ах как много! Поди-ко, наши крестьяне на многих ло­ шадях и на пашню выезжают?

С т а р о с т а . Порато на многих.

Ба р и н. А как на многих?

С т а р о с т а . Всей деревней на одной сохе, и то на козе. Б а р и н . Что ты болтаешь, ни черта не поймешь!

Ст а р о с т а . Каждый крестьянин на пары лошадях выезжает. Б а р и н. Ах как много! А рано, поди, и на пашню-то выезжают?

Ст а р о с т а . Порато рано, боярин-батюшко.

Б а р и н. А как рано?

Ст а р о с т а . С утра до вечера, с восходу до закату работают. Б а р и н. Ах хорошо! У наших крестьян и посев большой бывает?

Ст а р о с т а . Порато большой.

Б а р и н. А как большой?

С т а р о с т а . В полосу зерно, в борозду друго, и посев весь,

' Долотчом — долотом.

^М уравчом — маленьким буравчиком.

^Часов около трех пополудни ( примечание Н.Е. О нчукова).

*В девять часов утра (примечание Н.Е. О нчукова).

907

Ба р и н. Ах хорошо! А эдак у них и урожай хорошой бывает?

Ст а р о с т а . Порато хорошой, боярин-батюшко.

Ба р и н. А как велик?

Ст а р о с т а . Колос от колоса — не слышно человеческого голоса.

Ба р и н . Что ты болтаешь?

Ст а р о с т а . Куриче пробресть некуда.

Ба р и н. Ах как хорошо! А эдак и нажин большой бывает?

Ст а р о с т а . Порато большой, боярин-батюшко.

Ба р и н. А как большой?

Ст а р о с т а . Сноп от снопа — столбовая верста, а копна от копны — день езды, тихо едешь, два проедешь.

Б а р и н . Что ты болтаешь, ничего не поймешь!

С т а р о с т а . На каждой десятине по сто копен становится.

Ба р и н. Ах как хорошо! Эдак и копны у них большие?

Ст а р о с т а . Порато большие, боярин-батюшко.

Ба р и н. А как большие?

Ст а р о с т а . Курича перешахнет.

Ба р и н . Как, как?

Ст а р о с т а . Палкой не перекинешь.

Ба р и н. Ах как хорошо! А эдак и примолот у них большой бывает?

Ст а р о с т а . Порато большой.

Ба р и н. А как большой?

Ст а р о с т а . Начнут молотить, дак и зерно не летит.

Ба р и н . Как, как?

С т а р о с т а . С каждого овина по семи кулей вымолачивают.

Ба р и н. Ах как много! Эдак у наших крестьян и коровы есть?

Ст а р о с т а . Есть, боярин-батюшко.

Ба р и н . Поди-ко, дойливые?

Ст а р о с т а . Порато дойливые.

Ба р и н. А как дойливые?

Ст а р о с т а . Пойдут доить — чух-бух, подойник сух.

Ба р и н . Что ж ты болтаешь?

Ст а р о с т а . Каждая корова по десять крынок в удой дает.

Ба р и н. Ах как много! А поди-ко, у наших крестьян и куры есть?

Ст а р о с т а . Есть, боярин-батюшко.

Ба р и н . Поди-ко, кладливые?

908

С т а р о с т а . А вот как: у нас была одна курица, дак три года на ей быки не скакали; собрались мужики, пошли в лес, вырубили шест сажен шесть, двое наставляют, трое пехают, как тут и яйца!

чуть-чуть-чуть держится, пихнуть — дак и свалится. А начнешь мо­ лотить, дак поскрести да подмести, нечего вам с Марьей Иванов­ ной и под нос поднести.

Б а р и н . Что, что ты болтаешь?

С т а р о с т а . Каждые сутки по семи кулей размалывает.

Ба р и н. А был ли ты, староста, на моей новой мызе^?

Ст а р о с т а . Как же, барин, был.

Ба р и н . Все там благополучно?

Ст а р о с т а . Все получено, боярин-батюшко, а вот тетка Марфунька за лапоть писульку заткнула.

Ба р и н . Подай-ко ее сюда.

Ст а р о с т а . Сейчас, боярин-барин.

Ба р и н . Только не изорви.

Ст а р о с т а . Не изорву, только изомну. (Тащит письмо из

лапт я.) 0-о-н! Да еще блоха укусила. (Чеилет спину и подает записку.) На-ко, барин, прочти.

Ба р и н (берет записку и говорит ). Как у вас написано-то, по азам?

Ст а р о с т а . Не разобрать твоим чертовским глазам.

Ба р и н (чит ает ). Как же вы сказали, все благополучно? Во-первых, мой перочинный ножик сломался.

Ст а р о с т а . Сломали, боярин-батюшко, сломали, прогневили Бога, сломали.

Б а р и н . Ну, расскажи, как его сломали?

С т а р о с т а . Вот я расскажу, как его сломали: как твой си­ во-пегий жеребец помер, мы с него шкуру сдирали, кругом хвости­

' П ост ав — каждая пара жерновов на мельнице.

^ М ыза — бумагокрасильная фабрика.

909

С т а р о с т а . Помер.

Б а р и н . Ну, расскажи, отчего поколел?

С т а р о с т а . Расскажу, отчего помер: как твоя маменька, кри­ вая сука, поколела, ей на кладбище повезли, он был сердечком-то ретив, себе ножку сломал, тут и помер.

Б а р и н . Как, разве моя маменька померла? С т а р о с т а . Поколела, стара сука.

Ба р и н . Померла же? С т а р о с т а . Поколела.

Ба р и н . Видите ли, Марья Ивановна, лошади помирают, а люди поколевают. Ну, расскажи, отчего моя маменька померла?

С т а р о с т а . Расскажу, отчего поколела. Как твой-то трех­ этажный домик загорелся, твоя-то маменька сердечком была рети­ ва и с крылечка скочила, себе ногу сломила, тут и поколела.

Б а р и н . Как, разве мой трехэтажный дом сгорел?

С т а р о с т а . Ау в траву, ноги в осоку, давным-давно.

Ба р и н . Как же, ведь там у меня были винные подвалы, рен­ сковые погреба?

Ст а р о с т а . Были, боярин-батюшко; мы раз шли, да нашли две бутылки ренского, взяли да и раскокали,

Ба р и н . Ведь вы выпили?

Ст а р о с т а . Нет, раскокали.

Ба р и н. А ты на пожаре-то был?

Ст а р о с т а . Как же, боярин-батюшко, был. Три раза кругом обежал, таких три кирпича красных вытащил!

Б а р и н . Неужели с пожару ничего не осталось?

Ст а р о с т а . Нет, осталось много. Б а р и н. А что такое?

Ст а р о с т а . А чем чай-то пьют. Б а р и н . Что такое, чай, что ли?

Ст а р о с т а . Нет, крупнее.

Ба р и н . Дак сахар, что ли? С т а р о с т а . Нет, чернее.

Ба р и н . Дак уголья, что ли?

С т а р о с т а . Вот гальё, гальё.

бы тримбамбули-бом, да и задавил бы.

910

ЛОДКА

Действующие лица

А т а м а н , грозного вида, в красной рубашке, черной поддевке, черной шляпе, с ружьем и саблей, с пистолетами за поясом; под­ девка и шляпа богато украшены золотой бумагой.

Э с а у л, одет почти так же, как и Атаман; украшения из сереб­ ряной бумаги.

Р а з б о й н и к и , одеты в красные рубахи, на головах меховые шапки с значками из разноизетной бумаги, за поясом различное оружие.

Н е и з в е с т н ы й (он же Б е з о б р а з о в ) , одет в солдат­ ский мундир, с ружьем в руках и кинжалом за поясом.

Б о г а т ы й п о м е щ и к , пожилой, иногда седой, в туфлях, пид­ жаке или халате, на голове котелок, в руках трубка с длинным чубуком.

Действие происходит на широком раздолье м ат уш ки-Вол­ ги, на косной лодке: последняя сцена на берегу, в доме Бога­ т ого помещика. Ни декораций, ни кулис, ни суфлера, ни вооб­ ще каких-либо сценических приспособлений не полагается.

Все участвующ ие в представлении входят в определенную заранее избу с пением какой-либо песни. Чаще всего исполня­ ется следующая:

Ты дозволь, дозволь, хозяин, в нову горенку войти!

Припев:

Ой калина! ой малина! Черная смородина. (Дважды)

В нову горенку войти, Вдоль по горенке пройти, (Дважды)

Слово БЫМОЛВИТИ.

У тебя в дому, ХОЗЯИН, Нет ЛИ лишнего бревна? Если лишнее бревно. Давай, вырубим его!

По окончании песни выступает вперед Эсаул и, обращаясь к хозяину, говорит: «Не угодно ли вам, хозяин, представленье посмотреть?» Хозяин обыкновенно отвечает : «Милости просим!», «Добро жаловать!» или чт о-нибудь в этом роде.

Все участники представления выходят на середину избы и образуют круг, в середине которого ст ановят ся друг против друга Атаман и Эсаул.

911